ГЛАВЫ 53-54
ГЛАВА 53
Чёрные волны накатывались на Лизу одна за другой, утягивая её всё глубже и глубже. Дышать нечем! Спасительная грань, за которой небытие, манит, обещая спасение от того кошмара, что нарисовал для неё извращенец…
— Лиза!..
— Не-е-т…
— Лиза, очнись, открой глаза! — требовательно кричал кто-то, тряся её безвольное тело.
Нет. Нет. Нет. Она не хочет больше видеть этого, не хочет слышать… Отпустите. Оставьте.
— Неужели опоздали? Что с этой сучкой продажной? Она очухалась?
Это о ней, о Лизе?
Кто-то заворачивает её во-что-то тёплое, но дрожь не унимается, её трясёт, колотит…
Лиза медленно открывала глаза: голова кружилась, всё плыло. И ещё к горлу подкатывала тошнота.
— Лизонька, ты как?
Голос мамы…
— Мама… Где я? Что случилось?
— Солнышко… Ты упала в обморок, выходя с работы. Сейчас в больнице. Слава Богу, что ты пришла в себя. Как ты нас с отцом напугала!
Упала в обморок? В больнице? Эти кошмары ей только привиделись?
— Охранник вызвал «скорую», из больницы позвонили нам… Девочка, тебе лучше, — мама всхлипнула, — Врач сказал, что это стресс на фоне переутомления или наоборот…
Лиза улыбнулась. Это сон, просто страшный, ужасный сон!
— Мам, я… Как долго я в больнице?
— Три дня, дорогая! Сейчас папа придёт, он пошёл за минералкой…
— Бог мой, надо позвонить на работу…
— Не беспокойся. Они в курсе, что тебе стало плохо, и ты попала в больницу. Всё хорошо. Главное, чтобы ты выздоровела.
— Да я себя вроде нормально чувствую… — Лиза попробовала сесть.
— Нет, тебе надо отдохнуть, набраться сил, — мама бросилась помогать, ставя подушку повыше, — Хочешь кушать? Я на всякий случай съездила домой и сварила бульон, пока папа возле тебя дежурил. Морс есть.
— Спасибо. Чуть позже, ладно. Что-то папы долго нет…
— Кто тут обо мне волнуется! — в дверях, улыбаясь, появился отец Лизы, — Значит, пошла на поправку!
— Пап, мам, может, поедем домой?
Родители переглянулись.
— Доченька, обязательно поедем, но тебя должен осмотреть врач.
— Хорошо, — спорить сил не было, — Я посплю?..
— Конечно, конечно. Мы тут, рядом!
Лиза провалилась в сон. Родители успокоено вздохнули, здоровью дочери ничего не угрожает, она пришла в себя.
Как же их напугал тот поздний звонок. Лиза, их Лиза в больнице! Естественно, что они сорвались и поехали, а тут… Лизонька лежала в палате такая бледная. Капельница, пикающие приборы. Ужас. Так страшно потерять свою девочку! Они уже немолоды. Им не пережить этого.
Врач подробно рассказывал о состоянии их дочери, а перед глазами — худенькое тело, бледные щёчки, прозрачные руки…
Всё позади. С Лизонькой будет всё хорошо. Надо будет поблагодарить охранника, что вышел покурить и нашёл их дочь. Вот вам и вредная привычка!
ГЛАВА 54
В кабинете Романа сидели выжатые до предела начальник безопасности и Алекс. Прошло три дня с того проклятущего вечера, а их никак не отпускало. Днём было ещё ничего, а к вечеру становилось фигово. Как могло произойти то, что произошло? Где не доглядели? Что упустили? В чём просчитались? Винить было некого, кроме самих себя и излишней самонадеянности: если бы не пара случайностей, то кончилось бы всё весьма плачевно и для Лизы, что находилась в данный момент в больнице, и для Романа, потому что именно на него по плану должны были повесить все кошмары того вечера и наступившего дня.
