ГЛАВЫ 80-81

ГЛАВА 80

Настроение у Лизы в последние дни менялось, как погода за окном: то солнышко, то снег с дождём. А тут токсикоз проклятый по утрам замучил: тётя Нина ей кисленькое подсовывала, яблоко специально в морозилку убирала перед тем, как Лизе проснуться. Всё без толку, выворачивало её и ничего не помогало. И ещё постоянно хотелось пить, а врач в консультации запретил, мол, отёки пойдут, для почек вредно и так далее. Животик с каждым днём становился заметнее.

— Богатырь растёт, — умилялась тётя Нина, — Что ж ты так мамку изводишь, хулиган, от неё ж скоро одна тень останется?

Лиза в такие минуты улыбалась так, как могут улыбаться только беременные женщины, что очень ждут своего малыша. Тёплая, слегка рассеянная улыбка, направленная в себя, словно обращённая к ребёнку блуждала на счастливом лице.

— Тёть Нин, я пошла собираться, а то по такой погоде быстро не доберусь…

— Лиз, ты потеплее оденься, да не спеши. Хочешь, провожу, а потом встречу?

— Не-а. Я сама!

— Сама она, — ворчала тётя, — Всё сама. Мне к соседке надо, пошли нам по пути…

— Нечего в такую погоду по гостям ходить!

— А тебе в такую погоду самое оно, да?

— Тёть Нин, ну не начинай! Столько купить надо, а деньги с неба не падают, иначе бы все на улице торчали, чтобы такой момент не пропустить, — шутила Лиза.

— Ладно уж, юмористка! Отзвони, как дойдёшь и позвони, когда обратно соберёшься, — строго-настрого наказывала тётка.

— Обязательно, — чмокнув ворчащую тётушку в морщинистую щёку, смеялась Лиза, — Сторож ты мой, не волнуйся! Я пошла!

О чём только твой муж думал и думает. Судя по тому, что родители Лизы сообщили, вроде переживает, ищет. Для чего только? Бумажки на развод подписать? Или сердце проснулось у нерадивого? Может сладиться у него с Лизой и не будет мальчонка сиротой при живом-то отце?

Разговаривала она с этим Романом, но сразу ничего не сказала и родителям Лизы запретила. Пусть в себе сначала разберётся, нечего девчонке душу рвать. Каким он был неизвестно, а теперь, похоже, всерьёз о Лизе беспокоится. Надумал приехать, чтоб с женой поговорить, хоть за телефоном и этим скайпом прятаться не стал. Что ж посмотрим, что ты за птица, мил человек. Если пустышка, то вот тебе Бог, а вот и порог. Лизу жалко: всё сама, да сама, а ведь, похоже, любит этого Романа всерьёз. Сами разберутся — через три дня приедет. Молодые, горячие, упрямые только б дров ещё больше не наломали!

ГЛАВА 81

Сразу сорваться и поехать возвращать упрямицу жену у Романа не получилось, какое-то время ушло на подчистку хвостов на работе. Одна отдушина, кажется, эта тётя Нина перестала его в штыки воспринимать и согласилась, чтобы он приехал.

До аэропорта Роман добрался без помех, если не считать Алекса, который мало того, что навязался в провожатые, так прокомпостировал все мозги, поучая чего не надо делать. Тоже знаток женской души! Хорошо, что не предложил смсками подсказки отправлять в кризисной ситуации. С Лизой, конечно, легко не будет, но тут уж на себя придётся надеяться — только бы сразу не выгнала… Тётя Нина — тёмная лошадка: может поддержать, а может и… обратно послать. Нервы были на пределе…

Перелёт был довольно коротким, поэтому расслабиться не удалось. Приземлились и звонок от родителей, мол, как Лиза. Лиза… До неё добраться надо. Вырубил нафиг телефон, достали! Автобусную остановку искать не стал, подрядил частника.

