Часть 16 Точки над и.
Когда я проснулась у Мары на следующее утро, то предсказуемо не обнаружила Миху.
Вчера Мара с Кнопой слегка перебрали. И если Кнопу забрал муж, которого умудрились подпоить сотрудники Мары, и поэтому он счастливо воркотал над пьяной ведьмой, как наседка над птенцом, то саму Мару пришлось забирать мне.
Миха ворчал, что пьющая женщина – это катастрофа, и пытался помогать по мере сил. По крайней мере тащить ее на второй этаж он точно помогал. Впился зубами в погоны для Эппы и тянул вверх, задним ходом по перилам. Так и шли, я со стороны стены, а он со стороны перил.
Мара комментировала нашу помощь признанием в любви.
- Как же я вас люблю! Вы такие классные, — тянула она в тот момент, когда ее тянули мы.
Я хихикала, потому что видела выражение морды Михи.
Хотя в какой-то момент у меня и мелькнула мысль, что лучше бы она в любви моему фамильяру не признавалась. Хотя тут же одернула себя. Фамильяр не совсем мой, поэтому пусть потом Алекса разбирается со своей лучшей подругой.
Из комнаты он тоже не ушел, покосился на меня, сказал, что будет следить за ее состоянием, а то ему почему-то тревожно.
Коту тревожно! При том что крылан спокойно полез на чердак. Значит угрозы жизни ведьмы нет. Я об этом и сказала Михе, пытаясь обезопасить подругу Алексы, от закапывания слюнями.
— Вот как ты не понимаешь, глупая женщина, может для фамильяра все окей, а для того, кто видел захлебнувшегося рвотными массами друга – совсем нет! Вот уйду я, ей станет плохо, и некому будет на бок перевернуть?!
Я как представила страшную картину, так и сама попыталась, с другой стороны, на кровати Мары улечься.
- Что ты делаешь? – зашипел на меня фамильяр, — шуруй на выделенное место, сам справлюсь!
И так на меня посмотрел, что я плюнула и пошла спать. Правда все же через час в оставленную щель заглянула, и обнаружила спящих в обнимку Мару и Миху. Мара на кота даже ногу закинула, а ему – хоть бы хны, помуркивает периодически, когда Мара подхрапывать пытается. Идиллия прямо.
На завтрак я решила сварить бульон, а то после вчерашнего выпитого и съеденного в желудке было состояние загаженной кладовки.
Когда его консистенция доходила на плите до идеального состояния, в кухню ввалилась бабуля Алексы, причем через портальную дверь, которую жестом придержал перед ней ее Бламдорманчик.
- О, супчиком пахнет, — тут же втянула она носом витающие в помещении запахи, — какая, однако ты удивительная девушка!
- А вам кто сказал, что я не ваша внучка? – мне почему-то безумно интересно стало узнать, кто сдал пароли и явки, и как с этим жить дальше.
- Меняю информацию на плошку супа, — женщина прищурила левый глаз, и спрятала руку за спину.
Почему-то у меня случилось дежавю. Я будто со стороны увидела, что она пальцы скрестила.
В нашем мире так делают суеверные люди, используя пальцы в качестве магического инструмента, способного вспугнуть злых духов и привлечь удачу. В их понимании скрещенные пальцы (указательный и средний) обладают защитной силой. Этот жест означает единство веры и силы, ассоциируется с крестом. Один из пальцев символизирует надежду на лучший исход, а другой – помощь и поддержку. Иногда их переплетают на обеих руках и прячут за спиной, чтобы соврать, но при этом избежать наказания высших сил.
И мне безумно стало любопытно, бабуля врать собралась, или надеется привлечь удачу?
Хотя какая она бабуля? По виду, женщина слегка под шестьдесят. Кстати, пока мы с ней в гляделки играли, ее бойфренд за спину все же на ее руку покосился, а потом на меня, и бровки приподнял.
- Вы что же, думаете, что я суп зажму?
Ведьма умостилась на стуле и щелкнув пальцами воплотила перед собственным носом пиалку на полтора литра. А мужчина за ее спиной поднял глаза под потолок, и головой из стороны в сторону помахал.
- Ой, да что такое, — развела руками гранд-ма, — не иначе как затылком отследив порицание сопровождающего, — мне диетический субчик нужнее! Ты ж сам говорил, что я должна правильно питаться! Говорил? – она приподняла указательный палец, но так и не повернулась к нему.
- Говорил, — согласился мужчина бархатистым басом.
- Наливай, — скомандовала она мне, — и приподнятый палец развернул ладонь над плечом, в узнаваемом жесте «давай».
И мужчина не подвел, и вытянул откуда-то деревянную ложку.
Мама, родная, расписную под хохлому деревянную ложку!
У меня челюсть отвисла сама собой, когда она ухватила столовый инструмент привычным жестом, и облизалась.
Проследив за моим взглядом, она ухмыльнулась, — а это, дорогая, секрет!
Зачерпнула из пиалы первую ложку и смачно втянула ароматное варево с кусочками курочки.
- Лепота! – кивнула и добавила, — когда я ем, я глух и нем, — и принялась за оживляющий суп.
Я посмотрела на стоящего мужчину, — чаю? Или вам тоже супа?
- Чая будет достаточно.
Я сделала чая нам троим, и поставила миску с пирогами посредине стола. Сдобные, с яблоками. Я пока наловчилась из хмеля опару делать, вулколаков пирогами закормила, зато теперь они неделю не черствеют, пироги, а не вулколаки.
Мужчина от выпечки не отказался, но гранд-ма следила за тем, как он потянулся за вторым и ускорилась.
А вот под чай, она и начала свой рассказ.
Дорман Блам был ее секретарем, я даже опешила, когда она его официально представила. ЯИ тут у меня перед глазами их вчерашний перфоманс развернулся на моём празднике. Хотя признаюсь, целующимися я их точно не видела, но со стороны я бы точно подумала, что он, ну в общем молодой любовник гранд-ма.
