Глава 9.

— Я сознательно провалила первое же задание. Решила: нафиг напарники, холодильник куда интереснее! Долго всё рассказывать, но через месяц его арестовали. К сожалению, всего навсего чуть больше ста лет был в тюрьме. Выйдя из нее, вновь взялся за старое, и его опять арестовали.

— А что стало с детьми?

— Нашли новые семьи.

— Нас никто не возьмёт, — сказал задумчиво мальчик.

— Есть ещё военные интернаты, — сказал Тай. — Для вас это идеальное место. Оттуда никто повторно вас не похитит для плохих дел. И вы сможете отбелить свою репутацию.

— Ты так говоришь, словно сам там был, — сказала медведю.

— Да, три последних года в школе я там учился. Ты примерно можешь представить мои габариты в школе: так я ударил один единственный раз обидчика. Едва не убил… А меня без разговоров сразу в тот интернат. Обидно было. Он столько меня травил, а я один единственный раз дал сдачи, и сразу — в интернат.

— Вы нам поможете? У нас кое-что в спине.

— Помогу. Снимайте рубашки, придётся тут на месте убрать. А то чувствую, вы далеко не уйдёте.

— Да, он запретил нам выходить без его разрешения. И много говорить про него тоже не можем, с этим в спине.

Пришлось пустить на тряпки одну из рубашек мальчишек. Я молниеносно достала все семь артефактов подчинения. Потом отвели детей в больницу, и там им залечили порезы от когтей.

— Очень аккуратная работа! — сказали мне.

После этого мы получили ещё бумаги о физическом состоянии детей и отвели их в наш участок. Дети — по-другому их не получалось назвать — с удовольствием рассказывали, как их и когда усыновили и на какие дела их отправляли.

Отписалась Мире:

«Ещё адреса напиши, где ещё дети».

Через время она прислала ещё адрес, и в её ответе я чувствую напряжение:

«Там детки помладше. Ты чудо».

Поймала Матайнера за руку и показала адрес.

— Шеф, мы пойдем ещё по одному адресу, там тоже дети, младше этих.

— Я пойду с вами! — подскочил старший мальчик из тех, кого мы привели. — Там мой младший брат! Нас разделили.

С нами пошли ещё медведи, тройняшки и Миша. Друга я ощущала у себя за спиной и чувствовала его поддержку душой. Здание как под копирку похоже на то, в котором я оказалась. Со стороны похоже на большой гараж, а внутри — клетки и собаки, которых уже выпустили. Они сразу кинулись к нам. Медведи частично обрались. Я мигом проявила когти и кинулась вперёд. Два взмаха — и собаки убежали, скуля.

— Кошка дурная, — покачал головой друг. — Ты куда летишь?!

— Миша, ты мне друг, почти брат, но не нарывайся. Ты не сидел в такой клетке и не ощущал тот ужас, что я.

Больше никто ничего не говорил. В здании были десять клеток, а в них — оборотни! И все малыши не старше двадцати лет. Клетки мигом были вскрыты, а собаки закрыты в их клетке. Детей попросили обернуться — все мальчики, и все напуганы. У них тоже были вшиты артефакты подчинения. Когда попытались детей вынести, им стало очень больно. Пригласили врачей, и те на месте достали эти артефакты. А детям стали искать родителей. На первые несколько дней детей нужно было где-то разместить.

— Пап, — позвонила родителям и хрипло попросила, — можете на несколько дней взять десять детей? Им будут искать семьи.

— Сколько им лет? — спросил отец тихо. — Ты как? Милая, не молчи!

— Им до двадцати, их держали, как меня, в клетке.

Отец уже был дома с мамой и тихо ей пересказал.

— Приводи, — сказала мама в трубку.

Что для меня через пару дней стало шоком: мама отказалась отдавать детей кому бы то ни было. Я перешла к ней порталом и обняла её; то, что там таиться, я рыдала у неё на плече.

— Моя ты малышка. Никто их больше не обидит, — сказала она ласково.

— Ты уверена? Вы потянете?

— Юль, они старше тебя. Ты была куда младше, когда мы тебя удочерили.

