Глава 10 - Логово дракона

На этот раз я даже не разозлилась, что принц снова начал разговор о браке и детях. Возможно, на мне так сказался визит к его отцу, после которого шлейф запахов страдания, боли, потери и смерти всё ещё витал в воздухе вокруг меня. Я вошла в комнату и, обхватив себя руками, стала кружить по воображаемой траектории. Как же сильно мне хотелось вернуться домой… Я устала от этого мира. И я скучала по своим вещам. У меня не было с собой даже фотографии бабушки, и я тосковала, боялась, что однажды память начнёт подводить, а образ родного человека полностью сотрётся. Широко раскрыв глаза, чувствуя, как наворачивались слезы, я вспоминала, какой была бабушка. В памяти закружились некоторые сцены из нашего совместного прошлого, и я с облегчением вздохнула. Пока всё было в порядке — воспоминания никуда не исчезли.

И всё-таки я должна как можно быстрее вернуться домой. Я чужая в этом мире — это неоспоримый факт. Я никогда не стану достойной королевой, а принц руководствовался навязчивым желанием видеть меня рядом с собой. Наступила пора решительных действий, и мне следовало начать двигаться к своей цели, к возвращению домой, ведь я и без того потеряла в этом мире немало времени. Следовало найти способ до момента, когда принц сделает меня своей женой, или советник, строящий козни против самого принца, доберётся до моей шеи.

— Госпожа, мы пришли, чтобы помочь вам подготовиться ко сну! — произнесла одна из служанок, но я не нуждалась в их компании.

Я ждала Мэнди и хотела поскорее остаться с ней наедине, чтобы посвятить в свои планы. Конечно, я не планировала говорить ей, что пришла сюда из другого мира, ведь она вряд ли поняла бы меня, — особенно при том, что я заняла тело ее госпожи, — но я желала рассказать о драконе и попросить о помощи.

— Благодарю, но сегодня вы и без того окружили меня небывалым вниманием, а потому мне хотелось бы провести время с моей личной служанкой. Наедине! С подготовкой ко сну мне поможет справиться именно она.

Служанки ещё немного помялись на пороге моей комнаты, а затем ушли. К счастью, они не пытались спорить, а достаточно легко приняли факт моего желания уединиться. Ненадолго я выдохнула, после чего принялась крутиться перед зеркалом и изворачиваться, чтобы избавиться от платья, подаренного принцем, и корсета. Мне хотелось чувствовать себя более-менее комфортно, чтобы дать дёру в случае необходимости. О том, что я могу случайно столкнуться с советником или тем, кому он поручит убрать меня со своей дороги, я теперь думала постоянно. Избавившись от украшений и шпилек на висках, я распустила волосы, позволяя им отдохнуть, и почувствовала, как улучшилось кровообращение в коже головы.

Перерыв весь свой сундук, я смогла отыскать достаточно лёгкое и комфортное платье, однако, когда надела его без корсета и кринолина, поняла, что оно длиннее, чем следовало. Пришлось копаться в вещах, чтобы отыскать широкую ленту, которая служила бы мне поясом. Подвязав платье и собрав его спереди небольшими складками, я улыбнулась, довольная собой и маленьким успехом, благодаря смекалке. Гуляющий по полу сквозняк проникал под платье, так как я приподняла его, оголяя стопы, но так было куда лучше, чем бегать по замку посреди ночи в дворянском облачении, в котором даже просто так ходить неудобно. Мысленно я посочувствовала девушкам, мучавшим себя здешними нормами моды. Они даже не знали, что есть жизнь много лучше и проще этой. Мне стало их жаль, но ненадолго. Они не пробовали ничего другого, поэтому были полностью довольны тем, что имели. В этом случае пожалеть мне следовало, пожалуй, саму себя… загнанную в чужую жизнь и чужую вселенную.

Я взяла свечу, которая должна будет служить нам освещением, и мысленно выругалась, потому что фонарики придумали так поздно. Но мои возмущения ничего не изменили бы. Вздохнув, я подожгла свечу от других, стоящих в настенных канделябрах, и после поставила зажженную в лампу. Я окончательно подготовилась к своему ночному путешествию и очень надеялась, что оно обойдётся без приключений, угрожающих моей жизни.

