Глава 14. «Нам нужен корабль побольше»
– Я тут подумал, – сообщил мне на второй день полёта Рэй, которому пришлось уступить кушетку для сна Даяне, – нам нужен корабль побольше.
Цварг хотел было сесть в кресло рядом со мной, но вещей Даяны оказалось так много, что какое-то время ему пришлось просто монотонно перекладывать сумки девушки под панель управления корабля, а затем ещё и как следует примять их, чтобы всё влезло.
– Что? – мне показалось, что я ослышался.
– Ты, Тикки, я, Даяна, а ещё продукты, которые мы забрали из мини-бара пентхауса Шангри-Лу, всё это не влезает в нашего «Воробья». Здесь совершенно негде развернуться, а нам ещё как минимум две недели лететь до системы Бетельгейзе!
– Да я совершенно не спорю, что нам не помешает корабль побольше, – осторожно отозвался я. – А ещё желательно оборудованный бластерами и защитной сеткой. Но откуда ты предлагаешь взять на него кредиты? Новый корабль в аэротуннеле не валяется, даже такой небольшой как наш «Воробей» стоит целое состояние!
– То есть с идеей о том, что нам нужен корабль побольше, ты согласен?
– Согласен.
Рэй со словами «нам даже крюка делать не придётся» вбил новые координаты в бортовой компьютер и, посвистывая, удалился в подсобку. Я лишь скептически хмыкнул, так как прекрасно знал, что банковский счёт цварга заблокирован, да и в целом далеко не каждый житель Захрана мог позволить себе хотя бы скромный флаер, я уже молчу о просторном космическом шаттле на несколько человек для межгалактических перелётов. Если бы я только знал, на что подписался.
***
Прошло несколько дней, в течение которых мы посменно дежурили у штурвала, спали на единственной кушетке и ели всё то, до чего не дотянулись перепончатые лапки Тикки. Этот леграсс оказался на редкость прожорливой ящерицей, но пока что наших запасов хватало с лихвой. Выписываясь из пентхауса Шангри-Лу, Рэй предусмотрительно обчистил весь мини-бар, а ко всему ещё и заказал пару десятков блюд с собой, записав их стоимость на номер.
– А-а-а-а! – взревел Рэй. – Твой ящер съел мою колбасу! Вот, полюбуйся!
Именно такими криками меня разбудил цварг после неполных шести астрономических часов сна.
– Что? – спросонья я не мог понять, чем жирным и, судя по запаху, крайне острым тыкают мне прямо в лицо. Скандалы, закатываемые мне цваргом по поводу того, что кто-то съел его продукты, были настолько частыми за это путешествие, что я уже научился не обращать на них внимание. – Рэй, убери, чтобы это ни было.
– Нет, как только приземлимся на любую обитаемую планету, выкинем за борт этого мелкого проглота! Никаких запасов не хватит, чтобы прокормить это вечно голодное животное!
Я таки протёр глаза кулаками и взглянул на объеденную палку колбасы, а затем на Тикки, забившегося от страха под мою подушку. С одной стороны, я прекрасно понимал ящера, так как разгневанный цварг с алыми глазами мог напугать кого угодно. С другой – я уже неплохо знал Рэя, чтобы понимать, что он лишь поскандалит, выпустит пар, но на деле меня никогда не обидит. Следовало надеяться, что и Тикки, так как он стал моим питомцем.
– Рэй, ты только понюхай, как она пахнет, – скривился я от едрёного запаха. – Здесь же специй жуть сколько, наверняка несвежая. Тикки тебе только одолжение сделал, к тому же остался изрядный кусок…
– Вы только его послушайте! – сокрушался Рэй. – И давно ты гурманом заделался? Ещё недавно, помнится, ты питался стухшим тунцом на Захране, а теперь смеешь критиковать мою колбасу?! Да попадись мне твой ящер за процессом поедания моих продуктов на глаза, я ему хвост оторву! И не говори потом, что я не предупреждал!
– Мальчики, если вы там ещё не устали ссориться, знайте: мы подлетаем! – донёсся до нас звонкий голос Даяны из-за тонкой перегородки.
Рэй бросил колбасу на стол и тут же исчез за дверью. Я переглянулся с выползшим из-под подушки Тикки. «Он что, правда может оторвать мне хвост?» – спрашивали меня круглые от испуга глаза ящера.
– Не знаю, – пожал я плечами. – Но давай ты впредь не будешь трогать еду Рэя?
