Глава 10.

Ощущение, что это последние минуты моей жизни, не беспочвенное. Меня проткнуло в нескольких местах, и я быстро истекаю кровью. Остановить кровь я не могу, и пока меня доставят в больницу, я тупо сдохну. Повернула голову, ища взглядом брата — он нашёлся рядом. Его, к счастью, только в одном месте проткнуло тонкой палкой чуть ниже плеча; надеюсь, не смертельно. Он с ужасом смотрит на лужу крови под мной.

— Юлька! — его хриплый крик. — Помогите!

К нам пробилась Тая с Майклом. Женщина так выругалась, что у многих покраснели уши.

— Не довезём до больницы. Нужно лечить на месте.

— Ты сможешь?

— Если мне помогут энергетически. Очень быстро снимите её с этих прутьев и положите рядом. Парня тоже снимите и просто зажмите рану, и вызовите целителей! — рявкнула она на копов.

Боли я практически не ощущала. И когда она стала меня исцелять, провалилась в темноту, мысленно прощаясь со всеми. А Тая не собиралась сдаваться. В первую очередь она исцеляла порванные сосуды и останавливала кровотечение, потратив почти полностью свой резерв. Копы без разговоров сразу стали делиться с ней энергией, когда она дала команду.

— Всё, её нужно транспортировать. Дальше нужна операция — извлечь осколки.

Среди отдыхающих нашлись и специалисты по взрывам, и их вердикт был пугающим:

— Нам повезло, что бомба была чисто механической, без магии. Но при этом она была такой силы, что от клуба осталась бы воронка размером с сам клуб, а ещё соседние дома были бы разрушены. Ещё нам повезло, что Юлька — сильный маг и знает, как накладывать хорошие щиты.

— Да кто бы мог подумать: диджей — а такие щиты!

— Это ночью она диджей, — сказал кто-то из моих коллег. — А так она коп в первую очередь.

— Что?! — вскрикнули все в клубе.

— Да, с нами в особом работает. Это их с братом хобби ещё с юности.

Наши коллеги сразу принялись за расследование, пока мы с братом были в больнице. Нам обоим сделали операцию, а потом только отправили в капсулу интенсивного восстановления. Только если Макс между операцией и капсулой был в сознании, я — нет, чем нервировала врачей, родных и коллег.

В себя я пришла только после капсулы интенсивного восстановления. Удивилась, что вообще жива. Врач рассказал о том чуде, что сделала для меня Тая.

— Хорошо, что она пошла с нами на дискотеку, — сказала я.

— Повезло, что кто-то моего мужа разрисовал так реалистично! — услышала я медведицу. — Я ведь только после этого и пришла. Мне страшно представить, что ты могла погибнуть.

Хотелось сказать: ну погоревали бы немного и забыли.

— Тресну тебя! — заявила медведица.

— Я что, вслух сказала?

— Нет, но у меня слабые ментальные способности. А ты очень чётко подумала. Никогда так не думай. Твои родители с ума сходят последние дни, а твоей матери вообще нельзя нервничать. Не знаю, удалось ли отцу скрыть это происшествие от неё.

Родителей я встретила в коридоре, когда оделась в свои вещи. Меня так крепко сжали, что Тае пришлось вмешаться.

— Силушку рассчитываем! — рыкнула она на родителей.

— Я только сегодня узнала! — плакала мама. — Этот партизан домой приходил только спать!

В больницу взяли даже младших братишек. Я их с удовольствием обняла. Мальчишки обнимали бережно, но при этом крепко. На выходе из больницы меня в объятья поймал Матайнер; он только вышел порталом вместе с Максом.

— Не задави, — сказал отец, не скрывая улыбку.

Тай, не смущаясь моих родителей, нежно поцеловал меня. Младшие братишки дружно сказали: «Бе!».