Темнело, когда Роман наконец-то нашёл нужный дом. Эх, была, не была! Готов был шагнуть в калитку, но вдалеке увидел тоненькую фигурку, что двигалась в его направлении, и сердце ёкнуло — Лиза.

Она шла осторожно, не поднимая головы, видимо, смотря под ноги, потому что, как во многих провинциальных городишках и их пригородах, фонари горели через один, а сплошные колдобины, что после снегопада никто не чистил, язык не поворачивался назвать улицей. В груди что-то сжалось, в горле запершило… Как бы не напугать — нарисовался, хрен сотрёшь.

Руку оттягивал огромный баул, что навязали Роману с собой — подарки для тёти Нины и кое-что для Лизы от её родителей и от его. Дай им волю, так нагрузили бы, что хоть спецрейс заказывай.

Впервые подумалось, что непонятно, что говорить, как начать, как объяснить приезд, но и отступать нельзя, невозможно…

Скрывшись за огромным сугробом, переждал пока Лиза вошла в дом, и дал минутную передышку то ли ей, то ли себе. Крадучись подошёл к двери — растяпа на замок не закрыла!

— Гостеприимный дом, двери настежь! — наигранно весело возвестил о своём приходе Роман, хотя внутри от напряжения всё дрожало, как натянутая тетива, — Вот уж не думал, что никто не встретит жарким поцелуем мужа, что проделал такой путь, да ещё презенты дотащил…

— Ты? — Лиза щурилась от яркого света, который вдруг залил прихожую, сама-то она верхний свет включала там редко, предпочитая мягкий свет бра, — Что ты здесь делаешь? Откуда у тебя этот адрес?

— Сколько сразу вопросов с первой минуты. Знал бы, что с таким нетерпением ждёшь, прилетел бы на крыльях, хотя, если таковыми считать крылья самолёта, то так и прилетел… Этот баул все руки оттянул. А где тётя Нина?

— Какая она тебе тётя? Что ты здесь забыл? Бумаги на развод нужно подписать, давай и катись отсюда…

Лиза была на грани истерики. Всё было хорошо, а тут свалился на голову так называемый муж. Надо подписать что-то, так без проблем, лишь бы ушёл побыстрее…

— Не ожидал тёплого приёма, но и такого тоже, Лиза-Лида, — спокойно ответил и начал распаковывать сумку, успев снять тёплую куртку и ботинки, — Мужских тапочек нет в доме? Замечательно! Хорошо, что на мне тёплые носки…

— Что ты сияешь?

— Рад тебя видеть, а то за один день меня бросила дважды и исчезла. Надеялась, что не найду?

— Так ты из-за этого пожаловал, что твоё мужское эго задели, тогда не трать напрасно время.

— Может, поцелуешь мужа? Нет? — медленно подступая к Лизе, отвлекал её разговором Роман, — Мужа целовать не хочешь, а любовника? Тоже нет? — нежно обнял за плечи, пытаясь прижать к себе, прошептал уткнувшись носом в шею, — А я соскучился по обеим, что запрятаны в одной ревнючине к самой себе и эго совсем ни при чём… Здравствуй, Лиза-Лида!

Лиза попыталась освободиться из кольца тёплых рук, по которым она, оказывается, скучала, стряхнуть какое-то оцепенение, вызванное ласковым голосом Романа.

— Не отпущу, я так тебя искал, девочка моя.

Тёплая волна захлёстывала Лизу, даже голова кружилась. На минуту позволила прижаться к Роману, почувствовать себя любимой, коснулась щекой руки… Но это не правильно! Это наваждение, гормоны дурят.

— Что тебе от меня надо? — Лиза вывернулась из объятий и сделала несколько шагов назад, увеличивая расстояние между ней и Романом, а, может, пытаясь уменьшить внутреннее притяжение, которое мешало спокойно думать, — Зачем ты приехал? По-моему я сказала тебе всё. Если тебе так удобно, то мы можем развестись через год, если нужно скорее, то я готова подписать все бумаги. У нас нет ничего общего…

— Здесь ты ошибаешься, — начал Роман

— Нет. — прервала она, стараясь встать несколько в тени, так её слегка округлившийся животик был менее заметен, — Помнится, ты пугал меня тем, что я могу всё потерять? Мне от тебя ничего не надо. У тебя своя жизнь, у меня своя, — поджала губы и открыто встретила взгляд Романа, — Или срочно требуется уродина для отпугивания потенциальных невест?

