Глава 10. Убийство.

Отсутствие самого знаменательного события за прошедшую неделю меня немного напрягло: всё-таки каких-то два букета с надписями уверили меня в том, что это счастье будет длиться вечно, как обещал мне Стас. Я в течение наших занятий стреляла глазками в профессора Ланковского, но он был глух к моему флирту. Я лишь надувала от обиды губки и думала, что какой-то длинный язык всё же донес ему о наличии его фотографий на моем планшете.

— Профессор, всё в порядке? — спросила я у Сережи, когда он вбежал в зал, опоздав на добрые полчаса, а ведь это время мы могли провести вместе.

— Да, просто проспал, — мило улыбнулся блондин, а потом окинул меня заинтересованным взглядом, заставив меня поежиться и расправить плечи. — Тебе не кажется, что красное мини-платье будет немного не по случаю обыденной тренировки?

Красное платье? Ах, красное платье! Я сделала вид, что в этом нет ничего особенного, хотя я уже забыла про его наличие на моем теле, из чего могу сделать вывод: выражение лица у меня получилось удивленное, но вполне незаинтересованное.

— Не нахожу в этом ничего особенного, — пожала я плечами, будто каждый день носила откровенные яркие наряды, что, впрочем, было не так далеко от истины в моей прошлой жизни.

— Совсем? — взгляд Лана был веселый, но вполне мужской и заинтересованный.

— Совсем, — подмигнула я, делая шаг в его сторону, качнув бедрами.

— О-о, — многозначительно выдал Сережа, причем взгляд его был направлен далеко не в мои глаза, — так мы будет здесь, или…?

— Или? — усмехнулась я, и вдруг во мне проснулся обычный азарт, — профессор, на что вы намекаете?

Несколько секунд он смотрел на меня растерянно, я закусила внутреннюю сторону губы, захотев рассмеяться в голос. Интересно, а чтобы Джой сделал на его месте?

Почему-то я подумала, что тот бы сделал что-то более активное, и это активное безусловно мне бы понравилось. Я мысленно застонала. Ну вот, мысли опять вращаются вокруг не того человека, точнее, эльва!

— Так, собираемся и идем в морг, — наконец вынес вердикт Сережа, кажется, даже немного покраснев, поле чего развернулся к двери, но и шага не успел сделать.

Раздался вой сирены. Замигали красные лампочки над дверным косяком. Я испуганно переглянулась с профессором, после чего мы вместе выбежали в коридор и понеслись к лифтам, подхваченные толпой.

— Всем преподавателям отвести своих учеников в общежитие. Свободным пройти в ректорат, — голос из динамиков оглушал, звуча поверх паники, я не на шутку испугалась.

— Сохраняйте спокойствие! — голоса преподавателей, в том числе и Сережи, которые старались перекрыть гомон шумной толпы, отзывались звоном в моих ушах.

Во мне бушующим морем поднимался страх, волнами выплескиваясь на мое разбередившееся сознание. Вдруг сильные руки легли мне на талию, притянув меня к мужской груди, и вмиг стало как-то спокойно.

— Джой, — выдохнула я, разворачиваясь к нему и заглядывая в его обеспокоенное лицо.

— Мы так за тебя испугались, — облегченно прошептал мужчина, проводя ладонью по моему лицу.

— Вита! — крикнул брат, пробираясь сквозь толпу, которая бурным потоком потянулась к открытым лифтам.

— Якоб! — я оторвалась от Короля, чтобы быть сграбастанной в лапы Тигра.

— Виталина, я так за тебя испугался, — шептал брат, сжимая меня в руках до боли в ребрах, потом мы пробрались в сторону запасных выходов, которые вели на балконы и внешние лестницы.

— Надо предупредить Лана, он меня потеряет, — я стала оглядываться в поисках блондина, но наткнулась лишь на грудь Джоя.

— Линка, он не маленький. Или ты серьезно думаешь, что он за тебя переживает? — его слова сильно задели меня, поэтому я резко остановилась, вперившись колючим взглядом в брюнета.

— Ты думаешь, что за меня невозможно искренне переживать? — в сердце поднималась волна негодования, и больше всего сейчас хотелось залепить кулаком по челюсти этому самовлюбленному кретину.

— Лин, прекрати! Ты знаешь, что я не это имел в виду! — растерялся мужчина, и я открыла рот, собираясь сказать еще что-то в обвинение Короля, но тут меня подхватили и перекинули через свою спину.

— Якоб, отпусти меня!

— Вита, у тебя шок. Успокойся, — почти ласково ответил мне брат, и я решила извлечь из ситуации максимум комфорта: уперлась локтями в спину брата, положив голову на ладони и услышав его недовольство.

Пусть теперь терпит! Я нахмурилась, смотря на Джоя, который тяжело вздохнул, неожиданно наклонился и поцеловал меня в лоб, из-за чего морщины на моем лице разгладились, а нижняя челюсть отъехала к полу. Джой хихикнул, обогнул своего друга и спрыгнул через перила вниз, это я смогла увидеть, когда приподнялась на руках, опираясь на спину брата. Потом Тигр опустил меня и вновь поднял, только на этот раз он через лестницу подал меня вниз через открытую крышу «капли» прямо в руки Джою, который с неким неудовольствием отпустил меня. Я уставилась на спину мужчины, который уже повернулся в сторону Инфанта, заводящего мотор.

— Поехали отсюда, — раздраженно бросил Тигр, бухнувшись в кресло, — в ближайшие несколько дней в универе делать нечего.

Я присела на краешек сиденья, пораженная своими чувствами. Мужчины о чем-то негромко переговаривались, но я не вникала в суть, погруженная в собственные раздумья. Достав планшет и включив на нем секундомер, я схватилась за своё сердце, начав по-старинке считать пульс на запястье. Учащенный. Сильно.

— Что ты делаешь? — удивленный голос Джоя вывел меня из задумчивости, и я подскочила на месте, уперевшись в него удивленным взглядов. — Лин, с тобой всё в порядке?

— Наверное, еще от шока не отошла, — ответил Якоб, и я открыла рот, не отрывая взгляда от Короля, когда «каплю» значительно тряхануло.

— Защитный барьер! Отсюда сейчас никто не вылетит, — раздосадовано воскликнул Марко, тяжело вздохнув.

— В ближайшие три дня, — еще более траурным голосом добавил Джой.

— Со Светой три дня не увижусь, — взвыл Инфант, уроник голову на скрещенную на штурвале руки, и я тут решила подать голос.

— А что случилось-то? — на меня удивленно уставились три пары глаз, Джой пересел ко мне поближе, положив руку мне на плечо, будто имел на это полно право.

Нахальную руку я скинула и вопросительно взглянула на всю троицу.

— Убийство молодой девушки. Первокурсницы, — ответил Тигр, еще раз вздохнув, — у меня сердце оборвалось. Я тоже был в тренировочном зале, когда нам преподаватель объявил эту новость, Джой был в соседнем. Нам тут же позвонил Инфант и сообщил, что ждет нас у запасной лестницы, но мы вместе ринулись искать тебя. Вита, — брат сделал значительную паузу после моего имени, — у меня сердце в пятки ушло. Я однажды видел твоё тело в петле, так что я бы не пережил твоей смерти.

Я замолчала, отведя взор в сторону, наткнувшись на осуждающий и нежный взор Короля. Внезапно, мне захотелось обнажить чувства Виталины, её боль от общения с матерью.

— Якоб, — мой тон был осуждающий и жесткий, — если вы с мамой так пеклись о моем состоянии, то почему я не видела это в вашем поведении? Подожди, я еще не всё высказала. Она всегда была со мной холодна, я видела в ней осуждение к моей фигуре, к моему поведению, лишь Джой всегда относился ко мне естественно, не жеманничал, не скрывался за маской доброты, — я посмотрела в глаза удивленному и растерянному Королю, а потом опять вернулась к ошеломлённому моей тирадой брату.

— Почему, когда она действительно была мне нужна, она стала в моей жизни последним человеком, который заботился о моей судьбе? — голос сорвался, на глаза навернулись слезы. — Почему, когда я поступила в университет, она мне позвонила спустя месяц? — голос осел, и последний вопрос я практически прошептала.

— Вообще-то мы приехали, — вставил Инфант, вставая с водительского сиденья, но я осталась сидеть на месте, требуя ответы на свои казалось бы риторические вопросы.

— Думаю, нужно разузнать обстановку снаружи, — Король встал, многозначительно глянув на испанца, который чуть заметно кивнул.