Когда вернулась на работу, меня все обнимали и радовались, что со мной всё в порядке. В тот же день узнала, что меня наградили за скорость реакции и профессионализм. Я только сейчас узнала, насколько мощная взрывчатка была в коробке. Мне пришлось пересиливать себя, чтобы вернуться в клуб для работы диджеем. И теперь я проверяла с Максом, что под столом для пульта и что сюрпризов нет. Если сначала владельцы клубов или охрана удивлялись, то пример с найденной бомбой заставлял их проверять клуб более тщательно. К счастью, больше таких сюрпризов не было.

Работали по очередному делу обратились к Мире за подсказкой.

— Чтобы его поймать, нельзя идти в лоб, — сказала кошка, посматривая своим даром карту судьбы. — Как вы все привыкли к дару провидцев, — проворчала она. — Вот мне интересно, как вы бы действовали, не будь этого дара в мире?

— Кайфоломка, — буркнул Майкл. — Подсказывать не будешь?

— Мира правильно отметила, не стоит превращать мозги в кисель, — сказал шеф. — Дар этой кошки лучше использовать в экстренных случаях. Так-то думаем, как этого гада поймать. Есть идеи?

— Да, — сказала я. — Поймать того, кто его знает, допросить или втереться в доверие и разузнать.

— Зная тебя, сестрёнка, это прижать к стенке, запугать до мокрых штанов и выведать всю нужную информацию. Главное — работает безотказно.

— Ты забыл добавить, что при этом не светить, что тот, кто запугивает — коп.

Мира, как бы между прочим, заметила:

— Ира бы пошутила, что тут все шкафы здоровые, что сразу видно, кто коп.

Я подошла к стоящему Майклу и проверила свой рост: макушка была на уровне его плеча. А потом он выровнялся, и моя голова стала у него под мышкой.

— Да, шпалы, однако. Но это особенности вида. У нас, кроме чёрных бурт в участке, есть и помельче виды.

— Да, один бурый медведь — шеф, но он лицо примелькавшееся. Потом Тин, но он в засаде на того воришку, привлекавшего детей. Скоро притащит, есть надежда. Тони — тоже шпала худая. Ну и ещё несколько волков, но они тоже все как вышибалы из клуба выглядят. Из миниатюрных у нас только четверо — Макс, Маринира и мы с тобой, — сказала Мира. — Маленькая подсказка: ловить и пугать нужно одного варана, но он занимается уличными боями. А это значит, нужно кинуть ему вызов и победить. С ним справимся только мы с тобой, потому что…

— Наши острые когти, — довольно улыбнулась я.

— Ты никуда не пойдёшь! — навис над женой Мирл.

— С чего это? Я, между прочим, в хорошей форме и восстановила её после последней беременности!

— Не пущу!

— Мирл, отойди к братьям, — попросила я тихо. — Отойди от жены, проверю кое-что.

Медведь отошёл, а я подошла к кошечке и внимательно понюхала её возле ушей и шеи.

— Мирл, тебе ведь не недоверие крышу сносит? А от того, что запах начал у жены меняться… — мужчина стоит ошарашенный. — Вы мне сейчас так моих родителей напоминаете. Мир, у тебя через пару дней течка, того он и бесится. Ещё котята или медвежата могут получиться.

— Хватит! — зло рыкнула Мира. — Хватит меня в декрет отправлять! Эта троица ещё маленькие. Зелье нужно пить не прекращая.

— Мужу нужно резинками пользоваться и не спихивать с себя ответственность за твоё здоровье.

— Эй, что за наезд?!

— А что, так сразу обиделся? — подколола я. — Ты что, жену не любишь? Ведь до помутнения рассудка любишь. Потому не будь ребёнком и пользуйся резинками. А то типа беременность — это только её ответственность? Так что ли? Если любишь, то резинки используй, несмотря на то, что она продолжает пить зелье. А вот когда захотите ещё детей — тогда прочь защиту у обоих.

— Отчитала как маленьких, — проворчал Мирл.

— Да, мои медвежата поумней многих оказались, — сказал тихо Майкл, набирая жене сообщение.

