Глава 21

– М-дау-у, Отрада, – Баюн с важным видом прошел в комнату в башне, – и как тебя угораздило? Мало того, что упер какой-то малахольный, так еще и условия проживания так себе. – Ну и сидел бы дома! – отмахнулась от него Отрада. Ее интересовали узелки и узелочки, собранные старой Ягой. – И бросить тебя, непутевую? – Баюн был возмущен до кончика хвоста. – Приличная девица наедине с какой-то мутной личностью проживает, а я должен дома сидеть? – Баюн, ну вот чего ты завелся? – Отрада, усевшись на пол, начала развязывать большой узел с добром. – Я – Яга. Так что под категорию приличных девиц попадаю весьма условно. Та-ак, что тут у нас? Ой, платья! Наконец-то. Выбрав синее, простого кроя, Отрада отложила его, чтобы позже надеть. Разворошив остальные узлы, нашла гребни, щетки, мыло, всяческие мази и прочие очень необходимые девушкам вещи. Пару удобных туфелек любовно прижала к груди. Не забыла бабуля положить и заговоренные сапожки. А еще зачем-то сунула домашние тапки. – Ужас, – прокомментировал вошедший с котелком в руках Богдан. – Ты сюда весь дом перевезла? Зачем столько вещей? – Ну я же де-евушка, – протянула Отрада с улыбкой. – Я люблю хорошо выглядеть. Теперь и мыться нормально можно. Ты лохань куда перетащил? – Внизу стоит, – проворчал Кощей, переступая через разбросанные вещи, чтобы пройти к камину. – Прекрасно! – Отрада подскочила. – Я пошла купаться! Горячие камни есть, так что таскать воду в котелке не нужно. – А я еще и подумал, что некоторые узлы тяжелые, как камней в них напихали! – возмутился Богдан. Но счастливая Отрада его возглас проигнорировала. Схватила вещи, полотенце, один из камней и пошла к двери. – Баюн, ты остаешься здесь. Если Богдан решит пойти подглядывать за мной, предупреди, – приказала коту и выскользнула за дверь. – Бабуля, какая же ты у меня! – счастливая Отрада разложила вещи и набрала в лохань воды. Кинув камень, согрела воду. И с блаженством опустилась в нее, прикрыв глаза. Просто стыдно сказать, сколько времени она без нормальных водных процедур! Отмылась до скрипа, вытерлась мягким полотенцем, оделась в чистую одежду, и начала втирать в волосы специальные зелья. Чтобы росли густыми и сильными, чтобы укладывались и расчесывались легко. Косы ниже талии, конечно, девичья краса и гордость, но сколько же с ними мороки! – Ты там жабры отращивала? – спросил Богдан, когда румяная и счастливая Отрада вернулась в комнату. – Не завидуй, – Отрада задрала нос. – За помощь и тебе горячий камень дам. – Ах, благодетельница, – Богдан издевательски поклонился. – Благодарю. – Да вы, ребята, друг друга стоите, – Баюн дернул усами. – И чего я в такую даль на волке ехал? Столько страху натерпелся! А этот, – он дернул в сторону Богдана головой, – даже кусочка мяса не предложил. А котенька голодный. И никому дела нет. – Я тебе предлагал жаркое, – Богдан выгнул бровь, – ты отказался. – Как я это варево должен есть?! – воскликнул Баюн. – Не нравится – готовь сам! – отчеканил Богдан, отворачиваясь к котелку, чтобы разложить жаркое по тарелкам. – Ты совсем с умом не дружишь? – Баюн недовольно сверкал глазами. – Как я готовить буду, у меня же лапки! Вытянув перед собой передние лапы, он растопырил пальцы и покрутил ими перед собой. – Иди мышь какую поймай, – Отрада, заплетавшая косу, открыла дверь. – Или птичку. Зайчика еще можешь. – На ночь глядя?! – у Баюна глаза стали размером с блюдца. – Да еще и в лес?! Отрада, ты погибели моей хочешь! И вообще, там целый сундук сыров и колбас, не жадничай! Карга тебе продуктов передала на целую деревню. Отрада собирала на стол под ворчание кота. Бабуля