16-4

— А ты не догадываешься? — вскинул бровь принц.

И тут меня осенило.

— Это Алхимик? — спросила утвердительным тоном.

— Он самый, — подтвердил мужчина с хмурым видом.

— Но погоди, — протянула оторопело. — Если этот герцог такой уж известный, почему ты не вспомнил его, когда я описывала внешность Алхимика?

— Потому что герцог Лузидор и твой Алхимик немного разные люди, — огорошил меня его высочество. — Нет, человек-то один, только вот Лузидор – элегантный блондин с утончёнными чертами лица, а Алхимик, сама знаешь, как выглядит.

— Ничего не понимаю! — в неверии помотала я головой. — Как такое может быть?

— До вашей с ним встречи в сквере я бы тоже не поверил в подобное, — сказал Гринальд. — И пока вы с ним беседовали, был уверен, что это какой-то неизвестный мне тип. Однако стоило обнюхать скамейку после вашего ухода, я понял, что это никто иной, как герцог Лузидор – уж его запах-то мне знаком, он иногда бывает во дворце. Но как герцог столь радикально изменил внешность, ума не приложу. Понятно, что магией, но как именно, по-прежнему теряюсь в догадках.

— Вообще он изобретательный товарищ, — заметила язвительно. — По себе знаю. Но что меня ещё удивляет, так это то, что сын Алхимика выглядел точно так же, как и папаша, разве что моложе! Хорошо, на себя тот поставил морок, едва меня увидел, но на сына-то когда успел накинуть? Или отпрыск сам сообразил это сделать?

— Думаю, дело было так, — принялся размышлять Гринальд. — Как ты верно подметила, на себя он поставил морок, едва тебя заметив. Всё-таки ты держала в руках драгоценный эликсир. Вряд ли он хотел раскрывать перед тобой личность его изобретателя. Потом на сцене появился ничего не подозревающий сынуля. Создавать морок ещё и для него у Алхимика не было времени и он кинул на сына личину, аналогичную своей, только немного омолодил её. А уж удерживать морок тому пришлось самостоятельно.

— Этот человек оказался гораздо опаснее, чем я предполагала, — констатировала мрачно. — И, кажется, теперь догадываюсь, какой была его цель, когда он собирался отправить во дворец невидимого сына, вместо которого в итоге сюда попала я. Алхимик хотел, чтобы вы с Мендиной хотя бы вскользь обронили нечто, что свидетельствовало бы о вашей оборотнической природе. Ну, например, всё то же «поеду разомнусь».

— Верно мыслишь, — согласно кивнул Гринальд. — А убедившись, что мы действительно оборотни, он сделал бы всё, чтобы спровоцировать оборот кого-нибудь из нас, причём в присутствии свидетелей. Новость о том, что супруга короля является оборотницей, да ещё и... — принц скривился, явно пытаясь подобрать слова. Я поняла, что он снова коснулся тайны, которую мне пока не положено знать. — Ну, в общем, это открытие могло бы основательно пошатнуть трон под отцом. Мир миром, а такое наглое вторжение в правящую династию всколыхнуло бы даже лоялистов.