Едва дождавшись Мэнди, вошедшую в привычное для нас обеих время для вечерних посиделок, — если можно было так назвать разговоры по душам, — я налетела на девушку с вопросами.

— Мэнди, насколько хорошо ты знакома с внутренним лабиринтом замка?

Она точно удивилась неожиданному вопросу, потому что широко распахнула глаза и принялась хлопать ресницами. Чуть поразмыслив, служанка пожала плечами, неуверенная до конца в своих знаниях.

— Я бывала во многих частях замка, конечно же, не приближаясь к запрещённым, в коих находятся покои Его Высочества принца Фридриха Великолепного и его отца.

На мгновение её слова заставили меня задуматься. Принц нечасто говорил о своей семье. Он хранил куда больше тайн и был совсем не так прост, как могло показаться со стороны.

— Насколько хорошо тебе известна доступная часть дворца? — продолжила я спрашивать, заставляя Мэнди недоумевать.

Я даже представить не могла пути к комнате, в которой меня заключили. Но точно знала, что она находилась в полуразрушенной башне, потому что видела, как дракон взбирался по её стенам, однако меня туда доставили без сознания, и как пройти, минуя все лабиринты коридоров, оставалось огромной загадкой. Вкратце я описала то место, каким его помнила, рассказав о трещинах и пробоинах в стенах.

— Госпожа, я не знаю, о каком месте вы говорите. Если хотите, я могла бы поговорить с Сарой и расспросить её. Она намного дольше работает здесь, чем я, к тому же после вашего исчезновения мы с Сарой столкнулись и немного поговорили; она тоже переживала за вас, боялась, что вас похитило чудовище.

Я постаралась скрыть усмешку. Меня похитило самое настоящее чудовище, но отнюдь не то, которого могли представить служанки… Советник был куда хуже того, кого сам же называл монстром. Человек в принципе намного страшнее, чем любое другое животное.

— Я буду благодарна тебе, — кивнула я.

— Постараюсь надолго не задерживаться.

Мэнди устремилась из комнаты, а я погрязла в размышлениях. Много времени у нас и не было. Всего лишь ночь… Ночь, в течение которой я должна найти дракона и попытаться поговорить с ним. Скорее всего, он знал хотя бы что-то о советнике и тайнах дворца. Возможно, именно он мог подтолкнуть мои мысли в правильное русло.

Присев на край заправленной постели, я достала из тайного места дневник Алисии и открыла его. Глаза буквально поползли на лоб, потому что письмена не просто казались знакомыми мне, я могла прочесть их, словно магическая пелена спала с глаз. Или просто я смирилась и начала привыкать к телу Алисы?

Возможно ли, что мы сроднились? Стали одним человеком с двумя сознаниями? Или даже души способны соединяться?

«10 изриля сифийского календаря 1739 года от снисхождения Богини Далинии.

Узнать то, что магия, оберегающая твой мир, не является Божьим благословением было непросто. Я долго не могла поверить в это, но заставила себя. Магия всего лишь повод для нечестивых реализовать свои мерзкие планы, добиться целей по порабощению людской воли. Они кружат головы юных наследниц магии, используют их в своих гнусных целях, заставляя поверить в надобность происходящего.

Я почти сумела раскрыть их планы, осталось отыскать того, кто стоит во главе и направляет нечестивых. Я должна отыскать его логово. Но справлюсь ли с миссией, кажущейся настолько далёкой и непосильной. Как спасли молодого принца Родриха от неминуемой погибели? За его душой уже была объявлена охота, и даже мне, Первой магической леди, не выстоять в столь сильной борьбе, когда они выполнят задуманное и станут сильнее».

Дальше текст не поддавался, как бы я ни пыталась прочесть его. Почему письмена открылись мне именно сейчас? И почему мне была дана всего лишь часть дневника? Отрывок из размышлений… матери Алисии. Меня обожгло от осознания, а в животе всё скрутило. Этот дневник был слишком опасен. Он содержал информацию, которую не должны были знать посторонние. Что будет, если те, кого Эллисон Лондгрейдс называла нечестивыми, прочтут текст? А если они уже успели прочесть его? Я пролистала несколько страниц дальше и обнаружила, что почерк чуть изменился. Второй, хранивший дневник человек, писал мельче, каждая буква аккуратно выводилась, словно его натренировали быть усидчивым и внимательным. Но прочесть остальное, даже из середины, мне не удалось.