Видимо мои мысли были достаточно явно написаны на лице, потому что женщина кивнула, — это все составляющие легенды Дормана. Я помогаю ему, а он мне. В общем это взаимовыгодное сотрудничество.
- Помогает на Земле? – я проанализировала портал и деревянную ложку и сделала единственно возможный вывод.
- В том числе, — согласилась она. – Но, к сожалению, это не наши тайны, поэтому этот вопрос мы оставим не раскрытым, а вот по поводу раскрытия твоего инкогнито, это скорее результат нашего сотрудничества, и твоего отношения.
— Это как? – удивилась я.
- Моя внучка обязательно воспользовалась бы подаренной картой. Дорман посоветовал такой нейтральный подарок вследствие того, что мы давно не виделись с Алексой. Поэтому я начала подозревать, что что-то не так, через неделю после твоего дня рождения. А уж поездка в столицу и ваш фееричный шопинг, так вообще убедил меня в том, что ты – не она. Пока мы разрабатывали план, по ходу дивясь на твои «добрые дела», а также «прозревали» на тему диссертации, прислал весточку ваш отец, — она улыбнулась, — если сказал «а», то скажет и «б». Ты не думай, у меня с Янисом отношения были нормальные, он у меня руки Ягодки пришел просить перед тем, как ей предложение делать. Но не срослось у них тогда.
Она вздохнула. А я переспросила – Ягодки?
- А ну да, Яга, это ее короткое имя, а полное, Ягода!
У меня случился когнитивный диссонанс – я просто сказку про Бабу Ягу переосмыслила. А еще в сорок пять бабка Ягодка опять, пришло на ум. Это же никаких нервов на них не напасешься.
- Твоя мать очень странная женщина, — гранд-ма покосилась на Дормана. А я вдруг поняла, что подпольную кличку она ему зачетную придумала. Никто даже и не подумает, что эти двое не любовники.
- У вас на Земле есть история, про собаку на сене, — продолжила через секунду.
- Поговорка – поправила я ее, — о том, что, имея что-нибудь, человек не пользуется этим сам и не дает пользоваться другим.
- И это тоже. Но главное — что по дурости, изводить капризами любимого, добиться того, что он хлопнет дверью, и продолжать мучить себя любовью, это – она замерла, подбирая выражение.
— Это как ёжик и кактус – подсказала я ей нейтральную формулировку.
Гранд-ма приподняла бровь, и я пояснила: «Ёжики плакали и кололись, но продолжали есть кактус».
Женщина фыркнула, мужчина улыбнулся и кивнул.
Обычно этот анекдот кажется смешным и абсурдным: нас удивляет, как ёжики могут не понимать, что чем дольше они продолжают есть кактус, тем больше будут колоться.
- Ты права, Саша. Ты очень тонко подмечаешь мелкие детали и складываешь их в правильную картину. Просто я рассказала о ёжике, — она хихикнула, — укротителю ёжиков. И я очень надеюсь, что дальнейшее воспитание моей дочери ляжет на его плечи и наконец-то в нашем мире настанет гармония, а то у меня уже терпение иссякло.
И теперь мы вплотную подобрались к твоей проблеме.
Я похлопала ресницами – да нет у меня проблем!
- А Миха в теле фамильяра? – уточнила гранд-ма.
- Ах это! Но Алекса сказала, что если я закончу эпопею с добрыми делами, то она постарается в этот момент находиться поблизости от Михи, и тогда я утяну душу в его тело.
В глазах женщины мелькнуло сожаление.
А я вдруг поняла, что сейчас будет тяжело. Потому что гранд-ма заглянула в пустую чашку и слегка поморщилась.
А ее секретарь встал и наполнил чашки новой порцией чая, да еще и вытянул откуда-то банку с лесным медом.
- Утешающий приз, — мелькнуло у меня в голове, и я сжала кулаки.
Солнце давно перевалило за полдень. Янис потерся носом о плечо Ягоды, и она мягко улыбнулась, не открывая глаз. Вчерашнее наказание плавно перетекло в дом Яниса, и как-то так получилось, что вопросы чередовались с поцелуями, поцелуи с открытиями, открытия с более горячими желаниями. В какой-то момент стало не до слов.
- Все познается в сравнении, — думала Ягода, уплывая в сон в крепких объятиях мужчины, который поглаживанием рук словно наждачкой стер с нее всю шелуху обид, условностей и закостенелых предрассудков.
Мягкая, розовая душа жалась к нему, будто и не было срока длиной в сорок шесть лет. Словно не было других в ее постели, которые исчезали слишком быстро, чтобы оставить какой-либо значимый след в жизни. Разрядка на ночь, — она усмехнулась, — ни с одним из тех, скрытых в темноте памяти она не испытывала ничего подобного. Она повернулась на бок и попыталась пристроиться носом в основании шеи.
- Нет, ты слишком эротично сопишь, — мужчина прижал голову к плечу, не давая ей доступа к вожделенной ямке. – Позавтракаем?
Она потянулась и наконец открыла глаза.
- Ого, — я проспала, — а как же работа?
- У тебя сегодня выходной, — улыбнулся он, — и у меня тоже. Но только один.
- Да, — кивнула она головой, — я помню, что у Хозяина не может быть выходных.
- Может, — хмыкнул мужчина, только раньше они мне без надобности были.
На кухне обнаружился приготовленный и сервированный обед. Ягода покосилась сначала на стол, потом на мужчину, но ничего не спросила. Но Янис сам пояснил, что, когда он находится на планете, ему присылают из питомника помощника, на плечи которого ложатся вопросы обеспечения едой, уборка и выполнение мелких поручений.
Ведьма кивнула и принялась выуживать кусочки курицы из салата с разноцветными листьями, политого сладко - пряным соусом.
- А какой у меня будет фамильяр? – задала она вопрос, когда насытилась.
