Глава 11. Скрытая боль

Циклон.

Как она прекрасна. Ее аура светилась, переливаясь розоватой дымкой, волосы развивались в разные стороны, словно управлялись потоками ветра, а руки упирались в тонкую талию. Она что-то выговаривала парням, неподвижно стоящим вдоль стенки. Они со страхом вжимались, стараясь показаться незамеченными. Я бы с удовольствием расхохотался над ситуацией, если бы оглядевшись вокруг и уткнувшись в резинку ее странных трусов, переходящих в майку, не понял, что здесь пахло аферой. Скорее всего, должно было произойти то, что мне не понравилось бы, задержись я и приди немного позже. Что захотели развлечений? Хорошо, будет вам.

– Так значит, – протянул я, узрев мужчин в непристойном виде. Решили пойти напролом, не дожидаясь окончательного прибытия на планету? А как же наш уговор не трогать девочку, кхм… девушку, кхм… женщину?

– Явился, – развернувшись, процедила Венера сквозь зубы, прищурив глаза. Я поразился ее одежде и не успел огрызнуться в ответ. Ты посмотри, в чем она расхаживает! Как можно! Хотя невелика беда, потому как татуировочные надписи в виде обхватывающих ее и наши шеи колец, по галактическим меркам и по нашим законам говорили о том, что мы расписаны, то бишь вступили в брак. – Что это на мне, дорогой?

Мои зрачки расширились. То, что она провела пальцами по надписи и назвала меня ласковым словом, хоть и в такой интонации – как будто меня закинули в холодную синеватую лаву на Нептуне, а потом вышвырнули через жерло в атмосферу алмазной пыли.

– Не отвечай! – вскрикнула она. Я, наконец, заметил, что она находится в неблагосклонном ко мне и остальным состоянии. Пока добирался до помещения, уже решил, что они оккупировали стол по непрямому назначению, разложив девчонку по углам. – Это ничего не значит! – заломила она руки и принялась нести какую-то ахинею. – Верните меня на Землю, а там я быстро сведу лазером ЭТО.

Не следовало меня злить. Я не маленький, сопливый мальчик.

– Торнадо, Смерч, покиньте помещение и приведите себя в подобающий вид. Наказание я вам назначу позже, – жестко припечатал.

– Стоять! – рявкнула Венера, от неожиданности я тоже вздрогнул. – Они, как и ты и остальные, – скривилась она, – равны между собой по положению. Ты не можешь наказывать их за то, что они оказывали мне знаки внимания. А ты вообще меня игнорировал, – выпалила она.

– Я все еще капитан на этом корабле, – просверлил злобным взглядом, уверившись в ее словах, что она абсолютна права. – Распитие спиртного на рабочем месте…

– Ха! – перебила она, – ты не являешься в нашем браке старшим над ними.

– Неужели? – язвительно выплюнул. Великие духи, дайте мне терпения не оторвать этот глумливый язычок. – А давай-ка посмотрим, что здесь написано, – я сделал шаг вперед, а она в защитном жесте закрылась руками. – Что испугалась? – усмехнулась я. – Я давно все рассмотрел, так что слушай.

Усевшись удобно в кресло, положил ногу на ногу и взглядом указал парням, чтобы они испарились. Может, когда я обладал энергией, был самым могущим среди всех, но сейчас у меня не было никакого желания меряться с ними силами в обычном бою. Те облегченно вздохнули и вышли, захватив одежду. Рано они понадеялись избавиться от наказания. Все равно проведу с ними разъяснительную беседу.

Вид растерянной девушки немного успокоил пыл, и я принялся досконально рассматривать ее наряд. С каждой пройденной секундой дыхание учащалось, а сердце трепыхалось, как у юнца.

– Садись, – буркнул я, отрешаясь от наружной картинки и отводя глаза. Венера плюхнулась напротив меня, тут же подвигая тарелку к себе и наливая еще один стакан красной гадости. – Можешь не стараться, – я забрал у нее бокал, вплеснув его в себя и наморщив лоб. – Тебя теперь невозможно отравить. Скажи за это спасибо своим модифицированным предкам.

