Глава 23

Пока мы шли по коридорам к моей комнате, Надар молчала. Я чувствовала ее взгляд на своей спине, жгучий, как раскаленное железо. Сначала я подумала, что надо как-то объясниться. Сначала я хотела обьясниться. Сказать, что она не так поняла, что это был ритуал, ничего дурного, как могло показаться... Но потом передумала. Я ей ничего не должна. Если Данир решит, он сам объяснит ей. А я и так слишком устала, чтобы ввязываться в новые конфликты.

Кайронианка довела меня до двери, молча открыла ее и тут же ушла, так и не сказав ни слова. Следующие две недели пролетели в однообразной, но напряженной суете. Мне предоставили доступ к внутренней кайронианской базе данных. Без ограничений, ведь официально я теперь была частью рода. Такой неожиданный уровень доверия меня испугал. Я посчитала это какой-то проверкой, и предпочла пока не попридержать любопытство.

Данир настоял, чтобы я изучала две вещи: историю Кайрона и кайронианский придворный этикет. С историей я по большей части разбиралась сама, погружаясь в хроники войн, союзов и древних ритуалов. К счастью, у кайронианцев имелись адаптированные для детей учебники, которые сейчас пришлись весьма кстати. А с этикетом мне помогала Надар.

Помощь эта заключалась в том, что она появлялась раз в день, холодная и замкнутая, и сухо, без единой лишней интонации, объясняла, как правильно склонять голову, какое расстояние выдерживать при разговоре, как сидеть за столом и прочие невероятно скучные вещи. Может быть, все было бы не так плохо, вложи девушка в обучение хоть каплю участия. Но нет, Надар делала только то, что требовал Данир, всем своим видом показывая, насколько претит ей обучать инопланетянку тонкостям культуры Кайрона. Поэтому мне куда больше нравилось изучать материалы и разговаривать с Даниром. Теперь он приходил ко мне каждый день, обычно ближе к вечеру.

Конечно, это не были визиты вежливости. Лорд строго экзаменовал меня, спрашивал о прочитанном, задавал каверзные вопросы. Иногда эти ежедневные срезы знаний проходили во время неспешных совместных прогулок по галереям замка. Теперь мне разрешалось покидать комнату и одной. Но Данир мягко попросил меня по возможности не делать этого из соображений безопасности. Я и не собиралась. У меня просто не оставалось сил. Мне приходилось запоминать столько всего, что уже через пару часов чтения от переизбытка •информации начинала болеть голова.

Кайронианское общество оказалось непохожим на земное. За внешним строгим, почти пуританским этикетом скрывалась дикая, первозданная мощь их связи с тотемами. Большая часть законов, традиции, и вся эта сложная иерархия были призваны держать эту внутреннюю силу под контролем. То, что с человеческой точки зрения казалось порой избыточным, излишне жестким или откровенно странным, на самом деле имело глубокие причины. Постепенно я начинала понимать, что имел в виду Данир, когда говорил о Керане. _На главах домов лежала личная, буквально кровная

ответственность за каждого члена рода. А император отвечал за весь Кайрон. Трудно было даже представить, какой силой воли и какими нервами должен был обладать тот, что нес на себе груз ответственности за миллионы кайронианцев, почти каждый из которых сам по себе был оружием. Но отношения с женщинами были еще сложнее для понимания. Я несколько дней штудировала раздел о семейном праве и этикете, а в голове все еще был полный хаос.

- Я не понимаю, мой лорд, - в один из вечеров спросила я, когда мы с Даниром в очередной раз не торопясь прогуливались по замку. - После брака жена практически становится собственностью мужа. Она теряет все свои права и буквально ест с его рук. Но я смотрю на Надар... мне трудно представить ее такой покорной, - я смущенно замолчала, растерянно наматывая на палец прядь волос.