Ящер тихонечко вздохнул, всем своим видом показывая, что колбаса съелась сама собой, а он тут вообще ни при чём.
Когда я, позёвывая с риском вывихнуть челюсть, вышел в рубку, то увидел, что мы медленно приближаемся к бугристой буро-оранжевой планете, подтормаживая ионным двигателем. Уже издалека мне стало понятно, что на этой планете жаркий засушливый климат и практически нет воды. Голубых океанов или морей на М-14 не было совсем, лишь кое-где между горными хребтами раскинулись небольшие серые озера, которые из окна иллюминатора «Воробья-19» смотрелись скорее грязными лужицами неопределённого цвета. Маловероятно, чтобы на такой планете кто-то постоянно проживал, возможно, временная колония-другая, но не более. Тем более маловероятно, чтобы здесь можно было приобрести новый корабль. А если мне не изменяла память, Рэй в первую очередь намеревался приобрести судно побольше.
– Рэй, напомни мне, – протянула Даяна, разглядывая планету через окно иллюминатора, – а разве на М-14 есть что-то помимо гоночных трасс?
– Ты всё правильно помнишь. Только горы, кислотные озёра и трассы, – оскалился цварг, обнажив белоснежные клыки.
– Ты решил поучаствовать в тотализаторе, чтобы подзаработать денег нам на новый корабль? – высказал я своё предположение, смутно ощущая тревогу.
– Ну, можно и так сказать, – уклончиво отозвался цварг.
– Класс! Так и знала, что офицеры космофлота нет-нет, да и пользуются инсайдерской информацией! Иначе откуда у каждого второго служащего по собственному кораблю? – довольно потёрла руки Даяна. – Уже предвкушаю лица организаторов тотализатора, когда мы сделаем ставки на какую-нибудь тёмную лошадку и сорвём жирный куш! – и она уверенно направила нашего «Воробья» на единственную станцию на геостационарной орбите планеты.
– Даяна, что ты делаешь? – забеспокоился я.
– Как что? На М-14 высаживаются лишь участники аэрогонок, а я направляю наш корабль на станцию, на которой ведётся трансляция, на ней же принимаются ставки и выплачиваются кредиты. Рэй, я шлю запрос на посадку? Что мне сказать? Ив, перехвати, пожалуйста, управление. Лететь в космосе на автопилоте – это одно, а вручную пришвартовываться к станции – другое.
Я молча сел на место Даяны, а она расположилась рядом у передатчика.
– Скажи, что ещё один пилот просит разрешение на участие в ближайшем заезде, – тем временем ответил цварг.
– Что?! – спросили мы хором с Даяной и переглянулись.
Я не дёрнул штурвалом лишь потому, что ещё не успел за него взяться. Даяна после слов напарника выглядела озадаченной, а я же очень надеялся, что на моём лице не был написан откровенный ужас.
– Рэй, какие аэрогонки? Я никогда не участвовал в аэрогонках! Да я второй раз в жизни сижу за настоящим штурвалом космического корабля! – попытался я достучаться до Рэя.
– Расслабься, пацан! Там у всех маломощные корыта на магнитных подушках, ты всех сделаешь одной левой. Вспомни, сколько ты тренировался на симуляторе Шантара. Да один твой прорыв через захламлённую космическим мусором орбиту Захрана чего стоит! Помнишь, как ты ловко подстрелил ту тарелку? У тебя отличная скорость реакции, а это главное, что требуется от пилота. К тому же, когда я был на М-14 последний раз, там выступали одни новички.
– А если я всё-таки не приду первым? – речь цварга меня слегка успокоила, но я всё равно продолжал волноваться.
– А если придёшь не первым, то у нас есть Даяна. Она подключится к главному компьютеру и поменяет время твоего старта так, чтобы всё выглядело, будто бы ты сделал круг быстрее остальных. Не парься, мы ничем не рискуем.
Именно в этот момент динамики шаттла ожили, и мужской голос произнёс:
– Говорит станция М-14. «Воробей-19», запрос на стыковку получен. Сообщите, пожалуйста, сколько членов экипажа на борту? Вы собираетесь сделать ставку и быть зрителем или же предлагаете своего участника?
Я молча посмотрел на растерянную Даяниру, затем перевёл взгляд на Рэя. Он лишь слегка кивнул. Даяна хмуро покачала головой, но нажала на кнопку передачи речи и произнесла в микрофон:
– Станция М-14, говорит «Воробей-19». На борту трое гуманоидов. Предлагаем своего пилота на ближайший заезд. Есть места?