Она вздернула курносый нос: – Я сирота с Земли.

– Ты знаешь, что это не так, – я постучал по подлокотнику. – За это время я успел изучить и понять, что хоть ты и рисуешься, и строишь из себя иногда дурочку, ты не такая как кажешься.

– Вот уж спасибо за сомнительный комплимент, – она улыбнулась, обнажив зубки. – Что еще скажешь в свое оправдание?

– А зачем? Что это изменит? Ты считаешь себя жертвой, а мы твои обидчики, а я главарь банды – пусть ты в это и дальше пока веришь. Но! – я уставился ей прямо в глаза, пытаясь донести ей основное. – Ничего уже не поменяется.

– Вы не дали мне право выбора, – заупрямилась она.

Я захохотал. О чем она?

– Милая, только с истинным ты можешь получить настоящее удовольствие, – я подскочил с места и оказался рядом, нависая над ней. – Скажи, сколько раз тебя ублажали? Сколько раз ты воспаряла? Сколько у тебя было любовников? – последнее все еще терзало меня. Руками оторвал бы злосчастные члены этих доходяг.

– Это тебя не касается, – уперлась она руками в мое тело. Я успел заметить печаль в ее усталых глазах. Конечно же, я прав. Стихийницы могут почувствовать блаженство только со своими половинками и никак иначе. Просто это чудо, что она изначально имела земную внешность, переданную ей от матери, и силу – от отца. Но что-то с ней приключилось в детстве, и сила заблокировалась. Придется выяснить, когда она начнет мне больше доверять. Тяжело с ней, упряма, как вымерший мамонт.

– У меня было много, много партнеров, – холодные слова обожгли мое сердце, – в отличие от тебя. Ты ведь девственником был, верно? – оскалилась она. Стерва, давит на самое больное. Как быстро люди становятся жестокими. Вечная борьба за выживание, стараясь улучшить место обитания, условия существования и тут не только совесть затеряется, но и приобретается эгоизм, жадность и скотство. Ценности, где ценности? Ради чего миллиарды людей существуют на планете? Ради бумажных денег? Нет, их путь еще долог. Смысл существования заключается как раз в его отсутствии. Только знания и усовершенствования себя дают жизнь новому.

Венера.

– Хочешь огромной и светлой любви до конца дней своих? – продолжила я упорствовать, нагнетая обстановку и выплескивая накопленное. – Ее не существует. Это понятие забыто землянами напрочь. И я такая же, как они. Так что вам ребятки, кроме как потрахаться, от меня больше ничего не светит.

Ему не понравилось мое высказывание. Любви не существует. Это чувство растоптали, а меня сломили, унизили в клочья, осмеяли при всех, обозвав наивной простушкой. Я так стремилась обрести семью, что отдалась первому встречному, тому, кто стал мне оказывать знаки внимания. Если еще в детдоме я берегла себя для будущего мужа, то, как только посчитала, что встретила этого самого кандидата, распрокинула от счастья ноженьки, надеясь получить в ответ аналогичные чувства. Этой первой сволочугой оказался охотник за невинными телочками. Как он ржал, хвастаясь в очередном улове перед своими прихлебателями, не стесняясь описывать в красках мою наивность. Я только глотала слезы, выслушивая его и позорясь при всех. А если мне что-то было не по нраву, то могла катиться колбаской подальше. Ну, я и сбежала, замыкаясь при этом в себе.

Благо моя конфетная внешность вскоре поспособствовала новым отношениям. Однако сколько новый претендент не старался подготовить меня к постели, благородно ухаживая и срывая поцелуи, как только дело коснулось основного, я так и не дождалась обещанных бабочек в животе и звездочек перед глазами. Я тогда нисколько не пожалела, разорвав отношения первой и становясь хладной льдиной к мужскому полу. Может быть, это превратилось в боязнь, а может то, что в небольшом городке знакомый становится знакомым через знакомого и уже половину населения обзывало меня и дорисовало несуществующие связи. Намного проще было меня оскорбить, чем попробовать понять и простить друг друга.

