Глава 17. Великодушие Маруси Дамировны и страшные тайны

Дамир

Аруан. День отлёта спецгруппы на планету Амирак

Я пил кофе и писал отчёт об успешном окончании одного из исследований, когда активировался звук на одном из мониторов. Пчёлка–шпион прилетела к дому адмирала Монро, но, к сожалению, немного задержалась в пути и начало представления я пропустил.

— Таня, вернись, мы не договорили! — орал во всю мощь тренированных лёгких Торвальд Монро.

— Мне не о чем с тобой говорить! — яростно отвечала ему дочь.

Я повернул голову к экрану и увидел, как Таня вылетела из кабинета отца, хлопнув дверью с такой силой, что стены содрогнулись.

— Даже не спрашивай, — на ходу бросила она сидевшей с открытым ртом матери.

Ворвавшись в спальню, юная леди рывком распахнула дверь гардеробной, замерла на мгновение, а затем схватила ярко–красный лаковый чемодан–гардероб размером со шкаф.

— Наверное, мама подарила, Таня бы себе такой яркий не купила, — прокомментировала Маруська, бессовестно подглядывая.

Я доверил кофемашине следить за сборами и перемещениями недовольной Танюшки и вернулся к отчёту. Зная, как собираются девушки, не сомневался, что успею переделать запланированные дела, а затем спокойно проконтролировать отбытие леди Монро к Генриху Крауфу. После того, что она вчера узнала, это самое логичное решение.

Я не ошибся. Через полчаса за девушкой прибыл флай с гербом Крауфа.

— О, смотри, Дамир, он лично прилетел, — всполошилась Маруська, которая считала всех холостых миллионеров своей собственностью, а потому внимательно следила за их жизнью, когда думала, что я не вижу.

— Привет, — кивнула Таня Генриху и обернулась к домашним роботам: — Грузите, ребята.

— Внушительная у тебя косметичка, — хмыкнул Крауф.

— Спасибо, что приютил, — игнорируя шутку, произнесла Татьяна.

— Всегда рад, дорогая, всегда рад.

Я следил за данными на нескольких мониторах. Не прошло и минуты, как Тане закрыли доступ в академию и ко всем исследованиям.

Так и думал! Следят за девочкой куда серьёзнее, чем афишируют в отчётах. А Монро, бедный, похоже, действительно не понимает, что происходит.

— Таня, видимо, не объяснила ему приступ ярости, лишь хлопнула дверью и сбежала, — практически слово в слово озвучила Маруся мои мысли.

А я, остолоп, отвлёкся с утра на личные дела и забыл, что стоит узнать, как себя чувствует Таня после неприятной новости о прошлом обожаемого отца.

Но мне было совершенно некогда. Ида написала, что их спешно отправляют на практику и на тренировку они с Киром не придут, Традо потребовал отчёт, Маруська всю ночь читала любовные романы и так сильно переживала за полюбившихся героев, что с утра пришлось сперва менять ей полетевшую плату, затем слушать враньё, как долго она искала необычные рецепты кофе, чтобы меня удивить и порадовать. В итоге упустил драгоценное время и не успел поговорить с Татьяной и вправить мозг.

Впрочем, у Крауфа она в безопасности.

Пчёлка, конечно, к нему не прорвётся. Это не дом адмирала Монро, к которому у меня давно есть все пароли — приходится приглядывать за Таней, которая обожает работать до обморока. Так что вернул крылатую шпионку в академию, тем более, подвернулся удобный случай доставить её быстро и без подзарядки — Торвальд Монро рванул к личному флаю, на ходу связываясь с Традониадалем. Грех упускать такую возможность совместить приятное с полезным — и пчелу домой доставить, и подслушать разговор двух интриганов. Хоть в чём–то мне сегодня повезло.

Впрочем, настроение внезапная удача всё равно не улучшила. Меня так завалили делами, что я не имел возможности встретиться с Ангелочком, а она — забежать на чашку кофе.

— Маруська! — гаркнул я резко, чтобы кое–кто вынырнул из очередного любовного романа. Паршивка–кофемашина сбежала на кухню неспроста. Подсела на любовные романы, и теперь её не дозовёшься.

— Бегу–бегу, Дамирушка! — заголосила моя помощница, на ходу наливая кофе и добавляя в чашку дольку лайма. — Вот, мой хороший, я уже всё сделала, как ты просил!

— Я не просил кофе, — хмыкнул, отбирая у неё чашку.

Маруся захлопала глазами, пытаясь сообразить, зачем её тогда звали, но так и застыла, приоткрыв рот и моргая. Да что она там такое читает, что глючит постоянно? Эротику, что ли?