— Наша мама — сложный человек, — наконец выдавил Якоб, когда дверь за его друзьями аккуратно закрылась. — Ты же знаешь, что её поступки всегда расходятся с мыслями. Сначала она пыталась поднять нас, поэтому была преимущественно для меня вместо отца, а потом… просто вжилась в роль строгого родителя. Я был непростым ребенком, Вита, поэтому её закаленный на моем воспитании характер отыгрался именно на тебе. Она просто не знала, как выразить свои чувства, потому что мне никогда не нужно было их подтверждение, а ты оказалась слишком ранима и восприимчива. А теперь… она просто не знает, как найти к тебе подход. Поверь мне, она звонила каждый день мне в течение того месяца и узнавала, как у тебя дела. Ей стоило большого труда набраться смелости и позвонить тебе.

— Смелости? — горько усмехнулась я, хотя в душе испытывала некое удовлетворение за нас обеих, ведь было очень важно знать свою необходимость для родной матери.

— Вит, это сложно понять, но прими, как данное: мы с мамой и Джоем тебя очень любим. Ты нужна нам, — сердце затопила нежность, немного успокоив разбушевавшиеся нервы, и я вытерла слезу, посмотрев в лобовое стекло.

Мы с братом просидели около десяти минут в тишине, он успел пересесть ко мне и теперь обнимал меня. Рядом с братом было комфортно и спокойно, поэтому я расслабилась, когда мой планшет запиликал, как и устройство Якоба. Мы с ним медленно отпрянули друг от друга, открыв «спейсор». Сообщение пришло массовой рассылкой от пользователя, видимо, оказавшегося случайно на месте преступления.

Я вскрикнула, увидев труп девушки с ножевым ранением в сердце и небольшим количеством крови на белой рубашке. Дело рук некроманта, ведь он первоначально собрал у своей жертвы кровь.

— Господи, кто это с ней сделал?! — воскликнула я, отводя взор и чувствуя, как бешено колотится от страха сердце.

— Сумасшедший маньяк, — проговорил брат, обнимая меня и целуя в висок, — не бойся, мы сможем тебя защитить.

Ко мне только сейчас пришло осознание, что в стенах университета умерла девушка. УМЕРЛА. ДЕВУШКА. Меня стала бить мелкая дрожь, перед глазами стояло окровавленное тело Стаса. Смысл фразы, на которую я не обратила внимания при первом упоминание, просачивался в меня противными щупальцами осьминога, заставляя вздрагивать всем телом. Кислорода стало не хватать, перед глазами закружились хороводом темные пятна, я поднялась на ноги, падая в объятия брата.

— Вита, ты в порядке?

— Да, да, всё нормально, — кивнула я, после чего вновь стала проваливаться в сон. В глазах окончательно потемнело.

* * *

— А где Джой? — удивленно спросила я, выбежав из дома, — или его царское величество не смогло покинуть пределы своих владений? — с ехидством добавила, и на лице брата расплылась ухмылка.

Его забавляли наши с Королем отношения, ведь мы не могли не поддевать друг друга, даже в своих достоинствах мы могли найти изъян. Хотя… какие у меня достоинства? Я сплошняком состою из недостатков, даже настолько труслива, что никак не могу признаться своему лучшему другу и по совместительству шуточному врагу в своих чувствах к нему.

— Он не смог, у его девушки день рожденье, поэтому он остался там, — ответил брат, и мое сердце оборвалось.

Он променял меня на одну из своих девок?! Такого обычно не случалось, но, может, он дал обещание ей? Да и день рожденье важнее, чем какой-то обыденный визит к малявке-сестре лучшего друга. А я так хотела предстать перед ним в новом облике! Этот год был сложный. Последний год обучения в школе, где я прикладывала все силы, чтобы похудеть. И теперь результатом я была довольна, правда, мама говорит, что я перестаралась, и теперь у меня выпирают ребра. Но она вечно мной недовольна, это привычная реакция. Сохраняя на лице спокойное выражение, я спросила:

— О, этому бабнику удалось найти любимую девушку? Неужели нашлась такая дура, которая купилась на это? — на самом деле, я каждый раз получала на этот вопрос отрицательный ответ, но сейчас толи брату надоело отвечать отказом, толи это действительно оказалось правдой, верить в которую я не желала всеми фибрами души.

— Возможно, — усталость Якоба была видна в каждом движении, — Вит, я отдохну, ты не против?

Я кивнула, а сама отправилась на кухню. Я всегда была депрессивным человеком, и раньше заедала горе сладостью, оттого меня и разнесло вширь. Теперь же я соблюдала строгую диету, поэтому на мармелад и мучное я могла только смотреть и беззвучно убирать слезы.

— Виталина, кушай больше, — мама переложила мне на тарелку кусочек соевого мяса, после чего развернулась к брату, — Якоб, как дела в космоунивере?

Если бы я так не любила холодного брата, то ужасно завидовала и ревновала бы, а так испытывала лишь глухую боль. За этот год особенно ничего не изменилось: до этого за столом мама говорила мне есть меньше и переключила своё внимание на сына, сейчас она говорит мне есть больше, но так же увлечена полностью своим первенцем. Я думала, что всё дело в моей тучности. Дело во мне самой. Я сама никому не нужная. Лишняя. Именно. Слово-то какое интересное: лиш-ня-я. То есть никуда не пристраивающаяся, места у которой не будет даже на помойке. К горлу подобрался ком, меня захлестнула страшная обида. Почему у всех есть место, а у меня нет?! У меня был единственный Джой, и он не приехал…

— Спасибо, — прошептала я, со скрипом отодвигая стул, мама и брат воззрились на меня удивленно.

— Но ты же ничего не поела! — поддельно испуганно воскликнула мама, и я скривилась, как от зубной боли.

Дальнейший день я помню смутно. Брат ушел на встречу с друзьями, мама — в ночную смену, а я наложила на себя руки. Почти наложила. Последнее, что я помню, — это испуганный Якоб, вытаскивающий меня из петли…

* * *

Проснулась я от горячих прикосновений и тут же, открыв глаза, устремила свой взгляд на мужчину передо мной, а потом посмотрела удивленно на свои бедра.

— И что это такое? — нахмурилась я, и Король резко одернул руку (к моему глубочайшему сожалению!), беспечно пожав плечами.

— У тебя платье задралось, я лишь поправил, — ответил Джой, и я обратила внимание, что юбка сейчас действительно была максимально (если такое вообще возможно для размера мини) натянута на мои ноги, доходя до половины бедра.

— А где Клея? — решила перевести тему я, озираясь в поисках подруги.

Девушка нашлась на соседней кровати, укрывшаяся одеялом и доверчиво сопящая, словно ей снился очень приятный и спокойной сон. Джой проследил за моим взглядом, решив пояснить:

— Она была в комнате, когда мы пришли, ужасно взволнованная. Видимо, убийство девушки оказало на её психику такое же сильное влияние, как и на тебя, поэтому мы напоили её снотворным, и она тоже заснула.

— Сколько я спала? — спросила я, проводя пятерней по своим волосам, пытаясь пригладить их.

— Около трех часов, — ответил мужчина, а потом нахмурился и сощурил глаза, еще раз пробежав взглядом по моей фигуре. — Кто тебе вообще позволил приходить на занятия в таком виде? Ты ради Лана старалась?

Отчего-то я почувствовала себя виноватой, словно изменила ему. С чего такие мысли? Я ведь не должна чувствовать свою вину перед Королем, ведь он мне даже не парень! И он-то уж точно не чувствует себя виноватым, гуляя с очередной девушкой. Интересно, а сейчас у него кто-то есть? Интересно увидеть эту ведьму.

— Ты мой родитель, чтобы отчитывать, или преподаватель, чтобы устанавливать правила и форму? — насупилась я, приподнимаясь на кровати и задирая подбородок вверх.

Мы несколько секунд мерились напряженными и упрямыми взглядами, пока первым не сдался мой оппонент. Правда, такое поражение, учитывая его воздействие на сердцебиение моего сердца, можно засчитать за победу. Я прямо представила, как наивный орган собирается в отпуск на Карибы.

— Линка, — сощурился Джой, сложив руки на груди и выдыхая мне в губы воздух, наполненный лимонной свежестью, — в кого ты такая вредная, а? Может, стоит поработать над твоими генами и вытравить эту «болезнь»?

— Может, тебе стоит по лбу дать? — хмыкнула я, занося кулак над головой мужчины, который улыбнулся и отстранился, встав и перекатившись с пятки на носок. — Убегаешь? — хмыкнула я, и Джой пробежался взглядом по моей фигуре.

— Лина, ты глупышка. От такой красавицы невозможно убежать, — нежно улыбнулся он, и я закусила губу, но ответить не успела, так как нас прервал голос моего брата.

— Хватит заигрывать с моей сестрой, — причем в его голосе я не услышала угрозы, лишь легкая ирония, — Вит, как ты себя чувствуешь?