Она отпустила кнопку, и мы все трое напряжённо замерли. В динамиках раздалось ненавязчивое шуршание, которое нервировало меня больше, чем тишина. Тикки вскарабкался по моему рукаву на плечо и вместе со всеми уставился на динамик.
– Отлично! У нас как раз не хватает одного участника! – отозвался мужской голос по ту сторону. – Ближайший заезд через три астрономических часа. Разрешаю стыковку. Назовите, пожалуйста, позывной пилота и пришлите номер его лицензии на вождение.
Даяна вопросительно посмотрела на меня, я развёл руками:
– У меня нет водительской лицензии.
– Не беда, – тут же отозвался Рэй. – Это всего лишь формальность, чтобы убедиться, что ты совершеннолетний. Им подойдёт и номер твоих захранских документов.
– Рэй, но у меня нет документов… – я вжал голову в плечи, ожидая бурю эмоций, так как до сих пор я как-то не упоминал цваргу об этом моменте.
Реакция не заставила себя долго ждать.
– Как нет документов?! – возмутился цварг. – Какого шварха я узнаю об этом лишь сейчас? Почему ты не сказал мне раньше? Шварх! Ивар, ты сдурел путешествовать по открытому космосу без документов? А если нас остановит Межгалактическая Полиция, как я им объяснять буду, кто ты такой?!
Рэй очень редко называл меня по имени, и когда он так делал, я понимал, что дело действительно серьёзное. Чаще всего цварг снисходительно обращался ко мне – «пацан», иногда мог сказать «сладенький», в случае, если я на что-то слишком эмоционально реагировал, но по имени он меня не называл практически никогда.
– Рэй, но я не виноват…
– Неужели так сложно было, когда мы собирались с Захрана, захватить с собой документы?! Ты понимаешь, что если ты несовершеннолетний, то меня могут сослать на какой-нибудь астероид без инфосети до конца жизни, заявив, что я тебя похитил?! Тебе вообще есть восемнадцать или сколько там надо по Вашим дурацким захранским законам?
– Не знаю…
– Как можно не знать, сколько тебе лет? – вмешалась Даяна.
– Воробей, как слышно? Почему молчите? Сообщите позывной пилота и его водительской лицензии!
– Как можно быть настолько безалаберным, чтобы оставить свои документы на планете с синдромом Кесслера?! Я же ведь по-человечески дал тебе время собраться!
– Воробей, меня слышно?
– Я был о тебе лучшего мнения, пацан!
– Ты не знаешь даже сколько примерно тебе лет?
От воцарившегося гомона голосов я схватился за голову, не зная, на чьи вопросы отвечать. Несправедливые упрёки Рэя смешивались с неподдельным удивлением Даяны, а на фоне до нас пытался докричаться связной станции М-14. Даже Тикки от волнения стал шумно перетаптываться по моему плечу, ничуть не добавляя мне спокойствия.
– А вот так! – закричал я неожиданно, перекрывая всех разом. – Я рано сбежал из дома, потому что отец постоянно пил и бил меня! Да, я не знаю, сколько мне лет! О документах, когда сбегал, не думал, потому что было не до этого. Я даже понятия не имею, когда у меня день рождения!
В глазах вдруг резко защипало. Шварх! Рэй вынудил признаться меня. О причинах побега из дома я не рассказывал даже своему бывшему наставнику. Признаваться, что собственный отец тебя избивает, а ты настолько слабый и хилый, что не можешь дать отпор даже пьяному человеку, мне до сих пор было невообразимо стыдно. Я всегда комплексовал по поводу своей внешности и отсутствию мускулатуры в должном объеме. Мне всегда казалось, что если я стану космическим пиратом, то это меня начнут бояться другие люди, а не я их. Отчасти именно поэтому я мечтал о том дне, когда стану уважаемым разбойником.
– Ну-ну, пацан, не разводи сырость, – вмиг смягчился Рэй и похлопал меня по плечу. – Документы, в сущности, такая ерунда! Мы что-нибудь обязательно придумаем. Ну, а то, что у тебя опыта мало в управлении кораблями и есть пробелы в знаниях – я это устраню. Даю слово! Ты станешь лучшим пилотом в космосе! Да космофлот ещё локти себе грызть будет, что не они приехали и не вытащили тебя с Захрана лично!
