Глава 5

Я мысленно нарисовала яркую картинку, как благодетель с руганью отрывает меня от себя, и я лечу ласточкой до ближайшей стены. Нет, так не пойдет. Нужен добровольный поступок «жениха». Как в сказке про спящую красавцу. Увидел, поразился красотой, поцеловал. Но какой мужчина захочет целовать кошку? Мне взгрустнулось. Я не знала, как надо вывернуться, чтобы Венчур изволил чмокнуть меня в клыкастую пасть. Я провела языком по зубам. Как бы мило я не выглядела, я была самой настоящей хищницей с клыками–кинжалами. Еще изувечу. И совета спросить не у кого. Из моей груди вырвался вздох. Это свойственно кошкам или во мне проявилось нечто человеческое? Ладно, будем действовать путем проб и ошибок. Я же могу поцеловать Венчура сама. Например, глубокой ночью, когда он будет спать. Ну отмахнется, как от мухи, не поняв, что это мои усы его пощекочут. Не прибьет же. Поняв, что у меня есть план, я приободрилась и начала мечтать, как явлюсь ему прекрасной девой и все–все объясню. И мы уже вместе будем думать, как спасти меня и его королевство. Главное, чтобы не сжег мою шкурку, как это сделал Иван–царевич, подвергнув жену смертельной опасности. – Цезарь! Вот так встреча! Я встрепенулась. Кого это называют Цезарем? Венчура? Я вытянула шею. К столу подошел крупный мужчина в броне и алом плаще. Ничего себе! По королевству разгуливают не только мужчины с кошками подмышкой, но и самые настоящие воины. Я высунулась чуть больше положенного, чтобы разглядеть, что к поясу высокого незнакомца с толстой черной косой был приторочен короткий меч. Венчур, заметив мой маневр, положил руку на сумку, заставив меня спрятаться. Не хочет показывать. Не доверяет? Перед нами враг? Только поняв, что я не попытаюсь вылезти, Венчур поднялся и крепко по–мужски обнял незнакомца. Прячась в тени сумки, я подглядывала за ними одним глазом. – Густав, рад тебя видеть. Как супруга, как дети? – он показал ладонью на свободный стул, Густав с радостью занял его. Оба широко улыбались. Нет, не враги. Друзья. – Все хорошо, Цезарь. Мы с любовью ждем нового малыша. Я расплылась в улыбке. Как хорошо он сказал. «Мы с любовью ждем нового малыша». С любовью. В груди растеклось тепло. – Третий? Ну молодцы! – А у тебя до сих пор ни одного? Я навострила ушки. Венчур женат? Тогда от ночного поцелуя придется отказаться. Надо будет поискать себе другого принца. Свободного. Если я превращусь в девицу, как бы не соблазнить чужого мужа. Но все равно хорошо, что в трактире появился его друг. Избавил от фатальной ошибки. Вдруг от поцелуя с женатым я превращусь в жабу? – Ты же знаешь… Я вытянулась в струнку. Сейчас я узнаю про личную жизнь… Венчура. Я привыкла его так называть. Тем более, что имя Цезарь мне показалось дурацким. – …чтобы появились дети, сначала нужно жениться, – рассмеявшись, закончил за Венчуром его друг. – И когда это событие случится? Есть уже на примете? «Я! Я есть!» – меня так и подмывало выкрикнуть эти слова. Знаю я этих многодетных папаш. Сами счастливы и хотят других осчастливить. Сейчас начнет Венчуру сватать родственницу. А у меня личный интерес. Мне нужно благодетеля поцеловать, чтобы я превратилась в человека. Кошачьим ртом не очень попросишь о помощи. В лучшем случае покормят. В худшем пнут ногой, чтобы не орала. – Нет пока той, кому бы я захотел отдать свое сердце. – Ни за что не поверю, что вокруг тебя девицы не вьются. Их у тебя целый дворец. «Неужели все–таки принц? Вот свезло так свезло, как говорил Шариков». – С моей работой? Я не могу позволить себе