Брат чувствовал себя не ахти. Он старался скрывать в себе беспокойство, видимо, за прошедшее лето это было его привычное состоянии. Я постаралась как можно более беззаботно улыбнуться, чтобы стереть тревогу в глубине его глаз.

— Всё хорошо, просто это убийство навеяло воспоминание о моей летней ошибке, — ответила я, переведя задумчивый взгляд на Джоя.

Я стала лучше понимать Виталину. Скажу большее, я стала сливаться с ней в единое целое, ведь эмоции во сне были и моими эмоциями, я проснулась с ними буквально в обнимку. Тигр посмотрел на меня удовлетворенно, словно эти слова для него были жизненно необходимы, он ожидал, когда я признаю неудавшееся самоубийство ошибкой, вытравлю даже захудалую мысль о суициде из своего мозга.

— Вита проснулась? — с соседней кровати подала голос Клея, сонно приподнимаясь на локте, а потом её взгляд зацепился за моего брата, и она крепче закуталась в одеяло, чуть смутившись.

Я заметила, как умиленно на неё посмотрел Якоб, в отличие от своего друга, который не отводил взор от меня. Такое внимание было слишком приятным, чтобы на него не обратить внимания.

— Доброе утро, — улыбнулась я подруги, — как ты себя чувствуешь?

Блондинка открыла рот, сонно потянувшись, но её мысли прервал звонок в дверь, который всех нас удивил. Клея заглянула под одеяло и, поняв, что она полностью одета, облегченно выдохнула и встала на ноги.

— Я открою, — подал голос брат и пошел открывать дверь, застыв на пороге.

Я пыталась что-то увидеть за его широкой спиной, но взгляд неожиданно наткнулся на грубые берцы с нашивками. Джой тоже застыл, удивленно глядя в сторону выхода и как-то напрягшись, словно лев, готовый защищать прайд от гиен.

— Я могу увидеть Виталину Тигрову и Клею Тино? — раздался мужской голос, и я встала с кровати, выглянув из-за спины брата.

— А что случилось? — спросили мы с братом в один голос, причем я сделала это обеспокоенно, а он как-то напряженно, словно ожидал чего-то такого.

И это его напряжение передалось и мне, током пробегая по винам. Глупое сердечко решило отложить чемодан с надписью «на Карибы» и передать власть мозгу, который судорожно искал причину такого поведения и пути отступления, но последнее, как запасной вариант. Я заметила значок правоохранительных органов на правой груди мужчины, поняв, в чем дело, но отказываясь в это верить. Значок продолжал отбрасывать металлический блеск, служа своеобразных электромагнитным щитом, похожие были на охранниках в «Трех китах». Клея и Джой подошли ближе, встав позади меня.

— Случилось, — спокойной кивнул офицер, на значке которого было две маленькие звезды, правда, я совершенно не знала, что это означает, а следующие слова человека прозвучали подобно приговору. — Виталина Тигрова, Клея Тина и Сергей Ланковский являются подозреваемыми в деле об убийстве студентки первого курса Макарии Диойловой.

— Что?! — воскликнули мы вчетвером.

— Что вы хотите сказать? — спросила я, вцепившись в руку брата, чтобы не упасть.

В голове загулял ветер. В происходящее верилось с трудом. Кто-то из нас троих является убийцей?! Бред! Такого просто не может быть! Лан или Клея?! Да эти двое мухи не обидят! Но… некромантов в университете трое, а это наводит на определенные мысли. Что я знаю об этих троих? Если профессор давний друг Золотой троицы, то Клея… Стоп-стоп-стоп! Как у меня только мысли свернули в это направление?! Такого просто не может быть! Это бред! Должно быть другое объяснение!

— Очевидно, что преступление совершил некромант. В университете таковых трое, — озвучил офицер мои мысли.

Трое. Некромантов. В университете. Среди них была и я. Я убийца? Я не убийца!

Но кто мне поверит?! У меня же даже не было алиби! Я была совершенно одна в тренировочном зале, подтвердить, что я там находилось, некому. Это полное фиаско.

— Но ведь это абсурд! Неужели кто-то из этих троих, будучи осведомленным о том, что подозрения упадут именно на них, решился бы на такой шаг? Это же просто смешно! — жестко ответил Джой, если бы не напряжение, царившее в воздухе, он бы весело рассмеялся, как над вполне удачной шуткой.

— Расследование еще ведется, ваши друзья только подозреваемые, а не обвиняемые, — попытался сгладить обстановку офицер, потому посмотрел на меня, — вы Виталина Тигрова? А вы Клея Тино? — мы с подругой кивнули, я даже не обернулась в её сторону. — Тогда прошу проследовать за мной.

— Куда? — глухо спросила я, всё еще слыша свист ветра в голове.

— В учебный корпус, некоторое кабинеты в котором были предоставлены нас в качестве рабочих, — спокойно ответил мужчина, разворачиваясь, но его остановил оклик моего брата.

— Я пойду с ней.

— Не положено.

— Она моя сестра, — просяще добавил Якоб, и офицер некоторое время смотрел на него внимательным взглядом, потом кивнул и направился вперед по коридору медленным шагом.

— Держи меня в курсе дела, — сказал Якобу Джой, и Тигр кивнул, после чего Король переключил внимание на меня, порывисто обняв и поцеловав в висок, — всё хорошо. Это не недолго.

Я кивнула, отстраняясь, и мы втроем последовали за офицером, а Джой провожал нас печальным взглядом. Тигр сжимал нас с Клеей в своих объятьях. Я вообще успела заметить, с какой теплотой эти двое смотрят друг на друга, поэтому постаралась отстраниться от них. Брат и так уделил мне достаточно внимания, жаль, что Джой со мной не пошел. Стоп, о чем это я? Зачем это он мне? Там же будет Лан и мы вместе с ним со всем справимся!

Вместе… А вдруг он убийца? Не хочу об этом думать! Версия Короля звучит намного привлекательнее.

— Вы вообще в своем уме?! Как вам такое могло прийти в голову? — раздался голос Сережи, как только мы зашли какой-то кабинет, разделенный на секции стеклянными перегородками, в одной из которых и ругался профессор со следователем.

— Жертва была заблокирована от повторного поднятия, — упрямо повторил мужчина с длинными волосами, собранными в хвост, так что можно было просмотреть заостренные ушки.

Как у Клеи. Или у Джоя. Надо будет как-то потрогать его ушки…

Тот офицер, который привел нас, кивнул светловолосому мужчине, сидящему на стуле справа от нас. Он ненадолго оторвался от планшета и кивнул, видимо, своему подчиненного, который поспешил покинуть кабинет. Первый же кинул в нас короткий незаинтересованный взгляд и вернулся к просматриванию, скорее всего, каких-то сверхважных документов. Вид у него был уставший, нежели обеспокоенный. Было видно, что это убийство для него рядовое, и он бы уже с удовольствием посадил этого маньяка за решетку, если бы мог. Стоп. Рядовое? А ведь мы с Клеей в прошлом месяце находили в морге еще один труп девушки, патологоанатом тогда сказал, что это уже третья жертва. А что если это тот сумасшедший пробрался в универ и совершил преступление? А что если… этот маньяк Клея или Лан? Я поежилась, несколько раз хлопнув ресницами.

— Вы прекрасно осведомлены о магических препаратах, производимых некромантами, которые вливаются в горло жертве, после чего подъем трупа так же невозможен, — Сережа уперся руками в столешницу, сдвинув брови. Его голос отдавал замогильным холодом. — Так о какой причастности некромантов к этому делу вы говорите? Если только косвенная, но тогда вам придется проверять весь город, а не только университет, причем, даже если вы найдете изготовителя препарата, то навряд ли сможете привлечь его к уголовной ответственности!

— Кому же надо подставлять троих некромантов? — у следователя терпение было на исходе, зато блондин, сидящий рядом с нами, был полон спокойствия, и даже не шелохнулся от криков.

— Чтобы отвести от себя подозрения! — всплеснул руками Ланковский, ни капли не смутившись опровержения своей версии.

— Сбавьте тон, мистер Ланковский! — прикрикнул на него следователь, сложив руки на груди, тем самым подсознательно защищаясь от его нападок.

И вот тут блондин справа чуть поежился, с неудовольствием глянув в сторону стеклянное перегородки, за которым стоял столь и велась беседа на повышенных тонах. Брат погладил меня по руки, и я постаралась улыбнуться, получилось довольно вымучено.

— А вы сбавьте обороты своих обвинений, уважаемый, — прошипел Сережа, оттолкнувшись руками от стола и развернувшись, тут же столкнувшись взглядом со мной. — А их вы зачем притащили? Вы серьезно думаете, что эти девушки причастны к убийству?

— Вполне возможно, учитывая, что одна из них просматривала информацию о Смерти, — спокойно добавил светловолосый мужчина, который до этого спокойно сидел в кресле и пролистывал материалы на планшете.

