глава 25
И даже в собственной кровати, под собственным одеялом я не чувствую себя в безопасности.
Все время чудятся жадные руки. Сверкающие глаза Давида. Его хриплый голос…
Кажется, будто он везде!
Заполняет собой все пространство. Накрывает горящими руками. Обхватывает всю…
Мое тело содрогается. Словно горит в невидимых объятиях. В ласках, которые заставляют меня пылать!
Утром просыпаюсь совсем взлохмаченная.
Глаза сияют каким-то странным, нездоровым блеском. Все губы искусаны. Как будто истерзаны им…
– Шамиль…
Первое, что слышу, когда вхожу в гостиную к завтраку.
И тут же содрогаюсь.
Непроизвольная реакция тела. Как будто отторжение. На чужеродный предмет.
Тут же опускаю глаза в тарелку. Как будто отец с матерью способны в них прочесть все то, что странным образом мерещилось мне ночью, а будто происходило наяву!
– Шамиль вынужден был срочно отбыть в Европу. Какие-то неотложные проблемы с бизнесом, – сообщает отец, а я выдыхаю с облегчением.
– Странные проблемы, которых не было на горизонте, а теперь вдруг они требуют и срочности и присутствия Шамиля.
Отец говорит с намеком? Или мне кажется?
Сжимаю вилку в руке. Понимаю, что это может быть просто совпадением.
Но… Не Давид ли Багиров устроил ему эти проблемы?
– О, нет!
А вот мама хватается за сердце.
– Только не говори! Не говори мне, что Шамиль Сабуров передумал! Саида? Что ты сделала? Могла чем-то оттолкнуть его? Это будет катастрофа! Нас только начали снова принимать! Только снова начали разговаривать! Если он откажется! Это будет просто крах! Я этого не переживу! О, нет! Саида! Ну что ты молчишь?!
– Вчера мы вместе провели вечер, – выдавливаю каждое слово через силу, ковыряясь в тарелке. Не поднимая взгляда.
– Сегодня Шамиль планировал, что мы вместе проведем весь день. Ничего не случилось, мам. Успокойся. Просто и правда у него, видимо, дела.
А внутри все ликует.
Украдкой бросаю взгляд в окно.
Может, все-таки стоит нарушить его волю? Отправиться на последний экзамен? Ухватить свой последний, пусть и такой призрачный, шанс?
Но глядя в мамино лицо, я снова потухаю.
Нет.
Обратно не отмотать.
Она и правда не переживет, если я откажусь от этой свадьбы! Пусть таких мыслей у меня и не возникало, но…
И уж тем более для них обоих станет огромным ударом, если я заявлю о своих отношениях с Давидом!
Даже если он поступит по-мужски. Не так, как с Тамилой. Хотя… Разве его слову можно верить?
Еще одной такой драмы наша семья точно не переживет! Никто не выдержит!
– Я поеду в город?
Осторожно спрашиваю.
– Ну, Шамиля же нет. И со свадьбой откладывать нам нельзя. Что-нибудь присмотрю. Платье. Мелочи разные.
– Конечно, дочка!
Мама кивает часто-часто. Хватается за мысли о приготовлениям к свадьбе, как утопающий за последнюю соломинку.
– Прости. Я с тобой не смогу. Собираюсь к Тамиле. Ей совсем не лучше. Ох, моя доченька!
Она снова хватается за сердце, а я спешу закончить завтрак.
Почти несусь бегом в свою комнату, чтобы все потихоньку собрать и побыстрее.
Что это?
Вдруг замечаю за окном на подоконнике странный блеск.
Распахиваю окно.
И… Замираю.
Прямо на подоконнике обнаруживаю золотое сверкающее ожерелье, усыпанное бриллиантовыми звездочками. Они играют так, что слепят глаза. Чуть не выпадают из дрожащих пальцев.
« Звезды. Скоро у нас будут наши с тобой звезды. Только наши, Саида»!
Читаю скрученную в маленький рулон записку.
И даже гадать не нужно, кто мог оставить мне такой подарок!
Выходит, он все же был здесь? Совсем рядом? Не просто снился?
Ох…
Я должна бы оставить это колье там, где оно есть. Вместе с бумажкой, или вовсе разорвать записку.
Но…
Вместо этого почему-то крепко зажимаю этот подарок в руке.
Окидываю глазами все за окном. Никого не видно. Но все же мне кажется, что он наблюдает. Смотрит.
Прячу колье, как страшную улику. В самый потайной ящичек стола. То, что Давид вот так запросто был здесь, прямо у моего окна, будоражит кровь. Заставляет грудь высоко вздыматься.
Пулей вылетаю из дома, прощаясь с родителями уже на ходу.