завести кошку, а ты говоришь о жене. – Заведешь жену, а кошку она сама домой притащит, – со смехом парировал Густав. – Передавай Любе привет, – Венчур ловко ушел от ответа. – Скажи, мы с сестрой всегда будем рады видеть ее во дворце. – Как королева? – Сам знаешь, роды были тяжелые. Она никак не может оправиться, хотя прошло столько лет. Лекари руками разводят. – Да, жаль. К столу подошла трактирщица с подносом. Начала выкладывать миски. Густав поднялся. – Останься. Поешь с мной, – предложил Венчур. – Я уже закончил. Мне пора. Граница ждет, – Густав оглянулся на стол, за которым сидели бравого вида ребята. У их ног стояли огромные щиты, на поясах прикрытые плащами кинжалы, и под руками грозного вида ружья. Такие оставят в теле дыру с футбольный мяч. – Опять неспокойно? – Да чертовщина какая–то творятся, – Густав дождался, когда трактирщица отойдет от стола, и понизил голос. – Мутно все. Вроде камнепада не было, а наутро камни не на своих местах. Подойдешь посмотреть – камень как камень, а на следующее утро он еще ближе к границе. На тропах следов нет, а кусты обломлены. Скот пропадает. Пастухи жалуются, а волков или еще какого хищника не видно. Мы уже устали ночами круги в небе наворачивать, чтобы выследить хоть кого–то. – Король знает? – Я только из дворца. Здесь передохнуть останавливался. Видишь, теперь по приказу Его Величества с охраной хожу, – он кивнул на сидящих за столом воинов. – Боятся за тебя? – с усмешкой в голосе спросил Венчур. – Уже три генерала сгинули. – Убиты? Густав покачал головой. – Именно сгинули. Вещи на месте, а самих нет. Словно в воздухе растворились. – Непонятно что в королевстве творится. Я видела, как рука Венчура сжалась в кулак. – А я о чем? Будь осторожней, – Густав хлопнул друга по плечу. – За тобой тоже могут следить. Я же знаю, как ты охоч до красоток. Подошлют смазливую девицу, а ночью она тебя того, – Густав чиркнул большим пальцем по шее. Я втянула голову в плечи. Как не вовремя все! Друзья распрощались, и военный отряд во главе с Густавом отбыл с постоялого двора. – Ну что, красотка? – Венчур заглянул в сумку. – Уж не для того ли ты кинулась под ноги коня, чтобы ночью перегрызть мне глотку? Я сделала несчастные глаза и жалобно мяукнула. Чертов Густав! Все запорол! Закончив позднюю трапезу и тайно покормив меня с руки, Венчур потащил сумку наверх. Там ему выделили небольшую комнату, сославшись, что постоялый двор переполнен, а более приличные номера занимают по три–четыре человека. Такой расклад моему благодетелю не подходил. По понятным причинам он не желал делить помещение с соседями, поэтому согласился на каморку, где помещались только кровать и стул. Вместо шкафа для одежды были вбиты в дверь гвозди. Вытряхнув меня на постель, Венчур вытащил из наплечной сумы щетку и, прижав мою тушку к кровати, принялся вычесывать колтуны. Я терпела. Понимала, что мой ор разбудит весь этаж, и тогда наведение красоты закончится. В лучшем случае меня запрут в клетку, чтобы доказать постояльцам, что я не опасна. В худшем – выселят вместе с хозяином. – Надеюсь, ты не отомстишь мне за небольшое неудобство? – Венчур вытащил еще одну покупку – зеркальце на ручке и поднес к моей мордочке. – Зато теперь ты на самом деле выглядишь красоткой, а не помойной крысой. Я уставилась на свое изображение. Я была прекрасна. Синяя шерстка, розового цвета лапки, кончик хвоста и жабо на грудке. Торчащие ушки, а между ними два изогнутых блестящих рога. Но самое странное, что я обнаружила в себе – это горящий в центре