и масла передала, и хлеба. А еще муки мешок, овощей всяких. Сковороду, чугунок, ухваты. Даже пару тюфяков, перину, стопку подушек и одеяла. Можно было практически дом обустроить. Но полноценный разбор вещей решили отложить на завтра. Очень устали, разгружая телегу. Богдан снова устроился на улице, только постель соорудил себе не на камнях, а в телеге. Без всяческих угрызений совести забрав себе перину, одеяло и подушку. Завалившись на перину, он закинул руки за голову и уставился на усыпанный звездами небосвод. Желтая луна была обгрызена с одного бока, начиная уменьшаться. Он прикидывал, что если нарубить веток и привязать их к бортам, то сверху можно кинуть шторы, и будет настоящий шатер. Жаль, от дождя такой не защитит. А значит, надо обустраивать себе какую-то комнату. Отрада зараза редкостная, не сжалится. Хотя в комнате вполне достаточно места! Но какая же хорошенькая! В синем платье, так подходящем ее глазам, она была очень симпатичной. А волосы у нее какие! Так и хочется потрогать. А потом можно получить по голове за такое. – А бабка у нее молодец, – улыбнулся своим мыслям Богдан. – Только зря кота еще этого отправила. Наглый котяра, пока Отрала плескалась, не затыкался ни на мгновение. Жаловался на все на свете! Богдан не был уверен, что с Отрадой месяц сможет прожить, а теперь и подавно не был уверен, что не сойдет с ума от бесконечной болтовни кота. – Ну хоть сплю не на камнях, – Богдан перевернулся на бок и накрылся одеялом. Одеяло и подушка вкусно пахли луговыми цветами, и сны ему снились добрые, какие-то светлые. А что именно снилось, сказать бы не смог. Только во сне он был счастлив. Чего не скажешь про утро. – Ааааа! – Богдан хотел кулаком попасть в нечто черное, нависшее над его лицом. – Мааауууу! – взвыло черное. – Убиваааааают! Задняя часть кота перевесила, и он шлепнулся на камни. – Ты чего к спящим лезешь? – Богдан перевесился через борт. – Ах, простите-извините, – нагло ответил Баюн. – Отрада завтрак сготовила. Попросила тебя позвать. Кто ж знал, что ты такой нежный, аки девица. – Дождь пойдет, – задумчиво проговорил Богдан. – С чего вдруг? – Баюн с прищуром посмотрел на небо. – Непохоже. – Отрада завтрак приготовила, – Богдан вылез из телеги. Начал собирать постель. – Сейчас умоюсь и приду. – Нашли гонца! – Баюн поднялся на лапы и передернул шкурой. Дождавшись, когда Богдан закончит прибирать постель, запрыгнул на телегу и, потоптавшись, улегся. – Эта полоумная с утра носится. Спать мешает, – ворчал Баюн. Богдан, обалдев от новости, даже не стал выгонять кота. Отрада эти дни безвылазно сидела над книгами, выбрав все, что могли быть магическими. Забота о пропитании легла на его плечи. А тут аж целый завтрак. Умывшись, поднялся в комнату. Вкусно пахло аж у входа в башню. – А Баюн где? – обернувшись, спросила Отрада. – Спит в телеге, – Богдан остановился в дверях, разглядывая девушку. Отрада выглядела очень непривычно. Оделась она, похоже, в тот самый костюм для полевых работ, о котором говорила. Куртка висела на спинке стула, а девушка расхаживала в плотных темно-коричневых штанах и рубахе. Волосы собрала в тугой узел на затылке. – Я собираюсь в Дремучий лес, – Отрада вся светилась от предвкушения. Она ловко выставила на стол тарелки с яичницей. – Сумку я уже собрала. Бумагу и перо положила. Перекус сложила, воды тоже во фляжку набрала. Очень интересно познакомиться с обитателями леса! – Ты уже с одним познакомилась, – хохотнул Богдан, за что был награжден просто испепеляющим взглядом. – Тебя с собой не приглашаю, – фыркнула Отрада. – Я и одна прекрасно прогуляюсь. – Ну уж