Бесчеловечность процветает в любом слое общества. Когда я устроилась на работу и случайно обнаружила, что первый и второй мудаки работают там же и являются не только коллегами, но и друзьями, что-то переломилось внутри, оставляя организму лишь внешнюю апатию и пофигизм к жизни. Есть мужик у меня, нет, все равно – что воля, что неволя. Забив на личное и переключившись на обнаружение ошибок у других, я добилась небольшого уважения и страха со стороны работников, тайно распускающих слухи про меня. Ведь, что не говори, я достаточно умело обнаруживала их недочеты и манипулировала ими на свое усмотрение. Если второй хахаль вскоре уволился, то первый, самый наглый, сын местного депутата долго сражался со мной, а после добился окончательного перевода в тот момент, когда у него появилась желанная невеста. Наверное, пацан по-настоящему боялся ее потерять, так как тут же оказывался рядом со мной, когда я пересекалась с этой милой девушкой. Язык не повернулся ей рассказать правду. Она была единственным человеком, помощником бухгалтера, не пытающимся что-то ‘поиметь’ с фирмы. Слишком правильная. Рассудив, что такая быстрее перевоспитает его, чем мои россказни, я пожелала будущим супругам счастья и свалила в другой город.

Не сказать, что у меня было всего два перепихона. Окончательным третьим вариантом стал симпатичный мальчик по вызову, который обрадовался, что за деньги ему попалась нежирная неуродина. На радостях он предпринял три попытки разархивировать мое тело. Благо, кроме его основного приспособления, в ход пошел целый чемоданчик с игрушками, которые он с собой захватил. Видно, тяжела работенка, раз побоялся натереть свою буровую установку или наоборот страшился, что она сломается в самый ответственный момент. Поэтому под рукой имел целый арсенал различных размеров фаллосов. На остальное я смотрела расширенными от ужаса глазами, представляя, что не хочу получить лишнюю боль. Запретив ему прикасаться к искомому, я выдержала не больше одного или двух часов и распрощалась с довольным чурбаном, сующему в последний момент в дверях визитку с пятидесятипроцентной скидкой. Эко его зацепило, только эту бумажку я смыла сразу же в унитаз, надеясь, что она застрянет где-нибудь в трубе и всплывет у добротных старушек, расположенных этажами ниже.

Так что может, у кого и есть в голове любоффь-моркоффь или ее видимость, но точно не у меня.

– Хорошо, – милостиво Циклон кивнул мне в ответ, отошел и принялся раздеваться.

– Что ты делаешь? – непонимающе уставилась на него. Я же ясно выразилась, чтобы он от меня ничего не ждал.

– Раздеваюсь, – он скинул рубашку и джинсы, становясь передо мной во всей красе, так как походу забыл или специально не отдел свои труселя.

Шикарный образец мужественности не колыхнулся и не дрогнул перед моим цепким взором. А что мне ведь интересно. Сколько всего в инете показывают, но такое я увидела впервые: толстый, ровный, длинный, несгибаемый и с пупырышками.

– Тебе же все равно, – фыркнул он, – одним больше, одним меньше. Так что будь добра, поделись дырочкой.

Обидно, между прочим. Дырка находится в стене, позади дивана. А у меня сокровищница.

– Вот туда суй, – указала ему направление, – поверь, стена будет тебе более благодарной, чем я.

Я встала, собираясь покинуть развращенное место и намереваясь больше сюда не приходить. Пусть хоть обдолбится, лишь бы не смотреть.

– Э, нет, – пресек он мою попытку побега. – ИСИ, заблокируй до утра эту комнату. Ни мои, ни чьи-то приказы по ее открытию не исполняй. Ты понял?

– Принял к сведению и исполнению, капитан, – раздался щелчок и на панели зеленый огонек переменился на красный.

– Ну что, милая, порезвимся? – он подвигал бровями. Да, этот новый Циклон гораздо более эмоционален, чем прежний. Может он от меня вирус какой перехватил и тронулся умом? Или длительный недотрах повлиял на его нервную систему?