лба камень. Совсем небольшой, округлый, но по блеску и ясности напоминающий алмаз. Для чего он нужен и какую функцию несет, было непонятно. В мире, где живет магия и подобные мне существа, удивляться ничему не стоит. Может, это своеобразный фонарик, который включается ночью, только нужно понять, где находится кнопочка. Я перевела взгляд на Венчура. Он улыбался. Как кошка может поблагодарить за заботу? Правильно, потереться о человека. Что я и сделала. Уж я так ластилась, что Венчур в итоге взмолился. – Все, хватит. Я понял, что ты счастлива, – он сдернул с кровати одеяло. – Давай укладываться. До столицы день перехода, и нам надо выспаться. Я тут же нырнула под одеяло, показывая, что не собираюсь спать ни в сумке, ни в свернутом в виде гнезда плаще на стуле. Спаситель только усмехнулся и принялся раздеваться. Вскоре в дверь постучали. Слуга принес таз и кувшин с водой и поставил на широкий подоконник. Каждый умывался, как мог. Я – вылизывалась после еды, Венчур фыркал и разбрызгивал воду. Глядя в зеркальце при свечном огне, он умудрился побриться опасной бритвой. Нет, этот чистюля – просто эталон мужчины. Я не понимала, кто поставил ему высший бал: я сама или влюбчивая кошка, но сердце стучало громко. Раздевшись до подштанников, которые утром он постирал и высушил на себе, Венчур перевязал рану, которой остался доволен, и забрался под одеяло. Я тут же пристроилась под бочком. Благодетель обнял меня одной рукой и минут через пять засопел. Я млела от удовольствия, но пора было осуществить свой план. Меня ждал поцелуй. Полежав еще немного для надежности, я выскользнула из–под руки спасителя. В поисках выхода под одеялом пробиралась ползком. Оказавшись у головы, немного поиграла с раскинувшимися на подушке волосами Венчура. Честное слово, я не знала, зачем это делаю. Видимо, настало время ночного «дыг–дыга», и сработали инстинкты. Наигравшись и немного пожевав длинные пряди, я повалялась на них. Зарывалась мордой, крутилась на спине. Уставший благодетель спал, как убитый. Силой воли остановив свою необузданность, я вгляделась в спокойное лицо мужчины. Смотрела с любовью, затаив дыхание. Потом перешла к исполнению задуманного. Выяснилось, что сбоку и со стороны головы целовать неудобно. Могу не дотянуться до губ. Самое то, если пробраться до лица по груди. Перепрыгнув на край кровати, я осторожно потрогала ноги Венчура лапой. Осмелев, встала на него двумя. Потом всеми четырьмя и осторожно пошла, замирая на каждом вдохе спасителя. Когда достигла цели, немного полюбовалась спящим мужчиной. Смотреть в фас совсем не то, что в профиль. Отсюда он был особенно красивым – луна хорошо освещала его лицо. Облизавшись, я потянулась к губам, и в этот момент Венчур обнял меня, прижав к груди. – Если ты не угомонишься, – пригрозил он сонным голосом, – выкину за дверь. Последовал щелчок по лбу, который удивительным способом погрузил меня в сон. Вот так связываться с магами. Никакой свободы действий. Я видела чудесный сон. Я бегала по цветущему полю рука об руку с Венчуром. Под действием свежего ветра развевались наши волосы. Синие и черные пряди причудливо переплетались между собой. Мы смеялись. Наши глаза лучились любовью. – Я люблю тебя! – крикнула я, перебивая щебет птиц, носящихся над головой. Пахло смятой травой и луговыми цветами. В ответ на мое признание, Венчур притянул меня к себе, и я почувствовала, как твердо его тело. Закинув руки на шею любимого, я потянулась к его губам, но вместо поцелуя услышала гневное: – Кто ты такая?!