— Э, — протянула Маруся, доставая из брюшка–шкафчика шоколадку и подкладывая на блюдце.

— Сейчас возьмёшь весь запас шоколада и печенья, упакуешь как сухпаёк и отвезёшь Идарике. Живо! Она улетает на практику на полгода, — объяснил я любопытной кофемашине.

— На полгода! — обрадовалась та. — Да я ей соберу весь шоколад академии!

— Маруся, я раздосадован её отлётом, — произнёс я, чётко проговаривая каждый слог, как обычно делал, когда был ею недоволен.

Но ревнивица и не думала испытывать чувство вины. Беззаботно пожала «плечами» и полетела на кухню, напевая что–то вроде: «До чего жизнь моя прекрасна! Вали–вали и улетай!»

— Ты не попадаешь в ноты, — недовольно сообщил ей электронный замок, подключённый к тестовой системе управления жизнеобеспечения лаборатории. — И шевелись давай!

Я хмыкнул, слушая перепалку моих электронных стражей, только замок не пускал посторонних в помещение, а Маруська настаивала, что имеет право выдавать пропуски к моему сердцу.

Имеет право, но не выдаёт!

— Лечу–тороплюсь, — сообщила мне кофемашина, направляясь в сторону выхода с огромным тюком.

— Передай Идарике, что я буду скучать, — крикнул ей вслед, пока не закрылась дверь.

— Ничего не слышу, здесь очень шумно, — ответила Маруська, не оборачиваясь. Пустые стены коридора эхом отразили её слова: «Шумно, шумно, умно…»

— Женщины, — философски вздохнул замок, опуская дверь. И напомнил: — Пора проверить пчёлку. Возможно, стоит отправить её к адмиралам?

Кажется, искусственный интеллект подстраивается и перенимает мои шпионские привычки, я ведь ни слова ему не говорил.

Пальцы запорхали над клавиатурой.

Так, Монро зашёл в кабинет Традониадаля.

Выждать пару минут, пока они сканируют кабинет, затем активировать давно подселенных в «чистую зону» наношпионов.

Первое, что слышу — тиканье древних напольных часов, кругом полумрак, на экран выводятся данные сканирования: запах алкоголя и кофе. Не удивлён, эти двое вечно хлещут коньяки и виски за закрытыми дверями, позорище. Спустя пару минут появляется нормальная картинка: в удобных глубоких креслах друг напротив друга сидят человек и метран.

— Ты уверен? — Монро трёт лоб и явно пытается переварить услышанное ранее.

— Абсолютно.

— Но как это могло произойти?

— Не знаю, — тарабанит пальцами по подлокотнику метран, — но разберусь.

Человек устало проводит широкой, квадратной ладонью по лицу, разглаживая угрюмую складку на лбу, закрывая глаза, стирая сонливость. Огромная, массивная фигура непривычно сгорблена.

— Ты ужасно выглядишь, Тор, поезжай домой, тебе следует поспать, — рекомендует метран.

— Не могу, дома Рита.

— Ты обязан ей сказать, Тор. Объяснить.

— Я знаю! — подскакивает мужчина. — Знаю, что обязан! Как ты думаешь, легко это сделать? Таня ушла! Она не отвечает ни мне, ни родной матери! И виноват в этом, чёрт подери, только я! Я один!

— Да при чём здесь ты? Мы слишком долго у власти, слишком привыкли распоряжаться чужими судьбами, забыли, что и мы — лишь пешки в чёртовых шахматах, — горько констатировал Традониадаль, заставив меня удивлённо замереть.

То есть лучшие интриганы Аруана тоже не знали, что Генрих Крауф — сын адмирала Монро?! Ято был уверен, это их афера! Вот это поворот!

Выходит, над нашими кукловодами есть ещё одни. Что удивительно, ведь Совету подчинено сорок с лишним планет.

Кто на самом деле руководит советом?

Хотя главный вопрос — разбираться или сделать вид, что я ничего не видел и не слышал?

Если хорошо знаешь систему, играешь, не нарушая правил и получая все бонусы, жить комфортнее с закрытыми глазами.

И вместе с тем я знал, что не смогу закрыть глаза и жить как большинство. Мозг уже сопоставлял факты, успокаивая тревожно бьющую в колокола интуицию слабым аргументом — что это поможет мне заполучить Идарику и жить так, как хочется самому.

В кабинете адмирала Традониадаля долго царила тишина. Переваривали.

У меня было куда больше времени и куда меньше эмоций, так что я успел набросать несколько гипотез. Обычно истина лежит на поверхности, и если я прав, разгадка именно этой тайны адмиралам очень не понравится.

