Глава 12

Рихард

Грузовые операции прошли как в тумане. Рихард держал ситуацию под контролем, но пару раз ловил себя на том, что выпадает из происходящего. Это раздражало до зубовного скрежета. Сейчас все мысли были только о Виктории.

К ней тянуло с такой силой, что это начинало злить. Хотелось знать, что она где-то рядом, что ему больше никогда не придется просыпаться с отвратительным, гложущим ощущением пустоты внутри.

Рихард понимал, что дело уже не только в парности. К истинной связи прибавилась его влюбленность и желание поселиться в мыслях девушки так же, как и она в его.

Он провёл ладонью по затылку, пытаясь сбросить напряжение, и невесело усмехнулся сам себе.

Сколько вокруг было красивых женщин? Более чем достаточно, чтобы не запоминать лиц. Сколько из них откликнулись бы на его интерес? Практически каждая. А он думал только об одной: о рыжей, хрупкой, слишком красивой девушке с серыми глазами, которая даже не хотела осознавать, кем для него является.

Каким же идиотом он был, когда решил отказаться от парности! Эта мысль разъедала изнутри долгие годы. А после встречи с Викторией стала совсем невыносимой. Хотелось забрать девушку в свои объятия, спрятать ото всех и поцелуями выпрашивать прощение за его глупость.

Виктория была идеальна. И плевать, что не чувствует связи.

Он не был готов встретить её на этой станции. Да, мужчина надеялся каждый день, что однажды найдет свою пару, но в тот момент, когда увидел её на рекламном баннере, его накрыло сразу двумя чувствами: детским, почти болезненным восторгом, будто он наконец получил то, что давно должно было принадлежать ему, и страхом.

Что он ей скажет? Как она отреагирует? Узнает ли его?

Номер, указанный на рекламе, он набрал, не думая.

Ответили быстро. Девушка на том конце бодро сообщила, что у тренера Виктории сегодня занятие с начинающей группой, и если поторопиться, еще можно успеть.

Парные танцы.

Рихард невольно усмехнулся уголком рта. Вряд ли нашлась бы миссия, на которую он шёл бы с большим внутренним сопротивлением. Но выбора не было.

Там была его пара.

Когда он вошёл в зал и увидел её в алом платье, все мысли резко обрубило. Осталась только она. И слишком откровенное, почти первобытное желание, от которого на секунду почувствовал себя не взрослым, опытным мужчиной, а пацаном, у которого впервые сорвало все тормоза.

Он смотрел на неё дольше, чем следовало. Скользил взглядом по линиям тела и не понимал, где был его рассудок, когда он решил, что парность ему не нужна.

А еще пришло чувство, которое Рихард, кажется, никогда не испытывал — ревность.

Потому что на неё смотрел не только он. Да, это были её ученики, но всё же.

С усилием Рихард подавил желание подойти, схватить её за руку, увести подальше от чужих глаз и оставить эту красоту только для себя. Благо, годы службы научили самообладанию. Самый сложный период — сейчас. Когда она ещё не его.

Викторию хотелось не просто видеть — о ней хотелось думать. Мысли возвращались снова и снова: как она отреагировала, как напряглась в его руках, как сбилось её дыхание.

И как близко были её губы.

Рихард провёл языком по внутренней стороне щеки, чувствуя сухость во рту.

Сорваться тогда было глупо. Он это понимал. Но в тот момент, когда она оказалась в его руках, разум просто выключило. Осталось только короткое, жёсткое, ясное ощущение — моя.

Ему было плевать, кто что подумает.

Он просто взял и поцеловал свою пару.

Реакция девушки была ожидаемой. Виктория была недовольна — это читалось в каждом её движении.

Но было и другое.

Он слишком хорошо читал людей, чтобы не заметить. Поцелуй задел её не меньше, чем его, Рихард это видел! Она пыталась это скрыть, но тело выдавало ее.

Значит, шанс у него есть.

Да, Виктория не поверила в парность, но аркс и не рассчитывал, что всё будет просто.

Когда он убедился, что его присутствие на погрузке больше не требуется, то не стал тянуть и направился к квартире девушки. Он чувствовал: Виктория начинает оттаивать. Медленно и неохотно, но интерес уже пробивался сквозь её настороженность.

А времени у него было всего ничего — космолёт получил разрешение на стоянку всего на несколько суток.

Рихард собирался использовать каждую минуту драгоценного времени. Он должен был убедить её полететь с ним. Потому что без неё он не выдержит и дня.

Значит, придется завоевывать сердце Виктории в ускоренном режиме. Перебирая варианты, он неожиданно остановился на самом банальном — цветы.

Женщины же их любят.

Проблема была в другом: станция плохо подходила для таких жестов. Ни нормальной еды, ни товаров. Пришлось облететь почти всю станцию, прежде чем на верхнем уровне нашёлся единственный магазин с живыми цветами.

Флористка оказалась понимающей. Он коротко обозначил задачу, а девушка собрала что-то пышное и яркое. Рихард в цветах не разбирался, но выглядело достойно.

Положив букет на заднее сиденье аэромобиля, он направился к жилому сектору. В прошлый раз он запомнил окна, где загорелся свет, и силуэт за стеклом. Этого ему хватило.

Поднявшись на этаж, мужчина остановился перед панелью и на секунду замер, собираясь с мыслями.

Нужно держать себя в руках.

Рихард потер ладонью напряженную шею и нажал на вызов.

Тишина. Прошла минута. Потом ещё одна. Раздражение начало подниматься тяжёлой волной.

Дверь за его спиной вдруг открылась. Обернувшись, он увидел на пороге недовольную старушку.

— Виктории нет дома, не видите, что ли? На работе она.

Рихард нахмурился:

— На работе?

Занятия давно должны были закончиться — он узнал.

— В клубе каком-то подрабатывает девочка, — буркнула старушка.

— В каком именно?

— Не знаю. Всё, нечего тут людей будить!

Дверь захлопнулась перед самым его носом. Рихард остался стоять, глядя в одну точку, и медленно сжал кулаки.

Проклятье!

Он прекрасно понимал, что на этой станции могут называть «клубами». Дешевые заведения с сомнительным контингентом.

И она сейчас там.

Внутри мгновенно поднялась тёмная, тяжёлая злость. Рихард сжал челюсть так, что хрустнули зубы, и резко развернулся.

Нужно ее найти.

Потому что от одной только мысли, что кто-то может к ней прикасаться, глаза заволакивало красной пеленой.