Мальчишки все были котятами и внимательно наблюдали за мной с мамой. Эти котята были в клетке почти год, и на них это сильно повлияло. Им теперь придётся, как и мне, посещать целителя души.

— Ты тоже была там, где и мы? — спросил один из мальчиков.

— Да. Мне тогда было пять лет.

Села на полу и сгребла малышей в объятья. Они сразу застыли, а потом с удовольствием обнимали в ответ.

— Вам повезло с родителями, — сказала мальчикам. — Они замечательные. Скоро будет ещё и сестрёнка. У меня была только старшая сестрёнка — рысь. Зато был старший брат — волк, и два младших драчливых брата — медвежонка. О, как мы дрались! Нам было весело.

Провела тогда вечер с родителями и моими младшими братиками. К нам домой пришли мои братья-медведи и помогали обжиться котятам в новой семье. Отец очередной раз понюхал мою макушку и нахмурился.

— Кто он? — спросил отец.

Пришлось ему рассказать. Отец до конца молчал. Потом просто обнял.

— Знаешь, хорошо, что ты ничего не помнишь. Додумать можно многое, хуже — помнить, как тебя унижали.

— Ты так говоришь, словно сам через подобное прошёл.

— Меня как-то высмеяла девушка перед другими. Это было ужасно! Я был в неё влюблён, а меня высмеяли. Пусть это было не про секс, но не менее больно и противно.

Обняла отца крепко.

— Пап, спасибо, что вы у меня есть.

— Люблю тебя, мой котёнок.

Через пару дней я узнала, что троих котят забрали кровные родственники. Их оповестили о смене опекунов, и они захотели забрать ребёнка к себе. Тогда, год назад, у трёх семей не получилось это сделать, и они очень переживали.

Матайнер наконец-то пригласил меня на нормальное свидание. Да, мы просто погуляли по парку, притом в той части, где мало кто ходит. Нам хотелось просто погулять и побыть только вдвоём. Я ощутила, как сердечко заживает, и когда я рядом с Таем, мне хорошо и не больно. Нам предстоит ещё поймать организаторов воровства, и мы пойдём с медведем вдвоём. И меня наконец-то поцеловали — это были очень лёгкие и нежные поцелуи, словно меня боялись спугнуть.

— Что это у тебя за рисунки? — удивился Тай утром в участке.

Я была одета в сетчатый гольф чёрного цвета и под ним — самый целомудренный бюстик. Он провёл пальцем по рисунку, не дотрагиваясь ко мне. Я пока стояла над братом и заплетала ему мелкие косы с цветными прядями. Начала я ещё вчера после свидания, и вот теперь заканчиваю. Сегодня мы ушли на работу без завтрака, потому что я проспала, а кто-то не стал будить и сам ходил по своим делам.

Тай рискнул заглянуть под гольф и в шоке спросил:

— У тебя кожа чёрная!

— Не просто чёрная, — подал голос Макс. — У неё рисунок скелета, очень натуралистичный.

— Когда вы успели?!

— Вчера после вашей свиданки, — улыбнулся брат. — Юль, ещё долго?

— Почти закончила. Теперь собрать в хвост, и твой хипстерский образ готов.

— Мне же не показалось, что ты ему артефакты в косы вплетала? — сказал Майкл.

— Да, — довольно улыбнулся брат.

— А зачем такой камуфляж? — почесал затылок Тай, рассматривая меня спереди.

— А, это мы с тобой пойдем ловить кое-кого, не стоит, чтобы сразу было понятно, что мы копы.

— Для этого у тебя слишком приличный гольф, хоть и прозрачный.

— Потому что мы в офисе. Потом одену майку в крупную дыркой и другой бюстик. У тебя спортивный костюм есть?

— Да.

Отправила его переодеваться. Слишком прилично выглядит даже в костюме.

— А на размер побольше?

— Юль, это самый большой размер был в магазине.

— Не парься, сейчас найду тебе, — сказал Анрен. — Знаю магазин, как раз для крупных мальчиков.

Через час Тай вернулся уже с новым костюмом, и стоило ему нарисовать щетину и тени под глазами — как вылетел бандит.