Бандитов повязали, но не всех, главному удалось сбежать. Ирка в камере и ждёт психологической экспертизы, папаша её, тот ещё банкрот, слямзил денежки и свалил, наплевав на дочурку — кровь, может, и родная, но своя шкура дороже, да и в дерьме своём доченька пусть сама бултыхается.
Молча потягивали коньяк и думали, каждый о своём.
Алекс всё-таки не выдержал первым.
— Мужики, что за дела, а? Всё закончилось, закончилось нормально.
— Да уж, нормально-о-о, — оторвался от рюмки Роман, — Личная помощница в больнице. Хорошо, что ни о чем не догадывается, грамотно врачу «скорой» объяснили, а то в психушку б загремела после такого.
— Нет, повязали всех легко, можно сказать, малой кровью обошлись.
— Профессионал, он и в Африке профессионал. Правильно, что на «хвост» Ирке сели, а Лизке догадались «жучок» подсунуть, — довольный Алекс прижал коньячную рюмку к виску, — Кажется, отпускает…
Начальник службы безопасности, выпил коньяк залпом и вышел, так и не вымолвив ни слова.
— Переживает…
— Конечно, садиста-организатора так и не поймали. Этот гадёныш к нам-то не полезет, а Лиза под ударом. Хотя вряд ли рискнёт, не дурак же он. Догадается, что девчонку будут пасти и охранять. Петровичу в тот вечерок покрутиться пришлось и с подмогой, и чтоб нас не светить, помощницу твою из-под удара вывести. Ромыч, поехали, оторвёмся, пар спустим.
— Рыжик тебе не только пар, но и шкуру спустит!
— Лучше брюки, — хихикнул Алекс, — Она у меня, похоже, во вкус вошла. Огонь, а не девчонка, мы с ней…
— Алекс, избавь от подробностей, — недовольно покосился на приятеля, — Хочу элементарно отдохнуть, выспаться. Радует, что ни твои, ни мои не в курсе, что произошло.
— Сплюнь! Сглазишь!
— Какой ты суеверный, да пугливый стал!
— Станешь тут, — проворчал, — Ведьмочка твоя чего стоит. Как вспомню её, когда в том доме привязанной нашли, картина!.. Одно не пойму, почему Ирка так на неё взъелась, она ж не знала, что твоя помощница слышала то, что происходило в кабинете. Мы ж эту запись не использовали. Ирка стерва, конечно, но красотка, а эта…
— Хватит, — стукнул ладонью по столу, аж бутылка с коньяком чуть не опрокинулась, — Не намерен своих ба… женщин обсуждать, какими бы они ни были!
— Интересный поворот, поподробнее, пожалуйста! Ты всё-таки завалил страшилку? Прям в кабинете? И как она?
Роман заскрипел зубами, руки сжались в кулаки.
— Алекс, заткнись!
— А что я? Я ничего. Интересно же, — обиженно пробурчал, отвернувшись, — Может с виду ведьма ведьмой, страшилка без слёз не взглянешь, в постели же та-ка-я-а-а, что пальчики оближешь. Ты поэтому и злой, что детка в больнице, и доступ к телу временно заблокирован эскулапами? Понимаю… Разрядись с другой, она ж об этом не узнает, да и верность ты ей хранить не обещал. Или она одна нескольких стоит? Не вижу проблем — хоть гарем пригласи — не со стояком же тебе ходить или пубертатный период вспоминать, обнимашки с рукой в душе, под одеялом, и зло на каждом встречном срывать.
— Что-то ты разошёлся! Дел других нет? Сейчас организую! — резко зачесались кулаки, заходили желваки, а тело устремилось к приятелю, Роман лишь усилием воли затормозил себя, точнее желание врезать этой самодовольной морде.
— Вот, я же только правду. Пойду-ка я, пока не прилетело… А ты подумай. может, несколько кошечек скрасят твой досуг и отведут опасность от окружающих людей из-за твоего спермотоксикоза. Разорвёт же…
Вовремя ушёл, гад! Вечно всё вывернет, перевернёт… Какое ему дело до Лизы? Роман злился, но не мог понять причину. Личная помощница вне опасности, проблему с шантажисткой удалось решить, работа идёт без сбоев — фирма развивается и процветает, отец с матерью сильно не достают.
