Глава 16

— Почему? — спросила его.

— Чуть позже объясню, — оттянул признание принц и продолжил рассказывать: — Дворец большой, куда тебя могло занести, я понятия не имел. Бродил, бродил, принюхиваясь, но ты как сквозь землю провалилась.

И тут, когда проходил по второму этажу, уловил-таки твой запах – едва различимый. Я внимательнейшим образом обнюхал пятачок и выяснил, что максимальная концентрация запаха сосредоточена снизу на стене.

— Я там сидела, — поведала ему.

— Именно так я и подумал. А ещё стало ясно, что сидела ты напротив кабинета Жерсана. Мне тут же вспомнилось, как ты пересказывала его беседу с подчинёнными у фонтана. Картина начала проясняться – ты решила пошпионить за Жерсаном, чтобы добыть для меня какую-нибудь важную информацию.

Это был худший расклад из всех возможных – попасть в плен к этому негодяю. Живёт он во дворце, но вряд ли бы стал держать пленницу в своих покоях. Жерсан мог спрятать тебя где угодно. Единственный выход – взять его след, но для этого нужно было дождаться ночи, когда бодрствовать во дворце останутся лишь стражники.

Понимаю, что в лапах Жерсана каждая минута была для тебя часом, но, поверь, я не мог рисковать, обернувшись волком, пока на этажах кипит жизнь.

Гринальд посмотрел на меня виновато.

— Ты сделал всё, что мог, — успокоила его.

— Дождавшись, когда все разойдутся спать, — продолжил он рассказ, — я вернулся к кабинету Жерсана, перекинулся и попытался взять его след. Однако за вечер там хорошенько натоптали, а вот по лестнице, что находится в середине коридора, людей ходит мало, и на ней я сразу унюхал его следы. Тобой ступеньки не пахли, из чего я сделал вывод, что скот нёс тебя на плече.

Мне оставалось лишь пойти по следу, который и привёл меня к зданию Тайной канцелярии.

— Всё это время ты шёл волком? — спросила его.

— Нет, не всё, — помотал головой принц. — Через ограду, чтобы не попадаться на глаза страже, перелезал человеком. Ну и дальше двигался на своих двоих, пока снова не встал на след – было у меня подозрение, куда Жерсан тебя понёс.

— Ты так рисковал из-за меня! — я коснулась его запястья.

На лице мужчины промелькнула неясная, но очень тёплая улыбка.

— Грин, — обратилась я к нему, без всякого стеснения продолжая использовать уменьшительное имя. — Раз ты оборотень, выходит, и родители у тебя оборотни?

— Только один из них, — уточнил он.

— Мама? — предположила с большой долей уверенности.

— В точку, — кивнул он. — Как догадалась?

— Ты ей сказал, что поедешь размяться, — напомнила ему подслушанный однажды разговор. — Теперь-то я поняла, что означало это «размяться». Волчком побегать, да?

— Всё верно, — засмеялся Гринальд. — Вот уж никак не думал, что во время той беседы нас было трое. — Сказав это, он резко посерьёзнел и произнёс: — А теперь самое время перейти к главному вопросу. Да, мы с Мендиной оборотни. И об этом, кроме тебя, доподлинно не знает никто.

— Даже отец? — оторопела я.

— Повторяю – никто.