— Вы там не сильно хулиганьте, — сказал нам шеф.

— Два удара кулаком — и притащим.

— Мне и одного удара хватит, — вдохнул Тай.

Я проверила сообщение от Миры, и мы отправились ловить первого гада, что заставлял детей воровать. Парочка у нас была колоритная: я на фоне Матайнера выглядела очень худой и миниатюрной. В квартире было пусто, о чём я написала Мире:

«Ждите на улице, он скоро придёт с ребёнком. И сделайте так, чтобы на вас сразу внимания не обратили».

Где бы мы ни стали возле этого многоквартирного дома, сразу привлекали внимание. Была тут одна лавка в стороне. Я утащила к ней своего медведя. Он понял меня без слов. Сел на лавку и с таким наслаждением смотрел, как я в коротких шортах села к нему на колени лицом к нему и спиной к дому. Но Тай смотрел не только на меня и моё откровенное декольте, а ещё и следил за территорией. Он сел вольготно, при этом его руки лежали на моих бёдрах, поглаживая их.

То, что этот тип приехал, мы услышали, а потом Тай увидел, а я смотрела его глазами через свой дар телепатии. Взрослый мужик в дорогом костюме тащил за руку мальчика до десяти лет. По меркам прошлой жизни ребёнок выглядел до семи лет.

«Обними меня и не смотри в их сторону», — сказала ему телепатически.

Тай коснулся моих губ и с наслаждением пил поцелуй. Я ощутила, что на нас посмотрели, но быстро отвели взгляд. Руки моего парня были на бедре и спине, вжимая меня в его большое тело. Я ощутила, как сбилось его дыхание, а что-то очень внушительное упирается мне в ягодицу.

— Нам пора, — сказал он низким хриплым голосом. — Изобразим, что ошиблись квартирой?

— Хорошая идея. У тебя братья есть?

— Да, понял, буду брата звать.

Мы быстро встали с лавки и, словно спеша уединиться, пошли в дом. Поднялись на этаж нужной квартиры, и Тай ударил несколько раз кулаком в дверь. Из-за двери была тишина, возможно, он глушил артефактами, чтобы никто не слышал плач ребёнка. Но нас он точно слышит. Мой дар подсказывает, что он злится на такую настойчивость.

— Брат! Открывай! Мы с моей кошкой устали ждать! Живо открывай или вынесу двери опять! Ты меня помнишь, меньшой, я двери снимаю на раз!

Двери мигом открылись.

— Вы что, ополоумели! — взвился бешеной змеёй мужик, который притащил ребёнка.

Первое, что я поняла: перед нами наг и уже обернувшийся и злой. Я молча частично обернулась и показала когти.

— Батист, — прошипел змей, — убирайтесь!

— Ударить или сам примешь приличный вид? — спокойно спросил Тай и показал на наручники.

Змей кинулся на него, но мигом налетел на мои когти и завыл. Я его не рвала, просто вогнала по четыре когтя ему в бока.

— Я предупреждаю один раз. Я этими когтями дракона могу порвать, твоя шкура куда слабее.

— Выйми когти! — зашипел он. — Я всё понял.

Достала когти, и он принял человеческий облик и дал себя сковать.

— Его удар будет больнее, — успокоила нага.

Тай затащил змея в квартиру. Я сразу прошлась по квартире и нашла ребёнка.

— Привет, малыш. Мы заберём тебя у этого плохого дяди.

— Я к тёте хочу и к бабушке с дедушкой.

— Значит, они тебя заберут. А этого дядю мы накажем.

Наг был злым, но молчал. Тай зачитал ему его права. Мы вызвали коллег-криминалистов. Зашёл даже наш шеф Дезон. Он посмотрел на ребёнка. Малыш на удивление знал свою фамилию, и благодаря этому через опеку сразу же вызвонили его родственников. Те мигом примчались и подхватили ребёнка на руки.

— Пока, малыш, — помахала я.

— Спасибо, — сказал ребёнок.

— Спасибо, — сказала бабушка малыша. — Мы буквально немного не успели, и у нас его забрали.

— Больше он уже никого не заберёт, — сказала я серьёзно.

