ГЛАВЫ 23-24

ГЛАВА 23

— Елизавета Дмитриевна, принесите мне кофе, очень крепкий кофе и захватите контракт с «Инсталинвижен».

М-да-а! Судя по пунцовым щёчкам помощницы, кнопочка горела на селекторе давно. Как же он не заметил этого, хотя по первичному плану он и хотел избавиться от наваждения с этим цветком чертополоха. Но не так же! Уже ничего не исправить, значит, надо принять то, что есть. Интересно, подробности встречи с Ириной слышала только она или кто-то ещё в курсе? Могли же быть люди в приёмной или кто-то заглядывал… Слава Богу, что эта идиотка не задела кнопку общей трансляции! Это был бы полный аут…

— Вы смотрели контракт?

— Да… — стараясь не смотреть на босса, ответила девушка.

— По нему есть какие-то идеи?

Помощница явно была не в своей тарелке, витала где-то…

— Елизавета Дмитриевна! — напомнил о своём присутствии Роман, — Я задал вопрос.

— Что? Простите… Нет, на первый взгляд всё нормально…

— А на второй? — мужчина внимательно разглядывал девушку, не желая ей помогать в щекотливом положении, в котором она оказалась по вине Ирины. Его даже забавляло её смущение и невозможность послать его куда подальше, хлопнув дверью. — Посмотрите ещё раз. И к концу дня жду от Вас чётких замечаний или предложений, если таковые будут.

Роман сделал глоток кофе, намеренно затягивая пребывание девушки в кабинете. Должна же она как-то проявить своё отношение к произошедшему здесь, тем более, что она всё слышала или почти всё. Но Лиза держалась с достоинством, её выдавала незначительная рассеянность и всё. Идеальная личная помощница! Чёрт бы её подрал! Почему-то Роман начал злиться.

— Вы свободны. В конце рабочего дня жду Вас с отчётом.

Вот козёл!!! «Зайчик»? Кролик озабоченный! Устроил в кабинете порнуху с трансляцией! Она всё это была вынуждена слушать, даже отключить было невозможно и уйти нельзя, а теперь сама деловитость! Жаль, что не было общей трансляции для всей компании этого спектакля! Жаль, что никто не пришёл, как назло, в приёмную! Он, наверное, специально, именно сегодня заставил вызвать мастера, чтобы сделали селектор — запланировал унизить страшилку.

— Если у Вас всё, Роман Геннадьевич, то я хотела бы наконец-то пообедать!

Ого, первые признаки её раздражения! С чего он так этому радуется?

Роман улыбнулся своим мыслям, потом вдруг, не сдерживаясь, заливисто расхохотался. Ему стало как-то легко на душе и тепло.

— Ромыч, ты чего со своей личной ведьмой сделал? — врываясь в кабинет, ошарашил вопросом приятеля Алекс, — Мечет громы и молнии, аж насквозь прожигает! Меня к тебе пускать не хотела, мол, не записан и всё тут. Прежде с записями не сверялась в отношении меня, а тут… Горыныч в юбке! Я о кофе заикнулся, она так зыркнула, холодный пот прошиб… А ты веселишься, смотрю…

Рома вкратце поведал другу о приключившейся с ним и его, как он с этого момента надеялся, экс-пассией истории.

— Ну, блин, и я такое пропустил! Век себе не прощу, что не зашёл раньше, ведь крутилась мыслишка… Ты, насколько я понял, решил применить тактику в отношении своей драконши в юбке, мол, увидит тебя с прынцессой и поймёт, что тут ей ничего не светит. Я прав?

— Был бы прав, не было бы проблем, теоретик фигов…

— Я — практик, — обиделся Алек.

— Практик, но по другой части! А у меня теперь огнедышащий дракон в приёмной и Ирка с прибабахом в остатке. Если со второй всё просто и ясно — давно надо было тихо от неё отвалить, и ведь собирался… То с первой одни непонятки, чего так взъелась, ну вышло так, что с этим поделаешь…

— Ромыч, она к тебе неровно дышит, приревновала…

— Скажешь тоже…

— Есть только один способ проверить…

— Ну, не томи! — заинтересовался Роман.

— Трахнуть! — многозначительно изрёк Алекс.

— У тебя кроме головки думать больше нечем? Предложил способ… Я сегодня себе проблем уже натрахал на свою голову.

— Хочешь сказать, что на неё не встанет? Или уже думал об этом, но дружок не в восторге?

— Иди ты… откуда пришёл, знаток женских душ!

— Насчёт душ — ученик, а относительно тел — профессор!

— Вот и занимайся телами, а в душу не лезь, сам разберусь! Может так обойдётся, в конце концов, я её начальник, не ей меня обсуждать или укоризненно смотреть.

— Может и рассосётся… Только с какого такого перепугу тебя её мнение волновать стало? Прежде за тобой такого не водилось.

Не водилось — это точно, а вот надо же волнует. И в глаза трудно смотреть. И извиниться хочется. А лучше бы ничего этого не было или по мановению волшебной палочки стёрлось из её памяти.