Янис посмотрел на нее честными пречестными глазами и ответил, что не знает. И что для этого нужно идти к отцу. Потому что те яйца считались скорее декоративными. Точнее изначальными. Теми, с которых все началось.
- Легенда говорит, что мой пра-пра-пра-прадед нашел их, когда мы только обживали эту планету. И путь к пещере показала птица с синим оперением. Так поступают самки, уводя охотников от гнезда, в независимости это зверь или человек. Притворяясь раненой, перелетает с места на место и ведет за собой.
Каково же было его удивление, когда он обнаружил кладку разноцветных яиц в пещере в каменном гнезде. Птица не дала вынести яйца на свет, билась в грудь прадеду и гнала обратно с яйцом в руках. Вот тогда он и понял, что на свет выносить их нельзя. А птица в конце концов стала первым фамильяром – Химерой.
- Химерой, сидящей на плече у праматери ведьм? – ахнула Ягодка.
- Да, — согласился с ней Янис, — птицей судьбы называют ее в других мирах.
- То есть она возвращается в вашу пещеру?
- Нет, в ее случае она выбирает нового партнера сама.
- А разве такое возможно?
- Поверь мне, с теми яйцами происходили поистине невероятные вещи. Прадед в процессе поиска решения – как помочь вылупиться сиротам, чего только не перепробовал – и огнем их в кольцо брал, — он магом огня был, и шкурами укрывал, и в песок закапывать пытался. Но каждый раз птичка орала как бешеная и норовила клювом ему дырку в черепе проковырять. Вот тогда он и нашел в поселении травницу – ведунью, привел девушку к пещере в надежде выяснить, чем он синей птичке не угодил. По разговорам эта девушка все живое чувствовала и могла разговаривать с ними образами.
Вот она то ему и перевела крики птички на нормальный язык. О том, что яйца выпустят тех, кто в них спит тогда, когда придет время найти им партнера. Вторую половинку. Потом девушка прислушалась сама к себе и сказала, что чувствует, как ее кто-то зовет из пещеры.
Так как синяя птица вела себя спокойно, прадед разрешил войти девушке внутрь, и подходя к кладке с удивлением увидел, как одно из яиц светится.
- И первым родился Филин «Сичуань», мудрая и сильная птица, которая верой и правдой служила своей хозяйке, — торжественным голосом произнес Янис.
- Как в сказке, — вздохнула Ягода.
- Так что, пойдешь со мной к моему отцу? Он и не такие сказки знает.
- А это вообще прилично? – замялась Ягода, — он же наверняка знает, что это я приложила руку к кризису на целой планете.
- Частично ты, частично твои подружки. Поколение тогда такое было, верящее в то, что все по плечу, и что им все должны.
Женщина покраснела. Воспоминания острыми коготками пробежали по щекам.
- Ты знаешь, я тебе сейчас раскрою секрет, — но мой отец давно настаивал, чтобы я сменил гнев на милость!
- Только ты не соглашался, потому что не верил, что ведьмы изменились, — тихо ответила на его реплику Ягода.
- Да, ты права, и это тоже.
- Хорошо, тогда я не откажу себе в удовольствии послушать историю яйца, которое меня выбрало, от твоего отца, — ведьма погладила ладонями рубашку Хозяина и спросила, — а вещи мои, где, не помнишь?
Платье оказалось полностью испорченным, так как тридцать пуговичек на спине оказались слишком сложным препятствием для разгоряченного мужчины. Часть из них нашлась на тумбе – скорее всего их собрал помощник.
Переругиваясь, путем взаимоисключающих поисков обнаружили подъюбник на шкафу. Чулки не пострадали, так как Ягода неожиданно вспомнила, что снимала их собственной магией. И от греха подальше засунула их в пивной бокал, стоящий на подоконнике. Красные трусики оказались на рожке люстры, а кружевное бра – под подушкой Яниса.
Хозяин предложил открыть дверь в дом ведьмы, но Ягодка вдруг поняла, что пока не готова знакомить мужчину со своими бытовыми странностями и наотрез отказалась. Тогда он предложил одну из своих рубашек, а в качестве низа использовали подъюбник и низ платья, которое ведьма откромсала с помощью ножа, так как ножниц в доме не нашлось.
Но только они не успели никуда уйти. Уже на пороге дома, любуясь расстилающимся перед глазами пейзажем, ведьма вдруг вздрогнула. Даже Янис почувствовал зов. И немедля перенес ведьму под гору.
Яйцо светилось. На черной скорлупе проступили алые узоры, более всего похожие на русла огненных рек. Янис обнял Ягодку со спины, прижал к себе. Ему еще ни разу не доводилось видеть, как открывается древний артефакт, поэтому происходящее было и ему в новинку.
Вот огненные реки завершили запланированные перемещения и на секунду все замерло.
А затем скорлупа осыпалась, и перед заинтересованными взглядами из нижней половины яйца вывалился хвост.
- Ура, кот, - внутренне обрадовалась ведьма, вспоминая вздрогнувшее сердце при виде фамильяра дочки.
Почти рядом с хвостом неожиданно вздрогнули веки и раскрыв глаза на них уставилось трехглазое, красноглазое чудовище.
- Мама, - тихо взвизгнула ведьма, - сразу после того, как ЭТО двинуло черными кожистыми крыльями, будто потягиваясь.
Глаза существа не дали ей отвести взгляд. В гляделки играли целую минуту, боясь пошевелиться.
- И мне тоже, - неожиданно икнула ведьма и поклонилась.
Только после этого в воздух взлетело мохнатое котейшество.
- Янис, - он сказал, что во мне есть демоническая кровь, и что только поэтому он ответил на мой зов.
- Кто он? – переспросил Хозяин, убеждаясь в том, что ни разу не слышал о подобном существе.
- Я, кот - демон, Триумвиратий!
- Янис, - представился мужчина.
- Хорошо! – согласился кот, - пойдём, что ли пожрем? – и подмигнул Хозяину.