– Циклон, ты же умный человек, зачем тебе, я, вредная и злая? – уговаривала его, стараясь отойти от него подальше. Только вот расстояние между нами наоборот сокращалось. Он как кот следил за мышкой.

– Ты красивая, – пожал он плечами. – А про стену забудь, она не работает для тех, в ком нет энергии.

Да уж, точно бы тогда без руки или пальцев осталась, вот дурында.

– Так Вселенная огромная. Выбери любую планету и приткни свой якорь к кому-нибудь, – и бросить в него нечем: и еду и оставшиеся полные бутылки жалко. А по разбитому стеклу ходить – себя калечить.

– Я уже тебе говорил, – он перехватил меня за пояс и усадил на колени. – Не дергайся, – вцепившись второй рукой в волосы, вдохнул как наркоман мой запах. – Вкусно, но не так остро, как раньше, – он исследовал шею, спустившись к одежде и пытаясь понять, как она снимается. А вот не скажу, пусть мучается.

Циклон.

Я едва сдерживался, чтобы не напугать ее. Хотя мне казалось, она попросту ломается. Я был ей очень интересен. Вроде как она согласна на объятия, но все еще из-за вредности огрызалась, стараясь оттянуть неизбежное. Нет, милая, я уже все решил. Сегодня ты у меня не заснешь.

Пока я с ней спорил, член тихо пинался через джинсы, просясь наружу и считая, что быстрее склонит девушку к себе. Поэтому я сразу разоблачился перед ней. Теперь он с благодарностью приткнулся к ее дышащей вагине и лишь тонкая влажная ткань разделяла их двоих, оставляя для них маленькую раздражающую преграду. Можно конечно сорвать с нее эту полупрозрачную тряпку, в которой она не стесняясь расхаживала перед Смерчем и Торнадо. Но я хотел максимально распалить ее, чтобы она сдала сама свои бастионы и призналась, что я ей нужен.

***

Дрейфующая и не подающая жизни темноватая масса, напоминающая грузовое судно, не привлекала внимания охотников за богатствами и легкодоступной наживой. Быть может старая разваливающая рухлядь отталкивала их неказистым внешним видом, а может причина крылась совершенно в другом. В любом случае, корабль обходили стороной, что было несомненным плюсом для обитающего внутри существа. Остальных марионеток никто не спрашивал, чего они желают. Да и не ответили бы они самостоятельно ни на один вопрос без своего повелителя, который управлял каждой клеточкой организма и медленно выпивал их жизненные силы.

Между тем некое лицо, укрывшись в своей каюте, перепрограммировало систему безопасности в то время, как Циклон с Венерой находили точки соприкосновения между собой. Он отвел от себя наблюдение с камер и вышел на связь с капитаном загадочного корыта. Ему стоило больших усилий принять для себя непростое решение и отказаться от будущего с его не до конца связанной половиной. Пока еще их узы были не настолько крепкими, чтобы тосковать по утрате. После последней ревностной сцены Циклона, он понял, что 'пролетит' с выбором женщины, как и остальные пассажиры. Поэтому в настоящее время спешил получить не только денежную выгоду. Самое главное – это свобода от чудовища, имеющего власть над любым гуманоидом. Раньше путешествуя все вместе, они не боялись никого и ничего, имея возможность раздавить Вселенную одним махом. Но сейчас каждый был сам за себя. Вопрос времени, когда ОНО само найдет их и заставит присоединиться к своим донорам. Лучше заранее потребовать себе иммунитет и дать деру в любом направлении, подальше от основной проблемы и расправы экипажа.

Когда Смерч и Торнадо поведали про октопуса и никто им не поверил, он один задумался, вспоминая легенду о монстре, выпивающем жизненные соки гуманоидов. Больше всего оно любило питаться энергетической структурой, чем живой плотью. Но иногда не брезговало и этим, поглощая все живое маленьких планет. Например, досконально известно из истории, что спутник одного из астероидов Солнечной системы – Дактиль уменьшился до ширины всего в одну милю. Октопусы высосали население и водную оболочку планеты, оставив лишь затухающее каменное ядро. А Луна – это последний пострадавший мир, подвергшийся бомбардировке ракетами созванной в спешном порядке эскадрильи Звездного Содружества. Гуманоидам пришлось уничтожить паразитов, не ступая на поверхность, так как они боялись потерять власть над собственным разумом. В то время было проще прибегнуть к массовому убийству и разрушению, не разбираясь среди своих и чужих, чем жертвовать другой многочисленной партией жителей космоса.

