ГЛАВА 25

ГЛАВА 25

Вот где её носит?

Роман, в который раз, посмотрел на часы, но стрелки предательски медленно двигались, а казалось, что прошла целая вечность.

Могла она пойти к Михалычу, чтобы написать заявление об увольнении? Она могла! Позвонить, узнать или подождать? Сразу бы её не уволили… Хотя с неё станется просто развернуться и уйти! Абсолютно непредсказуемый человек! Алогична, как всякая женщина! Или не всякая?

Роман шагами мерял приёмную, кабинет, снова приёмную…

Рабочий день в разгаре, а личный помощник отсутствует. Это ни в какие ворота не лезет! Что она о себе возомнила? Или теперь считает, что после того, как стала свидетельницей части его интимной жизни, ей всё дозволено.

Роман медленно закипал, заводя сам себя. Уволить! Без рекомендаций и по статье! За прогул! Даже не поставила в известность начальство.

А вдруг уже сама уволилась?

Неприятный холодок подкрался к сердцу.

Чёрт! Мне-то какое дело? Работа стоит… и не только работа. Почему на неё такая реакция? Она больше не вернётся? Эта ведьма испарилась, устроив ему персональный ад. И что с этим делать?

Вопросов становилось всё больше, а ответы он мог получить только у этого цветочка…

— Роман Геннадьевич, Вам какие-то документы срочно понадобились, — бесстрастный тон Лизы прозвучал за его спиной, когда он в очередной раз начал подумывать о звонке Михалычу.

Явилась. Надо взять себя в руки и повернуться к ней лицом. Но как? На голове чёрте что, потому что, когда нервничает постоянно лохматит волосы, брюки не скрывают то, что ей бы видеть ни к чему — в общем, хорош дальше некуда! Молча зайти в кабинет? Идея!

Не оборачиваясь, Роман процедил сквозь зубы, чтоб зашла. Получилось грубо, по-хамски… Но что вышло, то вышло!..

Зашёл, уселся в кресло за столом, который частично скрывал теперь хотя бы одну проблему.

— Где Вы изволили гулять столько времени, — не глядя на девушку, спросил мужчина, — Позвольте напомнить, что Вы на работе…

— Я, как Вы выразились, не изволила гулять, а законно была на обеденном перерыве, о чём Вас, кстати, поставила в известность. Отсутствовала ровно сорок минут, — отчеканила Лиза, — Вас это не устраивает? Обратитесь к договору, где чётко указано, что мне полагается время на обед. Час! Я пришла даже раньше…

— Вы посмотрели контракт?

— У меня времени до конца рабочего дня, поэтому, если Вы не станете меня отвлекать, то именно этим я и займусь!

С чего так взъелся? Взъерошенный какой-то — на чёрта похож, вихры торчат как рожки… Рычит, только что пламя не извергает.

Лиза вдруг представила себе зайчика, нет кролика, извергающего пламя. Картинка получилась весьма забавной и вызвала улыбку на её лице.

Роман исподтишка наблюдал за девушкой, сменой эмоций на её почти постоянно бесстрастном лице и удивлялся… Такой он Лизу ещё не видел, или не обращал прежде внимание…

Стройная, не слишком высокая, длинные ноги, красивая грудь, правильные черты лица, но какие-то размытые, будто заретушированные, необычный цвет волос… Всплыло в памяти утреннее видение у окна. Зачем прятать волосы? Такое ощущение, что девушка специально себя уродует бесформенными костюмами, этим пучком на голове. Губы чуть тронутые блеском, будто созданные для того, чтобы до беспамятства их целовать. И глаза, что прячет за очками, опушённые длинными ресницами… Не красавица, но этих красавиц у него было пруд пруди и что? Одна Ирка чего стоит. А ведь ничего — даже гроша ломаного… Лиза же чем-то притягивает, манит как запретный плод… Страшно, но не оторваться, кажется, прикоснёшься, поцелуешь и пропала головушка.

Вот чего он с этой шваброй связался? И симпатичный, можно сказать, красивый. Мужественный, подтянутый. Глазища — утонуть можно. Руки — мечта любого музыканта, длинные пальцы, красивой формы. Особи женского рода, наверняка, голову теряют, только взглянув. А голос, особенно, когда не орёт, будто ему по ноге бульдозер проехал, бархатный, обволакивающий, что мурашки по коже толпами бегут, спотыкаясь, и дыхание перехватывает. Ой, куда-то мысли не в ту степь… Стою и рассматриваю босса, как дура, рот открыв…

Лиза облизнула губы, пытаясь переместить взгляд на что-то менее опасное, чем шеф.

Бог ты мой! Розовый язычок скользнул по полураскрытым губам и в паху иголками закололо, будто разрядом тряхануло… Вольт этак под тысячу… Если она ещё на минуту в кабинете задержится, то благие намерения канут в Лету!