- А это вообще нормально, что я слышу фамильяра после обретения партнера, - спросил сам себя Хозяин.
- Ой, да ради Триединого, я что похож на фамильяра? – фыркнул Триумвиратий, - говорю один раз, - я член вашей семьи, - он прижмурился нижней парой глаз, и посмотрел поочередно на ведьму и Хозяина, - веселенькая у вас, однако семейка. Будет, - добавил через паузу.
- Так – третьего дня подходящее время для брачной церемонии вырисовывается, - забубнил он тут же себе под нос, - по феншую и согласно зороастрийской концепции мудрого бытия.
«Молодожены» нервно переглянулись, поднимаясь вслед за летящим впереди котом.
- Платье у Веры Вонг возьмем, - продолжал он делиться своими планами.
Уже на выходе ведьма попыталась вставить слово в список его грандиозных планов, - а может повременить, со свадьбой? А то на носу Осенний бал.
Триумвиратий замер в воздухе и медленно развернулся в их сторону.
- Свадьба моей ведьмы должна затмить Осенний бал!
- Ну, так через месяц сыграем, подготовимся, - ткнула локтем в бок Хозяина.
Тот молчал и только поглаживал ведьму по спине, все чаще задерживаясь на выпуклости пониже спины.
При этом сбивая Ягодку с мысли.
- Да и вообще, - мне замуж не предлагали! – наконец вывалила она последний аргумент.
Из глаз кота-демона засверкали огненные искры, и Янис тут же вытащил из воздуха коробочку и алую розу без шипов.
Встал на колено перед ведьмой и протянул и то, и другое в ее сторону.
- Ягодка, я тебя люблю! Будь моей женой!
- Надо спросить у мамы, - забрав цветок, Ягода со страхом уставилась на коробочку.
- Я уже спросил, - она сказала – бери! Только для тебя и берегла!
Ведьма закашлялась под пристальным взглядом кота, который кивнул на реплику Яниса.
- Нет, - она всего на секунду замерла, и с ужасом заметила, что по черной шерсти кота полыхнуло ощутимым пламенем, - конечно я тоже тебя люблю, - продолжила тут же убыстряясь.
Янис выдохнул.
Ведьма схватила коробочку, - согласна стать твоей женой, и что там еще говорят! Вставай уже с коленей.
Янис встал, приоткрыл коробку в руках ведьмы и достал оттуда витой перстень с камнем в виде глаза животного с вертикальным зрачком.
Ягодка протянула ему руку, и он осторожно одел его на средний палец.
- Поцелуйтесь, дети мои, - разнеслось над ними басом.
Янис накрыл губы ведьмы страстным поцелуем, а затем отстранившись сказал: «и почему мне кажется, что мы вытянули джекпот?»
«Вот чего, Саша в вашем мире не хватает, и за что ты готова отдать последнее?» - спросила меня гранд-ма после того, как я отправила в рот первую ложку меда.
Во рту еще царило приятное послевкусие, а я, даже неожиданно для самой себя почувствовала горечь.
Стоит попасть в мир с магией, или даже взглянуть в приоткрытую дверцу на такой мир и все. Ты пропал. Ты будешь грезить волшебством, искать его во всем и во всех. Я уже сейчас понимала, что, если бы не моя мама, рискнувшая переспать с понравившимся мужчиной, ради того, чтобы родить меня, я бы не знаю, как жила после возвращения в свой мир. И если бы мне предложили из-под полы таблетку, пропуск или такое же зелье, как у Алексы – я бы не задумываясь согласилась отдать все, что у меня есть.
Именно об этом я и сказала.
- Ты права, большинство людей так и ответили бы. Но когда доходит дело до концепции «все» - то ты даже не представляешь, что могут потребовать взамен. И душа – это еще не самое весомое, иногда на другую часть весов нужно положить не только свою душу, точнее не столько свою душу, потому что в этом случае жить с осознанием цены в разы сложнее.
Я не понимала, слишком обобщенно, без примеров.
— Это что, могут потребовать убить кого-то? – меня передернуло.
- Тебе знакома история тридцати сребреников? – подал голос Дорман.
- Плата за предательство, - кивнула я головой.
- Иногда достаточно указать и получить свою плату.
- Я не совсем понимаю при чем здесь Миха.
- Михаэль – прямой наследник одного из правящих родов на планете, на одной планете – тут же поправилась гранд-ма.
Я рот от удивления приоткрыла, и не фигурально выражаясь. Михаэль – принц? В фамильяре Алексы? Это только я могла так вляпаться! Я быстренько проинспектировала свои действия и решила, что голову мне рубить он не будет. Кормила, поила, развлекала. Да, и с любовью всей жизни познакомила.
- Вы что, таких, как он в масштабах дружественных миров ищете и в лоно семьи возвращаете?
- Не возвращаем, а защищаем, - исправил Дорман.
- От кого?
- От узурпировавших власть и насильственным методом изменивших течение истории, - вздохнув пояснила ведьма. – Алекса рассказала историю появления на Земле предка Михаэля Янису, а он поделился со мной вашей проблемой. Найти подобную параллель не составило труда, разве что ковыряться пришлось неофициально.
- Почему?
- Потому что по рассказу выходило, что прямая ветвь исчерпалась и в данный момент политическая карта мира очень поменялась.
- И что теперь?
- А теперь нам нужно соединить несоединимое. Тело Михаэля и дух, который прочно обосновался в фамильяре. И делать это нужно в ином месте – ни здесь, ни на Земле не подходит по ряду условий.
- На исторической Родине?
- Нет, ни в коем случае. Его там сразу с костями сожрут, если артефакт покажет появление более чистой ветви наследников. У них там сразу – претендентов на бой вызывают.
- Тогда где?
- Так у моей бабушки, - по виду ведьмы было понятно, что ей неловко говорить об этом. Я уже несколько адаптировалась к их длине жизни и внешней молодости. Но живая бабушка бабушки – это как-то слишком. Сомнение на моем лице гранд-ма истолковала по-своему.