Походу одна тварь все-таки успела ускользнуть и, прячась, совершала нападения. Вот и сейчас, измененный внешне мужчина, не думая о последствиях, вышел на связь с борт-капитаном. Нездоровое лицо, обтянутое кожей, равнодушно уставилось на него в ожидании.

Переговорщик нервно сглотнул, рассмотрев измененного соплеменника, неуловимо похожего на землянина. Ему было не сложно вытащить из памяти коллег номер чип-кодера, отражающегося на панели приборной системы того самого невезучего корабля, откуда родом была девушка. Дальше – ловкость рук и несколько дней, чтобы найти этот транспорт.

Изначально мужчина хотел погеройствовать и спасти ее родителей от последней паразитирующей дряни. Но что-то у него перемкнуло или скотский характер стал проявляться так, что он стал подумывать только о своей выгоде. Видимо в природе везде имеет слово равновесие и то, что ты внешне красив, не означает, что внутренняя душа у тебя такая же.

– Стихийник, – заскрипел неприятно голос смотрящего на него, – хочешь жить вечно под моим началом и поклоняться только мне?

Мужчина передернулся от одной только мысли, размышляя, как быстро его расу вычислили и насколько он пострадает сам. Собравшись с духом, он принял беспристрастный вид:

– Приветствую тебя капитан. У меня есть предложение к твоему хозяину.

Глаза переговорщика засверкали ярче, и он передвинулся ближе, меняя картинку так, чтобы его голограмма приблизилась к продажнику.

– Говори, – зашипел он.

Опасно, очень опасно сотрудничать с существом, являющимся однозначно сильнее тебя. Но мужчина потерял страх и быстро заговорил, выдвигая требования.

– Ты ищешь женскую особь. Я знаю, где она находится. Предлагаю сделку. За информацию о ней – деньги и иммунитет от тебя до конца жизни, – выдохнув, он уставился на неподвижно-замершее тело.

– Остальных сопровождающих ты подаришь мне, стихийник, – насмешливо и как-то утвердительно проговорил он.

Мужчина закашлялся, не зная, как поступить. Он прожил с ними долго и по-своему считал их семьей. Портить жизнь, а точнее лишать их какого-то положительного грядущего, он не хотел.

– Нет, остальные тебе бесполезны. В девушке сосредоточена нужная тебе сила, а в нас ее уже нет, – ему пришлось признаться. Скрываться стало бесполезно, чудовище вычислило не только его местонахождение, но и количество пребывающих на корабле. Стоит только гадать, каким образом он просчитал информацию по одному внешнему виду. Теперь можно попробовать отсрочить стычку с ним, избегая преследования. Опять же столкновение все равно будет неизбежным. Никто не уходил еще от погони. Эх, жалко, что у него нет энергии, а девчонка – безрукая, все равно не сумеет ею воспользоваться. Хотя в жизни все бывает. Может и ей повезет, избежать уготованной для нее этим монстром участи. Мысли у него путались и скакали и вроде он уже стал жалеть девчонку. Впрочем, включать задний ход было поздно.

– Забавно, – довольно прикрыл глаза капитан, – такого у меня еще не было. Ты ведь с ней не крепко, но связан. Не жалко? – на секунду предателю показалось, что когда у собеседника открылись глаза, они не отсвечивали красным, а демонстрировали гневный взгляд Венеры. Как будто она вселилась в тело и осуждала его. Но он тут же сморгнул, и изображение стало прежним.

– Не твое дело, – буркнул в ответ. Может и пожалеет. Да только ни здесь перед ним, а на старости лет. – Ты согласен?