— Уродиной тебя вряд ли можно назвать без соответствующей экипировки и макияжа. Здорово получалось морочить голову. Мне иногда казалось, что начались глюки: секретарша жуткая неумеха, раздражающая и притягивающая одновременно. Упёртая, с острым язычком, я бы даже сказал, жалом, и вдруг ранимая, нежная. Ты сама не путалась? Или всё-таки надоело скрываться под личиной и на свет появилась роскошная красавица, способная и святого сбить с пути истинного…

— Тебя это не касается…

— Ошибаешься, девочка моя

— Не смей меня так называть, — резко перебила Лиза.

— На это имею полное право и дала мне его ты! Забыла? Недельная «командировка» на двоих. Я был первым и единственным, а ты девочкой, моей девочкой, которая в моих объятиях стала женщиной. Моей женщиной! Станешь отрицать?

Лиза молча обхватила себя руками. Отвечать не хотелось, да и что тут можно сказать. Надо собраться с силами для противостояния, найти аргументы.

— Ума хватает не возражать, — по-своему истолковал молчание Лизы Роман, — Ты думаешь, от меня легко избавиться, если я этого не хочу? О разводе можешь забыть!

— С чего вдруг? Что-то изменилось? Планы? — ехидно протянула девушка.

— А ты не догадываешься? Умная, красивая и такая не сообразительная…

О беременности он знать не может. Родители и те пока не догадываются. Скорее бы тётя Нина пришла, что ж ей так приспичило сегодня в гости отправиться. Уже темно на улице, а её всё нет.

— Голову над отгадкой ломать не собираюсь. Твои дела, твои проблемы. Меня больше волнует, что тётя Нина где-то застряла…

— С подружкой, видно, заболталась. Не уходи от ответов, раз у тебя вопросы закончились, — еле сдерживаясь, продолжил Роман.

Схватить бы упрямицу в охапку, зацеловать и решить все проблемы в постели, пока тётя Нина не вернулась. Руки чесались дотронуться, притянуть к себе, зарыться в волосы, вдыхая её аромат, неповторимый запах любимой женщины. Такие преграды возвела, что крепостные валы и что там ещё бывает, игрушечными кажутся. Держится так, что можно позавидовать её выдержке.

— Нет серьёзных вопросов, поэтому и не жди ответов. Роман, я устала и хотела бы отдохнуть. Тебе пора…

— Намёк весьма прозрачный, беда в том, что гостиницы поблизости нет. Придётся терпеть моё присутствие.

— Не думаю, что тётя Нина на это согласится.

— Это я у неё сам спрошу, когда вернётся. Не хочешь говорить на серьёзные темы, тогда давай разберём наконец-то эту сумку, там должно быть и что-то съестное. Есть очень хочется, ты ж кормить не собираешься?

Лиза только сейчас почувствовала, что сильно проголодалась. В животе громко заурчало и стало подсасывать до тошноты. Этого не хватало, чтобы рвануть, затыкая рот, в ванную.

— Где кухня, хозяюшка, — улыбаясь, поинтересовался Роман, — а то мы тут умрём с голоду до прихода тётушки.

— Хочешь заказать еду из ресторана? Так их тут, как и гостиницы не имеется!

— Своими силами справлюсь, жёнушка! В тебе проснулась прежняя ехидна? Это радует. Всё лучше, чем полное безразличие разыгрывать, — поделился ощущениями мужчина, — В каком направлении искать кухню?

— В привычном.

— Самая правая — кухня, самая левая — ванная комната…

— А по серединке? — подхватила Лиза, вспомнив двери в их гнёздышке.