А я пока высказывала Мирлу свою тираду, упёрла ему палец в грудь. Слушая ответ, поняла, что у меня дико болит палец, словно я его сломала.

— Что у тебя под футболкой? — спросила я, едва сдерживая слёзы, но они всё равно покатились по щеке.

— Юль, что случилось? — воскликнули Тай и Мирл.

А я молча ушла порталом в больницу. Тай едва успел заскочить за мной следом. Стоило мне уйти — открылся портал, и вышла Тая, жена Майкла в медицинской форме.

— Ты! Что уже натворил?

— Милая, можно я сначала скажу, а потом ты будешь делать выводы?

Шеф наблюдал за этим балаганом, подъедая орешки, словно смотрел представление.

— Я просто хотел попросить совета, что купить домой и что брату или братьям подкинуть. Нам ты сама покупаешь, но я тут после того, как Юлька отчитала Мирла, понял, что могу и сам эти резинки покупать.

— Не можешь! — рыкнула медведица.

— Почему? — тут уже старший брат удивился за всех.

— Потому что я покупаю там, где для медиков большие скидки. Если кому-то из братьев надо, или не только братьям, могу оптом купить, цена более чем в два раза ниже.

Майкл заметил, как у его жены глазки предвкушающе блеснули.

— Ты опять что-то новое купила из резинок?

— Угу, светящийся в темноте. Дома опробуем.

Смеялись уже все.

— Тай, — попросил Тим. — Нам тут сказали, что несмотря на зелье, что пьёт жена, нам тоже лучше пользоваться резинками.

— Да, зелье, как и резинки, иногда даёт сбой. А если использовать и то, и то, то шансов на незапланированную беременность очень мало.

— То-то у вас младшему пятьдесят, и больше нет малышей.

— Да, у нас почти все запланированные. Ну, кроме Максима, но мы не могли его не забрать.

— А дочек планируете?

— Да, как старшие в академию поступят и женятся. И с родительских хребтов слезут.

— Прямо как наши родители, — подал голос Макс. — Мы уже отучились, отработку прошли. И они только сейчас решили ещё деточку завести. Но до кучи ещё семерых котят взяли.

— Было же десять, — удивился шеф.

— Троих кровные родственники забрали. Там всё хорошо для малышей будет. А вот у семерых никого. Как мама сказала, не младенцы — уже легче.

— Если что, нужно пиши чётко, а то я уже подумала невесть о чём, — проворчала медведица и поцеловав мужа ушла.

Вскоре после её ухода вернулся бледный Матайнер.

— Мирл, что у тебя под футболкой?

— Что случилось? — насторожился медведь. — Что с Юлькой?

— Она минимум на сутки в больнице. Что у тебя тут? — едва не заикаясь, спросил Тай, показывая, но не дотрагиваясь до коллеги.

Все насторожились и напряглись. Мирл быстро снял футболку. Мира зашипела и стала колдовать возле груди мужа. На его крупном кулоне прилип небольшой острый кристалл, отливающий грязно-фиолетовым цветом.

— Сними цепочку так, чтобы кристалл тебя не коснулся, — приказала Мира. — Это какое-то странное проклятие. Твой защитный амулет его поймал. А Юля, когда дотрагивалась до него, видимо, часть перешла к ней. Что в больнице сказали?

— Это проклятие разрушает тело, его изъяли, — сказал Тай хрипло. — Сейчас решают, как восстановить палец. Я слышал, даже хотят отрезать, а потом заново восстановить — типа так проще, но дольше.

Мира побледнела, но проклятие заключила в магический кокон. Остальные были внимательные и на готове перехватить защиту.

— Нужна стеклянная тара с крышкой из закалённого заговоренного стекла.

Такая нашлась у целителя. Поместили в неё проклятие.

— Тони мог бы понять это, но он с Ирой в лесу. Рику можно позвонить.

Рик Лишкорт пришёл вместе с женой и с неподдельным любопытством рассматривали проклятие, закупоренное в стеклянной таре.

