Часть 10 Одна ведьма – неприятность, а три – стихийное бедствие.
Хорошо, что сегодня был выходной день, и никуда не нужно было идти. Маре, конечно же, потому что я специально распланировала свой приезд подобным образом.
Ночью она принялась мастерить для Эппы домик, смахивающий на скворечник, в своей спальне.
Я пыталась достучаться до ее здравого смысла, акцентируя внимание на том, что летучие мыши спять вверх ногами, и следует беспокоиться только о пищеварении этой летающей собаки. Потому что если она начнет гадить прямо в спальне, то скоро Маре придется спать в гостевой. И у Эппы будет не какой-то там скворечник, а полноценная спальня.
Возможно, она не отказалась бы от своей безумной идеи, но из-за стенки раздраженно забухал в стенку сосед.
Только после этого Мара вступила в дискуссию с фамильяром и та ей сказала, что идеально будет, если спать они лягут рядом. Для закрепления связи.
Я тут же прокрутила в голове варианты и вспомнила кованую вешалку внизу. Мы заволокли её в спальню и поставили впритык к кровати. Эппа тут же повисла вниз головой, укутавшись крыльями. Её мордочка качалась недалеко от головы Мары, и это было так мило!
Михе, допущенному в спальню Мары, было всё интересно. Он нюхал и изучал мебель, а затем забрался в шкаф, и затаился в нём, следя за тем, как мы обустраивали быт Эппы.
Не известно, для чего он это сделал, но искать нам пришлось его хором. И только из-за того, что я не отпускала Мару, нам помогла Эппа, приведя к его схрону.
Он тут же начал возмущаться. Я сделала внушение и пообещала, что если он не угомонится, то оставшееся время будет на диете, благо еду здесь можно купить какую хочешь, и мы не в лесу. Кот вышел из комнаты. будто одолжение сделал. Нет, не так, он царственно покину опочивальню хозяйки.
Угомонились мы ближе к утру. Спали не долго, в дверь Мары кто-то настойчиво забарабанил ближе к девяти.
- Неужели у ведьм в этом мире карма такая? По всему выходит, что они сумрачные существа, и нет чтоб им дать поспать, простые смертные норовят разбудить пораньше, будто считают, что у той рабочий день с девяти.
Сначала я растолкала подругу, потом мы спустились вниз, я завернула на кухню, а она – открывать дверь.
- Мара, доброе утро, — донесся до меня мужской голос. Я замерла и удивленно высунула нос из кухни.
Кнопа и ее муж стояли в прихожей, причем наша третья подружка выглядела чопорно и порядочно, под стать мужу.
- Мара, на вас вся надежда, — не сочтите за наглость, но меня вызывают в управление – а у нас запланированный шопинг, — мужчина мялся в дверях, косясь на недовольное выражение лица второй половины.
- Может вы составите компанию душечке?
- Да, без проблем, через часик могу.
Он взял жену за руку и заглядывая ей в глаза принялся извиняться, — но кто же знал, душечка, чрезвычайное происшествие, Вулки Главного съел что-то и теперь лежит, и воет, я должен разобраться.
- Вулки? – я не сдержалась и вышла в прихожую.
Муж Кнопы, увидев меня дернулся. Окинул нас троих сканирующим взглядом и вздохнул.
- Надеюсь, что ты не влезешь в какую-нибудь неприятность. Распродажи, примерки, — вы же тоже любите покупки, девочки?
- Очень, — кивнула я, — вот приехала специально, такие скидки бывают раз в году.
- Точно, а меня вызвали, — поэтому должен откланяться, и надеюсь на вас, — глянул он на нас с Марой по очереди.
Еще целую минуту после того, как за ним захлопнулась дверь, мы стояли тихо, вслушиваясь в звуки, доносящиеся с улицы, и только после этого Кнопа отмерла.
- Девочки, как же я рада вас видеть! – и стащила с головы шляпу, больше похожую на котелок, с соском сверху.
- Вы даже не представляете сколько сил я вбухала в разработку этой операции, — давайте чаю попьем что ли, а то я так нервничала, что не позавтракала.
- Мы не нервничали, но тоже не позавтракали еще.
На слово завтрак со второго этажа прибежал Миха. Обнаружив нового нахлебника, принялся ворчать, норовя занять своей толстой задницей стул у стола.
- Пугáвка, ты зачем ему всех вулкулаков отдала? Он же помещался на этих зверюгах. Распродал большую часть, нахваливая так, будто ты их селекцией занималась лет десять минимум. Троих у нас в поместье оставил, дрессирует, заставляет нас с сыном сидеть у них в загоне по часу каждый день. Вот делать мне нечего, как по вечерам смотреть на их игры. Но малому нравится. Аукает, норовит на них залезть, у меня иногда сердце из груди выскакивает, когда он в их играх пытается принять участие. Это же дикие звери!
