17-4

Едва за ними закрылась дверь, принц тяжело выдохнул. А я плюхнулась на кровать и не сумела сдержать слёзы.

Грин тут же подсел ко мне.

— Я не могу больше врать! — простонала шёпотом. — Я скоро свихнусь от всей этой лжи!

— Не переживай, — произнёс мужчина успокаивающим тоном. — Удар за всю нашу вынужденную ложь я приму на себя.

— Так я, по большей части, за тебя и переживаю! — сказала ему.

— Правда? — тепло улыбнулся принц и вдруг заметил: — Я вижу твои слёзы.

— Ну и как тебе ручейки, струящиеся по воздуху? — спросила, всхлипнув.

— Очень необычно, — признался он. — Но всё-таки я хочу, чтобы ты больше не плакала.

— Постараюсь, — пообещала ему. — Кстати, мне кажется, твоя мама многое поняла.

— Да, — согласился Гринальд. — И весьма огорчена, что мы слишком близко подпустили отца к нашей тайне. Завтра с ней поговорю.

— Надеюсь, она не будет на меня сильно сердиться, — произнесла, не слишком-то веря в то, что королева не прогневается.

— Брось, ты ни в чём не виновата, — поддержал меня мужчина.

— Я виновата, как минимум, в том, что выпила эликсир невидимости!

— Ну, если двигаться в этом направлении, можно обвинить себя и в том, что ты вообще появилась на свет.

— Действительно, хватит уже расстраиваться, — не могла я не согласиться со столь логичным аргументом. Потом посмотрела на принца: — Грин, спасибо огромное, что возишься со мной, помогаешь во всём!

Сказав это, в порыве искренней благодарности потянулась к нему и поцеловала в щёку.

Он резко повернул ко мне голову. В глазах, что называется, из искры разгорелось пламя. Я совсем не ожидала такой реакции.

— Извини, — пробормотала смущённо. — Погорячилась.

Однако он продолжал смотреть на меня так, словно хотел сгрести в жаркие объятия, повалить на кровать, а дальше... Нет, так далеко даже моя фантазия не смела заглядывать.

— Будем спать? — спросила торопливо.

— Да... пожалуй, — как-то отстранённо произнёс Гринальд после небольшой паузы.

Я метнулась в ванную комнату, быстро сполоснулась под душем. Вернувшись, обнаружила, что принц уже лёг. Не став заострять внимание на тугих мышцах его груди, до которых было натянуто одеяло, переоделась и юркнула в постель.

За окном уже светало.

***

Проснувшись утром, обнаружила, что сосед по постели куда-то исчез. Посмотрела на часы – они показывали начало двенадцатого. Ничего себе поспала! Неудивительно, что пробудилась одна.

Умылась, оделась. И стала бродить по покоям, чувствуя себя Гекльберри Финном, который, не имея ничего, был счастлив на свободе, а очутившись в богатом доме, изнывал от тоски. С Гринальдом, конечно, не соскучишься, но его сейчас нет, а когда вернётся, я не знаю.

По счастью, долго ждать мне не пришлось – принц возвратился ровно в полдень.

— Сейчас видел Жерсана, — сообщил он со злорадной улыбкой.