- Не переживай, на тебе только с фамильяром прибыть в гости – на юбилей, так сказать. А чтобы Михо ничего не заподозрил, возьми себе в попутчики Мару. Она уж точно обрадуется. Она с Кощеем просила познакомить раз триста.
- С кем?
- С мужем бабушки, Кощеем она его кличет, наверное, за худобу чрезмерную. Ну вот никак не удается откормить.
- И что, он правитель тридевятого царства?
- Нет, что ты, селекционер он. Всякие новые сорта выводит, ГМО по-вашему! Мы с Дорманом сейчас на Землю отправимся, Алекса должна была подготовить почву для представителя передовой клиники из-за бугра. То есть меня, - она растянула губы в улыбке, - тело заберем и к ба, а за вами Дорман позже придет, так что поднимай своих сонных тетерь, и ждите!
***
Мама Михаэля не очень удивилась, когда в палате сына обнаружила ухоженную даму, более всего похожую на разворот дорогого журнала о представителях монаршей семьи.
И попав под обаяние ее секретаря, красавца, лет на десять моложе, только и думала о том, что не иначе боги смилостивились над ее молитвами и послали «интересный случай» для внедрения прогрессивного лечения.
- Подпишите здесь и здесь, разрешение на вывоз, и вот тут еще подпись, - подгонял ее мужчина.
- Вы гарантируете результат? – спросила она напоследок, когда с удивлением обнаружила тело сына на мобильной каталке.
- Вы не переживайте, через пару недель пригласим вас на реабилитационные мероприятия, а пока забираем только сына. Дорман, сколько у нас времени? – обратилась она к помощнику.
- Вписываемся в график, - кратко ответил тот, выкатывая тележку в коридор.
Наверное, она так и простояла бы в палате, огорошенная свалившейся надеждой, но в последний момент ее кто под попу толкнул, и она выглянула в коридор, чтобы в последний раз убедиться в реальности происходящего. И замерла, потому что каталку вкатывали в мерцающую зелеными искрами дверь, посредине длинного коридора, и на той стороне явно просматривались вековые деревья.
Она даже не поняла, как начала тереть кулачками глаза. Открыла их и ничего подобного в коридоре не обнаружила. Присела на софу под палатой, - наверное от переутомления видеться всякое, - решила для себя. Но затем перевела взгляд на красочный проспект таинственной клиники и решила посмотреть в интернете, что за специализация у нее, и зачем именно ее сын им понадобился. Больно неспокойно на сердце вдруг стало, как будто на этом чудеса не закончились, а только начинаются.
***
Мара с Михой и Эппой приглашению обрадовались. Теоретически. Потому что на практике пришлось применять скудные знания по приведению похмельного синдрома в здоровый дух.
Остатки супа пожертвовала Маре. Кот на мои действия только башкой кивнул, закусывая тем, что нашлось съедобного для него.
После сладкого чая Мара пришла в себя настолько, что вкратце поведала мне историю желания встретиться с Вадимом Кащеевым – знаменитым создателям фантастических растений. Было оказывается у Мары хобби – варить запрещенные зелья – и тестировать их на мышах, чтобы с уверенностью сказать впоследствии действие какого яда носит те или иные проявления.
Я прямо прониклась, это же надо так гореть на работе, чтобы и домой таскать неприятную, и честно сказать опасную составляющую.
- Просить показать твою лабораторию не стану, - вздрогнув, сообщила ей, - скажу спасибо, что не на кухне устроила эту вакханалию.
- Ты что, я что совсем, - в подвале, под кучей защитных чар. Мне своя жизнь дорога еще пока что. - И вздохнула, на Миху глядя.
Дорман задерживался, я начинала нервничать, и вот когда у меня уже мелькнула мысль письмецо отправить, в кухне появилась дверь, и «секретарь» приглашающе махнул рукой в сторону непролазной чащи, - прошу, красавицы, вас ждут.
Сграбастала в охапку Миху, а Эппа на плечо Мары по руке проскакала, и вот они мы!
С той стороны двери обнаружилась непонятная легкость, будто половину веса сняли, и захотелось порхать над неприметной тропинкой, уводящей в непролазный бурелом.
- Пониженная гравитация, - пришло на ум воспоминание из курса астрономии, - и я тут же спросила у Бламдорманчик, - откуда у нас крылья невидимые прорисовались.
- Да защита это такая, - махнул он рукой, и пригнувшись шмыгнул на корточках под сплетенные ветви, - давайте за мной, быстрее, а то, не ровен час, отключат раньше времени, и унесет вас в стратосферу.
Дважды напоминать не пришлось, поставила кота перед собой и попросила не теряться.
- Странный способ для встречи гостей, - размышляла я, прислушиваясь к сопению сзади и стараясь не выпускать упитанный зад кота спереди.
Хорошо, что пришлось не очень долго на вприсядку путешествовать. Нора расширилась, и мы по очереди вывалились на изумрудную траву идеального газона. Я прямо не удержалась и плюхнулась на него животом, - даже лучше матраса, свежестью пахнет, травинка к травинке, будто под лазерный уровень подстрижен.
Но пришлось вставать, потому что мое нетипичное поведение всех остальных немного напрягло.
Перед нами лужайка заканчивалась узкой полоской песчаного пляжа, от которого шла деревянная тропа на середину озера. На островке ютилась небольшая избушка, с цветником, с садом вокруг, и с деревянным ульем в человеческий рост вытесанного из цельного бревна.
На крыльце нас ждала хозяйка. В бриджах, в пиджачке и белой рубашке. Не высокая, улыбчивая, и совершенно без возраста. Если бы не знала, что это ба гранд-ма, в жизни бы ей столько не дала. Отмахнулась от настойчивого желания посчитать и поклонилась первой.