— Хоть кто-то сообразил, — сказал он одобрительно.

— Попрошу без наездов, — буркнул Мирл. — Это на моём амулете было.

Медведь показал плоский кругляш.

— И Юлька подцепила часть этой гадости, — буркнул Матайнер.

— Расслабились вы в городе, — проворчал Рик. — Я кого учил делать сканирование и проверять себя на наличие прилипших проклятий!

— Рик, — позвал шеф. — Проведи аттестацию им. Юля теперь в больнице, и непонятно, на сколько.

— Сейчас эту гадость уничтожу и пойдем проведаем нашу кошечку.

Нашли меня коллеги в одном из кабинетов. Доктор буквально приковал меня к стулу и тщательнейшим образом зафиксировал руку. Проклятие, которое подцепил Мирл, разрушало все ткани, и то, что я сначала приняла за ушиб, а потом за перелом, воздействовало на кость и окружающие ткани, разрушая их. Я испугалась, когда палец посинел и стал сильно болеть. Сейчас мне всё обезболили, так что я всю руку не чувствую и не вижу, что доктор делает за ширмой.

— Доктор, — заглянула медсестра, — тут моральная поддержка пришла с её работы, можно к вам?

— Нужно, — буркнул врач. — Отвлеките вашу нервную кошку.

Матайнер буквально встал передо мной на колени, обнял за ноги и прижал голову к животу. Доктор даже выглянул из-за перегородки и заметил, как я блаженно жмурюсь и глажу мужчину.

— А теперь внятно расскажите, как в городе можно было подцепить такое!

— Я вот тоже хочу послушать, — сказал Рик Лишкорт и сел на стул. — Где мои студенты лазили, что в такое вляпались и не задумались диагностическое заклинание запустить?!

Его жена отправилась в академию заниматься бумагами. Мирл замялся, но ответил:

— Я в городе был и нигде в опасном месте не лазил. Так, один район проверял, но ничего не трогал ни руками, ни ногами и даже случайно ничего не зацепил.

Врач серьёзно посмотрел на Мирла и спросил:

— А где оно у тебя было, дорогой мой?

Мирл показал защитный медальон на длинной цепочке.

— Вот вмятина осталась.

Медальон Рик внимательно осмотрел.

— Ты его всё время носишь?

— Ну да, вдруг кто что в спину кинет.

— Поздравляю, в тебя и кинули. Осталось узнать кто.

— Попади в тебя это без защиты — помер бы за пару секунд, — сказал врач.

— М-да, даже мяукнуть не успеешь, не то что просканировать себя.

— Мяукнуть? Ты же медведь.

— Так привычка, жена — кошка.

— Нужно заказать вашему ведомству сделать артефакторные майки, по типу тех, что Юлька любит одевать. Площадь защиты будет больше.

У Рика запиликал телефон, и ответив, он увидел Тони.

— Привет, тебе земляной осьминог живой нужен?

— Да! — воскликнул тот, не раздумывая. — Как ты его пленил и не сдох?

— Никак, взрослого усыпил с десятого раза. А так тут у самки кладка с яйцами, они скоро вылупятся. Я тебе спер одно яйцо.

— Я поражаюсь, как вы дожили до столь почтенного возраста, — проворчал врач.

— Тони, ты там в лесу ничего лишнего не подцепил? — спросил Рик.

— Я тебе что, школьник? Я сканирующие и очищающие заклинания довёл до уровня рефлексов и делаю их регулярно — занимает секунду.

— Учись, медведь, а то драть буду не хуже вашей мамы.

— Какие его годы научиться, — сказал спокойно Тони. — Ты где?

— В больнице, отвлекаю Юльку от действий врача, чтобы она не нервничала.

Тони вышел с женой в коридор.

— Это тебе порядок.

Яйцо было сантиметров тридцать в длину и сантиметров двадцать по широкой части.

— Кстати, ещё колючек насобирал для студентов. И шкуру его, ту что он при линьке скинул, тоже забрал.