Пока я обдумывала, куда можно спрятать дневник, чтобы до него точно никто не успел добраться и обвинить меня в хранении информации, которая могла быть использована против короны (мало ли что придёт в голову советнику), Мэнди вернулась. Я сунула дневник на прежнее место, надеясь, что ему ничего не угрожает, и поднялась на ноги.

Советник ведь не догадается рыться в моих вещах? Если, конечно, до сих пор не предпринял попытки.

Стараясь отдышаться, Мэнди открывала и закрывала рот, не в силах связать и пары слов. Я приблизилась к тумбочке, на которой стоял кувшин с водой и налила ей немного. Эта вода пусть и не была идеальной, но я фильтровала её через пергамент, поэтому она явно была чище той, которую пили остальные.

— Мне удалось разузнать дорогу в место, о котором вы спрашивали, госпожа, — выдохнула Мэнди и выдавила улыбку, вытирая со лба капли пота.

— Прекрасно… Можно ли наткнуться на кого-то, если выйти из комнаты в это время? — я чуть сощурилась, а служанка немного покраснела.

— В замке довольно рано все закрываются в своих комнатах, и никто не объясняет причину такого поведения. Главная экономка, та женщина, которая встречала нас с дворецким Его Высочества, когда мы прибыли в замок, заставляет всех закрываться и ложиться спать после девяти вечера! Если ей, не дай Богиня Далиния, станет известно, что кто-то покинул комнату позднее отведенного времени, то непременно последует наказание.

Кожа покрылась мурашками, а потом я вспомнила, что магия не такой уж и дар, каким её все считали… Или попросту хитрые люди решили использовать её в свою пользу…

Однако то, что никто не выходил из комнат после девяти вечера, было нам только на руку. Я могла быстро добраться до башни, а потом незамеченной вернуться обратно.

Мэнди принялась объяснять, как пробраться в башню, о которой я спрашивала, но я отрицательно помотала головой и схватила заранее подготовленный фонарь, легонько подталкивая Мэнди к двери и давая ей знак, что мы выходим.

— Прости, но у меня топографический кретинизм, поэтому тебе придётся вести меня туда самостоятельно! — произнесла я, опасливо озираясь по сторонам в попытке убедиться, что никто посторонний действительно не увидит нас.

— Топо… Что? — переспросила Мэнди, и я поняла, что сдала себя с потрохами, и если бы рядом был советник, то он точно ухватился бы за шанс избавиться от иномирянки.

— Я объясню тебе позже… Сейчас важно как можно быстрее добраться до той башни и не попасться кому-либо на глаза! — выдавила я.

— Но я не могу позволить вам разгуливать по дворцу в таком виде! Ваш наряд ведь так сильно облегает фигуру, да и сквозняк может продуть в нём!

— Я прекрасно выгляжу в этом платье, — проворчала я. — Тебе не стоит переживать за мой внешний вид. Если мы никому не попадёмся на глаза, то меня никто и не увидит, а значит, переживать тебе стоит только о том, чтобы поторопиться, а не препираться с госпожой.

Я была слишком строга с ней и заметила, что Мэнди немного обиделась на меня, надув губы. Но извиниться перед ней я могла и позже, а сейчас мне хотелось оказаться в той части замка и встретиться с драконом.

С покорностью девушка взяла из моих рук фонарь со свечой и спешным шагом направилась вперед. Коридор встретил нас темнотой и гробовым молчанием, от чего ненароком сделалось жутко. Я отмахнулась и проследовала за служанкой, отчаянно вслушиваясь в наши шаги, надеясь, что госпожа Судьба не столкнет нас с Роком.

Уже скоро мы оказались в коридоре с пробоинами. Именно там, где я заплутала однажды. В душе всколыхнулось что-то. Мне даже на мгновение показалось, что я ощущала присутствие дракона, а потом я поняла, что именно так всё и было. Магия тянулась к нему, пыталась отыскать дорогу.

— Госпожа, куда же вы так торопитесь? Вы ведь сами просили меня следовать впереди и показывать дорогу! — удивлённо пролепетала Мэнди, едва успевая за мной.