Нага уже увели; он всё время тер бока там, где я его ранила.

— Юль, ты нага цапнула когтями?

— Сам виноват, я так немного уколола, не рвала шкуру.

— Мне рассказывали, как ты с драконом в обороте сцепилась.

— Он первый обернулся, потом я. И шкура его не спасла.

— Да, от когтей твоего вида мало что может спасти.

— Угу, металлические пластины. Папа вшивал в жилетку и позволял по нему потом лазить.

За вторым сразу пойти не могли. Он не жил в обычном доме; у него был свой дом с высоким забором и хорошей охранной системой. На ордер ему было плевать, и он делал вид, что его нет дома. Ждали разрешение на разламывание охранной системы. А когда его получили, Мира огорошила:

— Он уже в другой стране.

— Как?!

— Порталом ушёл.

— Как он границу перешёл?

— Незаконно, и он тоже наг, поэтому прополз. Можно коллегам передать его дело — через пару лет поймают.

Мой образ с нарисованным скелетом очень понравился в клубах. Я стала чаще не прятать, что я девушка, и поняла, что народу всё равно, какого я пола, главное — чтобы им было весело.

С Таем мы каждый день гуляли, а утром, если у него была возможность, он приходил с кофе. А потом как-то раз просто перенёс ко мне кофе-машину.

— Я пью кофе только у тебя, — сказал он.

— Спасибо, — сказала я шокировано.

— О, ты наконец-то по чуть-чуть к Юльке перебираешься, — обрадовался брат.

— Ещё нет, пока рано.

— И правда, для парочек есть квартиры побольше.

— Макс, — рыкнул тихо медведь.

— Ладно-ладно, не лезу.

Сегодня вечер выдался свободным, даже от клубов. Мы с Максом решили, что будем выступать максимум три раза в неделю — пятницу, субботу и воскресенье. И если будет слишком много желающих клубов, мы всегда можем выступать по одиночке, и будет не хуже. Пользуясь тем, что сегодня свободный вечер, мы с Таем сидели у меня дома. Поужинали втроём, но брат быстро ушёл с такой хитрой миной. Мы только покачали головами.

А мы просто молча сидели: я была в объятьях своего медведя и балдела, как и он. Нашу идиллию разрушил телефонный звонок. На экране у Тая высветилось «мама». Лицо у мужчины стало настороженным. Я смотрю на него и понимаю, что он ещё очень молод.

— Ало?

— Привет, сынок. Как тебе новое место?

— Лучше. Что-то случилось?

— Нет, просто твой брат будет в Дивенде по делам, буквально на пару дней. Приютишь у себя?

— Нет, — сказал Тай раздражённо. — У меня однокомнатная квартира, он что, на полу спать будет? Кровать-то одна.

— Значит, придумай что-то, купи кресло раскладывающееся.

— Пусть сам закажет и оплатит, я ему тогда дам адрес для доставки.

— Ну что ты жмотишься, кресло-то у тебя останется.

— А оно мне не нужно, может потом его с собой забрать. И вообще, может из своего дома привезти раскладывающееся кресло. Он же артефактор и маг не слабый, поместит в подпространственный карман и перевезёт.

— Хм, а так можно было?

— Да, мама, так можно. И брат об этом хорошо знает.

— Я ему напомню. А ты прими его, потерпите друг друга пару дней. Перезвоню через пару минут.

В итоге Матайнеру сообщили, что его младший брат приедет завтра рано утром. Мой медведь скрипнул зубами, а закончив выслушивать инструкции от матери и звонок, сказал:

— Пойду наведу немного порядок. Кофе тебе принесу, пусть даже следов его не будет.

— Ты не рад брату, почему?

— Потому что он засранец.

— По подробней, вдруг возьмусь перевоспитывать, — показала коготки.

Тай расхохотался и сгреб меня в объятья.

— Мой брат Нивенд, младший, думает, что весь мир крутится вокруг него. Он очень хорошо умеет делать деньги. Про таких говорят, словно из воздуха. Но когда мы с ним в одном пространстве дольше часа, я хочу его придушить голыми руками.

