Глава 45 Курочка по зернышку

Лошадь я позаимствовал у соседа. Было стыдно. Но ее тоже верну. Да и не до укусов совести сейчас. Все это потом. Сейчас же надо спасать Веронику. А для этого нужно знать, куда ее увезли. И в голову приходил только один человек, что был в состоянии помочь.

Черный лес зашумел недовольно, пропуская в себя. Я усмехнулся. Не напугаешь, самое страшное только что пережил. Спрыгнул с коня, что всхрапывал, косясь по сторонам, подошел к поваленной сосне, привязал поводья к ветке. Вспомнил, как помогал Нике перебираться через дерево. Надо было тогда еще хватать девушку в охапку и увозить подальше от всех. Эх, кабы знать…

- Ругаться явился? – голос Афанасия вывел из горьких сожалений.

Ведун вышел из-за сарая. Следом, деловито склевывая крошки, что он бросал, набежали куры, что казались крохотными рядом с огромным мужиком, похожим на медведя, вставшего на дыбы.

- Следовало бы ругаться, - я мотнул головой, унимая злость, которая разрасталась внутри, рвала нутро. – Но чего ж толку теперь. Помощи просить буду.

- Молодежь, - старик вздохнул. – Проходь в избу, поговорим.

- Знал ведь ты, что батька мой оборотнем был, верно? – не утерпел, укорил его, едва переступил порог.

- Знал, - мужчина кивнул. – И что с того? – поставил миску на подоконник, сел на лавку. – Почему тебе не сказывал о том? А зачем? То дела родителей твоих, с них и спрос.

- С мамки моей не очень-то спросишь.

- Да, характерец у ней аховый, - ведун рассмеялся. – Но ты и девку себе приглядел такую же – ты ей слово, она тебе десять в ответ, да еще тумак следом.

- Может, и так, - кивнул, вспомнив, как в луже купался по милости моей красавицы. – Но без нее и жизнь не в радость. Помоги, Афанасий. Оборотни увезли ее. Помоги вернуть!

- Молодо-зелено, - тот встал, прошагал по избе, заставляя половицы стонать под немалым весом, взял шкатулку какую-то со столика в изголовье кровати. – Приляг, - велел, вернувшись, и указал на лавку.

- Зачем? – полюбопытствовал, но лег.

- Гляну, что на судьбе у тебя начертано, - он достал из шкатулки перстни, на пальцы натянул и принялся руками надо мной водить. – Вон оно что! – удивленно выдохнул, полыхнув глазами, что стали похожи на угольки, разгоревшиеся за косматыми бровями.

- Чего там? – встал рывком, когда ведун отошел.

- Много чего, - мужчина озадаченно хмурился, снимая перстни.

- Так говори уж! – не выдержал, повысил голос.

- Ты мне тут не покрикивай, не женка я твоя, - осадил колдун.

- Прости, Афанасий, - повинился. – Но не томи, говори уже! Что там углядел? Хорошее ли?

- Хорошее ли, худое ли – то времечко только покажет. А углядел много чего. Не ожидал, - огладил бороду, будто с мыслями собирался. – И коли б не оно, усыпил бы тебя прямо на скамье этой, кузнечика прыткого. Вот у меня, чаровень камень имеется. Слова нужные скажешь, и заснет человечек сладким сном. А потом мамке б сдал тебя, чтобы не накуролесил, дров не наломал.

- Не вздумай! – я отступил от него на шаг, с опаской глядя на молочно-желтый камень с искоркой, что пробегала в глубине, как вертлявая рыбешка.

- Не буду, остынь, парень. Судьба твоя с ней связана, с зазнобой этой. На роду вы друг у друга написаны. Но… - помолчал, пожевал губами, вновь хмурясь.

Вот схвачу ведь сейчас за бороду его и все вытрясу! Стиснул кулаки. Нагнетает он тут! Нет бы сразу все по-нормальному сказать, не ходить вокруг да около, не наводить тень на плетень. Но куда там, позабавиться ведь надо, ужаса понагнетать!

- Зубами не скрипи, в порошок сотрешь, - съязвил Афанасий со смешком. – А они тебе пригодятся еще. Когда зазнобу спасать будешь.

- Спасу, стал быть? – я вытянулся, как пес в охотничьей стойке.

- Да отвяжись ты уже! – ведун поднялся. – Курочка по зернышку клюет. А ты меня прямо в лоб долбишь, оглоед. Лучше вот на карту смотри, - взял со стола рулончик кожаный, раскатал и пальцем в него ткнул. – И слушай внимательно, парень, дважды повторять не стану!

Кусты зашевелились, когда снова сел на коня, получив от Афанасия подробные разъяснения, а в довесок еще и узелок с «дарами».

- Кто там, выходи! – велел я, и из-за веток показался Прошка. – Ты чего тут забыл?

- Так а куда мне? – пацан пожал плечами. – Мамка коли твоя узнает, что помогал, прибьет. К батьке возвращаться – так тоже зашибет. – Горестно вздохнул. – Сид, а возьми с собой, а? Я пригожусь, честно-пречестно! Все буду делать, что прикажешь, и костер разожгу, и рыбы наловлю, уху сварю. У меня вот, все с собой, как раз! – потряс холщовой сумкой, в которой, и правда, что-то забренчало. – Возьми, Сид! Мы вдвоем точно всех одолеем, вот увидишь!

- Ладно, залазь сзади, подмога, - протянул ему руку. – Вдвоем веселее будет. – Но во всем слушаться, не перечить. Выполнять, что велено, тут же, без разговоров и нытья.

- Уразумел! – мальчишка широко улыбнулся, вскарабкался на лошадь и прицепился ко мне, как клещ. – А ты расскажешь, куда мы направляемся? Нет, я знаю, конечно, что скачем Вероничку спасать, но а куда конкретно? Я вот батьку сколько ни пытал, где оборотни живут, он так ничего и не сподобился рассказать. Сначала думал, жалко ему тайну раскрывать, а потом дотумкал – и сам не знает! – паренек заелозил. – Секрет это, выходит, секретный! Потому и мамку мою батька не смог возвертать, когда та сбегла. – Вздохнул. – А она к ним утекла, к оборотням, батя всегда так говорил. Но не знал, где искать, вот и не вернул. А так за косы бы притащил домой. И…

- Тихо, сорока! – прикрикнул я. – Иначе оборотни о нас узнают задолго до того, как мы к их территории доскачем.

- Ладно, молчу, - пообещал Прошка.

Тишина продолжалась ровно минуту. Потом раздалось:

- Сид, а Сид.

- Чего?

- А мы когда обедать будем?