- Ну, не совсем дикие. Они все понимают, прекрасно поддаются дрессуре. Им можно поручить достаточно большой перечень задач. А главное – они преданные.
- Так это ты моему мужу напела эту считалочку?
Да не пела я ничего. Он приехал рано утром, и начал втолковывать, что восхищение жены зверьём, живущим в Смрадном лесу очень дорогого стоит. А особенно ценно лично для него то, что отыскали тебя и в лоно семьи вернули.
— Вот дура я, — застонала Кнопа, — нужно было признаться, а не придумывать крайних.
- А я тебе говорила! – поддакнула Мара, — а ты заладила, не поймет он, нужно переключить его внимание на посторонний объект.
- Так они же так классно пели! – зажмурилась Кнопа.
Я выставила тарелки с завтраком на стол, Миху же поманила на пол.
- Да пусть сидит, — Мара встала и вышла, вернулась она на кухню со стулом, и заработала признательные гляделки от моего кота.
— Это так на тебя не похоже, — протянула Кнопа.
- Что? – подняла взгляд от своей тарелки Мара.
- Ну, животное, за столом! И ты за стулом сама пошла, а не согнала его на пол!
- А, вот кстати, — я попыталась рассказать причину такого невероятного превращения.
- Я сама, м Мара кивнула на тарелки, — после завтрака.
- Что сама? – у Пуговки глаза засветились любопытством.
«Расскажу и покажу, почему я так благосклонно воспринимаю эту меховую рожу.»
Когда Кнопа в полутемной спальне рассмотрела крылана, висящего вниз головой, она в первый момент решила, что мы поехали головой.
Она так и сказала.
Эппа открыла глаза, и аккуратно перебирая лапками перебралась на плечо Мары.
- Эппа – это моя подруга Кнопа.
- Эппа? – рыженькая застыла с приоткрытым ртом, глядя на летучую собаку.
- Мара?! Это то, что я думаю?
- Да, Кнопа, это такой же фамильяр, как и Миха.
- Девочки, кого вы убили? – прикрыла ладошкой рот Кнопа.
- Почему убили, — хором возмутились мы.
- А кто добровольно расстанется с таким фамильяром? Если мне не изменяет память это нильский крылан, да?
- Да, — кивнула я.
- Мне страшно, не томите уже!
И Мара поделилась темой моей диссертации, пересказала дело, над которым довелось работать вчера, и то, что позвать можно и из другого мира, если знать, где скважина, и какой должен быть живец.
- Так не честно, — подытожила Кнопа, когда рассказ закончился.
- Не поняла! Что значит нечестно!
- Я тоже хочу фамильяра! Пугáвка, давай пойдем сидеть в сад ночью!
- Ага, с твоим мужем за компанию? И я не уверена, что с той стороны есть еще одна такая же Эппа.
- Думаешь, что Эппа уникальная, и больше таких нет?
- Думаю, что это не твой фамильяр. Твой обязательно найдется, только нужно подумать, как мы его будем звать.
- И на что ловить, — добавила Мара.
- Сюрприз! – помахал у нас перед носом плакат с процентами скидок.
Потому что желающих купить все задаром было столько, что в магазины пускали по три человека после того, как выстоял минимум час под этим самым магазином.
- Да ну их, девочки, — Кнопа с тоской смотрела на очередь, — это же с ума сойти сколько времени даром потратим.
- А я мечтала сарафанов накупить – разноцветных, вздохнула и шмыгнула носом. Фамильяров мы оставили в доме Мары, клятвенно побожившись, что мы ненадолго – одна нога здесь, другая там.
Миха ворчал. Тогда Мара сказала, что его оставляем для охраны очень ценного фамильяра. То есть Эппы, которая спала в спальне. А я пообещала утку.
И он остался.
- Сарафаны? – Кнопа смотрела на меня, как на ненормальную, — куда ты их собираешься носить?
- Да хоть куда, — фыркнула огорченно.
Мара оскалилась и намекнула на выезд на минеральные воды и то, что в таких местах принято поражать воображение публики новыми прикидами ежедневно.
Я подавилась возмущением, Кнопа – почесала кончик носа и сообщила, что свет клином на центральной улице не сошелся, и если у меня к параметрам сарафанов нет повышенных требований, — я при этом очи в небо закатила, — то она знает одно очень уютное место.
Уютным местом оказался квартал лавок ремесленников.
Кухонная утварь, сантехника, мебель, садовый инвентарь, когда в очередной раз Кнопа зависла на прообразе машинки для стрижки травы, я не выдержала – платья где?
- Вам что, совсем не интересно, — надула губки рыженькая.
- Ну, почему же, — Мара прижимала к себе деревянную рейку, канделябр с черепом и настенное бра в точно таком же стиле.
