Эпилог. Часть 1
— Как же хорошо дома! — сказал Антон и, раскинув руки, навзничь упал на широченную мягкую кровать. — Тихо. И вокруг не бегают эти бесконечные котята.
Нэр улыбнулась ему, а после подошла, чтобы поцеловать, да и растянулась рядом, с удовольствием уставившись через прозрачный потолок силового поля на высокое небо над головой.
Там плавало облачко в форме сердечка — Микеланджело решил таким образом выразить симпатию своим вернувшимся домой друзьям. Нэр улыбнулась и потянулась изо всех сил — так, что на какие-то секунды даже слух пропал, — а после расслабилась и пошарила по сторонам взглядом.
От прежней избушки Антона, что стояла у долины Семи туманов, ничего не осталось. Дом, в котором они теперь жили, был новым, суперсовременным и пока что очень сильно нравился всеми своими новомодными наворотами, включая этот самый потолок, который можно было при желании и затемнить, сделав непрозрачным.
Но Антон, как правило, был против — ему по-прежнему нравилось смотреть на облака днем или звездное небо ночью. Смотреть и мечтать о чем-то своем… В тишине и спокойствии… Эх… Действительно, как же хорошо! Тихо… И вообще…
Они только что прилетели с Ассейры, где в качестве почетных гостей присутствовали на крестинах первенца Аарха и Айрис. Котенок родился большим и сильным. Аарх принял его, обмыл, а после по традиции вынес, чтобы показать всем собравшимся.
Семья у любвеобильного Аарха была огромной. Коты — раса в принципе не способная на долгую верность одному партнеру, не знала таких слов, как ревность или измена. Они сходились и расходились совершенно свободно.
Но если самка рожала от того или иного самца котенка, она автоматически становилась членом его семьи, а он входил в ее клан. Так что таких вот «жен», подаривших Аарху детей, только на крестинах его нового ребенка было штук двадцать.
Некоторые пришли со своими новыми спутниками, другие предпочли явиться лишь в компании своих детей. В итоге громогласной и непоседливой кошачьей малышни вокруг было столько, что Нэр, которая за время ожидания попыталась их сосчитать, очень быстро бросила это занятие и начала медленно звереть от всей этой кутерьмы.
Антон, который, в отличие от Нэр, впервые присутствовал на подобном мероприятии, следил за всем круглыми от любопытства глазами. Почувствовав слабое звено, котята очень быстро втянули его в свои незатейливые, но очень шумные и подвижные игры… Не мудрено, что парень устал…
— Соскучился по тишине?
— По тишине наедине с тобой, — Антон повернулся на бок и робко коснулся пальцами щеки Нэр.
Он все еще смущался в такие вот моменты интимной нежности, и это приводило Нэр в полный восторг. Перехватив руку Антона, она поцеловала ее прямо в самый центр крупной ладони, в линию жизни, которую судьба так счастливо переплела с такой же линией, которая ведала жизненным путем самой Нэр де О.
С момента их первой встречи прошло уже пять лет. Так быстро! Так незаметно. Но чувства не стали менее острыми ни на йоту. Нэр все так же обмирала от нежности, глядя на своего стеснительного медведя. А тот по-прежнему осторожничал со своей «девочкой», заботился и оберегал ее.
И тот факт, что он теперь знал о Нэр все и был в подробностях ознакомлен с ее биографией и репутацией в войсках Лиги человеческих миров, не изменил в подобном его отношении к ней ровным счетом ничего.
А вот мир вокруг переменился без преувеличения разительно. Причем не без их непосредственного участия.
Нэр обняла Антона, привлекая его русую голову себе на грудь, и принялась вспоминать. И первое, что всплыло в памяти — это то, как она проснулась на бликующем солнечными зайчиками песке под толщей воды, которая была частью Микеланджело.
Разбудил ее тогда звук работавшего на полную мощность космофона. И спросонья Нэр очень долго не могла сообразить, где она, и почему экран, на котором демонстрировали новости, столь огромен и при этом странно колышется — так, будто создан из какой-то особо плотной воды. Воды!
Слово стало ключевым. Нэр села и пожелала Мику с одной стороны доброго утра, а с другой — пропасть пропадом за такую вот побудку.
«Зачем так громко, господи ты боже мой?»
«Да ты только послушай, что творится, Нэр! — перебил тот в нетерпении. — Я только-только вынырнул из внутреннего космоса во внешний, а тут такое!»
«Что… это?» — пролепетал перепуганный Антон и сел, подтянув к груди колени.
«Мик решил усладить нас зрелищами. Это общегалактические новости, Антон. Как все это работает, расскажу после. Но это всего лишь технология. Давай действительно послушаем, что там происходит в большом мире».
Экран, созданный Микеланджело, висел довольно далеко, но был таким громадным, что подавлял. Особенно с учетом того, что его целиком заполняло лицо генералиссимуса Вольнова-Грасси.
Да-а… На это действительно стоило посмотреть! Потому что, пожалуй, еще никто и никогда не видел этого очень старого, очень умного и очень хитрого Homo — второго по влиятельности в Лиге человеческих миров после Президента — таким… растерянным, изумленным и сбитым с толку.
Генералиссимус произносил серьезные, весомые слова, которые должны были звучать уверенно, но все портил взгляд его широко распахнутых глаз, которые четко доносили одно — старый вояка пребывает в полном шоке.
Нэр мстительно хмыкнула и прислушалась к тому, что неслось с экрана.