Сегодня я постоянно касалась их. Утром Надар вернула моим волосам природный оттенок. Это было одно из многих требований, но именно оно далось мне особенно нелегко. Розовый цвет долгое время был моим щитом, моим маленьким бунтом, за которым я привыкла прятаться. Теперь мои волосы были белыми. Я успела забыть, как это. Отражение в зеркале казалось чужим. В какой-то степени я переживала, что теперь потеряю индивидуальность, стану менее заметной, скучной. Но Данир, напротив, стал смотреть на меня чаще. Его взгляд то и дело задерживался на моих волосах и странно тяжелел. Это смущало. Данир улыбнулся.

- Наши отношения с женщинами действительно часто вызывают вопросы у других рас. Но для кайронианцев в этом

нет противоречия.

Он остановился у одного из высоких окон, за которым уже сгущались сумерки.- Кайронианки создают связь с тотемами наравне с мужчинами. В них не меньше мощи, чем в нас, и часто больше огня, - он повернулся ко мне, и его серебряные глаза строго блеснули. - Это, в свою очередь, делает кайронианских мужчин сильнее. Потому что только по-настоящему сильный, надежный мужчина сможет удержать доверие такой женщины и будет достоин того, чтобы она отдала ему себя, доверила свою жизнь и жизнь своих детей. Я внимательно слушала его, и кусочки мозаики начинали сходиться. Пока, правда, скорее на уровне ощущений. Она отдает себя мужу добровольно, зная, что этот дар будет оценен по достоинству. Зная, что теперь на мужчине лежит двойная ответственность

за нее, за детей, за их благополучие. И Кайрон строго спросит с него за это. Союз мужчины и женщины в нашей культуре - высшая форма доверия, где сила одного дополняет и защищает силу другого. Я задумчиво кивнула, переваривая. Потом вспомнила еще один термин.- А еще есть охо. Сначала я решила, это рабы.

Данир понимающе кивнул.

Разобралась?

Да. Охо - это кайронианцы, которые не смогли установить связь с тотемом. У них нет спутника, -я говорила медленно, собирая мысли. - Для вашего общества они как бы... неполные, «вечные дети». Поэтому у них нет гражданских прав, они не могут возглавлять дома, наследовать... Но кайронианцы их не презирают. Скорее оберегают. А охо за это служат в домах, за достойную плату, как наемные сотрудники, - я задумалась. Получается, кто-то из них мог бы просто покинуть Кайрон?

Верно, - подтвердил Данир. - Но я не припомню таких случаев. Почему?

Охо не изгои, Зора. Они остаются важной частью нашего общества. Служить столь же почетно, как воевать или лечить. Среди кайронианцев всегда были те, кто не находил себе спутника, так что охо существует так же давно, как и империя.- И все же они другие.

_Немного, - согласился Данир. - Отсюда и свойственное всем кайронианцам, несколько, скажем так, высокомерное отношение к другим расам.

Исторически мы привыкли видеть в эТоМ

•незрелость.

Неспособность нести ответственность за другого... Это нас не оправдывает, конечно, просто так устроено наше восприятие.

- Поэтому так важно, что у меня есть Марс?

Данир посмотрел на меня члегка прищурившись.

- Да. У тебя есть спутник, ты несешь за него ответственность, а он защищает тебя. В глазах кайронианца это понятный и привычный сигнал.

Пусть твой питомец и не совсем тотем, само его наличие играет в твою пользу. Мы незаметно сделали круг по замку и вернулись к дверям моей комнаты. Данир остановился.

- Ты вполне готова, Зора, - сказал он негромко.

Я покачала головой.

- Я не чувствую себя готовой….. мой лорд. Мне страшно, - призналась я. Данир пристально смотрел на меня несколько секунд. Потом протянул руку и коснулся пряди моих волос на плече. Казалось, хотел что-то сказать. Но промолчал и просто опустил руку.- Доброй ночи, Зора, - ровно попрощался он.

Я не сдержала улыбки.

- Теперь я знаю, у кайронианцев нет такого обычая.

Данир блеснул серебряными глазами.

- Мой лорд, - поспешно исправилась я.

- Рад, что ты так тщательно изучила материалы, - заметил он, а потом развернулся и быстрым пружинистым шагом пошел прочь.

Я стояла в дверях и смотрела ему вслед, пока он не скрылся за поворотом. И улыбалась.