Понедельник, · 9 июня 2014 года, Тярлево

Спать не хотелось, Даша лежала на кровати и рассматривала потолок. Если дневник взяла Света, значит, она заодно с Родионом. Но зачем им это? Если, как говорит кот, они все по очереди видели этот дневник, зачем его красть? Так, стоп. Кроме Светы, здесь был ещё и Филипп. Но он не мог. Или мог? Он сегодня спросил о Кирилле, упомянув дневник.

Внезапно наверху что-то упало и покатилось. Девушка села на постели. Звук на крыше? Или в доме? Вдруг крысы? Крыс Даша боялась до обморока.

– Цунами, – в полусне пробормотал кот с комода, от него шёл лёгкий запах валериановых капель.

Девушка прислушалась, но ничего не смогла услышать из-за стука собственного сердца. Она снова легла. Шорох и шаги. За окном? Даша тихо встала с кровати и притворила окно, чтобы шум с улицы не смешивался со звуками внутри дома. Не за окном. Наверху явно кто-то ходил. Осторожные шаги, будто кто-то не хочет быть обнаруженным.

Попасть в мезонин можно только через прихожую, открыв входную дверь. Значит, кто-то открыл обе двери, чтобы оказаться наверху. Даше стало по-настоящему страшно. А вдруг этот человек спустится вниз и убьёт её? Прямо сейчас, вот тут. Но, пока он наверху, она может выбежать из дома и позвать на помощь.

Даша нащупала телефон и сжала его в руке, затем на цыпочках, стараясь не шуметь, прошла через гостиную и выглянула в прихожую. Входная дверь была заперта на замок и цепочку. Она подкралась к двери, ведущей наверх. Стул, оставленный возле двери, не был отодвинут в сторону, а стоял на прежнем месте, под ним лежали сандалии. Именно так, как она оставила их вечером. Получается, что никто в дом не пробирался. Откуда же тогда идут звуки? Должно быть, это всё-таки не человек, а крысы или белки. Точно! Белки! Тогда стоит пошуметь, и они разбегутся.

Даша включила свет, нашла швабру и принялась стучать по стенам. Наверху раздался шум, что-то грохнуло, пролетело мимо окна. Оказавшись не белкой, а человеком.

Дрожащей рукой девушка нащупала выключатель и погасила свет. Спустя пару минут она отважилась подойти к окну, всё ещё сжимая в руке швабру.

Белые ночи такие короткие, почти светло, но дальше нескольких метров ничего не видно, двор окутан туманом.

– Дай угадаю, ты решила полетать, но на кухне оказалось мало места? – раздался за спиной голос кота.

– Тсс-с, там человек.

– Никого не вижу.

– Он сбежал. Этот человек был у нас в доме, наверху. Не могу понять, как он туда попал.

– Через окно.

– Нам нужно попасть наверх. Я не могу больше ждать. Я измучилась. Все эти тайны, в которых я ничего не понимаю. Вася, что делать?

– Найди изумруды, и дело с концом. Все козыри у тебя.

– Но как? Как их найти?

– Ты расшифровала записи в клетчатой тетради?

– Нет, не получилось.

– Тогда обойдёмся без них. Где искать ожерелье, я не могу тебе сказать, потому что не очень хорошо помню, где заканчивалась оранжерея.

– Я знаю, что нужно делать. Выломаем дверь наверх. Ты со мной? Тот, кого мы спугнули, может вернуться. Неизвестно, что ему было нужно наверху, но возможно, то же, что и нам.

Дверь, ведущая наверх, не поддалась ни на приёмы кун-фу, ни на уговоры.

Было около шести утра и вовсю светило солнце, когда Даша всё же решилась открыть входную дверь и выглянуть во двор. Ничто не напоминало об ужасах ночи, из-за которых она так и не легла спать. Сна не было и сейчас.

Возле дома обнаружилась брошенная лестница. Даша приставила её к окну и, осторожно переступая, поднялась наверх. Кот вскарабкался следом. Попасть внутрь не составило труда. Оконная рама была приоткрыта. Перекинув ногу, Даша оказалась в комнате, сплошь заваленной вещами. Книги, одежда, обувь… статуэтки, вазочки, посуда, альбомы, журналы, бижутерия…

– Вася, что это?