- Стесняюсь спросить, — это кому-то на подарок?
- Да, Эппе! Если приколотить бра прямо над кроватью, м начала она предвкушающее.
- Не надо, — тут же вернула ее на землю. – Твоя Эппа через пару дней облюбует чердак и будет безмерно счастлива в связи с твоим отсутствием в моменты отдыха.
- Почему?
- Потому что вы не одно целое, — вы две половинки и у нее должно быть собственное личное пространство.
- Хочешь сказать, что твой Миха спит в другом месте?
- Чаще всего – да.
Мы дошли почти до конца улицы, и я вопросительно посмотрела на Кнопу.
- Да вот же, — она кивнула на вывеску «Вторая леди».
- А первая где? – я покрутила головой.
- Так первая, это на главной улице.
Мы толкнули дверь, звякнул колокольчик и нашему взгляду предстал узнаваемый во всех мирах стоковый магазин.
- Кнопа, — угрожающе пророкотала Мара.
- Что, Кнопа, вы еще потом спасибо скажете, — и заспешила вглубь магазина.
Нам навстречу вышла хозяйка. Точная копия Миранды Пристли из «Дьявол носит Прада».
У меня даже мысль мелькнула, не розыгрыш ли это.
- Ведьмы, — лениво поприветствовала она нас, — обычно, вы не частые гости в моей лавке.
- Мирри, это мои подруги, — Кнопа первая добежала до хозяйки и принялась обниматься с ней, как со старой знакомой.
- Твои подруги, мои подруги – и нас пригласили на лестницу, спрятанную за бархатной шторкой.
И вот на втором этаже этого магазина, я точно поняла, что между Землей и этим местом существует, по крайней мере, еще одна дверь. И она находится не на Мальте, а в Милане – мировой столице моды.
Огромный стеклянный шкаф, в котором на крутящихся тарелках располагаются изящные сумочки с земными эмблемами - Прада, Гесс, Луис Виттон.
Я хлопаю ресницами, понимая, что это невероятно и не похоже на правду.
Но ряды с вешалками превращают меня в сумасшедшую истеричку.
- Хочу это примерять, и это тоже, и вот это.
Мирри улыбается, отбирает у меня вешалки и приглашает в кресла.
- Вы должны получить от покупки максимум удовольствия. Будут ли у вас пожелания?
Мара кивает, — брючный костюм из плотной материи, можно с погонами на плечах, пиджак в стиле управления, — понятно, что она пытается обновить гардероб с поправкой на Эппу.
- А мне, что-то сногсшибательное к Осеннему шабашу, в двух вариантах, — тот, что попроще возьму на мероприятие в Управление, с мужем не забалуешь.
Кнопа вздыхает.
- А мне, чего-нибудь яркого, летнего, — я решаю не отходить от изначального плана оставить после себя Пугáвке полный шкаф позитива.
- А вы, дамы на Осенний шабаш не собираетесь?
Я морщусь, Мара задумчиво кивает, но опять же намекает, что платье должно быть с плечами.
И начинается дефиле.
Хозяйка знает свое дело, три манекенщицы, максимально подобранные к нашим типажам, демонстрируют комплекты, подобранные с безупречным вкусом.
Когда доходит до вечерних платьев, Мирри говорит: «Вот знаете, есть обычные платья, есть просто красивые платья, а есть платья, в которых можно и нужно собираться на вечерний шабаш с подружками».
Высокая брюнетка выходит к нам в черных обтягивающих брючках. Сверху на ней алый – даже не знаю, что это. Удлиненный до самого пола пиджак? Над поясом сверкает голый животик девушки, застежка начинается на ладонь выше пупка, и заканчивается под подбородком. Длинные строгие рукава, шикарные, инкрустированные камнями аппликации на плечах, они захватывают надплечье и спускаются на плечо. Фалды опадают мягкими складками, расширяясь от талии. Очень провокационно, очень красиво.
Мара кивает – стопроцентно, это ее наряд.
Опять пиджак, переходящий в жесткую юбку полу солнце. Чуть выше колена. Цвет практически черный, но все же это темно синий, с какой-то искрой. Глубокое декольте с кружевным боди цвета морской волны с уходом в бирюзу.
Потрясающе идет рыжеволосой манекенщице. Талия стянута широким ремнем с инкрустациями цветов.
Кнопа хлопает в ладоши, — это невероятно!
Блондинка выходит в черном, и в первый момент, я почти огорчена.
Но потом она делает шаг и я понимаю, что это удивительный комплект, состоящий из комбидресса под горло с вышитым вишневым китайским драконом на груди и животе, с фалдами пиджака, прикрывающими попу, и обшитыми вишневым декоративным шнуром, выглядящим произведением искусства. На плечах точно такие же аппликации, как у Мары, но они тоже со шнуром и вышивкой. Талия затянута толстым поясом с золотой головой дракона, а вот ноги до самого пола прикрывает прозрачная черная органза, с заметной плиссировкой.