— Неужели не заглянула? — подмигнул Роман, — Удержалась?

— Другие удержаться не могли, — резче, чем хотела, уточнила Лиза.

Затаив дыхание она ждала ответа.

— Там других не было, только ты!

— Ну конечно…

— Конечно, — передразнил Роман, и на полном серьёзе добавил, — правда не думал, что моя брачная ночь с опозданием в три дня пройдёт с женой в офисе компании, в комнате для отдыха, куда женская нога никогда не ступала. Но ведь жена имеет право знать всё о муже, согласна?

— Иногда лучше не знать, — прошептала девушка, надеясь, что её слова не услышат.

— Это ты о сногсшибательной красавице Лиде? Ая-яй-яй, дорогая, она соблазнила мужа, заметь, собственного мужа, не используя маску! Просто её сняла и одну буковку в имени поменяла! Но каков эффект…

— Баснями собираешься кормить, — поинтересовалась Лиза, пытаясь уйти от скользкой темы, но, не выдержав, добавила, — Муж после фиктивного брака и трёх дней воздержания вспомнил о брачной ночи и исполнил супружеский долг с другой…

— Изменив жене со своей женой! Во истину неисповедимы пути женской логики и ревности… — подняв глаза, обратился Роман к кому-то на самом верху, кто затеял эту шутку, а им теперь выход искать, — Дай Бог, терпения!

Лиза фыркнула и решительно направилась вглубь дома, видимо, на второй этаж. Что-то изменилось в её фигуре, но не явно — совсем чуть-чуть, да и глаза смотрят иначе. Она стала намного привлекательней, хотя куда уж больше, вспомнив их совместную «командировку» Роман ощутил, как предательски натянулась плотная ткань джинсов.

Эй, приятель, ты там потише. Понимаю твоё желание, но всему своё время. Удержаться сложно, хочется со всей дури прижать к себе, потом, как первобытному человеку схватить и утащить в свою пещеру. И не выпускать до тех пор, пока она в изнеможении не станет только шептать, хрипя от криков, пока оргазмы волной будут накрывать упрямицу один за другим… Стоп, к её телу доступ надо ещё получить, а вот кончить от одних мыслей, как мальчишка прыщавый, посреди кухни вполне возможно. Выручил бы ледяной душ, но и с ним придётся обождать.

Вздохнув пару раз в попытке направить свои мысли в другое русло, Роман начал сочинять ужин, поблагодарив родственников, что сообразили напихать и продуктов в эту чёртову сумку, а он, дурак, с ними спорить пытался.

Ароматы на кухне, да и по всему дому, витали сказочные, аж слюньки текли. Лиза делала судорожные глотательные движения то ли мечтая поскорее начать пиршество, то ли сдерживая приступ тошноты.

— Кто это на моей кухне хозяйничает, — проворчала тётя Нина, едва переступив порог дома. Лиза что ли решила что-то особенное приготовить, а то совсем девка почти не ест с этим токсикозом, будь он неладен. Заглянув на кухню, ахнула про себя: молодой мужчина, подвязав фартук, с энтузиазмом переворачивал мясо на сковороде, одновременно что-то помешивая в кастрюле. Не замечая, что за ним наблюдают, по-хозяйски начал доставать тарелки, потянулся за хлебом, чтобы нарезать…

— Добрый вечер, тётя Нина, я тут на стол накрываю, пока Лиза отдыхает, — широко улыбнулся незнакомец.

— Для кого «тётя Нина», а для кого Нина Санна, — буркнула опрятная, сухонькая старушка совсем маленького росточка, но губы её дрожали от сдерживаемой ответной улыбки, — Стало быть, ты и есть Роман, муж Лизы? Я тебя только через пару дней ожидала. Что уже поговорили? Лиза сбежала к себе в комнату, значит, не договорились.

— Нина Санна, в корень зрите, но для того и приехал, чтоб договориться и увезти мою благоверную домой.