Кот был удивлён не меньше.

– Сдаётся мне, я знаю, чьи это вещи, – промычал он. – Вот уж не думал.

– Это одежда Полины?

– Никаких сомнений.

– Значит, Полина не уезжала? Ей понадобилось что-то из вещей, она залезла сюда, а я её спугнула.

Кот ничего не ответил. Он подцепил с пола нитку бус и надел на шею. Гремя бусами, он раскопал в ворохе одежды зеркало, поставил его перед собой, принялся разглядывать своё отражение.

– Мне идёт?

Даша, наблюдавшая за его манипуляциями, покачала головой.

Кот махнул хвостом и запрыгнул на стопку журналов.

– В одном из альбомов должны быть фотографии, заинтересовавшие соседа Николая. Если ты перестанешь на меня смотреть глазами раненого оленя и поищешь вон в тех талмудах, то наверняка обнаружишь что-то интересное для нас.

– Полина вернётся, а мы роемся в её вещах?

– Тогда ищи быстрее, пока не вернулась!

Даша подняла с пола несколько тяжёлых альбомов. Внутри были фотографии. Школьные, студенческие, поездки.

– Полина красивая женщина.

– Да ничего особенного. Ищи, ищи, кто ищет, тот всегда… ну, ты в курсе, – напутствовал Вася, обнюхивая ридикюль.

Пролистав все альбомы, Даша не нашла и намёка на стародавнюю тётушку из Тярлево. Кот между тем перебрался к груде вещей в дальнем углу комнаты.

– Помоги-ка мне. – Обнюхав розовое махровое полотенце, он пытался вытянуть его из кучи белья.

Даша потянула, розовое полотенце превратилось в розовый банный халат. Из кармана выпал конверт, фотокарточки веером рассыпались по полу.

– Вот что называется халатное отношение к истории семьи! – проворчал он.

– Это то, что мы искали?

– И не только мы, как я понял.

Даша подняла с пола старинные фотографии. Плотная, пожелтевшая от времени бумага, стёсанные уголки, небольшие коричневые пятна – всё говорило о том, что перед ней те самые карточки, которые заинтересовали деда Николая. В конверте было четыре снимка. На первом – женщина с высокой причёской, в белой блузке, длинной тёмной юбке и с кружевным зонтиком в руках. На втором – комната, диван у стены, над ним картина, чучело фазана на столике, цветы на полу в кадках, всё та же женщина сидит у фортепиано, облокотившись на спинку стула. На третьем – чаепитие, три женщины за столом, на руках одной из них сидит малыш. На столе чашки, вазочка с вареньем, блюдца, корзина с булочками и большой самовар посередине. На четвёртой – та же компания, то же чаепитие, только одна из дам тянется к вазочке с вареньем и смеётся.

– Что такого в этих фотографиях? Ты увидел? Я узнала только варенье. О нём всё время пишет Елена в дневнике. Тогда все варили варенье.

– Вся беда в том, что ты не видишь деталей. Посмотри на эту женщину с зонтиком. Видишь?

– Что?

И тут Даша увидела, за спиной женщины виднеется дом, фасад которого казался смутно знакомым.

– Это наш дом?

– Я думаю, что да. Именно это заинтересовало соседа.

– Но я никогда не видела подобного ракурса, откуда это снято?

– Это фасад и старое крыльцо.

– То есть получается, что раньше вход был совсем с другой стороны?

– Да, ты сказала, и я сразу вспомнил: с другой стороны. Не с этой улицы.

– В таком случае, может, ты вспомнишь, где была оранжерея?

– Оранжерея, конечно же, позади дома.

* * *

Даша проверила, нельзя ли попасть вниз цивилизованным способом. Но крепкая дверь не поддалась. Кто-то постарался, чтобы наверх невозможно было попасть. Пришлось снова воспользоваться лестницей, а Василия взять на руки, так как он отказался снимать бусы, а в бусах спускаться неудобно.

Обойдя дом, она вытащила из кармана телефон и сфотографировала коттедж. Примерно тот же ракурс, что и сто лет назад. Устроившись за кухонным столом, она положила перед собой телефон с фотографией и взялась за их изучение.