— Эх, — выдохнул Торвальд Монро. — Ладно, всё не так уж плохо, если посмотреть с другой стороны. Рита, конечно, не обрадуется, но по крайней мере теперь я знаю, с какой стороны подходить к дочери. Уже достижение.

«Не обрадуется, ага», — хмыкнул я про себя.

— Другой разговор, — поддержал шеф лучшего друга. — Непривычно видеть тебя таким…

— Эмоциональным? Да брось! Ух кто–кто, а ты как раз обычно меня таким и видишь, — хмыкнул Торвальд.

— Потерявшимся.

— Отставить «потерявшимся»! — шутя скомандовал Монро. — Я снова в строю. Спасибо за поддержку! — Сделав глоток, отставил бокал в сторону, поднялся. — Я домой. Таню вернёшь в Академию? Я удивился, как быстро её переместили в список неблагонадёжных.

— Займусь лично, — пообещал Традо.

Ещё немного понаблюдал за адмиралами, чтобы увериться в собственной правоте, а затем позвонил Тане. Приходилось действовать старыми–добрыми методами, ведь в резиденцию Крауфа я не проник. Знал бы заранее, подготовился, но сейчас, когда операция стартовала, боялся лишним вниманием подставить девушку.

— У меня всё хорошо, — вместо приветствия сообщила она. — Я переехала к Генриху, он выделил мне целый этаж, представляешь! Вид шикарный. Но главное — это лаборатория! Она не хуже той, что у меня в академии, но микроскопы и системы сканирования органики!.. Великие звёзды, на что они способны! Я уже выпросила себе несколько, притащу и домой и на работу, и с тобой поделюсь. Генри обещал, представляешь, да? Сказал, они всё равно выйдут в продажу через несколько месяцев, так что нам уже можно ими пользоваться! — Глаза девушки сияли драгоценными камнями, так она была счастлива, пока не думала о личных проблемах. — Хочу немедленно приступить к изучению партиса, буду скидывать тебе данные! — пообещала Таня, едва не прыгая от нетерпения.

— Умничка. Но помни, что тебе нельзя много работать, в последний месяц ты едва ли не ежедневно попадала в мед–бокс. Гуляй на свежем воздухе и занимайся другими делами, — тоном строгого дядюшки завуалированно напомнил о задании. — И не забудь сходить к Бобо Шанте, вам необходимо заключить договоры и подать документы на патент, иначе обскачут другие дизайнеры.

— Точно! Этим и займусь. Вот прямо сейчас и поеду, а то нет сил ждать, когда закончат монтировать оборудование. Генрих уехал в офис и мне скучно! — поделилась Таня и информацией и планами.

— Рад, что ты не грустишь, дорогая. Горжусь тобой. И, Таня, маленький совет: про Генриха никому ничего не говори, мне в том числе. Я так понял, он не особо публичный, так что даже такая маленькая и кажущаяся неважной информация про офис может ему навредить.

— Ой, я не подумала! — воскликнула девушка, совершенно естественно прижав руку к груди и округлив глаза. — Спасибо тебе, Дамир, ты настоящий друг, а я погружена в личные переживания и туплю как никогда, — рассмеялась она звонко и немного нервно.

Мы распрощались и я вернулся к отчётам. Настало время их разослать по инстанциям, пусть все думают, что я был занят исключительно ими.

Спокойно поработать мне, конечно, не дали. Вернулась Маруська и закричала с порога:

— Ты видел новости? Таня переехала жить к Генриху! В его личные апартаменты! Крауф уже скупил половину ювелирных магазинов и заказал две тонны одежды для своей зазнобушки!

— Знаю, — ответил, стараясь не рассмеяться. Маруська от злости разве что слюной не брызгала.

— Кир в предынфарктном состоянии, Ида твоя от растерянности даже обняла меня на прощание и поцеловала в щёку, — то ли пожаловалась, то ли похвасталась Марусенька. — Я ей ещё лаймов дала с собой, она тоже их любит. Мы в глубоком шоке от поведения Татьяны! Как такое вообще возможно, Дамирушка? Мы ведь её не такой воспитывали! — возмущалась Маруся так, словно именно она ночей не спала, приглядывала за маленькой Танюшкой, учила её контролировать пси и разрабатывала для неё ограничители силы.

Впрочем, в защиту кофемашины надо заметить, что она не раз сидела с Таней в лаборатории и напоминала той поесть, выпить воды и отдохнуть. И пичкала шоколадом, если та слабо реагировала на внешние раздражители, полностью окунувшись в исследования. Маленькие плиточки шоколада Таня жевала, не отвлекаясь, и хоть тем поддерживала жизнеспособность.