— Что? — беззвучно проговорила Клея, и я поняла, что из-за моих глупых желаний я подставила подругу.

Потому что верить в то, что она сумасшедший маньяк, просто невозможно! Она же хрупкая и жизнерадостная, она просто не могла, не могла…

— Это не то, о чем вы думаете! — воскликнула я, делая шаг вперед, — мы просто интересовались! Особенно я! Это нормально для девушки, которая только месяц назад узнала о своем даре! Мы не виновны!

— Преступники всегда так говорят, — ухмыльнулся блондин. — Но информация была записана именно под студенческим логином вашей соседки по комнате, — я открыла рот, но он жестом прервал мою будущую речь. — Достаточно. Следователь будет вести разговор с каждым по отдельности, чтобы подловить вас на лжи.

Я серьезно запаниковала, и мы с Клей переглянулись. Ложь действительно была, и она касалась моего происхождения в этом мире. Я сглотнула, посмотрев на брата, который тоже был слегка взволнованный, наверное, он переживал за моё психическое состояние, даже не подозревая, что я вишу на волоске от раскрытия моей личности.

Но я ведь и есть Виталина! У нас одна душа, были разные воспоминания, но я уже всё вспоминаю, так что это можно воспринимать, как существование двух жизней.

Только навряд ли это кто-то поймет, кроме самой Смерти…

— Для начала мисс Тино, — объявил следователь, после чего прошел за стекло, сделав какой-то пас рукой, и по стенам забежали маленький электрические разряды.

— Якоб, а что он сделал? — полюбопытствовала я, и брат посмотрел на меня неопределенно, будто не до конца уверенный, не шучу ли я с вопросом.

Оказалась, что это была звуковая глушилка. Следователь — ментальный маг, поэтому он мог создавать вот такие изоляционные воздушные потоки. Почему он не вскроет мозг и не посмотрит, кто убийца? Не имеет права по конвенции о защите прав человека (после ментального вскрытия мозга можно его расплавить, превратив в кашу), которая гласила, что такое можно провернуть только с позволения самого человека, а на это решались только приговоренные к смертной казни. Да-да, тут существовала смертная казнь, если человек отнял жизнь у другого. Неплохая экономия части налогов.

— О чем задумалась? — спросил брат, смотря перед собой в стекло, где сидела Клея, плечи которой опускались и поднимались.

— Что он у неё спрашивает? Она выглядит нервничающей, — вздохнула я, ведь девушка пропадала там больше часа.

— Не знаю, — сквозь зубы прошипел Тигр, сжав руки в кулаки, а потом удрученно выдохнул, — и это бессилие меня убивает.

Блондин покинул комнату сразу же после того, как Клею забрал на допрос следователь. Лан сидел рядом и сохранял молчание, было ощущение, что он мидитировал, но я тайно хихикала, что он просто начал молиться Богу. На «спейсор» периодически приходили сообщения от взволнованного Джоя, но я отвечала ему лишь короткими сообщениями, так как пальцы тряслись, даже не попадая по сенсорной клавиатуре.

— Якоб, не казни себя. Клея такая же жертва, как и я, или Лан, — попыталась я приободрить брата, но тут услышала смешок. — Что смешного?

— То, что ты, не зная толком не меня, ни её, можешь так утверждать. Ты действительно очень светлая и чистая девушка, Вита, — улыбнулся Лан.

Я смутилась и отвернулась, просидев так еще добрых два часа. За стеклом по-прежнему сидела Клея, только теперь я видела, как она утирает слезы и рыдает, при этом следователь оставался беспристрастным. Мое сердце обливалась кровью, мне самой хотелось разрыдаться, но я сдерживала себя, понимая, что этим вызову новую волну волнения своего брата.

Наконец, из «допросной секции» вся в слезах выбежала Клея, тут ж пойманная в объятия Тигра, желваки на лице которого ходили с беззвучным скрипом. Я тоже поднялась на ноги, гладя по спине рыдающую подругу.

— Он меня обвиняет… у меня не было алиби… я не знаю, что сделать, чтобы мне поверили, — шептала девушка, а Тигр гладил ей волосы, попутно целуя.

— Тише-тише, я верю тебе, — бормотал он, и я быстро захлопала ресницами, чтобы не расплакаться.

Было ужасно обидно за свою подругу! Из-за меня её подозревают, из-за меня…

— Тигрова, — вышел усталый следователь, брезгливо посмотрев на мою плачущую подругу.

Я собралась было идти за ним, но резко остановилась при появлении того блондина, который покидал кабинет на несколько часов. Он вздохнул, посмотрев на меня и уперевшись руками в свою талию. Я отвела взгляд к окну, за которым разыгрывался багровый закат. Мы проторчали тут более трех часов, сейчас, должно быть, около семи-восьми вечера. Я была вымотана морально, захотелось выйти на улицу и вдохнуть свежий воздух, забыв тревоги дня.

— Клой, отпускай Тигрову, — устало вздохнул блондин, и моё сердце пустилось в радостный пляс и достало свой излюбленный чемодан, решив, что сейчас ему просто необходим отпуск на море, — камеры зафиксировали её местонахождение в другом месте, да и профессор Ланковский прибыл в университет часом позже.

— А сразу показания с камер проверить было нельзя?! — воскликнул мой брат, продолжая прижимать к себе Клею.

— Молодой человек, успокойтесь, — брезгливо кинул он. — Этот день оказался сложным для всех нас. Мы сначала проверяли камеры, выведенные из строя во многих коридорах, поэтому не спешили доверять показаниям остальных камер, пока наши программисты убеждались, что видео не были фальсифицированы. А теперь покиньте душный кабинет. Немедленно!

Я поморщилась от такого обращения, видимо, этот блондин занимал неплохое положение на своей работе, раз позволял себе такие разговоры с уже потерпевшими.

Я взяла Клею за руку и повела её к выходу, но тут её схватил за плечо офицер, удивленно воззрившись на нас.

— А с неё обвинения не сняты. В комнатах камер нет, так что, чем она занималась, я не имею понятия, — девушка отшатнулась, Якоб сделал шаг вперед, а я осталась на месте, как громом пораженная.

— Ты серьезно? Думаешь, что эта хрупкая девушка сможет убить кого-то? — подал голос профессор, кладя руки в карман и хмурясь. Мне показалось, или его голос звучал неуверенно? — Да она с физкультурой не дружит! Я её на индивидуальных занятиях бегать заставляю из-под палки! А для удара ножом нужна мужская сила!

— Это не основание, — покачал головой эльв, блондин промолчал, лишь желваки заходили на его лице, а Клея развернулась к нам.

— Идите, — тихо проговорила она, специально добавив для Якоба, — тебе тоже нужно идти. Ты не родственник, так что не имеешь больше права оставаться здесь.

У Тигра на лице сменилась масса эмоций, начиная от растерянности и закачивая злостью.

— О чем ты говоришь? — нахмурился Якоб, — это не правильно… Нужно идти к ректору, он обязательно запретит оставаться тебе здесь. Тем более, где ты ночевать собираешься?

— Мы заберем её в участок.

— Ты с ума сошел, Дмитрий? — сделал шаг вперед Лан, нахмурившись.

— Идите к кому хотите, жалуйтесь, кому вздумается, только против буквы закона вы сделать ничего не сможете, — отрезал офицер, достав резиновые веревки, скрученные в знак бесконечности, и повернувшись к Клее. — Либо соглашаешься идти с нами добровольно, либо я надеваю на тебя наручники.

— Слушай… — Сережа был на грани, но ему преградила путь подруга, выставив вперед руки и развернувшись к Дмитрию.

— Я пойду с вами, букве закона мы действительно не сможем противостоять, — офицер кивнул, и девушка развернулась к нам.

— Клея… — почти простонала я, сдерживая слезы на глазах.

— Всё в порядке. Главное, что я уверена в своей невиновности, — девушка сжала мои руки, и потом печально добавила, подарив моему брату нежный взгляд, — вы всё равно ничего сделать не сможете.

Я беззвучно открывала и закрывала рот. Дмитрий спокойно ждал, не стремясь нас торопить, а я сходила с ума. Еще я тогда попросила узнать о запрещенном ритуале…

— Вита, она права, — вздохнул Сережа, а я кусала губы, Тигр вообще был мрачнее тучи, — и мы не имеем права оставаться ни здесь, ни в участке, тем более тут от нас мало толка.

— Как будто где-нибудь от нас есть толк, — проворчала я, после чего обняла свою подругу.

Мы вышли, а брат задержался в кабинете. Я обмахивала себя руками, стараясь согнать слезы и оставаться здравомыслящей. Не плакать раньше времени. Не плакать раньше времени. Ведь ничего плохого еще не случилось? Не случилось! Всего лишь задержали на неопределенное время невиновного человека… эльва, точнее.