— Странно, что ты живого осьминога не забрал.

— Он здоровый гад, ещё и так быстро в землю зарывается. Так что думай, где будешь выращивать, и будешь ли.

— Всё, я закончил, — сказал наконец врач и убрал ширму. — Сейчас рукой даже не пробуй шевелить.

Тай уже стоял и внимательно смотрел на мою конечность.

— Да, палец пока светлее, но сейчас мы нашу пострадавшую отправим в капсулу интенсивного восстановления, и завтра будет как новенькая. А вам, господа, советую заклинания уже доводить до автоматизма. Девушка могла лишиться не пальца, а руки и больше, если бы промедлила чуть дольше.

— Ну да, я же по сути ткнула в эту гадость пальцем, — сказала нервно, улыбаясь.

— Для того, кто ткнул пальцем, ты быстро среагировала.

— Так больно же, и он синеть начал.

Мирл почесал затылок, понимая, что мог легко умереть и даже не заметить этого.

— Повышать квалификацию никогда не поздно. Радуемся, что все остались живы, и завтра проведем дополнительное занятие: как такую гадость на подлёте уничтожать и что делать, если вляпались разными частями тела.

— Если конечности, лучше сразу отсечь, — сказал без прикрас врач. — Их хоть отрастить можно.

— В других местах тоже можно вырезать с мясом, — сказал кровожадно Лишкорт. — Но ещё есть техники по закупориванию проклятий, если попало в тело в такое место, что не вырежешь, не убив.

— О, я бы тоже послушал.

— Когда наша коллега будет выписана?

— Рано утром.

— Значит, утром после выписки я проведу в их участке урок, сможете присоединиться.

— Благодарю!

Утром первым, кого увидела, был доктор и Тай.

— Настырный он у тебя, — улыбнулся врач. — Но при этом хороший, заботливый. Одежду тебе принес. Проверяй руку в целом.

Я сжала ладонь и проверила, что палец работает нормально. А потом проявила на обоих руках коготки и проверила их. Выдохнула с облегчением. Доктор тоже взял мою руку с коготками, проверил их и насобирал немного яда с восстановленного пальца.

— Всё хорошо, — он понюхал яд. — Можешь снова применять их в деле.

— И драться уже можно?

— Да. А что, собралась драться?

— Для дела придётся, и схлестнуться придётся с вараном, а против него только мои когти.

— Если что, я кулаком его успокою, — проворчал Тай.

— Скорее убьёшь, — усмехнулся врач. — Переодевайся.

С удовольствием послушала лекцию от Рика Лишкорта по тому проклятию, в которое влезла. Он не рассусоливал, как порой делал для студентов. Все присутствующие базу и не только знали, и потому им давали чёткие инструкции, что делать. А потом ещё и моделировали на неопасных проклятиях. Гонял он нас до обеда, да так, что все были мокрые, и можно было выжимать.

— На сегодня пока хватит. Через неделю приду, проверю, что ничего не забыли.

— Когда пойдем на дело? — спросила у Миры.

— Завтра, сегодня я ноги с трудом переставляю.

— Я всё поражаюсь твоему спокойствию, — сказал Майкл, смотря на Матайнера. — Мимика показывает, что ты бы высказал и, возможно, в рожу засадил кулаком, а ты молчишь и не дергаешься.

— Дедов армейский ремень вдолбил лишний раз рот не открывать. Брата, младшего, даже во взрослом возрасте дед воспитывал, пока вдолбил наконец-то нужное.

— Хм, интересный у тебя родственник, хорошо бы с ним пообщаться.

— Лучше его больше не вспоминать, он же ощутит.

Тай достал телефон и вздохнул:

— Ну вот, вспомнил, звонит. Он очень чувствует, когда мы его вспоминаем, — Тай ответил на звонок. — Привет, дедушка!

— Ну, каких лешим меня вспоминал?

— Да, так, к слову, пришлось.