Но… Стоит мне только распахнуть дверь, как на меня буквально падает длинная коробка.
Давид совсем потерял совесть! Ведь это могут заметить! Что я поясню родителям? Такие явные подарки не списать на Шамиля!
Радуюсь, что никто не заметил.
Бегом вношу огромную коробку в свою комнату.
И…
Зажимаю рот, едва открыв ее!
Боже! Какая больная фантазия могла до такого додуматься?
Там… Там искусственные цветы с кладбища. Черные ленты с моим именем! Земля, и…
Кукла, в точности похожая на меня! Как будто по заказу делали! С оторванной головой!
Быстро выбрасываю эту гадость.
Выношу из дома в темном пакете, стараясь, чтобы никто не заметил.
Плохо.
Это крайне плохо. Кто мог подбросить такую неприкрытую угрозу?
Врагов я нажить не успела. Да и знакомств, общения у меня не так уж много! В отличии от Тамилы, лично я всегда была домоседкой.
Или это от нее? Сестра продолжает даже на расстоянии меня ненавидеть?
Я хотела ее навестить. Но мама каждый раз была категорически против. А это означает, что она до сих пор считает меня в чем-то виноватой!
Нет. Это бред.
Но сердце колотится, вылетает из груди.
Оглядываюсь на каждом шагу. Опасаясь, что мой недоброжелатель может оказаться рядом, как-то навредить!
И снова экзамен проходит, как в тумане.
Мысли путаются.
А вдруг у Шамиля тоже есть какое-то прошлое? Какая-нибудь влюбленная девушка или невеста даже? Ведь у Давида же была! Но на нее думать нет смысла. Вряд ли человек из семьи уровня Багировых опустился бы до такого!
– Саида? Отмечаем последний экзамен? И… Судя по всему, твою свободу! Тебя жених отпустил? Или ты все-таки решила отказаться от безумной затеи выйти замуж за Сабурова?
Только измученно качаю головой.
Чувствую, что устала так, как будто бы несколько жизней не спала.
Слишком многое навалилось в последние дни. Слишком много тревог и переживаний.
– Я домой, Лен. Выспаться хочу.
– Перестань! У тебя дома как раз сейчас все твои неприятности! И ты в них варишься! А чем больше варишься, тем сильнее ты измотана! Тебе нужно просто переключиться. Увидеть что-то другое. Погрузиться в новое общение, в новую атмосферу! Тогда и другими глазами на все сможешь посмотреть!
– Не сейчас. Не сегодня, – качаю головой. – Вот поступим, тогда обязательно пойду со всеми знакомиться и отмечать!
Обещаю, а у самой все внутри сжимается.
Ведь этого, скорее всего, не будет.
Отъезд Шамиля дело временное. Он может вернуться через пару дней. И еще неизвестно, как отреагирует на то, что я ослушалась его и пошла на этот экзамен!
С тоской смотрю вслед подруге, упархивающей через дорогу с новыми знакомыми, будущими студентами.
Эта дверь, о которой я так мечтала, похоже, навсегда для меня уже закрыта!
Но все же Лена права. Мне и правда нужно переключиться. Вырваться из токсичной обстановки.
Прогуливаюсь по городу. Заставляю себе отключить все мысли. Просто быть в настоящем моменте. Любуюсь зданиями и людьми, шумом и деловой суетой столицы.
Даже отлегает немного. Становится легче.
Захожу в небольшое заведение выпить кофе. На самом деле меня туда манит аромат выпечки. Такой, что просто невозможно пройти мимо!
Кафе оказывается высокого класса.
Скорее, это даже небольшой уютный ресторанчик.
Обеденное время, но у окна оказывается свободный столик.
Заказываю латте с ореховой пастой и удивительно пахнущую шоколадную выпечку из трех сортов шоколада.
Подношу к губам ложку с лакомством и даже зажмуриваюсь от удовольствия, вдыхая аромат.
Как вдруг замечаю какое-то странное движение.
Посетители ресторана как-то резко поднимаются со своих мест. Оставляют нетронутой еду, быстро покидая помещение.
Что-то случилось? Как будто пожар, честное слово.
Пытаюсь дозваться официанта, чтобы выяснить ситуацию. Но персонал тоже словно исчезает.
– Да что же такое? – бормочу, осматриваясь по сторонам в недоумении.
Как вдруг замечаю высокую фигуру мужчины. Такого невозможно не заметить. Даже в любой толпе!
Все суетятся, покидая свои места. А он просто стоит в самом центре заведения. Неотрывно смотрит прямо на меня.
От него исходит просто бешенная энергетика. Взгляд пронзительный. Тяжелый. Прожигающий.