— Она действительно просматривала информацию о Смерти? — тихий голос Ланковского вывел меня из задумчивости, и я распахнула от удивления глаза, недовольно сдвинув брови.

— На что ты намекаешь?! Это я попросила её просмотреть информацию, ведь я была совершенно не уведомлена о своем даре.

— Зачем? Почему сама не просмотрела? Тебе не кажется, что всё это звучит очень глупо, — нахмурился Лан, и я растерялась.

Что ему ответить? Что мы искали запрещенный ритуал? Зачем? А Если Клея расскажет в участке обо мне? Что тогда? Её сдадут в психушку или меня на опыты?

Мне действительно стало страшно, только на этот раз из-за своего благополучия.

— А причем тут Смерть и убийство этой Дионисии? — глухо спросила я, шаркая ногами по полу.

— Ритуальный нож, — так же тихо ответил мне профессор, — к тому же кровь была собрана перед убийством, что наводит мысль следствия на ритуал, связанный с «посланниками Смерти».

— Понятно, — вздохнула я.

— Твой брат совсем с дуба рухнул? — первое, что спросил Якоб у Лана, когда вышел из кабинета, и я вернулась в бренный мир из своих далеко не радужных размышлений и удивленно воззрилась на преподавателя, который, заметив мой взгляд, усмехнулся.

— Да, у нас с братом не совсем теплые отношения, — ответил он, и я только сейчас подумала о том, что Сережа с Дмитрием действительно были чем-то похожи. — Он просто не упустит возможности отыграться на мне.

— То есть нас там продержали столько по твоей милости? — нахмурился Якоб.

— Увы, — пожал плечами Лан.

— А ты можешь поговорить с братом, чтобы он отпустил Клею? — протупила я, и мужчины воззрились на меня удивленно.

— Вита, ты вообще меня не слушала? Он меня терпеть не может, засадил бы меня, если бы мог, — ответил профессор, после чего остановился и начал озираться по сторонам, — что ж, думаю, что нам всем нужен отдых.

Я кивнула, Якоб прошел дальше, лишь на прощание пожав руку своему знакомому. Я задержалась рядом с Ланом, чувствуя, что нас связывает общая история, общая проблема и переживания.

— Береги себя. Сладких снов, маленькая тигрица, — Лан нагнулся, мимолетно поцеловав меня в щеку, вызвав моё смущение.

— Спокойной ночи, — кивнула я, побежав за братом.

— Да, Скай. Ланковский старший работает в пятом отделении, значит, твою сестру отвезут туда, — вздохнул Якоб, когда я подбежала к нему. — Я распоряжусь, чтобы тебе в «Трех китах» выделили апартаменты. Если что-то узнаешь — звони.

— Как он отреагировал на новость? — спросила я, когда брат закончил разговор.

— А как бы ты отреагировала, если бы меня забрали в участок по подозрению в убийстве? — я вздрогнула всем телом, но Тигр понял меня без слов, — то-то же.

Скай сегодня работал в день в кафе «Три кита», поэтому находился вне стен общежития. Космоунивер полностью оцеплен и беспрепятственно покидать его и возвращаться обратно могут только полицейские, а ректорат выделил студентам, находящимся за пределом университета, комнаты в гостинице.

— Всё так серьезно, — казалось бы, я только сейчас осознала это.

— Они больше страх наводят, — поморщился брат, и я прижалась к его плечу. — Но от меня, или Джоя всё равно не отходи, — поспешно добавил он.

Я только сейчас осознала, насколько мне дорог Якоб. Он ведь действительно мой родной брат! Такой теплый и заботливый. Я улыбнулась, расслабляясь, и Тигр закинул мне руку на плечо, поцеловав в макушку.

— Ты же не подозреваешь никого из нас?

— Вита, — выдохнул он, — не будь слишком доверчивой. Убийство в универе всё-таки произошло, у вас с Ланковским алиби, а в причастность Клеи не верит моё сердце, однако… выводы напрашиваются сами, и я хочу верить в версию Джоя: вас кто-то решил подставить, скрывая собственный ритуал вызова Смерти.

— А Смерть могут вызывать не только некроманты? — удивилась я.

— Мало ли самоуверенных психов в наше время? — неопределенно пожал плечами Якоб, — моё синеволосое чудо, ты даже не представляешь, сколько козлов учатся в этой школе, и скольких мы с Джоем и Марко на первых парах отгоняли от тебя.

— Что? — удивленно вскинула брови я, немного отстраняясь от брата, который только подмигнул.

— А ты думала, что тобой никто не заинтересовался в волейбольной команде после твоего страстного поцелуя с моим лучшим другом? Да и опосля до нас доходили слухи.

— Что-то такое я слышала, — вздохнула я, обиды на брата не было совершенно, даже некая благодарность.

Мы поднялись на лифте на нужный этаж общежития, когда нам навстречу бросился Король, заключив меня в объятия. Такого радостного порыва я явно не ожидала, поэтому инстинктивно прижалась к нему всем телом, вдыхая знакомый лимонный запах.

— Кхм, я вам не мешаю? — ехидный голос брата заставил меня отстраниться от Короля, но он тут же прижал меня обратно, еще и подхватив меня на руки.

— Что ты делаешь? — смущенно спросила я, ни капли не выказывая своё неудовольствие, которого, впрочем, и не было.

— Несу любимую девушку, — улыбнулся он, после чего направился в сторону моей комнаты, не смотря больше мне в глаза, будто давал мне время переварить полученную информацию.

А переваривать было что. Я открыла рот и во все глаза смотрела на Джоя, не веря ни своим глазах, ни ушам. Брат шел сзади и как-то обреченно улыбался, а я думала: стоит ли мне говорить Джою о своих чувствах, которые, к сожалению, поселились в моем сердце? А ведь он может быть вовсе не Стасом…

Я закрыла глаза, наслаждаясь приятными прикосновениями мужчины и невольно представляя на его месте своего мужа. Улыбнулась, вспомнив его первое признание.

Улыбка померкла, когда я вспомнила, сколько между нами было недопонимания из-за нашей учебы. Я ставила свои интересы выше наши общих, и в этом была моя ключевая ошибка.

— Родна-ая, пора открывать дверку, — ехидный голос Короля заставил меня распахнуть глаза, причем в его взгляде плясали тумбу-юмбу веселые чертята.

Я сделала лицо кирпичом, будто вовсе и не наслаждалась «поездкой», спрыгнула с его рук и отключила всю защиту, открыв дверь. Джой стоял рядом и смотрел на меня озорным взглядом, будто радуясь, что вообще способен меня видеть целую и невредимую. Сердце затопила нежность.

— Клею оставили в участке, — неожиданно выпалила я, и улыбка на лице мужчины погасла.

На глаза навернулись слезы, и я сама подалась в объятия Короля. Он вновь подхватил меня на руки, отнес в комнату, захлопнув дверь, и уложил на кровать, положив мою голову на своё плечо. Он не говорил ни слова, пока я плакала, а я так и уснула у него на плече.

— Картина маслом, — усмехающийся голос над головой заставил выйти меня из сладкой неги и потянуться.

Рука уперлась в мужскую грудь, тогда я удивленно распахнула глаза, посмотрев на сонного Джоя. Но тут я догадалась, чей голос раздался над нами, поэтому возбужденно подскочила с кровати, обняв подругу.

— Тише, все кости переломаешь, — устало, но добродушно ответила Клея.

— С тобой всё хорошо? Тебя там не обижали? Тебе отпустили насовсем? — начала я задавать вопросы, даже не до конца понимая их смысл за разглядыванием подруги.

— Не уверена, — вздохнула девушка, и я поникла. — У них просто нет доказательств моей причастности, лишь логические улики, поэтому они не имеют право меня там задерживать. Всё было хорошо, со мной всю ночь в участке провел Скай, зато сегодня уже сняли блокаду.

— Значит, уже успели проверить всех студентов, — подал голос поднявшийся с кровати Джой, обняв меня за талию.

Клея обратила на этот жест внимание, поэтому я тут же отстранилась, взглядом недвусмысленно дав понять Королю, какого я мнения о таких телесных притязаниях, а для пущей наглядности и моей уверенности в его понимании я залепила ему локтем в живот.

— Ведьма! — крикнул он, согнувшись.

— Извращенец! — ответила я, отойдя подальше от него.

— Рад, что с тобой всё в порядке, — бросил Джой Клее, выпрямившись и направившись к выходу, — кстати, ты к Тигру заходила?

Девушка смущенно кивнула, и Джой приободряюще улыбнулся, после чего кинул мне убийственный взгляд и покинул нашу комнату, а я бросилась с большим азартом обнимать подругу, за которую действительно очень сильно переживала.