Словно прочитав мысли начальства, Лиза опустила глаза и поспешно вышла, пытаясь попутно восстановить внезапно сбившееся дыхание. Выйдя, прислонилась к двери кабинета — ноги дрожали, колени подгибались… хорошо, что не шлёпнулась перед очами высокого начальства под его едкий комментарий. А он бы точно последовал!

Лиза хихикнула, но потом, напустив на себя привычный сдержанный вид, с особым усердием взялась за контракт. Работа есть работа, каким бы босс красавцем не был, а зарплату она получает не за созерцание и глупые мысли, о которых, слава Богу, шеф не догадывается

Каждый на своём месте занялся делом, будто этих минут внезапного сумасшествия не было.

Менее чем за час до конца рабочего дня Лиза закончила работу над контрактом, выверив все спорные пункты, которые можно было при желании трактовать двояко, в том числе и не в пользу «Интеркорпорейшенбизнес», предложила свои варианты. Теперь она готова была отчитаться о проделанной работе перед шефом.

Лиза позволила себе минуту на расслабление после напряжённого вычитывания текста, поиска решения, консультаций с различными специалистами компании. Теперь в логово зверя!

— Роман Геннадьевич, если Вы не заняты, то я готова представить переработанный контракт с «Инсталинвижен».

— Проходите, присаживайтесь, я сейчас закончу, — не отрываясь от монитора, произнёс шеф.

Ожидание затягивалось и Лиза начала нервничать, ей ещё добираться до дома, а это не ближний свет.

— Может завтра? — с надеждой спросила девушка.

— Нет, откладывать не будем, — односложно оборвал Роман.

Вот ведь зараза, сам явился только к обеду, потом развлекался со своей крольчихой, а она должна ждать, но не поспоришь, потому что у личного помощника ненормированный день — большие деньги просто так не платят.

— Не вздыхайте, отвлекаете!

— Лучше я выйду, Вы освободитесь и вызовете, — предложила Лиза.

— Терпение и спокойствие — качества необходимые личному помощнику.

Так он решил моё терпение испытывать и выдержку проверять! Ну-ну!.. Чего-чего, а терпением и выдержкой она и поделиться может.

Лиза поудобней расположилась и… задремала — всё-таки день весьма насыщенный выдался.

Роман давно закончил с делами, но, заметив, что помощница спит, не захотел её будить — во сне лицо Лизы расслабилось и стало каким-то по-детски незащищённым, да и вся её хрупкая фигурка пробуждала в нём доселе неизведанные чувства. Точнее потребность беречь, охранять… Он потёр ладонью лоб, пытаясь прогнать странные мысли, но они не уходили, а материализовывались в нехарактерные действия — снял пиджак и осторожно, чтобы не разбудить, укрыл им девушку. Она шевельнулась, Роман замер, но Лиза только слегка повернулась, видимо, пытаясь, найти более приемлемое положение. Губы что-то прошептали, а может это ему только показалось, и приоткрылись — нежны, мягкие, манящие. Роман аккуратно снял очки и убрал прядку волос, что выбилась из строгого пучка: на ощупь волосы были похожи на струящийся шёлк. Мужчина удивлялся сам себе — сидит на корточках и смотрит на спящую девушку. В другое время бы разбудил, напомнил бы о работе или… занялся бы с ней любовью. Любовью с Елизаветой, с Лизой? От неожиданного поворота мыслей он вздрогнул и… вставая, зацепил визитницу на столе. Бли-и-и-н! Сколько грохота в тишине или это ему только показалось, потому что нервы были натянуты… Лиза… И всё же Роман не удержался и едва коснувшись поцеловал целомудренно в щёчку спящую девушку. «Спящую красавицу» невольно пришло в голову, а может как в сказке — поцеловал и вот она принцесса!

Сколько она ещё будет спать? Прикоснуться к этим раскрывшимся губам и почувствовать их вкус, её вкус. Роман вновь присел перед девушкой, потом, привстав, наклонился, положил руку на затылок…

Идиотский пучок!

Вынул невесомыми движениями шпильки и волосы заструились под его руками солнечным водопадом. А бесёнок подзуживал, что этого мало, надо поцеловать… Мужчина наклонился и чуть тронул розовые губы языком, но не смог остановиться и прижался чуть сильнее, сильнее и вот уже его язык врывается в глубины сладкого рта, а губы втягивают бархат губ…

Увлёкся!..

Девушка беспомощно пыталась оттолкнуть мужчину, барахтаясь в его руках, а ему вовсе не хотелось её выпускать из объятий. Он приподнял своё наваждение из кресла… и получил коленом в пах!

— Что за чёрт!

— Вы что себе позволяете? Что Вы руки распускаете?