Порядок я помогла навести, ещё и Макса позвала, рассказала про младшенького Тая. Тот взял и приперся к брату вечером — мы ещё даже из его квартиры не успели уйти. Он и правда притащил с собой раскладывающееся кресло для сна и додумался принести ужин себе.

— Хорошо хоть о харчах подумал.

— Конечно, у тебя же всегда в холодильнике пусто, как выживаешь, ума не приложу. Милая, вы свободны от обязательств?

— Мои когти свободны и наточены, — сразу их продемонстрировала. — Хотите испытать на своей толстой шкуре?

— Нет, — он обаятельно улыбнулись. — Учту, что ты батист. Я в курсе, что твой вид весьма вспыльчив и мстителен.

— О, откуда такие познания?

— Да, имел неосторожность подкатить к одной батистовой кошечке, так когтями по спине прошлась, что зашивать пришлось.

— Хорошо взбесили, значит. Я так рвала только дракона в обороте, но то были соревнования. Ладно, хорошего вечера, мальчики. Макс, на выход.

Братьев было не слышно. А утром они заявились ко мне вдвоём. Младший притащил набор сладостей и завтрак на всех.

— Ты его придушил или кто другой перевоспитал?

— О, чувствую, брат уже жаловался. Перевоспитала меня жизнь и дедов армейский ремень. И это уже в совершеннолетнем возрасте.

— С кем не бывает. Заходите.

Следом пришёл Макс, явно услышав кофе-машину. Тоже удивился ещё одному медведю на моей кухне. Позавтракали почти молча, перебрасываясь ничего не значащими фразами.

— А когда у вас ближайшее выступление в клубе?

— В пятницу и на выходных, — ответил Макс, не удивившись вопросу.

— Адресок дадите? Хочу наконец попасть на вашу дискотеку.

Мы с братом только кивнули. Зато узнали, что братья жили раньше на другом конце страны и оба там же оканчивали академию: Тай — на военном, Нивенд — артефакторики. Мужчина попросил называть его Нив. Сейчас у него сеть магазинов с артефактами и много мастерских, в которых трудятся артефакторы. Нив к брату приходил только на ночёвку, и за все четыре дня они почти не общались. Просто, потому что очень мало пересекались.

Сегодня мы с Михаилом пошли зачищать очередное место с ловушками. Я перестраховалась и проверила местность на наличие опасной живности. Хорошо, что додумалась делать это с высоты верхушек деревьев, потому что когда поисковое заклинание коснулось земли, в нас полетел рой шипов, а потом и рой больших диких пчёл. Мы с другом мигом слиняли, вышли в участок. И кажется, наш ошалелый вид сказал о многом.

— Кто в этот раз? — спросил шеф.

— Миш, у меня же были не галлюцинации?

— Нет, там дикие земляные пчёлы были. И земляной осьминог. Хорошо, что мы были на высоте верхушек деревьев.

— Нужно отметить это на карте и внести в базу, — проворчал шеф, клацая в планшете. — Туда теперь просто никто не сунется.

— Сомневаюсь, — сказал задумчиво Тони. — Если я Рику о таком не скажу, он сильно обидится.

— То уже ваше личное, — сказал шеф. — За свою безопасность он отвечает сам.

— Так, вот вам новые координаты, проверьте осторожно.

Теперь спокойно поработали, зачищая ловушки.

Сегодня в клубе мне выдали больше десяти флаеров на скидку для похода в этот клуб. Желательно для копов, сказали нам с Максом, мы только кивнули. На следующую пятницу припадал праздник, посвящённый нашей профессии. Для тех, кто придёт с гримом, обещали дополнительную скидку.

Парни обрадовались флаерам и быстро их разобрали. А ближе к пятнице стали думать, хочет ли кто-то что-то себе рисовать. Я обычной краской изобразила скелет с реальным расположением костей. Сначала на кожу нанесла тёмную краску, а потом белой Макс рисовал спину и руки; спереди я уже сама дорисовывала. Ему сделала аналогично. Мы собирались ещё и лица так разрисовать.

На работу, в связи с рисунком, одела непрозрачную одежду. Но даже так было видно шею и кисти рук. Все были в шоке от детализации.

— Круто! — выдохнул Майкл.