— Это лучший шопинг в моей жизни, — говорю я, когда нам вручают пакеты с покупками.
Платье в пол, с открытыми плечами, рукавчиками фонариками, насыщенного синего цвета, но при этом усыпанного цветами, я уже представляю себя в нем, на термальных источниках, эх, — хоть бери и устраивай еще и личную жизнь Алексы. Я одергиваю себя, нет, это неправильно, личная жизнь на то и личная. Еще я купила бирюзовый, струящийся сарафан на одно плечо, малиновое, под горлышко, но с юбкой клеш до колена платье. И лавандовое в мелкий цветочек.
Мы возвращаемся усталые, но довольные. По пути покупаем две утки, фрукты для Эппы, и корзинку пирожных.
А в прихожей Мары нас встречает Миха, сторожащий загнанного в угол мужа Кнопы.
Причем не робкого десятка мужчина, облегченно выдыхает, когда открывается дверь.
- Если бы я не был знаком с тобой Пугáвка, то подумал бы, что его хозяин злобный колдун-некромант.
— Это почему, — я хвалю Миху, почесывая между ушами, он же не сводит взгляда с освобожденного пленного.
— Это потому, что такие звуки, которые издает это животное, я никогда не слышал.
Мы договорились с девочками пока не распространяться про фамильяров.
- А еще он прокусил мне щиколотку!
- Ой, дорогой, как же так? Ты его пинал?
- Я хотел подняться по лестнице на второй этаж.
- Ну да, — Мара хмыкнула, — любопытство не порок?!
- Мне было скучно!
- Зато в углу стоять оказалось весело, не так ли?
Все же окончание этого суматошного дня было приятным. Пара уехала после того, как Кнопа полечила ногу мужа, а он съел утку, на пару с Михой.
У которого в глазах читалось – почему это его кормят тем же, что и меня? Я защитник!!
- А он – пострадавший, — погладила его по макушке, — пойдем, пополним диссертацию нужным и важным.
И он позволил мне отнести себя наверх.
Стоит ли совершать визит вежливости, если этот самый визит – скорее потенциальная катастрофа для того, кто приглашал?
Но ведь мужа Кнопы никто за язык не тянул, жену мы его вернули в целости и сохранности, с кучей покупок, доставку рыженькая оформила прямо в поместье.
Поэтому сказанное ним на прощание, - ну, а теперь вы к нам, обязательно! – мы восприняли как призыв к действию.
Тем более там вулколаки. Почти мои воспитанники, и свобода – и для Эппы, и для Михи.
В общем в воскресенье вечером мы погрузились в экипаж и отбыли на окраину столицы. На очень дальнюю окраину, я бы сказала, потому что петляли мы по центру минут сорок, пока на окружную выбрались.
- Ужас какой-то, как люди этот трафик выдерживают?
- Кого?
- Ну пробки и столпотворение.
- Была бы ты с метлой – минут за двадцать долетели. – Мара периодически почесывала Эппу по подбородку, но в целом дорога утомляла.
Миха разлегся на лавке напротив нас пузом вверх и довольно урчал, когда Мара, дотягивалась своей ногой и пересчитывала ему ребра.
- М-р-р, — отзывался он на её поглаживания, будто заигрывая или поощряя.
- Знаешь, Пугáвка, вот у меня свой фамильяр появился, и связь с ней я чувствую достаточно сильную, казалось бы, должна быть счастлива, но нет, у меня к твоему Михе, как будто любовь с первого взгляда. Не знаешь, что это за извращение?
Кот рыкнул недовольно и перевернулся, не сводя с нее зелёного взгляда.
И весь его вид говорил о том, что не видит он здесь никакого извращения, он большой, на всех хватит. Что тут же и продемонстрировал, разлёгся головой у неё на коленях, а брюхо и хвост на меня сложил.
- Мне его зелёные глаза по ночам снятся, — вздохнула Мара. – Вот понимаешь, я не в кота влюблена. А в кого-то с этими зелёными глазами, — её ладонь невесомо прошлась по его голове, почесала за ушами, — кого-то высокого, черноволосого и зеленоглазого.
И так она это сказала, что стало понятно, какие именно сны сняться ей по ночам.
Миха перетёк к ней на колени и принялся вылизывать её лицо.