— Ты не против, если я завалюсь спать? — жалостливо посмотрела на меня Клея.

— Отдыхай, — смилостивилась я, улыбнувшись, — мешать не буду. Зайду в «спейсор», посмотрю, есть ли новости по сегодняшнему учебному дню, схожу в душ и покину комнату.

— Да ты мне не будешь мешать…

— Так, спать! — гаркнула я, и соседка, хихикнув, пошла в ванную, а я достала планшет.

На сайте было сказано, что занятия начнутся с завтрашнего дня, чему я была только рада, поэтому сегодняшний день планировала провести вне стен университета. Новости в «спейсоре» пестрили различными фотографиями убитой девушки, так же здесь были снимки и предыдущих жертв маньяка, которые предположительно были убиты одним человеком. Я пролистала несколько постов, а потом отложила планшет, как он резко завибрировал.

«Клея вернулась из участка? Как она? Мне брат звонил. Он рвет и мечет», — пришло сообщение от Ланковского.

«Её сильно тянет в сон. Она хочет выглядеть сильнее, чем есть на самом деле», — ответила я, после чего посмотрела на подругу, которая выбежала из ванной в своей любимой розовой пижаме и юркнула под одеяло, и я тяжело вздохнула, направившись в душ.

«Прогуляться не хочешь? На улице прекрасный день, только ветер небольшой есть», — увидела я еще одно сообщение от Лана, когда вышла из ванной, и ужасно обрадовалась его предложению.

«С удовольствием! Сереж, это именно то, о чем я сейчас мечтала!», — отправила я и запоздало поняла, какой подтекст носило мое сообщение.

«Это именно тот ответ, о котором я мечтал», — пришло сообщение с улыбающимся стикером, и я не могла не улыбнуться в ответ.

Всё же девушке всегда важно знать, что она может привлечь внимание и своим невольным согласием вызвать чью-то бурную радость. Посмотрев в сторону кровати Клеи и убедившись, что она крепко спит, я на носочках прошла к шкафу и выудила оттуда платье, надела курточку и мягкие сапожки и выскочила из своей комнаты.

Одевалась я довольно быстро, чтобы не разбудить соседку, но всё равно Лан пришел раньше, что не могло не радовать. Ждать — не женская прерогатива.

— Выглядишь потрясающе, — улыбнулся Сережа, после чего наклонился и поцеловал меня в щеку, вызвав настоящий ступор.

Он же мой преподаватель! Хотя такие мысли (о поцелуе) и посещали мою бренную головку, было сложно представить их осуществившимися, что сам профессор Ланковский пригласит меня на свидание, поцелует при встрече и подаст мне свою руку. Всё еще находясь в прострации с краснеющими щеками, я подала Сереже руку, после чего мы двинулись к турникетам. Охранник на нас осуждающе глянул, но говорить ничего не стал.

Да какое ему вообще дело?! Меня так взбесил его взгляд, что я буквально повисла на Лане назло всем сплетням. Всегда раздражали сплетники и люди, которые лезли не в свои дела. Не люблю кассиров, которые вмешивались в разговор покупателей, или подъездных бабушек, но последние вообще отдельная тема.

— У меня рука неметь начала, — прошептал на ухо Ланковский и я заметила, с какой стервозностью я вцепилась в его конечность, поэтому ослабила хватку и смущенно улыбнулась. — Садись.

Мы остановились около некоторого подобия яхты, и я зашла на борт, удобно уместившись в кресле. Лан завел двигатель, и транспорт сдвинулся с места, рассекая водную гладь и образуя под каркасом пену.

— Куда мы направляемся? — полюбопытствовала я, и Лан улыбнулся, — скоро узнаешь, — ты кому-нибудь говорила, что мы идем с тобой на свидание?

Из его уст слово «свидание» звучало слишком интимно, просто непозволительно. Я покачала головой и развела руками, мол, зачем кому-то знать об этом? Мужчина удовлетворенно кивнул, и мы продолжили водное путешествие по городу.

— Куда мы идем? — спросила я, когда мы, наконец, остановились около какого-то здания и спешились, направившись вниз по лестнице.

— Увидишь, — ответил он, и я не стала задавать больше вопросов.

Вскоре мы вошли в океанариум, только он был необычный, так как здесь имелись подводные лодки на прокат, одну из которых для нас и заказал Лан. Мы подошли к одинокому парню, который при виде нас вскочил с места и поздоровался. Молодой человек подал Сереже считывающее устройство и Лан оплатил с виртуального кошелька чек, после чего парень удовлетворённо кивнул и подал профессору ключи от подводной лодки. Мы забрались внутрь и пристегнулись ремнями.

— Ты умеешь этим управлять? — удивилась я, когда мы плавно выехали из ангара.

— Это обычный курс при выдаче водительских прав, — пожал плечами мужчина, и я обратила внимание на то, где мы находимся.

Сначала я вскрикнула, когда перед нами вынырнула акула, потом я вскрикнула еще громче, увидев здоровенного кита. Он своей мощью и размерами занимал весомую часть водного заповедника, находясь в спокойном состоянии и медленно пережевывая еду. Я визжала от восторга, смотрев на представителей разных классов рыб, жилища которых были разделены очерченными границами. Там существовала мелкая сетка, которая создавала коридоры-проходы между секциями. Акулы нас даже не трогали, из чего я могу сделать вывод, что они тут ручные. Я смеялась, смотря на настоящего огромного кита, захотев к нему даже притронуться.

— Это потрясающе! — выкрикнула я, бросившись обнимать Лана, — спасибо!

— Задушишь, — добродушно рассмеялся мужчина, вновь усаживая меня на место и пристегивая ремнем.

Дальше мы медленно прогуливались и рассматривали различных рыб, о которых Лан знал очень много. Тут были новые виды, о которых я раньше даже не слышала, была даже рыба, похожая на зайца, я так думаю, это некоторые виды так резко мутировали и видоизменились. Лан этого не знал, сказал лишь, что они всегда существовали, но он же не настолько осведомлен об истории до двух тысячи первого века.

— Слушай, Сереж, а как ты придумал «спейсор»? — спросила я у мужчины, разглядывай стайки желтых аквариумных рыбок.

Он замолчал, даже отвернулся, видимо, не совсем уверенный, стоит ли мне рассказывать такой важный секрет. Потом вздохнул и повернулся ко мне.

— Я создал его в память о своей невесте, — глухо ответил он.

— Ты её сильно любил? — зачем-то спросила я, во мне не было ни капли ревности, даже какая-то жалость, особенно когда я увидела боль в глазах Ланковского.

— Больше жизни, — прошептал мужчина, опустив взор, — ты когда-нибудь любила?

Любила ли я когда-нибудь? Я жила любовью. Своей любовью. Вдруг сердце внесло исправление в умозаключения мозга: я живу любовью. Я люблю одного мужчину и отчаянно хочу верить, что он и есть тот, кто предназначен мне судьбой.

— Это было настолько давно, что теперь стало лишь приятным грузом на моем сердце, — ответила я, и вдруг поняла, что это действительно правда.

Любовь к Стасу осталась для меня добрым воспоминанием, которое я не хочу забывать, но и не хочу ворошить. Сейчас же мое сердце упаковывает в чемодан, собираясь в отпуск, только футболки с именем «Джой». Я полностью полюбила другого мужчину, чувствуя себя от этого предательницей, но ничего не могла с собой поделать. Я уже люблю другого мужчину, и от этого острее поняла, что я сейчас нахожусь не в том месте и не с тем человеком. На глаза навернулись слезы, которые я тут же попыталась прогнать.

Лан хотел мне что-то ответить, но не решился, лишь молча кивнул и развернул лодку в сторону выхода. Мы медленно вышли к яхте, после чего зашли в кафе и пообедали. Профессор что-то рассказывал, а я была полностью погружена в свои мысли. Узнать тебя из сотен… Стас, кажется, я потеряла истинную причину нахождения в этом мире, но, если ты меня действительно любил, ты должен меня понять. Пусть это будет последний год моей жизни, но он будет проведен с любимым человеком.

— Сереж, я домой хочу, — неожиданно выпалила я, и у мужчины от неожиданности вилка выпала из рук и он лишь кивнул, после чего попросил счет.

Дорогу до общежития мы провели молча. Мне не хотелось разговаривать, а Лан периодически открывал рот в преддверии разговора, но тут же закрывал его, видя мое пустое выражение лица.

— Спасибо за сегодняшний вечер, — поблагодарила я, отстегнувшись и встав, но тут неожиданно была поймана в кольцо рук.