- Иди ко мне, девонька, - мелодично пропела женщина. Бабушкой у меня язык не повернулся ее назвать.
Я шагнула ближе и меня заключили в теплые и крепкие объятия! И когда она меня обнимала, я вдруг осознала, что моё путешествие почти подошло к концу. Душу свою осознала и то, что она почти избавилась от привязки к физическому телу Алексы. Не понимая природы этого осознания, вздохнула, тут же ощутив мягкое похлопывание между лопатками сухонькой ладонью. И тоска растворилась мягким облачком.
Далее подошло время знакомства с Марой. Её тоже потискали, и нашего сопровождающего тоже. А после она почесала щеки Эппы и пообещала угощения.
Миху она напоследок оставила. Уж как она его шерстью и глазами восхищалась, а размером, а харизмой. Он глаза зажмурил и даже не заметил, как в ее объятиях оказался, а дальше дело техники, я так поняла. Зубы заговаривать эта женщина могла на пять с плюсом.
Когда мы в дом вошли, она ему молочка пообещала налить, да в левую дверь потянула, уже в дверях меня позвала, - помоги, а то красавца твоего нет сил на пол спустить, это же сплошное удовольствие в купе с терапией от депрессии.
А вот когда мы в той комнате оказались, в сумерках, больше похожих на клубы серого тумана, Миха испуганно рявкнул.
Потому что бабушка раза в два больше стала, это по ощущениям, и ее сила закрутила серый туман и в разрыве я увидела тело на каталке, прикрытое белой больничной простынкой.
- Возьми человека за руку, - раздалось у меня в голове, и держи – не отпускай!
Мою вторую руку она взяла своей ладонью, а дальше мир дрогнул.
Я почувствовала ледяную бездну, через которую женщина проложила тропу. Она искрилась, мерцала миллионами разноцветных искорок и по ней с той стороны, из тумана шли двое – Она и маленький черноволосый мальчик. Каждый шаг добавлял этим двоим годы, когда они поравнялись со мной, и в мою ладошку вложили руку парня, я выудила из памяти его образ и облегченно кивнула. Да, это был тот черноволосый красавец, принесший моё мочилё из ресторана.
Мир снова дрогнул, и я вдруг поняла, что держусь только за одну ладошку, которая вздрогнула и сжала мои ледяные пальцы. И тут же скрытый в тумане аппарат противным писком сообщил, что пациент пришел в себя. И я всхлипнула от избытка чувств и заревела «Михаэль, прости меня, я не специально!»
Я даже потом, гораздо позже не могла понять, почему именно эти слова сорвались с моих губ, и как по моей ладошке прошелся большой палец парня, успокаивая мягким поглаживанием.
- Все, ступай, девонька, без тебя справятся, - мягко подталкивала меня женщина в сторону двери, вручила обмякшего кота и сказала, что правая дверь – кухня, и страдальцу можно налить молока.
Мару утянул на экскурсию хозяин, меня дожидались гранд-ма и Дорман. Объяснили, что ближайшую неделю Михаэля будут восстанавливать, гармонизируя связь души и тела. Сон на улье, специальные методики медитаций, еда и питье.
Я напоила Михо, я его чувствовала, и образы мне по связи приходили, - он был огорчен потерей. Сожалел и обижался. Но через какое-то время успокоился, прикорнул на скамье.
Вернулась Мара с высоким, поджарым мужчиной с добрыми глазами.
Она счастливо прижимала к груди охапку цветов, а Кощей, рассказывал о том, какие именно сочетания наиболее беспроигрышные.
Нас угостили фруктами. И намекнули на то, что дел невпроворот.
Мара время от времени бросала взгляд на левую дверь и вслушивалась во что-то.
Обнаружив, что девушка в третий раз пытается сформулировать вопрос, Вадим Кащеев кивнул гранд-ма, и они стали прощаться.
В дом Мары мы вернулись все. Гранд-ма не устояла и ополовинила корзину с фруктами, махнув рукой на траву и цветы.
- Отдыхайте, девочки, - попрощалась она и обнимая меня шепнула, что будет держать меня в курсе.
- Тихий он у тебя какой-то – вздохнула Мара, когда мы вечером чаевничали на кухне.
- Я не имела права раскрыть тайну Михаэля, - поэтому ответила первое, что пришло на ум. – Наверное вырос и поумнел, или отъелся за все годы. Что в какой-то мере было правдой, потому что более фамильяр не поглощал все подряд, да и есть стал в разы меньше.
А Мара, как будто потухла. Смотрела на кота и вздыхала, когда я не видела.
Но что ж я дура, что ли? Здесь и ежу понятно, что ничего не понятно в перспективе, но надеяться стоит.
А вот на следующий день нас с утра порадовали расписные журавлики.
Нам приглашение на свадьбу прислали. Я даже на кровати подпрыгнула, когда волшебная почта меня разбудила. Первая мысль – с Михаэлем что-то.
А потом совет да любовь рассмотрела и улыбнулась.
Видимо родители Алексы решили ковать железо пока первый адреналин не улегся.
Тут же до меня долетел радостный визг Мары и ко мне ввалилась, и она сама.
- Круто, свадьба твоей мамы завтра, а у нас платьев нету. Здесь написано, что белое и цветное не одевать – это что, свадьба в черном?
- Или в сером, - я размышляла над вопросом, каким образом Янису удалось провернуть такое за два дня. Ладно, за два с половиной, если быть точной.
- Так, если я получила приглашение, то и Кнопа тоже, - Мара бегала по гостевой комнате из угла в угол. Значит организовать подбор платьев – это на ее совести. С нас – придумать подарки!
Только теперь я поняла, что совершенно не понимаю концепцию данного вопроса в разрезе ведьмовского кодекса жизни. Да и мама все же замуж выходит, причем за родного папу Алексы. Поистине событие вселенского масштаба!
Что там принято близким родственникам дарить в честь настолько знаменательного события? Чем тяжелее, тем весомее? Как бронзовые пегасы в Служебном романе?