Мара начала отбиваться и ржать аки конь, Эппа возмущенно выговаривать Михе о недопустимости его поведения, а я зависла, перебирая моменты в поведении кота, которые меня иногда очень напрягали. Точно! Иногда мне казалось, что это не кот, и не фамильярд на меня смотрит, а человек. А его поступки, а американские горки на дрезине, или то, как он меня в тачанке страховал? Где граница между – это нормально и так и должно быть и тем, чему у меня нет объяснения? Эппа же не ест все подряд. И кот тоже не должен, а он жрёт и добавку требует. А еще растёт, может его харизма в теле фамильяра не помещается? То есть не его, а того высокого и черноволосого, который Маре снится.
- С ума сойти, — это я вслух сказала, как итог внутреннего диалога.
Но наш экипаж как раз вывернул на окружную и по ней мы полетели с уже испытанной когда-то скоростью.
А я отложила эти вопросы на потом.
Поместье Кнопы поражало воображение. Думаю, что мой Смрадный лес может чуточку больше был. Мы ещё десять минут по аллее среди величественного парка ехали после того, как ворота распахнулись.
Мы не с пустыми руками заявились, прихватили тортик. На пять килограммов, чтоб не мелочиться. Мара сказала, что муж Кнопы сладкое любит, а она ему не дает жрать вредную пищу. Вот и будет у него радость и отвлечём как раз от бабских разговоров.
В сгущающихся сумерках нас встречали на крыльце. Провели в огромную гостиную с лепниной на потолке, роялем в углу и столом, на тридцать персон минимум.
Мара однозначно угадала о тайной страсти мужа Кнопы. Он когда торт увидел, и про нас забыл. У него по два раза пришлось переспрашивать, так бедняга в себя ушёл.
- Дорогой, не проверишь Ву, — она хохотнула, — это новая кличка сына, если его приняли в стаю вулколаков, то и кличка у него должна быть короткой. Это он сам себя так называет и злится, если мы называем по-другому.
Мужчина кивнул.
- А я покажу девочкам здесь все! Хорошо?
- Хорошо, — задумчиво пробурчал мужчина и отправился на второй этаж.
Как только затихли его шаги, она схватила нас под руки и потянула прочь из гостиной.
Первым в нашем экскурсионном туре оказался подвал. Кнопа просто была обязана похвалиться количеством и качеством винного достояния. И не винного тоже.
Мы не спалились только по той причине, что в какой-то момент Миха завыл сиреной и мы вылезли в наступившую ночь по желобу, по которому бочки скатывают в подвал.
Было весело, хотелось прыгать, бегать и веселиться.
Поэтому мы решили выгулять вулкулаков. На поводках. Ночью.
- Лять, — сказала Мара, когда ее Ду, рванула в ближайшие кусты. Её собственная собака, распахнув крылья отправилась в высь, служа скорее всего для Мары навигатором, потому что я услышала далеко впереди команды вулкулаку: «налево забирай, я сказала».
- Ру, — прочитала я на ошейнике доставшегося мне кобелька.
- А у меня Ту, — хихикнула Кнопа, — давай наперегонки до озера, кто последний тот, — я не дослушала, потому что Ту взревел четырьмя лапами и пошёл напрямик через изящный бордюр цветущих растений. Кажется, он даже подбрасывал Кнопу в воздух, потому что, судя по ее гигантским скачкам на конце поводка, она сейчас вспомнила занятия по физподготовке и прохождении полосы препятствий во время учебы.
Миха Ру команды не давал, поэтому я, развернувшись в их сторону предложила, - сможем отыскать самый короткий путь? самый короткий путь?
В первую минуту мы понеслись по газону к темнеющим вдалеке деревьям, а потом Миха стелящийся рядом с Ру, низко рыкнул, и в фруктовый сад мы заскочили, сбавив обороты.
Видимо озеро было самым вожделенным местом для вулколаков, так как в конце концов мы все оказались в нём. Мне повезло больше всех, потому что Ру дождался, когда я сниму поводок и разденусь. Ту вошел в воду в затяжном прыжке с маленького естественного трамплина над озером и вслед за ним полетела визжащая Кнопа.
Мара замочила ноги, но затем, выбравшись на берег тоже разделась до гола и бросилась в воду под стенания Михи.
- Фу, — доносился голос Кнопы, — отплыви от меня несносная морда! Я сейчас утону!
Я ржала, и плыла в ее сторону.
- Отпусти поводок, вулкулак никуда не денется. - Прохлада озера просветлила ум.
Кнопа вылезла на берег и принялась стаскивать свою мокрую одежду. Кажется, она тоже разговаривает с Михой, — пронеслась у меня в голове мысль, когда я выходила на берег.
Все же долго купаться не получилось. Осень ночью вступала в свои права, и нагретая за день вода на мелководье быстро остывала. За вулколаками выгребли на мель и мы.
- Кнопа, а о чем вы так увлеченно дискутировали с Михой? – не удержалась и задала свой вопрос подруге.
- Э, — кажется только сейчас Кнопе дошло, что она разговаривала с чужим фамильяром. – Мне показалось, что он переживал, чтобы вы не утонули. А я ему сказала, что озеро мелкое.