нет, – Богдан, сев за стол, придвинул к себе тарелку. Глазунья! Я желток такой яркий-яркий, да еще с колбаской, и помидорки есть, и вся эта красота укропчиком присыпана. Отрада зараза самая натуральная, а бабка у нее мировая. – Я с тобой пойду. – Я не заблужусь, – Отрада изящно села на стул. По ней вообще сразу было видно, что воспитывали не в крестьянской семье. – А я не о тебе беспокоюсь, – ехидно произнес Богдан. – Я местную нечисть охранять буду. Ты же как пристанешь со своим исследовательским интересом, всех их напугаешь и распугаешь! Отрада, закатив глаза, покачала головой. А потом спокойно начала завтракать. Вот еще, обращать внимание на всякие глупости. – Удивительно, почему тебе никто не встретился, – долго Отрада молчать не могла. – Лешие любят кругами водить. – А зачем? – пожал плечами Богдан. – Я его не беспокоил, со всякими просьбами не лез. – Нет, я хочу выяснить, почему лес Дремучим, и тем более почему о нем забыли настолько, что внесли в легенды, – вилка в руке Отрады замерла на полпути ко рту, и с нее на тарелку шлепнулся кусочек желтка. Жидкое Отрада первым делом выбрала хлебом. – Ты просто не понимаешь масштабов проблемы. Я была уверена, что бабуля приедет искать разгадку, но она почему-то дома осталась. Кстати, я нашла записку. Бабуля желает мне удачи и все такое, и не пишет, почему не приехала. Ну да ладно. Сама справлюсь. – Я вот сейчас за местную нечисть боюсь еще больше, – Богдан был серьезен. Правду болтливый кот сказал. Полоумная. С нее станется в чащу непролазную сунуться или в болота. Вон как глаза горят, как в лихорадке. А он лишь похитил ее, а не собирается избавиться. – За себя бойся, – Отрада бросила на него острый взгляд. – Попадешься русалкам – живым не уйдешь. Защекочут и под воду утянут. – Не догонят, – Богдан самодовольно улыбнулся. – Дурак, – Отрада опять покачала головой. – Им и не надо бегать. Сладкими голосами околдуют, красотой очаруют. Сам пойдешь. Хоть в реку, хоть в озеро. – Слушай, я тут сколько лет живу, никого не встречал, – не выдержал Богдан. – И через болота ходил. Только огни болотные несколько раз видел и все. – Вот это и странно, – Отрада внимательно рассматривала Богдана. – Не может такого быть, чтобы тебе никто не встретился. Лес темный, старый очень. Колдовства в нем много. Тягучего такого, как мед. Зря бабуля не приехала, очень зря. – Что ты тень на плетень наводишь? – Богдан под пристальным взглядом девушки без зазрения совести доел яичницу и провел по тарелке хлебом. Чтобы вот ни крошечки мимо рта. – Лес как лес. Грибы, ягоды, зайцы. А что валежника полно, так оно и понятно. Некому тут его собирать. – Я не о том, – отмахнулась Отрада. – Ты просто не чувствуешь! Это вот как… как… – она задумалась, подбирая нужное слово, – как воздух. Вот его не видно, а он есть. Так и колдовство. Это как перед грозой – тягуче, плотно, дышать тяжко. Так и это колдовство в лесу. Словно гроза собирается-собирается, и никак не соберется. – Воздух как воздух, – пробормотал Богдан. – Ой, – Отрада махнула на все объяснения рукой. – Ягод соберем, грибов, если найдем. Травок полезных. Корзину несешь ты. Чай будешь? Бабуля ватрушки передала. – Буду, конечно, – воскликнул Богдан. У него прямо царский завтрак! Посуду было решено вымыть вечером, чтобы время не терять. Отрада первой поскакала козочкой вниз по лестнице. Вся светилась от радости и предвкушения. Доскакала до телеги и выдернула из нее спящего кота. – Баюн, ты с нами? – спросила у него. – С вами, куда ты без меня, – ворчливо ответил тот. – Знаю я тебя, вляпаешься же. Так они и отправились втроем в Дремучий лес.