Мельтешение Мары перед глазами не давало сконцентрироваться.
- Что же подарить, что подойдет, куда бежать?
Я не выдержала и поделилась идеей парных халатов с вышивкой на всю спину «Я и Я». Она замерла и бросилась ко мне обниматься.
- Я знаю, ты от сердца оторвала эту идею! Но я тебе знаешь как признательна?
- Знаю, давай, очисти поле для мозгового штурма, а то мне от твоих перемещений уже тошнит!
— Это от голода, - тут же нашлась Мара, - завтрак с меня! – и умчалась прочь.
Проблема была еще и в том, что существовало ограничение во времени, значит искать нужно то, что есть здесь. Или привлекать на помощь открывателя дверей.
Наверное, неплохо было бы подарить им чемоданы на колесиках. Но чем рассчитаться за такую дорогую покупку на Земле? Постельное – тривиально, посуда – скучно, привычные подарки Земли в этом мире будут выглядеть инородно и вызовут ненужные вопросы.
- Весомое, привычное, оригинальное, - я замерла, вслушиваясь в происходящее на первом этаже. По всему выходит нужно спускаться – Кнопа прибыла.
Мы подкрепились яичницей и бутербродами. Мара похвасталась, что с подарком я ей подсобила, и она уже заказала вышивку на самых дорогих домашних халатах мадам Бровари. Кнопа же продемонстрировала шапку – невидимку. Нужная в хозяйстве вещь! – прокомментировала удивление, написанное на наших лицах.
- И, кстати, нам пора во «Вторую леди». Мирри уже ждет нас на примерку!
Еще через час, проходя по улочке ремесленников, и бубня под нос мантру «весомое, значимое и оригинальное», я неожиданно зацепилась взглядом за огромный сундук. В таких раньше девицам приданое собирали. Правда этот был покрыт филигранной резьбой и выглядел как произведение искусства, но сам факт, что он идеально вписывался в мою мантру, меня невероятно обрадовал.
- Беру, - сказала я продавцу, и попросила упаковать его согласно славянской традиции в сорок оберток разного цвета. И доставку оплатила, предъявив ему журавлика.
В секонд-хенде нас ждали, Мирри расцеловалась со всеми и повела на второй этаж.
- Девочки, вы даже не представляете, что я для вас отрыла! – томно тянула хозяйка, закатывая глаза к потолку и всячески распаляя наше нетерпение.
- Серое, представляем, - я, к примеру, в своей жизни всего один раз видела потрясающее жемчужно-серое платье из атласа. Но то платье-перчатку сложно было бы представить на свадьбе. В нем я чувствовала бы себя скорее раздетой.
Нас усадили в кресла и разлили по чашкам ароматный чай. И «аллилуйя» - пододвинули коробочку «Рафаэлло». Пришлось держать себя в руках и изображать невинное любопытство и стонать вместе со всеми.
Первая перемена выглядела немного просто. Силуэты напоминали греческие тоги. У девушки, представляющей Кнопу, поясок был под грудью, у моей на талии, а изображающая Мару, пристроила его в районе бедер.
- Следующие? – переспросила я у подруг, запивая разочарование чаем.
- Да - синхронно ответили они.
Следующие платья выглядели побогаче. Все три в неуловимо отличных друг от друга оттенках розово-серого, с разрезом до бедра и кружевным верхом.
- Уже лучше – прокомментировала Мара.
- Мирра, не томи, - тут же продолжила Кнопа, - давай самое вкусное!
Минималистичный верх и пышный низ, чуть выше колена. Толстый черный пояс лента. Юбка, состоящая из больших шелковых цветов-бутонов. Красиво, необычно и очень стильно.
- Берем, - кивнули мы одновременно.
А ближе к вечеру, когда мы наконец остались совершенно одни, к нам пожаловала гранд-ма.
Я помешивала длинной деревянной ложкой густой суп-рагу, и слушала, как Мара перечисляет гостей. Все же ее профессиональные связи — это здорово, даже если имена мне ничего и не говорят.
-Тук-тук, - раздалось у меня за спиной и Мара резко замолчала.
- Входите, - вздохнула я, находясь мыслями не здесь, - сегодня Кнопа упомянула, что мою избушку оккупировали для проведения совместных учений с вулколаками, и если я не спрятала запасы, то виновата сам. Вот именно о запасах, а также о состоянии вулколаков я и размышляла. А главное о том, чтобы мне шкалу не обнулили.
- Как вкусно у вас девочки пахнет, - раздался голос гранд-ма, - угостите ужином?
- Присаживайтесь, всегда рады, - отмерла Мара.
Я повернулась как раз в тот момент, когда гранд-ма скомандовала: «Бламдорманчик, заноси!»
Прямо на кухонный стол секретарь сгрузил приличный хрустальный шар на черной резной подставке.
— Это что? – я таращилась на свои отражения, преломляющиеся в мельчайших гранях, и не понимала, в какую историю меня пытаются втравить снова.
- Как что, - фыркнула бабуля, - суженый-ряженый, нужно обязательно погадать перед свадьбой, примета такая для незамужних.
- Девичник, что ли? – почти непроизвольно выдала я.
- Ага! – согласилась ведьма.
- А делать то, что? - мне показалось, или Мара с шарика глаз не сводит.
- Сейчас поедим и расскажу!
Хитрость старинного артефакта заключалась в следующем. Вечером, накануне свадьбы, следовало провести ритуал. Главное условие, украсть у невесты вещь, которую она не хватиться, отполировать нею шарик и задать ему вопрос.
- Вы что, и вещь украли? – покосилась я на благодарно подчистившего тарелку с рагу секретаря.
- Нет, - мы шарик принесли.
И так он это сказал, что стало понятным, принесли они его без спроса, и попросту сперли.
- Ваша половина, - украсть вещь.