Одна рука мужчины легла мне на шею, нежно поглаживая область за ухом, другая оказалась на затылке, не давая возможность вырваться, а нежные мужские губы накрыли мой рот. Может быть, из благодарности, может быть, из вредности, но я решила ответить на поцелуй. Он оказался умелым, но совершенно посредственным.

Вдруг, справа кто-то громко кашлянул, а я подумала: «Господи, хоть бы это был не Джой!».

Медленно отстраняюсь от Лана, аккуратно поворачиваю голову и выдыхаю от облегчения, зато мой брат моей радости не разделял, сложил руки на груди и внимательно смотрел мне в глаза.

— Спасибо за прекрасный день, — наспех попрощалась я с профессором, и вышла по трапу с яхты, остановившись около брата.

— Я же тебя всегда защищал перед парнями? — строго спросил он, и я удивленно кивнула, — наверное, именно поэтому ты стала играть мужскими сердцами?

— Якоб, о чем ты? — прошептала я, почувствовав глубокую вину перед братом.

— А тебя Джой искал, — ответил он, и я покраснела, стало безгранично стыдно за своё поведение, — и хорошо, что он тебя не нашел.

— Брат, это не то, о чем ты подумал…

— Иди в общежитие, — строго добавил Тигр, и перевел взгляд на профессора, — ты забыл слова, которые я тебе говорил на «параде студентов»?

Я перевела взгляд на Сережу, который вздохнул и закатил глаза к потолку, отчего я хихикнула, потянув Тигра за рукав, но тот даже с места не сдвинулся.

Тогда мне пришлось встать на цыпочки и прошептать на ухо мужчине:

— Я люблю его, — и, сделав сценическую паузу, продолжила, — а с Ланом я встречалась последний раз.

Якоб резко повернул голову. Я улыбалась, тогда Тигр заметно расслабился и закружил меня, целуя в щеку.

— Ты умница, сестренка, — прошептал мужчина, и я ущипнула его за сосок, из-за чего он удивленно вскинул брови, замешкавшись.

— Это тебе за своевольное вмешательство в мою жизнь! — рассмеялась я, после чего повернулась к задумчивому Ланковскому, — спасибо за сегодня! Пока!

С бешено колотящимся сердцем я покинула общество своего брата и преподавателя, которые остались стоять перед входом в общежитие. В комнате Клея еще спала, поэтому я аккуратно легла на кровать, включив какие-то игры на планшете. Ночь была для меня неспокойная, поэтому я даже не заметила, как провалилась в сон.

* * *

— Зачем? — глухо спросил Джой, войдя в мою комнату.

Я так давно не слышала его голос, что он мне показался галлюцинацией. Медленно поворачиваю голову и вижу такие родные глаза, в которых плещется осуждение и презрение, и ни капли удивления от моего внешнего вида. Ему словно наплевать на то, как я выгляжу. Я сжала до скрежета зубы, его поведение подстегнуло меня на выплеск яда.

— Не твое дело, Король. Кто ты мне, чтобы я перед тобой отчитывалась? — повела я бровью, беспристрастно смотря на мою тайну, любовь к которой я нежно лелеяла в своем сердце.

— Дура ты, — в сердцах бросил он, после чего развернулся и покинул мою комнату.

Я знала, что это был конец.

* * *

— Она может проснуться… — мужской голос.

— Она не проснётся… — женский.

— У неё чуткий сон…

— Послушай, она уже у тебя взрослая девушка, — вновь голос Клеи, я открываю глаза и вижу подругу в объятиях моего брата, который целует её шею.

Я прыснула от смеха, и эти двое мгновенно отскочили друг от друга, словно ошпаренные. Клея вся покраснела и обняла свои колени, пряча лицов скрещенных на коленях руках.

— Да вы продолжайте, я же сплю, — через смех выговорила я, а потом встала, потянувшись, — я за вас рада.

И ушла в ванную всё еще пребывая в хорошем настроении. Эти сны о бывшей жизни Виталины стали частью меня, напоминанием о МОЕЙ прошлой жизни. Я взглянула в своё отражение. Потрогала синие волосы, подняла их наверх, осмотрела шею с жабрами, расширила глаза, в которых зажегся огоньком аметист. Подмигнула, умылась, поправила на себе одежду и вышла в коридор, услышав напоследок грохот.

Наверное, Клея от неожиданность с кровати грохнулась, когда я стремительно выбежала из ванны. Хихикнув, я вернулась обратно, застав на полу уже и брата.

— Ухожу-ухожу, — рассмеялась я, взяв свою камеру и повторно покинув апартаменты.

Ноги сами привели меня на крышу общежития космоунивера, которая была в форме купола, пространство вокруг которого пересекал металлический широкий обруч, вращающийся по центру крыши. Я присела на дорожку, проложенную вдоль купола с невысоким парапетом. Присев, я свесила ноги в пространство между металлическими штырями и посмотрела на ночной город, который должен быть спящим, но в нем все равно кипела жизнь. Я взяла камеру, сделав несколько десятком различных снимков, после чего отложила фотоаппарат в сторону, решив полюбоваться пейзажем не через объектив. Освещение города обеспечивалось неугасающими рекламными щитами, а на водных дорогах плавали фонарики, строго разделяющие стороны движения. В небе, смешиваясь со светом звезд, отдаленно мигали гелиевые светильники. Любуясь умиротворением на фоне бурной ночной жизни города, я откинулась на купол, вытянув руки над собой и вдыхая свежий воздух. Закрыв глаза, я постаралась сосредоточиться на том, что происходит вокруг меня. Сразу же почувствовала силу, бурлящую в моих венах, силу Смерти. И что мне делать с этой старухой? Как объяснить ей, что я, кажется, влюбилась не в того? Дожить последние месяцы, наслаждаясь прикосновениями Джоя, и потом растаять морской пеной, как русалочка?

Или постараться забыть Короля, заставляя свое сердце полюбить Лана? Ведь и розы от него, он такой же талантливый, как Стас, умный и заботливый. Хотя что из этого нельзя сказать о Джое? Первое. И еще Стас никогда не был таким импульсивным, хотя рядом со мной он менялся, руководствовался сердцем.

А-а, взрыв мозга! Ничего не могу понять, знаю лишь, что люблю Короля и ничего не могу с этим поделать. В ноздри ударил знакомый лимонный запах, и я даже подумала, что у меня начались правдоподобные галлюцинации на фоне озабоченности одним конкретным мужчиной. Резко распахнув глаза, я встретилась с нежным взглядом, который вмиг превратился в насмешливый и стал с особой тщательностью изучать мою вытянутую по куполу фигуру. Я тут же подтянулась, и села в вертикальное положение, удивленно вскинув брови:

— Как ты меня нашел?

— Все гениальное просто: когда ты вещь не ищешь, она сама попадается тебе на каждом шагу, — улыбнулся Джой, посмотрев на ночной город.

— Ты меня сейчас вещью назвал?

— Ага, привораживающим магнитом. Иначе почему меня к тебе так тянет? — шире улыбнулся Джой, посмотрев на меня и взъерошив свои темныеволосы.

Я не смогла не улыбнуться в ответ, отведя взор на спящий город. Оказывается, так приятно знать, что можно косвенно столкнуться взглядами с любимым на каком-нибудь объекте, когда взор двух пар глаз невольно тянется друг к другу в той точке. Первой не выдержала я, скосив взгляд и любуясь профилем мужчины, и больше всего мой взгляд привлекали губы, изогнутые в насмешливой улыбке, словно он подловил меня на разглядывании его, но пока не решается лишать меня такого удовольствия.

— Налюбовалась? — спросил он, продолжая смотреть перед собой.

— Нет еще, посиди так еще немного, — ответила я, после чего достала принесенный с собой фотоаппарат и сделала пару снимков. Вдруг очертания на камере стали меняться, представляя мне профиль Стаса, но мне стоило несколько раз моргнуть, чтобы наваждение спало, и я увидела вновь фотографию Джоя.

— Что-то не так? — обеспокоенно спросил Король, пытаясь заглянуть в мою камеру, но я не дала ему это сделать, находясь в некоторой прострации. — Лин, не пугай меня.

— Что? — переспросила я, а потом постаралась беззаботно улыбнуться, — прости, просто я в шоке, что даже у такого фотографа, как я, ты выходишь отвратительно!

Только взгляни на это…

— Так я же страшненький, — усмехнулся он, и я рассмеялась, щелкнув его по носу.

— Где только с такой внешностью девушку найдешь? — притворно вздохнула я.

— Наверное, только на крышах всяких космоуниверов, — ухмыльнулся он, и я вновь повернулась к спящему городу, давая своим сердцу и мозгу найти консенсус. — Лин, хочешь посмотреть на мой дипломный проект?

— А можно? — оживилась я, посмотрев на улыбающегося мужчину.