Не сводя взгляда с кота, она наклонилась ко мне и спросила, — это то самое?
- Что «то самое»?
- Помешательство на фамильярах?
- Нет, Кнопа, это у меня такой эксклюзивный питомец.
Мира выбралась на берег, и у Михи по ходу случился визуальный оргазм. Он вокруг неё раз двадцать обежал, пока она одевалась. И все время с такими эротичными «М-р и мур-мур», что у меня однозначно вопросов добавилось и возникла шальная идея плакатик написать и дождаться связи с Алексой. Не зря ведь время от времени я её вижу. Вот и разверну своё «Ты случаем не знаешь, какую душу занесло в твоего фамильяра?»
Вернулись в дом мы довольные, убегавшиеся и протрезвевшие и с умилением наблюдали картину братания с тортом. Торт победил, муж Кнопы уснул. лёжа щекой в тарелке перед практически ополовиненным произведением кулинарного искусства.
Кнопа махнула на него рукой, — зато не мешал нам отрываться. Пойдёмте девочки, я вам покажу нашу крышу.
И это было так волнительно и обещающе, что захотелось пойти туда с метлой.
На крыше поместья была оборудована взлетная площадка. Это я так сначала решила, а потом, когда все это хорошо рассмотрела, то поняла какой чудесный муж попался нашей подруге.
Если бы меня на такую крышу пригласили, и моей руки попросили, то я тоже “да” сказала бы.
Деревянная арка, увитая цветущими лианами, посаженными в горшки. Под ней уютный диванчик софа. На двоих, чтобы было уютно сидеть прижавшись друг к другу. Мобильный столик на колесиках, сейчас отставленный в угол, но я тут же представила его с чаем или чем покрепче. И звезды над головой.
Кнопа усадила нас на диванчик и принесла бокалы из шкафа сзади арки.
Налила нам вина, чокнулась краем бокала и отошла к краю крыши.
- Знаете, девочки, когда вы говорили, что так рано выходить замуж это неправильно, я почти верила. Мне не хватает сумасшествия, с которым мы носились по столице, проворачивая все те забавы. Может поэтому мой муж и следит за мной, что до сих пор не уверен, что я не улечу к вам на своей метле.
- Хм, — я покатала ароматное вино во рту. Проглотила и ответила ей – когда есть такая крыша, то обязательно вернешься.
— Вот и я ему об этом говорю, а он не верит!
- А ты его с собой бери, — брякнула я, и почувствовала, как напряглась Мара рядом.
- Один раз можно, — расслабилась она тут же. – Мы устроим образцово показательное мероприятие. Без чачи, - и хрюкнула.
- А фамильяр мне? – Кнопа подобралась ближе.
- Фамильяр хоть и берет на себя роль альтер-эго своего хозяина или хозяйки, тем не менее ведет жизнь самостоятельную, а не ходит за господином по пятам. Конечно, фамильяр очень привязан к своему хозяину и в случае смерти ведьмы или колдуна, которому он служил, дни жизни фамильяра сочтены. Он будет медленно угасать, стараясь не отходить далеко от тела своего покойного владельца.
- Я просто забыла про смерть, простите девочки, мне просто в голову пришло, что Эппу можно было убив хозяина получить. Не виноватая я, наука про фамильяров - это мёртвая наука, - засопела Кнопа.
- Лучше скажи какое оно твоё альтер-эго?
- А что, можно выбирать?
- Нельзя, — тут же спустила я её на землю, — но мы хотя бы поймём, где искать замочную скважину. А ещё с усидчивостью у тебя проблемы. Там нужно сидеть, медитировать и ждать.
- Где ждать, и где Кнопа, — подала голос Мара.
- Тогда может подвергнуть её жизнь опасности, и она призовет фамильяра на помощь?
- Ага – не фамильяра она призовёт, а управление, во главе со своим мужем. Он на неё столько маячков навесил!
- Где, — удивлённо начала по себе шлёпать руками Кнопа.
Да вон пуговичка на рукаве и брошка зелёненькая тоже.
- Да что б его, я же проверяла!
- Ой, ну так это последние разработки, а ты сейчас больше балуешься, чем занимаешься исследованиями.
— Это да! Муж отчитывает меня: степенная дама не должна работать, её обеспечит муж. Да я скоро завою, это же скука смертная – планирование меню на неделю, контроль над прислугой, устройство приёмов, хорошо хоть закончились ознакомительные посещения соседей. А то через день сюда шастали.
Я покопалась в памяти и предложила ей нанять экономку, а лучше эконома.
- А кто это? - сделала стойку рыженькая. Я и описала ей главное и доверенное лицо хозяина или хозяйки поместья. - Но лучше бери мужчину, и постарше. Тогда со всей этой братией будет тишь и гладь. И сможешь всласть заниматься своим хобби, в свободное время от праведных трудов на благо семьи.