Но сейчас я думал не о Тане.

Кажется, мои драгоценные девочки потихоньку привыкают друг к другу. Забавно, но Ида тоже ревновала меня к кофемашине, которая выполняла, как про себя думала Ангелочек, «её функцию» — заботилась обо мне.

— Спасибо, моя хорошая. Ты у меня самая лучшая, — от души похвалил Марусю, которая тут же размякла и успокоилась. Чужие проблемы её, конечно, волновали, но не так, как свои личные.

— Да, — произнесла она, задрав нос. — И я у тебя сейчас единственная любимая женщина, — напомнила важно и застыла в ожидании комплиментов.

— Марусенька, ты занимаешь совершенно особенное место в моём сердце, — прижав руку к груди, заверил ревнивицу.

— Кстати, Ида просила приглядывать за тобой и напоминать, чтобы ты не пил кофе хотя бы на голодный желудок, — великодушно созналась Маруся, что были не только объятия и поцелуи её металлической персоны, но и небольшой привет мне. — А! Я же хотела тебе кое–что рассказать. Это про шефа. Только прошу, Дамирушка, никому! Это большой секрет! Огромный! — округлив глаза заинтриговала Маруся. — Я заходила к нему утром и эти новые сканеры, что ты мне прикрутил, почувствовали запредельный уровень стресса, но данные тебе не отправили.

— Метраны по–другому взаимодействуют с техникой и электроникой, да, это известный факт, — произнёс я, вглядываясь в живую мимику Маруськи. — Но ты явно хочешь сказать что–то ещё, верно?

— Да. Дамир, мне показалось, он испугался. Произошло нечто страшное. Что–то такое, что может напугать Шефа, — шёпотом закончила кофемашина и словно уменьшилась в размерах, прижавшись к полу.

Почувствовал, как встают дыбом волосы на руках, неприятно упираясь в ткань белоснежного лабораторного халата.

У нас серьёзные проблемы. Или катастрофа.

И это что–то такое, что Традо не доверил информацию лучшему другу! Они ведь только что беседовали!

— Спасибо, Марусенька, — поблагодарил я свою умницу.

— Думаешь, он услал группу Кира на Амирак, чтобы спасти хотя бы их, а нам всем конец? — шёпотом спросила Маруся, делая огромные глаза.

— Нет, моя драгоценная. Он услал их, чтобы Генрих, воспользовавшись тем, что оба адмирала по уши заняты, не отправил группу Кира на планету К-7412.

— Это та, на которой погибли ребята этим летом?

— Она самая. У совета есть основания полагать, что именно группа Кирилла с честью выдержит это испытание, но Традо с Монро не хотят торопиться, чем страшно бесят остальных.

— Что же такого на этой планете, что совет готов рискнуть лучшими из лучших? — поинтересовалась Маруська.

— Слетаем и узнаем, — беззаботно ответил я, чтобы понаблюдать, как Маруся будет хвататься за отсутствующее в её стальном брюшке сердце и театрально падать в обмороки. Но та удивила.

— Если им рано или поздно придётся туда полететь, может, нам пока подготовиться? Я закажу побольше кофе и лаймов. И шоколад с Оркхи. Через полгода как раз будет сбор урожая, получим всё самое свежее, — принялась планировать кофемашина, как потратить мои финансы. — Э-э, Дамирушка, а я могу купить себе несколько… книг рецептов? И энциклопедий по выживанию? Там ведь, наверное, не будет связи, да?

Ах, этот честный–пречестный взгляд.

— Все данные есть в библиотеке академии, но если ты хочешь скупить половину своих любимых авторов на Litnet… — протянул я ехидно.

— Дамир! Просто скажи «да»! — раздражённо потребовала Маруська.

— Да, моя прелесть, — покорно согласился я со всеми террористическими требованиями кофемашины. — Книги — это святое. Особенно энциклопедии. По выживанию. В любовных романах.

— Иди в баню! — рявкнула моя вредность.

— А ты иди тратить денежки, — посоветовал я, умирая от смеха.

— С превеликим удовольствием! Ничего твоим другим женщинам не оставлю! У тебя должно хватать денег только на меня! — заявила Маруся, гордо уплывая в кухню.

Я быстро проверил счета и ограничил доступ этой вредине. Одной карты ей хватит за глаза, а то ведь действительно пустит меня по миру.

— Дамир! — заревело из кухни разгневанное электронное создание. — А если ты погибнешь на этой планете и я останусь там единственной выжившей? Мне нужно больше… энциклопедий!