Глава 16

Лучше бы прекрасная призрачная дева! Честное слово!

Кстати, несчастный пострадавший говорил о том, что не против ее визитов. Но чтобы свои холодные руки держала при себе! Или просил способ их как-то “потеплить”.

- Я так понимаю, это завещание? – спросила я, глядя на торжественную подпись королевского нотариуса.

- Именно! – кивнул Лайл, поморщившись. – Это – завещание моего отца. И я не могу вступить в наследство, пока неизвестна судьба брата.

- Мне кажется, вам просто нужен грамотный юрист. У меня от грамотного юриста только вежливая улыбка и “Здравствуйте, чем я могу вам помочь?”. Но сомневаюсь, что это то, что вам нужно, - вернула я обратно документ.

- Моя мать умерла, когда мне было шесть, а брату три года. Отец взял в жены леди Натаниэллу Стейворд. Не сказать, что она была плохой мачехой. Она относилась к нам вполне неплохо. Но мой дядя изъявил желание воспитывать меня лично. Отец рассудил, что мой дядя богат, а наследника у него нет. Так что отправил меня в Столицу к дяде Роджеру, понимая, что все свои деньги он оставит мне. Так и получилось. И уже в столице я узнал, что моего младшего брата похитили фэйри. Это был страшный удар для семьи. Его искали, но так и не нашли. Мачеха безуспешно пыталась родить ребенка и скончалась родами. Отец остался в поместье совсем один. Он никого не хотел видеть. Он искал моего брата, которого очень любил. И даже указал его в завещании.

Я смотрела на Лайла, понимая, что новостей у меня для него хороших нет. Но само завещание поблескивало магией, так что условия придется выполнять.

- Как видите, неизвестно, жив мой брат или нет. И я бы хотел, чтобы вы это как-то выяснили. Короче, отец хочет, чтобы я его нашел, - подытожил Лайл, сворачивая завещание. Он посмотрел на старинный семейный портрет, который висел над камином.

Суровый и красивый мужчина положил руку на плечо мальчику лет семи. Второй малыш сидит на руках у молодой красивой женщины.

- Это – моя мачеха, - заметил Лайл, кивая на портрет. – Отец распорядился нарисовать его на память за неделю до моего отъезда в столицу.

Я в картинах разбиралась на уровне: “Вау! Как красиво!” и “Ой, наверное, это современное искусство”, но даже здесь было понятно. Портрет был самым обыденным. В меру пафосным и в меру скромным. Сойдет для столовой. Даже аппетит не портит.

- Я смогу вступить в наследство, если я докажу, что мой брат – мертв. Или что он жив и не претендует. Я был бы рад отыскать брата. Я готов оставить ему отцовское поместье, - вздохнул Лайл. – Я за это готов щедро заплатить. Тем более, что последней волей отца было найти брата…

- Что вам известно о брате? – спросила я, понимая, что это раньше я по лесу бегала: “Король фэйри, уйди, уйди!”, а сейчас мне по лесу придется бегать со словами: “Король фэйри, приди! Приди!”.

- Немного. Его звали Чарльз. Ему сейчас двадцать три года было бы… - Лайл прикрыл рот рукой. – Некрасиво сказал, да?

- Ничего страшного, - улыбнулась я, видя неловкость хозяина. – Я понимаю.

Я уже подумывала отказаться, но Лайл, словно чувствуя мои сомнения, назвал сумму. Меня приклеило к стулу. Такое чувство, что жадность надавила мне на плечи и сказала: “Да за такие деньги, мы трусы с короля фэйри снимем! И над деревней, как флаг повесим!”.

Чтобы сдержать волнение и не показаться очень жадной девочкой, я постаралась незаметно выдохнуть. Сейчас было такое чувство, словно шарик сдувается.

Мне срочно нужен веер!

- Хорошо, я берусь за дело! – улыбнулась я, глядя на Лайла. Если раньше он мне казался мне просто привлекательным, то сейчас, когда он приобрел ореол щедрости, Лайл показался мне неотразимым.

- Я очень рад, - улыбнулся он. – Я хотел бы сделать вам маленький подарок. Надеюсь, он вам пригодиться. Я хотел эту книгу оставить себе, но вам она нужнее!

- Да-да! – послышался голос дворецкого, который нес поднос с чаем. – Она очень хороший фэйри доктор! Лучший из всех!

Я с благодарностью взяла кружку, на секунду представив, что однажды у меня появилось такое же поместье. И я вот так вот сижу и пью чай возле роскошного камина. После такого возвращаться в свой домик из двух комнат мне не хотелось.

- Я вас понял! – кивнул дворецкий, который решил с этих пор работать моей ходячей рекламой. – Сейчас принесу.

Лайл взял кружку и улыбнулся мне, подув на чай. Пар немного сместился, а он попробовал и поморщился: “Осторожно! Горячий!”.

- А? Горячий? – удивилась я, глядя на дно кружки, в котором осталась буквально половинка глотка.

На меня посмотрели, как на посланника ада, способного пить кипяток и не морщится. Тем временем дворецкий что-то принес. Это что-то было завернуто в черную бумагу.

- Вот, это вам, - произнес Лайл, а я открыла бумагу и обомлела!