— Тебе — можно, если ты не сдашь меня Инфанту, — почти серьезно ответил Джой.

— Будь покоен, — подмигнула я, после чего заметила спортивную сумку, стоящую с противоположной стороны от Стаса.

Он открыл ее и достал оттуда две пары увесистых кроссовок с высокой подошвой, и я удивленно вскинула брови.

— И что это?

— Увидишь, — подмигнул он, надевая их на себя, после чего встал на ноги и попрыгал.

— Ты решил показать экспертной комиссии насколько быстро ты бегаешь? — хихикнула я, ответили мне полуулыбкой.

— Ты мне веришь? — спросил Стас подавая мне руку.

Сердце забилось чаще. Верю ли я ему? Хотелось крикнуть, что больше, чем себе, но я сдержала этот порыв, и лишь молча кивнула, вложив в его руку свою. Но ему этого было недостаточно, он ждал моего ответа.

— Я верю тебе, Стас, — ответила я, и по удивленно ползущим вверх бровям Короля поняла, что сейчас ляпнула.

Я ведь даже мысленно называю его Стасом! А что на уме, то на языке! Я резко закрыла рот ладошкой, будто опасаясь, что из моего рта вылетит еще какая-нибудь несуразица.

— Если бы я тебя не знал столько времени, за которое не просто можно выучить моё имя, а вдолбить его себе, то подумал бы, что ты забыла моё имя, — удивленно ответил Джой, нахмурившись, а я закусила губу. — И кто такой Стас?

— Джой, какой Стас? — нервно рассмеялась я, — вы ведь с Якобом знаете всё мое окружение, разве в нем есть кто-то по имени Стас? Черт попутал, сама не знаю, почему у меня вырвалось это имя.

— И почему я хочу тебе верить, но не могу пересилить свой мозг? — подозрительно посмотрел на меня мужчина, а я пожала плечами.

— Думай, что хочешь. Только тебе решать, доверяешь ли ты мне, или нет, — рассудительно ответила я, чуть сжав его руку и ожидая приговора.

— Хорошо, — резко ответил он, после чего подхватил меня на руки и чуть присел, как оказалось, чтобы оттолкнуться и взлететь.

Я закричала, вцепившись руками в плечи мужчины и смотря на его забавляющееся лицо. Это называется «отомстил»! И ведь такие бесята в глазах, словно какой-то подвиг совершил, как минимум! Он резко набирал высоту и скорость, а потом пикировал вниз и снова возносил нас к звездам. Я смеялась, хотя сердце билось сильнее, чем от американских горок.

— Хватит! Остановись! Довольно! — кричала я, вспоминая мультфильм «Золотая антилопа».

— Почему? Скорость — это же круто! — так же считал и Стас, пока его не снес автомобиль, мчащийся на большой скорости.

Король вновь проделал петлю, чуть подбросив меня в своих руках. Я обижено засопела, и тут мы остановились, зависнув в воздухе. Джой крепко держал меня за талию, поставив мои ступни на свои ноги и прижав ближе к себе. Я взглянула вниз, где над нами сверкал город, а потом резко подняла глаза к небу: совсем рядом с нами были искусственный фонарики, над которыми кружили мириады звезд. Я улыбалась, наслаждаясь красотой, а потом сокрушенно изрекла:

— И фотоаппарат остался там! Было бы так классно сделать снимок с высоты птичьего полета!

— Думаешь, до тебя никто таких снимков не делал? — усмехнулся Король, тоже улыбаясь и наслаждаясь близостью со мной.

— Джой, в этом мире никогда больше не будет такой же секунды, когда ты так нежно держишь меня, а я плавлюсь в твоих руках, находясь в нескольких сотнях метрах над водой, и именно поэтому для меня та фотография будет особенной, — я видела, какой ураган эмоций бушует в его глазах, так приятно было смотреть, как в них зажигаются лампочки счастья. — И, отвечая на твой вопрос: нет, такого снимка никто не делал.

— Линка, — выдохнул Джой, положив руку мне на шею, — ты чудо.

— И, конечно же, ты это чудо любишь, — рассмеялась я, сама потянувшись за поцелуем, на который тут же с охотой ответили.

Всё самой, всё самой! Мысленно я смеялась, понимая, что это эйфория от счастья. Парить над ночным городом с любимым парнем? Незабываемо! Феерично!

Божественно! Волшебно…

— Так это и есть твой проект? — спросила я, чуть отстранившись от губ Короля, который вновь притянул меня, смяв их, но я была рада ему подчиняться, особенно чувствовать его руку, блуждающую по моей спине, но удерживающую меня от падения.

Вообще приятно было осознавать, что ты сейчас полностью во власти любимого и любящего (что гораздо важнее в данной ситуации!) мужчины. Джой меня лишает всех чувств, кроме тех, которые вызваны непосредственно им. Я понимаю, что у меня дежавю, что невозможно любить настолько сильно дважды, но… я люблю.

— Да, — выдохнул он, вновь собираясь целовать меня, но я приложила палец к его губам.

Нельзя израсходовать столько счастья сразу, от переизбытка эмоций может сердце заболеть, а оно у меня и так лежит с градусником во рту и высокой температурой.

— Расскажешь? — спросила я, и мужчина застонал, прижимая меня к себе.

— Ты серьезно?

— А зачем же еще ты меня сюда позвал? — стараясь сдержать улыбку на губах (что давалось мне очень и очень плохо), полюбопытствовала я.

— Эти ботинки работают на гравитации, перенаправляя энергию. Я занимаюсь разработкой двигателя в них, причем в основном именно его размерами, что составляет проблему для обуви. Но у меня пока проблема: энергии не хватает, нужен более крупный генератор, поэтому ботинки высасывают магическую энергию из носителя.

— Много энергии?

— Пустяки, — отмахнулся Джой, — только проблема именно в том, что пользоваться ими могут только эльвы или одаренные люди.

— Слушай, — мои глаза озорно заблестели, — я тут хотела кое-что сделать…

И привела свой коварный план в действие, правда, сама чуть не поплатилась. Я начала щекотать уши Джою, который весь покраснел и пытался от меня отделаться, поэтому, когда он чуть не уронил меня, мы спустились на крышу, смеясь. Но, почувствовав твердую платформу под ногами, я вновь взялась за уши любимого, на этот раз даже взяв их в рот. Джой вообще покраснел и пытался меня отцепить, но потом смирился и даже, как он сказал, немного наслаждался.

— Джой, — позвала я мужчину, который ответил мне поцелуем в макушку, — уже рассвет. Мне кажется, нам пора хоть чуть-чуть поспать и на пары.

— Ли-ин, я мечтал об этом больше месяца, а если считать потенциальные желания обретения любимой девушки, то всю жизнь, так что дай насладиться этими минутами, — устало ответил он, и я поцеловала его в щеку, укрыв свои плечи его курткой.

— И всё же нам надо проснуться, — настойчиво повторила я, вставая с груди Короля, который разочарованно вздохнул, кивнув и подхватывая свою сумку и мой фотоаппарат.

— Как думаешь, я обнаружу в своей комнате Якоба? — улыбнулась я, когда мы с Джоем спускались на лифте на наш этаж.

— Хочешь на это поспорить? — улыбнулся мужчина, знавший меня, как никто другой, отчего я рассмеялась.

— На что?

— Поцелуй.

— Куда?

— Куда захочет победитель, — ответил он, и я протянула Джою руку, отчего пришлось покинуть его теплые объятия.

— Спорим, — мы разбили сомкнутые руки, и Король вновь притянул меня к себе, обняв.

Мы вышли из лифта, усмехнувшись над спящим комендантом, и пошли в сторону комнаты, и тут Джой остановился, поцеловав меня на прощание.

— Сладких двух часов сна, — ответил он, вновь поцеловав меня, так сладко и нежно, что у меня коленки подогнулись.

— Сладкого проигрыша, — улыбнулась я, вдруг подумав, что мы не оговаривали сторону спора, кто выиграет, если я там увижу Якоба? Я или Король?

Рассмеявшись и поняв, что мне совершенно безразлично, кто кого будет целовать и куда, я удостоилась непонимающего взгляда Джоя. Покачав головой и забрав свой фотоаппарат, я направилась в свою комнату, остановившись около самой двери и обнаружив на полу три букета. Моему удивлению не было предела, когда я стала вытаскивать из них записки: «была», «борьба», «тщетной!». И тут в моей голове сложилась мозаика: «Вся моя борьба была тщетной!». Это начала монолога мистера Дарси из «Гордости и предубеждения» романа Джейн Остин, когда он признавался в любви мисс Элизабет Беннет. Это было так мило и романтично, и это было от Лана.

Букеты я решила выбросить, не щадя цветов, а вот записки всё же убрала в ящик.

Всегда обожала мистера Дарси.