- И в кого ты такая умная, — протянула Мара.
- В бабушку, — буркнула в ответ и вспомнила свою бабулю.
- Наша Кнопа на бабочку похожа или скорее на стрекозу. Если бы не довесок в виде сына и мужа, то наверняка мы бы её по всему свету ловили, — зевнула Мара, — может пойдём подремлем, а то у тебя воздух такой вкусный.
Я тоже зевнула, — точно, не столько вкусный, сколько снотворный.
- Я тогда на одну минуточку в свою лабораторию загляну, — Кнопа поставила бокал на столик.
- Нет, — Мара встала и схватила её за руку, — в лабораторию без нас, а то ты стрекоза изваяешь что-то, а нам утром перед твоим мужем глаза предать. Ни-за-что! Мы и так, благодаря Пугáвкиным вупкулакам пропуск в твоё поместье получили. Давай без эксцессов.
Рыженькая посопела, но до супружеской спальни проводить позволила.
Пока она у меня выпытывала способы дрессуры вулкулаков – главное, чтобы пели, — Мара притащила вторую половину, оторвав того от торта. Точнее торт от него спрятала где-то, и сдала Кнопу с рук на руки.
Добравшись до наших комнат, мы обнаружили, что и Миха, и Эппа отсутствуют.
— Вот видишь, я же говорила, что через пару ночей каждый будет наслаждаться своими делами.
- Я – постелькой, — потянулась Мара и упала на кровать звездочкой.
Еще через час я проснулась от вопля Мары и спросоья, схватив подвернувшийся стул, заскочила в дверь напротив.
Моим глазам предстала картина – «Не ждали!»
Миха решил подкараулить Эппу и попытаться изловить летучую собаку, понадеявшись на собственный размер и ловкость.
Хотя у меня закралось подозрение, что таким образом он Маре свою молодецкую удаль демонстрировал.
Эппа бросилась искать защиту у своей ведьмы, а Миха принялся вылизывать пятки ничего не подозревающей Маре, так как носились они по комнате перед этим совершенно беззвучно.
Наверное, страшно проснуться от хлопанья каких никаких крыльев, мохнатой морды пытающейся подлезть тебе под шею и тёрки, которая вылизывает твою стопу с урчанием провинившегося злодея, то есть тщательно и качественно.
- Хорошо, что остальной дом не перебудили, —- подытожила происшествие, утягивая Миху к себе.
- Эппа, не птичка, и не мышка, а собака! Пусть и летучая, но все же, а если бы она тебе в нос впилась, ты ее зубы видел?
- Ф-р, — сообщил кот, — можно подумать, что я беззубый.
- Ты безмозглый, — ночь на дворе, а мы в гостях! Давай спать!
Кот уснул, а я пялилась в расписной потолок и в сумраке мне чудились огромные стрекозы и длинный язык с присоской на конце, который этих стрекоз ловил и где-то за кадром смачно жевал.
- Неужели жабка – скреготушка для Кнопы предназначена, — с тем и уснула.
Утром мы предсказуемо проспали.
Мара унеслась на работу, велев дожидаться её в поместье. Пообещала решить вопрос с закрытием дела Бражника и вернуться.
Меня накормили завтраком.
Муж Кнопы отбыл в Управление, а мы с Ву и его нянькой отправились к вулколакам.
- Слушай, Кнопа, а у вас можно достать стрекозу? – мне не шёл из памяти ночной полусон.
Рыженькая повернула в мою сторону лицо, — наверное, можно. И тут же зажглась, — это наживка, да?
- Возможно, ведь не зря тебя Мара стрекозой обозвала. Если использовать стрекозу в качестве наживки, то может кто и клюнет?
- Да кто на стрекозу кроме жабы клюнет, — скривила она губы.
- Очень полезное животное, кстати, — и я рассказала, как продуктивно своего эксплуатировала.
- Как щенков, озёрный дух? – ну ты, крутая подруженька. – Ладно, пошли в оранжерею, видела я на этой неделе в ней несколько из последних в этом году стрекозёлов. Попробуем изловить на благое дело.
Мы оставили Ву под присмотром Михи и няньки и отправились на дело.
- Мы специально разводим стрекоз в оранжерее, — поясняла Кнопа по пути, — они едят личинок комаров, и не нужно придумывать, как избавляться от вредных насекомых. И когда их становится слишком много, я имею в виду стрекоз, то я их ловлю лягушкой!
- Кем? – она меня реально удивила.
Оказалось, что лягушкой она называет специально сложенную фигурку из бумаги с огромным ртом, и ловля стрекоз превращается в образцово-показательный урок сосуществования и равновесия экосистемы.