— Хочешь, тебе лицо в этом стиле оформлю? Смывающейся краской.

Он задумался.

— Рисуй, — сказал Митчел с хитрой улыбкой. — Его жена оценит наверняка.

— Если кто-то хочет, могу на вечер ещё что-то нарисовать.

— Предпочту без грима пойти, — сказал Тай.

Большинство коллег его поддержали. Разрисованными с лицами были только мы втроём. Шеф разрешил нам прямо во время рабочих часов заняться этим. Кто приводил задержанных сегодня, тот ещё успокаивал их, что мы не демоны.

Когда рисунок на Майкле был закончен, он позвонил жене. Она мельком увидела, что у него на лице, и перешла к нему порталом. Женщина была в восторге. А потом она ещё и нас с братом увидела. Сейчас был уже вечер, и я чуть-чуть переоделась, надев чёрную сетчатую майку.

— Какая шикарная детализация! — воскликнула она.

— Макс, будь так любезен, сними футболку и стань рядом с Майклом, я вас сфотографирую. Мои коллеги будут в восторге!

Сделав фото, Тая спросила:

— Я могу пойти с вами?

— Конечно! — сказал шеф участка. — Главное, чтобы дети за тобой не увязались.

— Старшенькие у своих девочек дома.

— Даже Глеб?

— Нет, он с Таечкой у него в комнате закрылся и щиты навесили, чтобы младшие не вломились.

— Сделают они нас дедушкой и бабушкой раньше времени, — проворчал Майкл.

— Не переживай, любимый, не сделают. Мозгов у трёх парочек в нужном количестве. И я им регулярно приношу средства защиты.

Послышались смешки.

— Да-да, лучше пусть делают это, но используют и зелья, и резинки. Чем ни то, ни другое!

В клуб мы с братом пришли за полчаса до начала дискотеки. Подготовили оборудование, купили себе бутилированной воды. За нашими спинами были установлены большие баннеры на подставках с поздравлением всех военных с праздником.

— Вы точно ничего более серьёзного не хотите? — подошёл к нам хозяин клуба. — За счёт заведения, естественно!

— Сет, — ласково обратился Макс. — Пьяные диджеи — плохая музыка. А выпьем мы после тусы, чтобы уже спокойно сесть, расслабиться. Сестра сразу на свиданку со своим медведем свалит. Может, даже подсуетимся, и я поставлю для парочек в конце медляки, а потом ещё запрограммирую. По желанию парней и наличию дам.

— Давай тогда точно медленные танцы после вашей программы, чтобы народ мог и расслабиться, выпить, а кто-то и потанцевать.

— Заметано, сделаю. Что за коробка с бантом под нашим столом?

— Без понятия… Декораторов приглашал, но что-то слабенько украсили зал.

— Для бравых ребят не украшение важно, а атмосфера, — сказала я.

— Да. Рисунки у вас зачётные! А как улыбнетесь, то ещё и жуткие.

— Мы знаем, от нас на улице шарахались.

Дискотека началась по плану. Было приятно видеть, как наши друзья и коллеги в целом танцуют и отрываются. Я случайно зацепила коробку под диджейским пультом и полезла поправлять её. Но я так удачно её пнула, что обёрточная бумага порвалась, и, поправляя коробку, я заметила взрывное устройство.

«Твою мать, тут бомба!» — крикнула я. В зале несколько человек дернулись, явно те, кто обладал ментальным даром. А я сразу же стала накладывать самые сильные щиты вокруг взрывного устройства.

— Юль, что происходит?! — заглянул брат и тоже заметил опасность. Он мигом вырубил музыку. — На выход! — только и успел он крикнуть, когда эта гадость рванула.

Нас с братом отшвырнуло на баннеры, их опоры поломались, и я ощутила, как меня задело в нескольких местах. Но благодаря тому, что я успела накидать много слоёв самой сильной защиты, прошлась только взрывная волна без сильных разрушений. Пострадали только мы и сам праздник, который был безвозвратно испорчен. К нам и к тому, что осталось от бомбы, кинулись наши коллеги.

А я лежу и понимаю, что, кажется, это мой конец.