– Правда? – я почувствовал, как слёзы текут у меня по щекам.
– Шварх! Конечно, правда, пацан! Я вообще-то слово дал, а мы, цварги, своих слов не нарушаем! – оскорбился Рэй.
Даяна молча обняла меня со спины и крепко прижала к себе. Её сладкий ежевичный аромат мгновенно укутал и успокоил. Я был искренне благодарен ей за то, что она не попыталась меня развернуть, и не видела моего зарёванного лица. Мне было откровенно стыдно за свою минутную слабость.
– «Воробей-19» как слышно?! Приём! – истошно заорали в динамик.
– Что будем делать? – тихо спросила Даяна.
– Делать будем то, что умеем лучше всего – импровизировать, – бодро заявил Рэй и нажал на кнопку связи. – Станция М-14, вас слышно! Прошу прощения, были помехи в связи. На борту три гуманоида. Видите ли, в качестве пилота от нас будет выступать захухря, а как Вы знаете, планета Захран не так давно вошла в Федерацию Объединённых Миров. Его документы, к сожалению, в данный момент находятся в космофлоте на переоформлении, но уверяю Вас, у нас очень опытный пилот с большим стажем…
– Захухря? – перебил голос из динамика. – Так это же планета с синдромом Кесслера…
– Вот-вот! Представляете, насколько хорош наш пилот?!
– Гм-м-м… Это, конечно же, впечатляет, но мы не можем допустить к гонкам пилота без лицензии и документов, Вы же понимаете, что это противоречит всем правилам организации соревнований. Мы делаем всё согласно букве закона…
– Как, Вы-таки не слышали о виртуозном пилотировании Ивара с Захрана?! – невежливо перебил Рэй. – Да как Ваши соревнования вообще могут называться честными, если Вы по липовым причинам не допускаете пилота, который вырвался из сектора заражённых бешенством горилломов на Альфе Центавра? Да он единственный, кто справился с управлением, когда более сотни других пилотов оказались бессильны!
– Ивар, справившийся с управлением на Альфе Центавра, говорите? – неуверенно произнёс голос.
– Да, посмотрите инфосеть! О его невероятном таланте знает вся Тортуга! Право, я сомневаюсь, что нам вообще стоит рассматривать М-14 как потенциальные аэрогонки, на которых не стыдно будет выступить. Если уж Вы ничего не знаете о таких пилотах, как Ивар с Захрана…
Я отчаянно дёргал Рэя за рукав его пальто, но он совершенно не обращал на меня внимания. Какой, к шварху, виртуозный пилот?! Да меня раскусят ещё раньше, чем я пристегнусь в кресле управления! Кибергонки на виртуальном экране – вот то, к чему я привык, а никак не настоящий кросс на планете с неизвестной мне силой притяжения и нехилым таким риском потерять корабль! Зачем он меня так нахваливает?!
– Простите, а Вы кто? С самим Иваром я могу побеседовать?
– Я личный секретарь Ивара. Поймите, с моим нанимателем последнее время хотят поговорить все кому не лень, бесплатно выцыганить очередное интервью, после чего продать его в местный цифровой журнал и заработать на этом целое состояние. Именно по этим причинам Вам придётся разговаривать со мной, а не с Иваром, – высокомерно заявил Рэй, коварно подкинув голосу по ту сторону динамика идею о том, что моё участие может принести популярность М-14 и повысить ставки.
– Гм-м-м, что ж, ради такого аса, как Ивар с Захрана, мы, пожалуй, сделаем исключение. Можете не переживать на счёт номера лицензии, я внесу пометку, что документы на переоформлении. Швартовку разрешаю. Ваш стыковочный шлюз номер шестнадцать.
Рэй отпустил кнопку связи со станцией М-14.
– Ну, как я его? Я же говорил, что что-нибудь придумаю, – он довольно потрепал меня по плечу. – Давай, пацан, теперь твой ход! Надо пришвартоваться так, чтобы не разнести им пол-отсека, а то неудобно получится. Справишься?
– Справлюсь, – проворчал я.
На симуляторе Шантара я научился производить стыковки весьма ловко, но при этом всё это было визуальной 3D-игрой, в которой цена неудачи – проигрыш и откат до предыдущей точки сохранения. Здесь же цена неудачи была гораздо, гораздо выше. Я потянул штурвал на себя, щёлкнул тумблерами, ещё чуть снизил скорость и прицелился на шлюз номер шестнадцать.