Дом в самом деле можно было узнать. Мезонин слегка изменился. Наверное, перестраивался не раз. Фасад дома отличался от нынешнего. Секрет оказался в том, что вход в дом раньше был с другой стороны, соответственно, оранжерея и ожерелье, которые пытались найти позади дома, находились с противоположной стороны. Копали не там.

Сделав это открытие, Даша почувствовала, что находится в шаге от разгадки, где спрятано ожерелье.

– Вася, мы сегодня же отыщем твои изумруды! Я поняла! Оранжерея находилась где-то возле калитки, нынешняя входная дверь совпадает с прежним выходом из кабинета!

– Осталось узнать, где заканчивалась оранжерея!

– Как она выглядела?

– Ну как? – Кот потрогал бусы на шее. – Как обычно. Стёкла, металлические прутья. Стёкла разбили мальчишки, только съехала Елена. Прутья повыдергали революционеры. Ищи-свищи.

– Прутья? Наподобие того, который торчит из земли у самой калитки?

– У тебя есть лопата?

– Лопата наверняка есть у соседей.

– Тебе звонят.

– Слышу. Да, Кирилл, привет! Полина приезжает? Не нужно? Ну, хорошо. Деньги оставить себе? Да, нет проблем. А кот? Да, хорошо.

Она нажала отбой.

– Полина возвращается. Мне сказано ехать домой. Ты остаёшься здесь.

– Ты не можешь уехать! Мы с тобой почти нашли ожерелье!

– Не могу, именно поэтому я сейчас же иду за лопатой.

Идти к Свете Даша не рискнула. Неизвестно, как Родион отреагирует на её появление.

К деду Николаю соваться страшно. Она пошла вдоль улицы, разглядывая дома, в какой из них можно постучаться, чтобы попросить лопату и не нарваться на непонимание. Наверное, нужен какой-нибудь старый домик советской эпохи, в котором есть огород и калитка без домофона. Незаметно для себя она оказалась у старого здания техникума, где находилась ветеринарная клиника.

– Доброе утро! – из окна выглянула Анна и чересчур приветливо помахала рукой. – Ты к нам?

– Нет, не к вам!

Даша подошла к окну.

– Мне нужна лопата. У тебя, случайно, нет?

– Лопата? Картошку собираешься сажать?

– Вроде того.

– У нас всё есть. Заходи. Филипп уехал, я тут одна.

Даша зашла внутрь. На двери брякнул колокольчик. Анна открыла дверцу, спустилась куда-то и принесла лопату.

– Держи, не забудь вернуть и урожаем поделиться. – Она подмигнула, явно пребывая в отличном настроении.

– Зачем ты сказала Филиппу, что я алкоголичка? – не выдержала Даша.

– Затем, подруга! À la guerre comme à la guerre!

– На войне, говоришь? И что, помогло?

– А ты разве не видишь? Ладно, бери свою лопату и греби отсюда. Скоро Филя вернётся. Мы, кстати, вчера говорили о свадьбе.

– Мои поздравления.

– Лопату не забудь вернуть, – сквозь звон колокольчика услышала Даша, затворяя дверь.

* * *

Нехорошее предчувствие возникло у неё уже на подходе к участку. Как будто птицы исчезли, ветер застыл и даже мухи перестали жужжать. Тревожная зловещая тишина. Или так звучит страх, ожидание разгадки? Сто лет назад было украдено ожерелье, и вот теперь она, Даша, найдёт его и отдаст коту. А что будет с ним делать кот? Нацепит поверх бус? Она улыбнулась и толкнула калитку. Вот этот прут. Здесь и нужно копать. Даша всадила рядом с железным прутом лопату.

– Вася! Не хочешь поучаствовать?

Кот лежал у двери.

– Вася! Я принесла лопату. Ты умеешь копать?

Голова кота была противоестественно задрана кверху. Под котом растеклась небольшая лужица крови, в которой плавали бусины. Кот не спал. Кот был мёртв.

– Вася! Васенька! Вася! Вставай! – Даша на коленях подползала к коту. – Вася! Я лопату принесла! Вася!

Внезапно на её голову обрушилось что-то тяжёлое, и она потеряла сознание.