— А какого Вы спите на работе? — пытаясь отдышаться, просипел Роман.

— Нечего было так задерживать, — не сдавалась Лиза, перекладывая всю вину на Романа, — Ненормированный рабочий день не означает, что я Вам секс-услуги обязана предоставлять или Вы на это и рассчитывали, повышая до личного помощника? Невтерпёж, так вызывайте свою крольчиху, зайчик!

— Нечего мне указывать! — заводился Роман.

Мало того, что уснула, так ещё и скандал закатывает на пустом месте. Подумаешь, поцеловал, хотя, честно, хотел бы продолжить с того места, где остановился! Только не со знакомства дружка с её коленкой! До сих пор больно!

— Нечего меня лапать!

— Делать мне больше нечего! Просто хотел разбудить, а Вы истерику закатываете!

— Это называется просто разбудить? Или мне приснилось?

— Вот именно! Вам снятся эротические сны от недотраха, а я виноват!

— Не Ваше дело, что и почему мне снится! — бушевала взбешённая Лиза, остервенело оттирая тыльной стороной ладони губы.

Вот это уже перебор! Ей явно нравилось, пока она была в полудрёме, а теперь с омерзением стирает следы его поцелуя… Что это она возомнила?

— Где Ваш отчёт? Или Вы предпочитаете дальше мне хамить безнаказанно.

— Что?

— Проблемы со слухом? Может, пора обратиться к врачу, — ехидно добавил Роман, припоминая её прежние высказывания, — И не только к отоларингологу!

— Не знала, что мне требуется Ваше направление или Ваша рекомендация — в унисон отпарировала Лиза.

— Рекомендации потребуются в другом случае…

— Давайте работать! — подвела черту под неприятным разговором, который лично ей грозил большими неприятностями, хотя внутри Лизы раздражение никак не хотело затихать.

— Так спать Вы не собираетесь?

— Если и собираюсь, то не здесь… и не с Вами.

Вот зараза, опять разбудила задремавшего друга, который при одном её упоминании здорово напрягся, давая о себе знать болью в паху и теснотой в брюках. С кем это она собирается спать, а точнее трахаться? А почему не с ним? Чем он ей так не нравится — ни одна не жаловалась! Или у неё кто-то есть? Вряд ли! Даже целоваться по-настоящему не умеет. Он бы был не прочь заняться её обучением и не только поцелуям. Мысленно он уже представлял себе этот процесс обучения, как он будет иметь строптивицу в разных местах и в различных позах, а она будет стонать и просить большего, шепча, нет, крича его имя в порыве страсти, исходя оргазмами от того, что он будет с ней делать… Нет, даже не так, он будет доводить её почти до пика наслаждения, чтобы она, тёрлась об него, насаживалась на его пальцы, ласкала его дружка губами и ртом, заглатывая и захлёбываясь от эмоций, а потом умоляла, чтобы он брал и брал, и брал её, давая разрядку… Она предложит ему себя сама, предложит всю…

— Какие-то замечания с Вашей стороны есть? — ворвался в эротические мысли Романа бесстрастный голос Лизы.

Роман непонимающе уставился на девушку. На языке крутилось только одно замечание, почему она до сих пор в одежде, чёрт побери!

— Оставьте бумаги, я ещё раз их посмотрю, — на выдохе произнёс Роман, — Можете быть свободны.

Лиза положила папку на стол начальства и вышла.

Как ни в чём не бывало! Знала б она, что мысленно Роман не оставил ни одного участка её тела нетронутым, что он вытворял с ней то, чего ещё никогда не пробовал с другими. Если бы это было не просто в мечтах, то Лиза не смогла бы и шагу сделать… А пока она уходит, Роман же и шевельнуться не может. Дружок превратился в полную окаменелость, спрашивается, как из этого состояния выйти, а этой заразе хоть бы хны… Ведьма!

Лиза давным-давно ушла, Роман слышал, как она собиралась, убирала свой стол, потом закрылась дверь из приёмной в коридор, он же сидел, тупо уставившись на оставленную девушкой папку, не понимая, что с ним происходит.

Взгляд упал на кнопку селектора, которая сообщала, что запись сохранена. Это делалось в целях безопасности, вдруг какой-то неадекватный посетитель.

Надо бы стереть Иркины утренние игрища. Ладно, потом… Наверное его неудовлетворённость из-за Ирки, всё-таки он завёлся, а разрядки не было, потом этот цветочек чертополоха его возбудил и опять стояк и ничего за этим не последовало… Этак он импотентом станет!

Домой, под душ! Или какую-нибудь пассию осчастливить своим визитом, чтобы умелые ручки и ротик сделали свою работу. Нет, лучше душ — после таких кошмаров сегодняшнего дня на баб даже смотреть не хотелось.