Становится неуютно. Чашка чуть не выпадает из моих рук, когда встречаюсь с ним глазами.
В этом взгляде будто ураган, который и раскидал всех остальных посетителей. Разметал. Заставил их сбежать.
Но меня саму эти глаза пригвоздили к месту.
И неудивительно.
Ведь он слишком сильно похож на Давида. Будто его копия, только на лет десять старше!
И у меня не остается никаких сомнений, что от этого человека не сбежать! Он явно пришел по мою душу!
И я оказываюсь права.
Все выходят, а он запирает дверь ресторанчика на ключ. Переворачивает табличку стороной « закрыто». И… Идет на меня, как хищник на добычу!
Одним взглядом заставляет мои коленки подогнуться, когда я тоже дергаюсь было, чтобы подняться. Подняться и сбежать отсюда вслед за остальными.
Его энергетика давит. Ударяет под дых.
Настолько сильно, что я просто падаю обратно на стул. А все слова или даже тихий вскрик забиваются обратно в горло.
Мне казалось, что Давид это вулкан? Ураган, сбивающий с ног? Самый мощный морской шторм?
Но теперь я вижу настоящую мощь. Дьявольскую. Даже словно какую-то демоническую. Сокрушительную!
А ведь он и слова еще не сказал!
– Саида, я полагаю.
Мужчина усаживается на стул напротив.
От его голоса тоже холодеет все внутри.
Он спокоен. Говорит совсем негромко. Но все равно подавляет. Пригвождает к месту!
Злить такого человека нельзя!
И…
Я с трепетом. С каким-то странным восхищением и ужасом понимаю, что через пару лет и Давид станет таким же!
Это явно в генах. В крови.
Просто Давид показывал мне до сих пор лишь свою страсть! А каков он в гневе?
Теперь становится понятным, почему Багировых боятся. Некоторые даже их фамилию произносят шепотом.
Да почему некоторые? Скорее, большинство!
Ничего не отвечаю. Да его ответ и не нужен. Он точно знает, кто я такая. И явно знает намного больше, чем мое имя!
– Бадрид Багиров, – представляется, и его голос режет, как нож.
Угрозой. Властью. Бешеной силой.
– Я догадалась, – киваю, отчаянно чувствуя, как пересыхает в горле.
Хочется схватить со стола стакан ледяной воды и осушить его залпом.
Но…
Нет. Сжимаю под столом пальцы до боли.
Я не хочу. Не собираюсь выказывать перед ним ни своего страха, ни своего волнения!
– Вот и прекрасно.
Он вальяжно откидывается на спинку стула.
Но меня не обманывает его расслабленная поза.
Он явный хищник. Это чувствуется в каждой его мышце, в каждой клетке. То, как они напряжены и готовы ударить, чувствуется на физическом уровне. Даже воздух между нами, кажется звенит!
– Я думаю, ты знаешь о ситуации твоего отца.
Киваю. Краснею до кончиков ушей.
Уж точно не ожидала, что речь пойдет о его постыдном поступке. Что говорить? Мне неловко. И стыдно за то, как он поступил! Даже при том, что он мой отец и ошибся. Все равно. Я считаю его поступок непозволительным! Безответственность мало чем отличается от преступления.
– Вряд ли ты в курсе, как мы поступаем с теми, кто попытался нас в чем-то обмануть, – его голос пронзает холодом. – И знать тебе не нужно, девочка.
Глаза буравят меня так, как будто он сейчас пересчитывает каждый мой внутренний орган.
– Хочу просто предупредить. Идея о том, что Давид женится на одной из вас, сестер, ради прощения предательства, далеко не самая лучшая.
– Я…
Задыхаюсь.
Так вот, что они себе решили? Хотя тут же прикусываю губу. Ведь именно об этом и говорил отец в тот злополучный вечер!
– Я говорю.
Вскидывает руку в предупреждающем жесте.
– Поверь. Тебе не хочется узнать, как мы расправляемся за предательство. И дело не в одном Давиде. Мы семья. Неотделимое целое. Неважно, кто из нас потребует расплаты. Важно, что бесследно все не пройдет.
– Чего вы хотите?
Все же делаю небольшой глоток, иначе и слова бы из себя не выдавила. Горло не просто пересохло. Там, внутри, кажется, все сейчас пойдет трещинами.
Радуюсь, что рука не дрожит, в отличие от всего внутри.
– Дать совет, – его глаза опасно загораются.
– Я слушаю, – киваю.
– Лучше всего вам было бы убраться. Покинуть страну. Даже, я бы сказал. Под другими документами. Тогда, возможно, ваш след бы затерялся, и… И, быть может, семья Багировых не сможет вас найти. Ну, или… Неважно. Возможны варианты.
