8. Катя

— Приехали, котик. Перенести тебя через порог на ручках?

Я зло глянула на Андрея. Тот буквально лучился оптимизмом, за что хотелось его ударить и посильнее.

— Сама справлюсь, — буркнула я и зашла внутрь.

Передо мной раскинулся филиал рублевского дома. Огромный холл, перетекающий в столь же огромную гостиную. Зеркальные натяжные потолки, в которых все отражалось с кристальной ясностью. Дорогая лаконичная мебель. Вид из окна. Нет, я знала, что из башен Москва-сити открывается потрясающий вид, но все равно обомлела, когда его увидела. С высоты даже жилые многоэтажки казались спичечными коробками. Седые нити облаков проплывали так близко, что, казалось, протяни руку — и поймаешь.

Вторым, на что я обратила внимание, был дикий бардак. Целая флотилия пустых бутылок на кухонном столе и под ним. Куча окурков в пепельницах, которые стояли буквально повсюду. Липкие пятна на паркете. Настоящее логово, если не сказать притон.

Это так не сочеталось с педантично убранным домом на Рублевке.

— Здесь что, была вечеринка? — спросила я и осеклась. Ну все, сейчас предложит мне самой убраться, раз я такая умная.

Но Андрей лишь пожал плечами. Скинул ботинки в коридоре, прошел к дивану и развалился на нем, забросив длинные ноги на подлокотник и накрыв лицо рукой.

— Они здесь почти всегда.

Странно, у меня сложилось впечатление, что Андрей — очень закрытый человек.

— И гости тебе не мешают?

Он глянул на меня из-под руки.

— Почему они должны мне мешать? Я же сам их приглашаю.

Нет, он точно странный.

Андрей послал меня в душ, который находился в спальне, а сам отправился в гостевой. Ванная комната тоже оказалась огромной, с застекленной душевой, мягким ковриком по центру, зеркалом на полстены и туалетным столиком. Под ним я заметила корзину и, не сдержав любопытство, выдвинула ее. Внутри была дюжина разных пузырьков, и все из них были... женскими. Я даже вынула парочку и понюхала — точно женские, гель для душа, дезодорант. Несколько расчесок, на каждой из которых волосы другого цвета. Да сколько же здесь перебывало девушек? И почему они оставили здесь свои вещи? Или же это Андрей держал кучу средств на всякий случай?

Почему-то вспомнилась сказка о Синей Бороде. Жутковато как-то.

Пользоваться чем-либо из корзины я не стала и помылась обычным мылом, прихваченным из мыльницы. Проверила полотенце на предмет волос и, не обнаружив их, вытерлась. Одежда вся была грязной, пришлось накинуть гостевой халат.

Андрея я нашла на кухне. Он был без майки, в одних широких штанах, которые сидели низко на бедрах, открывая сужающиеся линии нижнего пресса. Его тело было еще влажным после душа.

Он наклонился, поднял с пола бумажный пакет с надписью Gucci и протянул его мне.

— А? — Я вскинула взгляд, проклиная себя на чем свет стоит. Наверняка заметил, как я таращусь на его живот... — Что это?

— Ты же не будешь ходить в халате. А твоя одежда осталась в доме. — Он нетерпеливо махнул макетом, и пришлось его взять. Внутри оказалось мягкое трикотажное платье темно-синего цвета и обувная коробка.

Я решила не отказываться. В конце концов, из-за кого я оказалась без одежды и вся в налипшей хвое?

Длиной платье оказалось чуть ниже колен, было не в обтяжку, но и не слишком свободным — достаточно, чтобы видеть изгибы фигуры. В обувной коробке оказались кожаные туфли-лодочки. Удивительно, но все было мне по размеру.

Трое из охраны, вспомнила я. Наверное, кто-то из них сбегал. И так удачно подобрал размер…

Волосы я собрала в хвост. Теперь из зеркала на меня смотрела совсем незнакомая девушка. Какая-то очень… стильная и дорогая, как-то так. Таких я видела только на обложках журналов, а теперь только посмотрите — и я могу не хуже!

Я замерла перед зеркалом. Кем я стала? О чем я думаю? Где-то там меня ищет Илья, и мама, наверное, уже телефон оборвала. Мамочка, как же я по ней скучала. Вдруг ей станет плохо с сердцем из-за нервов? Черт, а я тут на платье любуюсь. Стыдно и тошно до ужаса.

Андрею понравилось, как я выгляжу, я сразу поняла это по его взгляду.

— Теперь порядок? — улыбнулся он, задержавшись на моих ногах.

— Да, и мне пригодилось очень... многое в ванной, — ответила я, чувствуя себя идиоткой. Зачем вообще это упоминать, какое мне дело до пузырьков в его душевой? Ясно же, что там много баб перебывало. Хорошо хоть полотенце чистое дали.

Андрей махнул рукой, будто муху отогнал.

— Никак руки не дойдут выкинуть. — Он прошел на кухню. — Будешь вино?

Вообще я не пила, как и сказала Желтку, но после пережитого надо было хоть как-то расслабиться. Но было так тошно и стыдно, что я согласилась на бокал. Андрей налил мне красного, и я присела на диванчик.

Андрей

Катя села на диван, неловко озираясь, — будто кто-то мог выпрыгнуть из-за угла и отобрать ее бокал. Неловкая, подумал Андрей, но при этом она выглядела очень мило.

Он снова подумал о бедной родственнице, которая приехала погостить. Тот же Леня давно бы развалился на подушках, даже не разуваясь, а Катя сидела на самом краю, скрестив ноги в щиколотках. Она почти звенела от напряжения. Конечно, запоздало вспомнил Андрей, Катя же не в гостях. Как он мог забыть?..

Стоило подумать о друге, как снизу позвонил Дима из личной охраны и сказал, что приехали Леня с Настей.

Как-то не вовремя они... Совсем не вовремя.

Меньше всего Андрей хотел бы знакомить Катю с Настей.