— А я уже думал, проклиная.

— Нет! Просто с коллегами общался.

— И шеф его хочет познакомиться, — сказал нагло шеф Дездон. — Хорошего парня воспитали.

— Хм, приду значит, через час буду.

Тай обречённо посмотрел на шефа после звонка.

— Ты его боишься? — удивился Тим.

— Драли б тебя столько, сколько меня, ты бы тоже вздрагивал.

— Тай, помнишь, ты упоминал, что в старшей школе тебя куда-то отправили?

— В интернат для трудных детей, на три года. Дед решил, что пойдет на пользу. Типа, раз я сорвался и двинул одного придурка, то мне туда надо. А я просто уже не мог терпеть его выходок.

— М-да, как мы своих детей ещё в интернат не отправили, — сказал тихо Майкл. — Хотя там кошки больше чудят, и мои мальчики только успевают их оттаскивать.

— Может, спарринг? — спросила у Миши.

— Откуда только силы берутся, — проворчал друг тихо, но потопал в зал для тренировок.

Я бы и с Таем подралась, но как-то неловко его об этом просить. А с Мишей мы столько дрались, что свободного могу его попросить. Спарринг у нас получился очень насыщенный, пол участка стояло и наблюдало. Мне удалось другом даже бросок сделать. Он правда мигом подскочил и бросился на меня.

— Юркая кошка, — хмыкнул Тим.

— По-моему, хватит, — сказал шеф через пять минут. — А то вы скоро обратитесь. И что меня приятно радует, Михаил не поддаётся.

— Ещё бы он поддавался, — сказала с улыбкой.

— Мне б за это когтями шкуру порвали. Это только в школе колотушки из-за психов были. И то чисто пар выпустить.

— Ты своё лицо в те моменты видел? — спросила у него с прищуром. — Ты стоял с таким видом, мол, вокруг одни идиоты.

— Ты себя с братьями со стороны просто не видела, чисто детский сад, неважно, что уже подростки.

— Юль, со мной проведёшь спарринг?

— Да.

— Без когтей, попрошу.

Просто кивнула медведю. Тоже было очень интересно и познавательно. Бросок удалось сделать далеко не сразу. А потом ещё и отец ребят пришёл и стал комментировать и подсказывать, кому из нас на что обратить внимание.

— Тим, соберись! Забудь на какое-то время, что она девочка.

Вот тут-то пошла жара и стало интересней.

— Вот другое дело! А то тоже мне едва двигаешься. Юлька всю учебу с сильными парнями дралась. И недаром на соревнованиях хорошо выступила, медведю не проиграла. Вышла в ничью. Стоп, хватит.

Мы остановились.

— Юльчик, молодец, навыки не растеряла, стала проворней. Тебе нужно чаще именно с медведями спарринговать. И ещё одной — кошке тоже, — это так намекнули на Миру. — Тебе, милая, с кем угодно, но только не с мужем.

Тут уже все заулыбались. Даже супруги, понимая, что их поединок перейдёт к заигрываниям и близости. Да и не смогут они ударить друг друга.

— Добрый день, — услышали мы хорошо поставленный командный голос. — О, Ялины! Тэйлин, ты тут?

Мужчина вышел из тренировочного зала.

— Привет, Сергус. Какими судьбами?

Два медведя пожали друг другу руки.

— Да, так тут мой внук работает. Матайнер! — рыкнул дедушка.

Тай мигом вышел к деду, и шеф подошёл.

— Здравствуйте, — сказал шеф. — Я Дездон, шеф этого участка.

Они пожали друг другу руки. А я, выглянув из зала, поняла, что дедушка Тая не похож на деда, скорее на мужчину в расцвете сил. И он скорее всего ровесник Тэйлина. Я заклинанием привела себя в порядок, пошла делать себе кофе. И можно будет уже пойти на обед.

— Это твой старшенький, помнится, я его совсем мелким помню, забавный пухляш был, — сказал дедушка Сергус, смотря на Тима.