Глава 57

Антон смутился и попробовал прикрыться ладонями, но Нэр метнулась, вспарывая воду, и добралась до сладкой цели первой. Добралась, захватила ее в обе ладони, сжала, лаская. В точности так, как и хотелось.

— Я рада, что у тебя на меня стоит, Антон Снег. Было бы обидно, если бы только я мечтала о тебе.

Антон тут же покраснел, Нэр же, пользуясь моментом рассмаривала то, что отвоевала себе в полное распоржение. Пальцы едва смыкались на основании члена, но к головке он сужался, заканчиваясь слегка заостренной копьевидной головкой.

“Большой… Интересно, каково это — принять в себя такое? — подумала Нэр. — Головка войдет первой, лишь немного раздвинув вход в тело… в мое тело… в мое новое и, если Мик не соврал просто для того, чтобы проследить за моей реакцией, невинное тело… По мере погружения все во мне будет все больше и больше растягиваться… Сладко и болезненно”.

В памяти не осталось ничего о первом сексуальном опыте из прошлой жизни. Вообще. Нет, Нэр помнила человека, который стал ее первым мужчиной. Его лицо, его глаза, его улыбку. А вот что она тогда испытала чисто физически?

Нет. Ни тени воспоминания. Из этого можно было сделать вывод о том, что ничего особо страшного не произошло. Но был ли тот человек столь же впечатляюще… могуч?

— Какой ты… Можно я тебе сделаю минет?

— Можно… что?

— Что-что… — проворчала Нэр с наслаждением наблюдая за тем, как у Антона розовеют щеки и уши, а его член, зажатый у нее в кулаке, напрягается еще больше. — Хочу сосать твой член, а когда он как следует окрепнет, принять его в себя… Когда у тебя в последний раз был сэкс, Антон Снег?

— Я… Я… Никогда, Нэри…

— Ого, — Нэр кивнула, неожиданно радуясь тому, что все про Антона угадала правильно. — Ты должен быть здорово голоден…

Нэр потянулась и слизнула с кончика члена Антона прозрачную капельку смазки, которая почему-то не смешивалась с окружающей водой и не смывалась ею.

— У меня тоже никого не было очень давно. И не было бы еще дольше, если бы я не полюбила тебя, Антон Снег… И мне очень приятно думать, что я буду у тебя первой.

Нэр втянула в рот головку члена Антона и взглянула ему в лицо — просительно и игриво. Тот смотрел широко раскрытыми глазами. Причем не столько отвечая Нэр на ее взгляд, сколько залипнув на ее губах, которые скользили по блестевшему от слюны стволу.

— Я… — вновь пролепатал Антон и вдруг зажмурился, а после попытался отстраниться, даже пихнул Нэр ладонью в лоб, и та послушалась, на вкус почувствовав истинную причину этого.

С одной стороны, хотелось посмотреть, как Антон кончит от одних только оральных ласк. С другой — позволять ему это сейчас казалось глупым. Что потом делать с собственными желаниями? Секунду поразмыслив, Нэр пережала член Антона, одновременно оттягивая ему яички и не давая семени излиться.

Антон застонал, выгнулся, затрепетав, а после упал на подушки — медленно из-за окружавшей его воды. Волосы взметнулись, простыни на кровати взвихрились, а после так же медленно опали.

Антон замер, локтем прикрыв глаза. Нэр же перебралась к нему ближе, оперевшись коленями по сторонам от его большого тела.

Антон затаился, по-прежнему прятачась за зикинутой на лицо рукой. Нэр усмехнулась и, скловнившись вперед, провела ладонями от возбужденно торчавших сосков вниз — через живот к паху, помогая себе руками. Сначала было больно, но потом…

Нэр засмеялась, пуская изо рта дюжины мелких искристых пузырьков. Антон глянул из-под локтя смущенно. Нэр нагнулась и поцеловала его, одновременно начиная неторопливо двигаться.

Но едва поцелуй прервался, Антон тут же вновь спрятался за согнутым локтем. Нэр, по-прежнему усмехаясь, провела кончиками пальцев по нежной коже от подмышки к локтю, и она тут же покрылась мурашками.

Завитки волос в подмышке манили. Нэр уткнулась в них носом и тут же с сожалением поняла, что в воде запах не уловить. Зато сколько возможностей для тактильных ощущений!

Переместилась к правому соску, она прихватила его зубами. Куснув Антона сильнее — так, что тот что-то невнятно булькнул и запустил пальцы в волосы, сжимая их, — Нэр приподняла голову и улыбнулась в наконец-то открывшиеся ее взгляду глаза любовника.

— Люблю тебя, — прошептал Антон, глядя Нэр в лицо шроко раскрытыми, расфокусированными глазами. — Так, что даже дышать не могу.

— Это потому, что мы с тобой утонули, — глубокомысленно сказала Нэр, испытывая даже некоторую неловкость.

Антон был столь искренен, столь беззащитно раскрыт сейчас, что Нэр вдруг почувствовала, как в глазах закипают слезы, а в груди становится горячо и тесно от переизбытка чувств.

— Любовь моя, — шепнула она и вновь потянулась к губам Антона.

А после с удовлетворением позволила ему обхватить себя руками и легко, не разрывая телесного контакта, перекатить на спину…

После того, как Антон отбросил смущение и поддался инстинктам, все пошло так, как и должно было — сильные, глубокие движения сводили с ума, первая боль давно позабылась, смытая страстью.

Вдруг подумалось о том, что в новом теле процедура стерилизации, через которую Нэр когда-то прошла, никогда не проводилась, а значит… А значит, все для них двоих может стать еще более серьезным. И это… Это будет прекрасно.

Хотелось как-то продлить этот миг понимания, момент первой любви, насладиться им сполна. Так, чтобы запомнить на всю жизнь, чтобы сохранить, как что-то самое важное в жизни, самое дорогое.

— Смотри на меня. Смотри на меня, Антон Снег! Хочу, чтобы ты видел, как сильно я тебя люблю.

Антон смотрел и, казалось, даже не мигал. И Нэр смотрела… Смотрела, пока движения его не стали рваными, дергаными и неконтролируемыми, а нарастающее напряжение, которое уже почти не было сил терпеть, вдруг взорвалось в животе и в голове огненным шквалом, который мгновенно охватил и ее саму, и Антона, и кровать, на которой оба лежали, и комнату, а после покатился дальше — в стороны, вниз, ввысь, всюду, поджигая, казалось, саму воду вокруг.