– Но… Вы всего не знаете!
Лепечу, начиная частить. Стараюсь не смотреть ему в глаза. Но и сжатые крепко челюсти не производят более легкого впечатления. Как и все остальное…
– Я ведь помолвлена. Скоро выхожу замуж. И мой жених предложил все возместить, и…
– Я не даю плохих советов, девочка, – его рука с силой рассекает воздух. – В беду попадают, когда пропускают знаки судьбы. Проходят мимо них. Понимаешь, о чем я? Ты производишь впечатление умной женщины. И ты меня услышала.
Он поднимается, даже не давая мне шанса что-то сказать.
Возвышается надо мной, как скала. Как самый настоящий исполин.
Выходит грациозной походкой, в каждом шаге которой чувствуется та самая мощь.
А я так и остаюсь сидеть. Замерев.
Только когда Багиров садится в огромную черную машину и скрывается из поля зрения, жадно хватаю стакан.
Опрокидываю его в себя.
Не обращаю внимания на то, что половина разливается на одежду. Прямо на грудь.
Выпила бы еще, только заведение по-прежнему пусто.
Нет никого. Двери открыты. Но никто из персонала пока так и не вернулся. А брать самой мне совсем не хочется.
Так же, залпом и проливая, выпиваю и остывший латте. Запах десерта, казавшийся ароматным, теперь вызывает тошноту.
Отправляюсь в туалет. Плескаю себе в лицо водой. Приходится долго так стоять, чтобы дыхание снова пришло в норму, а сердце вернулось к своему обычному ритму!
Развеялась, называется.
До сих пор внутри все дрожит.
Совет?
Из горла сам по себе вырывается нервный смешок.
Нет. Это был точно, однозначно вовсе не совет! Приказ! Подавляющий!
И глаза Бадрида Багирова явно дали мне понять. Попробую я ослушаться этого приказа и меня раздавят, как букашку! Не только меня! Всю нашу семью!
Хотя… Он и так пытался меня раздавить своим взглядом! И надо признать. Ему это неплохо удалось!
Сейчас жалею о том, что вызвало такое облегчение этим утром.
Не вовремя Шамиль уехал. Не вовремя начались у него проблемы в Европе!
Он прав. Во всем прав.
Нужно было не оттягивать со свадьбой. Наоборот. Надо было сыграть ее как можно скорее! А мне… Броситься, как в воду, в свое будущее. Со всего разбега и с головой!
Не пытаться как-то адаптироваться к нему. Настраиваться. Привыкать.
Понятно же. Никакого будущего с Давидом у меня нет и быть не может! Сколько можно отмахиваться от очевидного? Врать самой себе? Все же ясно, как белый день!
И уверена. Эта угроза. Эта дикая выходка с куклой.
Она явно связана именно с Давидом, а не с Шамилем или с чем-то еще!
Ох. Сомневаюсь я, что эту мерзость, которая до сих пор так и стоит у меня перед глазами, подкинул этот ледяной, опасный, до дрожи пугающий Бадрид! Точно не его методы! А, значит, есть кто-то еще, кто слишком явно мне угрожает! Явно намекает на смерть! И именно мою!
Остается только надеяться, что проблемы Шамиля решатся как можно скорее!
И лучше, наверное, до его возвращения даже из дому не выходить! Никуда не высовываться. Исключить любую возможность столкновения с Давидом!
А после как-то постараться уговорить родителей переехать.
И Шамиля на это уговорить. Хотя я совсем не уверена, что он будет рад взять с собой и Тамилу, тем более, в таком состоянии! Но, кажется другого выхода попросту нет….
Спешу домой, из которого так хотелось вырваться.
Ничего не поделать. Эта реальность не отпускает нигде. Переключиться все равно не удастся. А вот проблем себе нажить даже очень можно!
Схожу с парома в родном городке.
Но… Почему-то становится вдруг так тоскливо…
Будто физически чувствую, как рассыпаются мечты, которыми жила здесь с самого детства… И не только о самостоятельности и карьере. Мечта выйти замуж по любви и быть счастливой, быть может, самая главная для девушки…
Ноги сами несут меня не к дому, а к озеру.
Ничего ведь страшного не случится, если я немного прогуляюсь.
Здесь, у ровной, спокойной глади воды, и мне самой становится как-то спокойнее…
Как будто ограждаешься от всех проблем наедине с природой…
Ровно до того момента, как меня вдруг хватают чьи-то руки. Поднимают в воздух, рывком сдергивая с травы, на которой я устроилась.
– Эй! Пустите!
Молочу руками и ногами по воздуху.
– Не трепыхайся!
Доносится грубый ответ.
– Сказал! Не дергайся! Хуже же будет!