- Куда теперь? – спрашивает Кнопа, а я вслушиваюсь в шебуршение стрекозы в домике из бумаги.
- К озеру, — ты знаешь, мне вчера показалось, что у вас там какая-то удивительная атмосфера.
- Я покажу тебе моё любимое место, — кивнула Кнопа, и мы заспешили навстречу приключению.
С дальнего конца озеро заканчивалось тремя плакучими ивами. Это мне так показалось сразу, но присмотревшись, я поняла, листочки деревьев напоминают чем-то конопляные, и при этом серебристо отливают металлом.
Они скрывали наклонёнными к воде ветвями уютную пещерку. Именно в этом месте начинался ручеек, вытекающий из озера, и было по-настоящему удивительно сидеть у истока.
- То, что надо, — здесь было ощущение чего-то тонкого, незримого, рождения реки и грани между спокойной водой и движением воды в ручье. Контрасты света и тени, под ветками. И еще чего-то неуловимого. Звука, который прорывается сквозь журчание.
- Садись здесь и жди. Представь, что у тебя есть наживка, ты ловишь рыбу. Рыбу ты хочешь поймать разумную, и чтоб она тебе не только помогала желания исполнять, но и согласилась участвовать во всех твоих авантюрах.
Кнопа от удивления даже рот раскрыла.
- Рыбу?
- Ну кого хочешь, того и представляй. Лично мне кажется, что твой фамильяр животное не ночное. Как договоришься, так он тебя и выберет.
- До чего договорюсь?
- До списка будущих авантюр, все я ушла.
Я отошла от ив на приличное расстояние и присела на травку под деревом.
Солнце прокладывало на воде искристую дорожку и так приятно скакало солнечными зайчиками по прикрытым векам.
Кажется, я уснула, опершись спиной о ствол.
Из сна меня вырвал крик, но теперь уже Кнопы.
Она неслась ко мне и орала, — сними с меня это немедленно.
Я, спросонья чуть не свалилась в озеро, вскочила на ноги и перехватила её, когда она почти сиганула в воду.
И только теперь поняла, что она отставила руку со стрекозой подальше от тела, а по ее груди и плечу перемещается кто-то, в цвет ее платья.
Я просто неосознанно протёрла глаза кулачками.
- Сними с меня это, оно задушит меня хвостом!
- Хвостом? – я если честно до сих пор не могла понять, какого фамильяра изловила Кнопа, потому что будь это не фамильяр, она бы так не орала.
Вот лапа существа – голубая, в цветочек попыталась охватить сдвоенными пальцами ее локоть, утаскивая остальное тело в сторону добычи, и за рукав высунулась морда, не успевшая мимикрировать под цвет кожи.
В мою сторону повернулся глаз, второй продолжал следить за вожделенной стрекозой.
- Мамочки, да это же хамелеон! – вскрикнула я.
- Я же говорю, что он Хам! – согласилась Кнопа успокаиваясь на глазах.
- Хамелеоны имеют необычные органы зрения. Веки животных сросшиеся, постоянно покрывающие глаз, но имеющие отверстие для зрачка. Движения левого и правого глаза могут осуществляться несогласованно, что имеет важное значение при ловле насекомых. Хамелеоны обладают круговым обзором. А еще насекомых ловят языком с ловчей присоской на конце, процесс выбрасывания которого длится около 1/20 секунды, а вместе с возвратом в исходное положение — не более полу секунды.
- А почему он в цвет моего платья?
- Понравилась ты ему. Отдай стрекозу, увидишь, как он охотится.
Как только рот лягушки приоткрылся, прямо в середину пещерки выстрелила присоска и хамелеон смачно захрустел и зачавкал добычей.
- Ух ты, — только и смогла сказать Кнопа.
- Спроси, как его зовут? – подсказала полушепотом.
Хамелеон скосил на нас глаза, на неё правый, а на меня левый.
- Меня зовут Каннопия, — представилась она хамелеону.
А я непроизвольно рот приоткрыла. Ну да, от такого имени точно захочешь, чтобы тебя Кнопой называли.
Хамелеон перевёл в её сторону оба глаза. Подвигал челюстями, словно примерялся к рыженькой и явно вздохнул.
- Пугáвка, он говорит, что его зовут Гаргерус. А можно мне его Жорой звать?
Я всхлипнула, — Жорой? Кнопа, ты просто невероятная. Спроси у своего Гаргеруса, как он на это смотрит.
- Он сказал, что, если я ему дам еще одну стрекозу, то могу звать Жориком или Гогой.
Я заржала в голос, оказывается фамильяр достался Кнопе с чувством юмора.
- Пошли, если уж разрешил звать Гогой, то стрекоз нужно дать две!
И тараканов в твоем доме теперь не будет, — добавила уже про себя.