— Захочет ли? — буравя взглядом, посерьёзнела бабулька-божий одуванчик, — Дел вы оба наворотили, как расхлёбывать собираешься?

— Полной ложкой, а куда деваться, сам дурак, — так же серьёзно ответил Роман, — Но без Лизы я не уеду!

— Как же бизнес, переговоры всякие. Лиза рассказывала.

— А зачем молодому холостому это всё, того что есть с лихвой хватит. Это женатому надо семью обеспечивать, задел на будущее создавать.

— Так и гулял бы вволюшку…

— У меня жена есть.

— Так-так, ширинку застёгнутой решил держать?

— Не-а… у меня жена есть, — улыбаясь во весь рот, сообщил Роман.

— Ну, а коль не захочет Лизка возвращаться? Ей твои деньги, подарки и прочая дребедень не аргумент.

— Значит, брошенным жить придётся. Одному, — резко изменилось настроение мужчины, — Второй такой мне не найти, да и искать не за чем, если сам потерял. Нин Санна, что делать-то?

— Сам девке сердце заморозил, теперь оттаивай, да потихоньку. Это тебе не кусок мяса из морозилки вынуть, оно ж болит и кровит… Как же ты Лизку-то не разглядел, дурья твоя башка?

— Может, не в ту сторону смотрел, а, может, не одним глазам доверять надо было, — совсем тихо, как будто про себя, произнёс Роман. — Ой, ё! Мясо сгорит! — спасая приготовленное, схватил сковороду голой рукой, заорал мужчина, но не бросил.

— Прихватки же есть! Лиза, спускайся, будем твоего мужа лечить!

Услышав вопль Романа, Лиза подскочила, забыв о тошноте, через ступеньку спускалась на первый этаж.

— Не беги! — строго прикрикнула не неё тётя Нина, выглянув из кухни, — Никто не умирает! Аптечку из ванной прихвати.

А ведь Лиза неравнодушна к нему, как пытается показать, — ахнул про себя Роман. Глаза перепуганные в пол-лица, руки дрожат, сжимая аптечку. Какая же она красивая и по-домашнему уютная в этом платье балахонистом. Нашла чем отпугнуть! К её мешкам-костюмам и таким же платьям-балахонам он успел привыкнуть. Хотя… надела же она как-то пару раз деловые вроде бы костюмы, не придерёшься, а они такой полёт для фантазии открывали, а блузочки без неотъемлемого пиджака, когда кондиционер сломался и полдня не работал. Что-то его опять понесло.

— Лиза, чего застыла. Живой! Доставай мазь от ожогов или пластырь, чего найдёшь, командовала тётя Нина, — Чего голыми руками ручку сковороды хватал?

— Так привык, что она такая, что не нагревается., - оправдывался муж Лизы, — Надо Вам нормальную кухонную утварь купить..

— Ты если с головой не дружишь, так помолчи. На этой чугунной сковородке ещё моя бабка готовила. Не чета она вашей ерунде современной, — шикнула на него тётка, — Руку давай…

— Да пустяки…

— Лиза, не стой столбом! А ты, горе-повар, не спорь!

— Нина Санна, Вы в кастрюльке гарнир помешайте, пожалуйста, а то и он пригореть захочет. Останемся без нормального ужина. Есть охота! — попросил Роман, усаживаясь на стул и протягивая Лизе обожжённую ладонь, — Ой! — вздрогнул, напугав жену так, что она побелела, — Лиза, ты только в обморок не падай, ладно, поймать с такой рукой проблематично будет. Могла бы и подуть, — надул губы, как мальчишка.

— А что ещё сделать, — поинтересовалась Лиза, осторожно нанося мазь.

— Поцеловать! Ужин-то я спас.

— Неизвестно ещё, что наготовил, повар.

— А авансом нельзя? — подмигнув тёте Нине, поинтересовался Роман, притягивая к себе Лизу здоровой рукой.

— Подумаю… — вдруг показав ему язык, поддразнила жена, — Но могу и вторую покалечить, благо аптечка под рукой.