- Я - нет, - тут же подняла ладошки вверх, - я вообще по натуре не любопытная, будь что будет!
- Э, нет, - Мара схватила меня за руку, - ты отвлекаешь, я ворую!
- Так откуда я знаю, где она сейчас?
- Так у нас для этого Бламдорманчик есть, - сыто улыбнулась гранд-ма, - давай, говори первое, что на ум придет.
- Дома?
- Нет, - вздохнула ведьма, - дома она была сегодня, но уже не там. И ночевать не придет.
- Так может смотаться и позаимствовать без свидетелей, - предложила я тут же.
- Нет, нельзя, - авторитетно заявила женщина, - нужно из-под носа увести, и чтоб не хватилась до утра! А то гадание не исполниться!
— Вот же засада, - прокрутила я в уме варианты, размышляя попутно о том, что непонятен интерес самой гранд-ма.
— Значит перышки чистит, - предложила достойный вариант, представляя спа или салон красоты.
Ведьма прищурилась на секунду, а затем кивнула, - а ну-ка, готовность на три!
- Раз, два, три!
И меня схватила Мара за руку и в открытую дверь за собой утащила.
В полутемном помещении было жарко, ароматно и в клубах пара с трудом угадывались женские фигуры.
- И что, он сразу согласился? – спросил высокий женский голос, продолжая разговор.
- Нет, — это голос матушки Алексы. Мара ткнула меня под колени, и я присела в лужу на полу.
Мы что в хамаме? Или все же под ногами природный камень? И это какая-то термальная пещера?
Меня похлопали по заднице, и я почувствовала, что Мара стала марой.
- Нам пришлось несколько раз перебирать варианты, пока мы остановились на том, который подходит для двоих.
Ну надо же, несколько раз перебирать?! Как же влюбленная женщина отличается от жесткого преподавателя и, чего уж греха таить от контролирующей сверх меры матери.
Когда меня дернули за ногу, я чуть не завизжала. Как у подруги получается ходить бесшумно, ума не приложу. Но, наверное, я все же выдала себя каким-то всхлипом, потому что одна из собеседниц, скрытых в тумане, тут же вскрикнула: «девочки, я кажется, что-то слышала».
— Это наверно Триумвиратий, - ответила мать, - он такой проказник!
- Да от него заикой можно стать, - тихим шёпотом ответила еще одна.
Но дослушать историю неведомого Триумвиратия нам не дали.
Потянуло прохладой и Мара утянула меня на кухню своего дома, через гостеприимно открытую дверь.
- Отлично, девочки, вам бы переодеться, а то выглядите мокрыми курицами.
У меня даже речь отняло от такой прямоты старшей ведьмы.
- Вещь - протянула руку в сторону Мары, - и та с готовностью отпустила на ладонь ведьмы шелковый комочек комбинации.
- Ну, ты Мара и даешь, - застонала я, - как это можно не заметить?
- Ничего ты, дорогая, не понимаешь, обычно после таких процедур, стараешься лишнее на себя не натягивать. Твоя ма комбинацию в сумку запихнула. Сверху полотенцем да баночками - скляночками присыплет и считай память об этом предмете гардероба растворилась в предвкушении завтрашнего мероприятия.
- Точно, - поддакнула гран-ма, - давайте скорее, а я пока начерчу пентаграмму, да приготовлю кое-что еще.
С поставленной задачей мы справились, как в армии. Можно было секундомер включать.
На кухне было темно. В вершинах пентаграммы располагалось пять свечей разного цвета, которые превращали хрустальный шар в прообраз зеркального шара на дискотеках.
- А почему, - начала я.
- Ш, - он наш человек, и не всю жизнь ему со мной нянчится! – пояснила для Мары присутствие за столом секретаря.
Мы уселись и соединили руки в круг.
Гранд-ма запела низко и непонятно. Волоски на затылке встали дыбом, и толпа мурашек промаршировала по спине в трусы.
- Покажи ту, что мне предназначена! – закончил ее пение Дорман.
Свет свечей притух, зато над вершиной шара развернулся конус, в вихре кружащихся снежинок танцевала девушка. Вот она остановилась и повернулась в сторону мужчины, скрывая свое лицо от остальных участников ритуала.
- Благодарю за откровение! – промолвил портальщик и свечи вновь вспыхнули ярче, а ведьма вновь запела.
- Покажи того, кто мне предназначен, - сказала Мара, когда та сделала паузу, и поземка вновь закружилась. А когда она рассеялась, вполоборота ко мне на вершине шара стоял Михаэль. С мечом, в плаще и отросшими до плеч волосами.
Мара ахнула сдавленно и промолвила: «Благодарю за откровение!»
И вновь пела ведьма, а я сидела ни жива не мертва и не могла решить, как поступить.
Кого я увижу в шаре? Суженого Алексы? Тогда я не имею права на это знание, или своего?
Но меня опередила гранд-ма.
Ей волшебный шар продемонстрировал широкоплечего мужчину, с длиной бородой Черномора.
Я даже язык прикусила, чтоб ничего лишнего не брякнуть.
А когда гранд-ма начала петь в четвертый раз, то на меня с кухонного шкафа Михо вывалился, с куском колбасы в зубах.
Круг разорвался, пока я его ловила. Одна свеча упала, второй он себе чуть зад не просмолил, в общем окончание вечера прошло в веселой и ненавязчивой обстановке.
- Ну ладно, - кивнула гранд-ма, - в следующий раз этого обормота запрем где-нибудь, чтоб не мешал.
- В какой следующий, - напряглась я.
- Ну, не знаю, кто первый остепенится из нас троих, и кому невтерпеж. Вот тогда можно и повторить.
А я облегченно выдохнула. Волшебство конечно здорово, но суженого - ряженого увидеть и потом высматривать его из тысячи лиц, по моему мнению, занятие так себе. Не для меня, уж точно. Я о любви с первого взгляда втайне мечтаю! Чтоб раз и наповал.