ГЛАВА 24

Лиза никак не могла прийти в себя — всё из рук валилось, сосредоточиться не получалось, а при воспоминании о стонах этой медам краска заливала и без того горящие щёки, голова начинала кружиться…

Ну какое ей дело до этих похотливых кролика-зайчика с его крольчихой? Ни-ка-ко-го! Абсолютно! У неё дом, родители, ответственность, работа. Противно, противно, противно — хочется смыть с себя это, как какую-то грязь, вязкую паутину. Предполагала, да даже знала, что Роман кобель ещё тот на пару с этим Алексом, а всё-таки верила в лучшее, пыталась оправдать. Вот сейчас этот проныра проскользнул в кабинет — небось, опять что-то замышляют или он шефа на какую-нибудь глупость подбивает, подначивает… Неужели у босса своей головы нет? Вроде не дурак… а идёт на поводу, как телок.

Ну и плевать! Забыть и делами заняться! Контракт, так контракт!

— Елизавета, э, Дмитриевна, за что я впал в немилость: Вы меня испепелить готовы, — практически на ухо прошептал Алекс.

— Лиза вздрогнула — пропустила момент, когда дверь кабинета открылась, и он вышел в приёмную.

— С чего такое самомнение? Мне нет до Вас никакого дела, — Лиза даже головы не подняла, продолжив вчитываться в пункты контракта.

— Строга, но несправедлива… — вновь попытался привлечь внимание девушки мужчина, — Может, одарите взглядом?

— Вы думаете, что я увижу что-то новое для себя? Это вряд ли, поэтому не мешайте мне работать.

— Ухожу, — притворно глубоко вздохнул Алекс, — Все-то меня гонят, а я только добра желаю…

— С камнем за пазухой, — буркнула себе под нос Лиза.

— Вот Вы как обо мне, а я с чистой душой и благими помыслами, — обиделся почему-то Алекс.

— Оставьте их себе, хоть что-то хорошее будет, может, разрастаться на благодатной почве самокритики начнёт, или Вас больше нарциссы на ней привлекают…

— Язва Вы, Елизавета Дмитриевна. Вашим бы язычком да в другом упражняться…

— Обойдусь без Ваших советов и уроков!

— А жаль, я бы с удовольствием…

— Вот со своим удовольствием и направляйтесь, куда шли… Дорогу найдёте или адрес записать?

Вот чего, спрашивается, привязался. Сижу, работаю, никого не трогаю! Шёл по своим делам, ну и иди, не задерживайся! Вот что отвечать боссу по этому контракту, если смотрю в книгу, а вижу фигу! Кофе и с новыми силами за изучение всех пунктов и параграфов! Нет, сытный обед и пятнадцать минут передышки на свежем воздухе — выветрить эти охи-вздохи из головы!

Приняв решение, Лиза бодрым шагом направилась к лифту. Сегодня она не спуститься в кафе на втором этаже, а отправиться в милую кофейню в пяти минутах ходьбы от здания. Она давно приглядела это приятное заведение, где было уютно по-домашнему, без назойливых официантов и громкой музыки, да и меню было интересным, а цены не кусались. Побывав в первый раз, Лиза поняла, почему это маленькое кафе выдерживало прессинг растущих как грибы бистро, и прочих монстров быстрого питания — они не были конкурентоспособны, потому что в этих забегаловках не было души, а нормальные люди становились завсегдатаями кофейни и столики там никогда не пустовали.

Едва она вошла, как её встретила радушная, искренняя улыбка хозяйки кофейни и, словно, теплый летний дождь вперемежку с солнечными лучиками прогнал все тучи- неприятности с горизонта.

— Лизонька, мы с мужем только о тебе вспоминали и ты на пороге! Как всегда что-то лёгкое или стейк с картошкой и салат — нужно восполнить силы!

— Здравствуйте, Луиза, Вы как всегда угадали — именно восстановить душевное равновесие.

— Присаживайтесь, как раз Ваше любимое местечко свободно. Ярик, Лизочка пришла!

всегда умиляла эта семейная пара, хозяева кофейни. Луизе и Ярику было глубоко за шестьдесят, но глядя на них, забывал о возрасте, столько в них было энергии и задора юности. Луиза и Ярик так трогательно и трепетно относились друг к другу. Только слепой не заметил бы, как при любой возможности они старались дотронуться до своей второй половинки, словно стремились поделиться любовью и нежностью. Чем-то они неуловимо напоминали Лизе её родителей. Наверное, теплом и добротой, которыми лучились их глаза и улыбки.

— Лизонька, дорогая, что-то ты совсем редко заходишь? Завалили работой? Но обед, полноценный обед — это святое, — ловко управляясь с подносом, ворчал Ярик, — Бедная девочка, ты так похудела. Луиза пекла сегодня твои любимые булочки, съешь, порадуй её!

— Спасибо, непременно! Как же у вас здесь хорошо!

— Отдыхай, девочка, наслаждайся и забудь о проблемах! За столом им не место…

Полчаса пролетели и надо возвращаться на галеры, а так не хочется.