Однако я и сама знала, куда следовало идти.

Остановившись у стены, на которой оттенок камней несколько отличался, я принялась шарить по ней руками. То ли от теплоты, которую излучали мои прикосновения, то ли я задела нужный камешек, но дверь, до сих пор скрытая от посторонних глаз, отворилась, приглашая нас подняться по местами обвалившейся, витиеватой лестнице. Я знала, куда мне нужно двигаться, магия сама вела меня к нему, к тому, кого и я сама по ошибке называла монстром.

Громкое сопение, сопровождающееся звуками, напоминающими, будто кто-то разрывал человеческую плоть; сопение, напугавшее меня, когда я заблудилась, заставило Мэнди дрожать. Она остановилась и испуганно посмотрела на меня, вцепилась в руку и постаралась остановить.

— Госпожа, давайте вернемся. Здесь небезопасно…

— Мэнди, тебе нечего бояться. Просто следуй за мной. Он не причинит никому из нас вреда. Я расскажу тебе всё позже, когда вернёмся в комнату, но ты должна верить мне.

Мэнди настороженно кивнула и негромко всхлипнула, продолжая следовать за мной. Открыв решётку лёгким толчком руки, я вспомнила бедного слугу, который пытался запереть её. Они специально закрыли меня, чтобы не сбежала. Никто из них не боялся, что дракон случайно выберется и разнесёт замок, но почему?

Были уверены, что способны сдержать мощь разъяренного дракона?

Почуяв, скорее всего, страх Мэнди, дракон обернулся и чуть склонил голову, удивлённо глядя на нас. Я покосилась на бледную, как кусок мела, служанку и хотела бы убедить её, что он не чудовище, но она всё должна была понять самостоятельно.

— Я не могла не прийти! — произнесла я. — Возможно, ты знаешь об этом месте куда больше… Возможно, именно ты и являешься нашим спасением?

— Почему ты решила, что я стану помогать тебе? — спросил дракон.

Мэнди смотрела на меня, словно я была призраком. Она не понимала, как мне удавалось говорить с драконом, ведь она слышала лишь мои слова, а зверь наслаждался просмотром и вилянием хвоста. Возможно, девушка считала меня сумасшедшей, но всё это сейчас не имело высокого значения.

— Ты спас меня от смерти!

— Потому что у тебя одна кожа и кости, а мог ведь закусить тобой… — словно посмеялся надо мной дракон.

— Мог и кости обглодать, но не стал…

Я поняла, что мои слова могли шокировать Мэнди, и постаралась исправиться.

— Послушай, советник строит козни против принца… Он хочет избавиться от него, и я боюсь, что он сможет реализовать свои мерзкие планы.

— Влюблена в него? — с нотками какой-то горечи или разочарования спросил дракон.

— Что? Нет! Как ты мог подумать такое? Не влюблена…

Я решила пока не говорить, что принц выбрал меня своей королевой и решил начать готовиться к скорой свадьбе. Отчего-то эти слова казались неуместными в данной ситуации.

— Во дворце никому не известно о тебе, кроме советника и его последователей… Среди слуг ходит лишь слушок о чудовище, но он равнозначен обычным байкам. Почему ты пляшешь под их дудочку? Почему подчиняешься им? Почему ты не покидаешь замок?

— Я не могу покинуть замок, — с грустью ответил дракон, а из его пасти вырвалось небольшое пламя, заставившее Мэнди вскрикнуть. А она была сильная, если до сих пор стойко держалась на ногах и не грохнулась в обморок. — Проклятие ограничило мои передвижения.

— Но ты ведь можешь побороть его? Ты находишься в теле дракона! Должен быть шанс… Король находится при смерти, и я боюсь, что когда он отойдёт к Богам, они решат использовать тебя, чтобы захватить престол!

Дракон негромко посмеялся, словно мои слова позабавили его.

— Послушай, если ты был человеком до заключения в это тело, то, наверное, есть шанс снова стать им?

Возможно, мои слова прозвучали глупо и наивно, но ведь в сказках добро всегда побеждало зло, а этот мир казался мне самой настоящей сказкой, пусть я и не мечтала оказаться в подобной истории главной героиней…