На столе завибрировал телефон. Кинув взгляд на экран, Роман чертыхнулся. Сглазил!
— Да, пап. Извини, задержался по делам. Обещал же, значит, приеду. Выхожу уже. Алекс? Нет. У него могут быть дела? Да, личная жизнь. И у меня… Какие бабы? Не до баб! Отчёт смотрел? Ну, так!.. На работе я. Еду.
Понятненько! Алекс задницей чувствовал, что до родителей информация дошла и разборки предстоят нешуточные, потому и смылся, хотя друга сам выставил. Теперь Роману отбиваться одному. Рассчитывать на поддержку не приходится, да и на том спасибо, что в трудную минуту не устранился, помог.
В том, что произошло, в последствиях виноват он сам: ни Алекс, ни начальник службы безопасности Петрович. Не связался бы с Иркой или разбежался без обид, то ничего бы не случилось. Возомнил себя крутым мачо, мол, какую хочу, ту и имею, чуть самого не отымели в результате: готовился бы сейчас к свадьбе с шалавой, шлюхой, которую, как выяснилось, только ленивый не нагибал. Тьфу! Противно! Наверное, за спиной смеялись, когда на светские мероприятия эту сучку с собой таскал, используя как щит от других, ей подобных профурсеток, да и пользовал, когда чесалось.
Все бабы одинаковые. Блондинки, брюнетки, шатенки, рыжие… И дырки на тех же местах, только какие-то хотят пожёстче, другие в этом не признаются, строя из себя этаких леди. Цветуёчки с оборванными лепестками мечтающие продать себя подороже. Нечего изображать джентльмена — захотел, трахнул, швырнул отработанные деньги, если удовлетворила, и пошла она на другой… Сопли распустил. Самому противно! Надо же в трёх соснах так заплутать, а всё этот цветочек чертополоха… Даже не съездить к этой ведьмочке, чтоб легенду, что для её же блага сочинили, ненароком не разрушить. Все новости только по телефону. Петрович сказал, что около неё родители её крутятся. Пожилые вроде и одна она у них. А если б не успели? Какой кошмар ей Ирка с этим уродом уготовили? Изнасилованием не закончилось бы точно, исходя из предпочтений госпожи Озёрской.
Перед глазами вновь картина — распятая на какой-то непонятной конструкции Лиза, прикрытая только волосами… Роман не помнил, как подскочил, отвязал, укрыл. Ирку он вообще не сразу увидел, а заметив чуть не сблевал — затраханная во все дырки, в крови и сперме, с красными полосами ударов толи плетью, толи хлыстом по всему телу, а на лице сумасшедшая улыбка. Так и не понял, ей понравилось то, что с ней делали или радовалась, что моей помощнице отомстила. Впрочем, она вряд ли осознавала, что Лизку вовремя из этого бедлама вытащили, и месть её не осуществилась.
— Ром, ты домой к родителям едешь? — заглянул Алекс. — Они мне обзвонились.
— Еду. Ты со мной? — с надеждой в голосе поинтересовался.
— Извини. Сегодня никак. Меня Рыжик ждёт. Может, если получится, то попозже подъеду…
— Ладно. Не напрягайся. Поеду получать свою дозу воспитательной проработки. А тебе — хорошо провести вечер.
— Обиделся?
— Нет. Просто устал. Очень.
— Твою помощницу завтра выписывают. Петрович сказал. Будет амбулаторно восстанавливаться.
— Понятно.
— Что-то ты совсем скис, дружище! Так нельзя. Всё обошлось, глядишь, через неделю выйдет твоя помощница на работу, — по-дружески хлопнул по плечу, — Раздражитель в виде ведьмочки быстро тебя в тонус приведёт. — хохотнул.
— Это точно, за ней не заржавит.
Друзья спустились в на подземную стоянку и разъехались. Каждый по своему маршруту.