Глава 8 - Избранная
***
Вокруг меня кружились служанки, обхаживали так, словно я была новорожденным королевским отпрыском. Не жизнь, а самый настоящий цирк! У них в порядке вещей такое поведение? Сначала бросили в темницу непонятно за что — доказательств, что я не Алисия, у них все-таки нет, — а теперь готовы были облизывать со всех сторон. Вели себя так, словно я была женой короля, вынашивающей будущего наследника престола. Я вспомнила исторические справки, где описывали, с каким трепетом и благоговением мужчины относились к рождению сыновей, наследников, которые дадут продолжение их роду и непременно впоследствии займут место отца в жизни государства. Именно мужчины, как правители, могли позволить себе всё, а женщина всегда была безвольным дополнением к величию короны, обязательно красивые, воспитанные и… плодовитые…
Вот только я не хотела, чтобы меня или Алисию рассматривали именно в таком ключе! Мы достойны большего, чем роль инкубатора!
Я возмущенно фыркнула собственным мыслям и чуть дёрнула рукой, из-за чего вода брызнула в разные стороны. Прямо ферма свиноматок у них тут какая-то… И мне это не нравилось. Если повезёт выбраться из замка живой и невредимой, то я ни за что не стану выходить замуж. Прослыву старой девой на «радость» мачехи. Хотя я бы и из-под её общипанного крыла выпорхнула с превеликим удовольствием… Наверняка даже в этом мире и конкретно этой эре существовали лазейки для девушек, чтобы успешно жить своей головой, без подчинения мужу.
Молоденькая служанка, опускавшая в воду цветки, поёжилась. Она тотчас принялась кланяться и извиняться, словно подумала, что я упрекнула её своим негромким цоканьем.
— Великая Госпожа, простите, если я сделала что-то против вашей воли! — жалостливым тоном пропищала служанка.
Госпожа? Великая? Почему она называла меня так? Неужели принцу захотелось задобрить меня после того, как я провела ночь в тюрьме? Или я что-то пропустила? С одной стороны меня удивляло подобное поведение, а с другой было приятно получить немного внимания к своей измученной персоне. Девушки, которые разминали мне плечи, стоя у ванны за спиной, продолжили делать массаж, пусть на секунду остановились, поймав общее замешательство. Что же они все запуганные такие?
— Всё в порядке, не стоит извиняться… Ты не сделала ничего дурного, — произнесла я, пытаясь успокоить девчушку. — Я не хотела испугать своим недовольством, скорее всего, это простое следствие усталости и дурно проведённой ночи.
Девушка опасливо улыбнулась, а внутри появилось отвращение к устройству этого мира. Если бы я очнулась в теле служанки, то должна была вот так же кланяться перед каждой избалованной особой и вымаливать прощение? Я представила Амалию и сама поёжилась. Неужели все одарённые магией девушки настолько темпераментные и срывали свои проблемы на слугах? А может быть, это принц жесток и безжалостно карал своих слуг за малейшую оплошность? Хотя можно ли считать жестокостью то, чем он одарил меня? Возложил на себя ошибку подчиненных, решивших заключить меня в темницу за ненадлежащее поведение перед престолонаследником. Очевидно это причина, высосанная из пальца, только бы оправдаться перед принцем и скрыть истину.
За мной охотились…
Всё случившееся прошлой ночью казалось кошмарным сном, миражом, который почудился мне. Весь этот разговор священнослужителей, который я подслушала, казался бредом сумасшедшего… А тот факт, что чудище, обитающее в стенах академии, на самом деле человек, заключённый в теле дракона, вообще не поддавалось никакой логике. И нам с ним удалось найти общий язык и пообщаться, несмотря на телесные преграды, которые разделяли нас. Я будто бы находилась в симуляторе на испытаниях, которые вот-вот должны закончиться, а потом от моего мозга отключат все аппараты и скажут, что это была игра сознания — не иначе… Разве может такое происходить в жизни? Впрочем, всё это было на самом деле, глупо снова спорить с собой… Я ведь уже убедилась, что попала в другой мир, в котором свои правила и устои.
Я глубже погрузилась в горячую воду и довольно замурлыкала. Как же я мечтала о ванне — не передать словами! Это не в горшок ходить и обтираться полотенчиками, в лучшем случае пару раз удавалось посетить бани в одиночестве, хотя в современном смысле банями это не назвать.
Я задумалась об одиночестве. Раньше оно претило мне, не хотелось возвращаться в пустую квартиру, а теперь я бы с удовольствием провела пару-тройку суток наедине с собой. Чтобы вокруг не кружились трудолюбивыми пчёлками служанки, чтобы никто не мельтешил перед глазами и не говорил, что и как я должна делать «правильно», «по этикету». Надоело это постоянное мелькание в толпе, где клубок гадюк готов разинуть свои пасти и источить в тебя отравляющий яд. Никогда раньше не думала, что одиночество, которого многие так сильно страшатся, может стать необходимостью.
Втянув в себя ароматы мелиссы, лаванды и ириса, исходящие от воды, я провела руками вдоль незнакомых цветков, напоминающих лотосы. Мне удалось немного успокоиться и расслабиться, а огрубевшая и начавшая шелушиться после пережитого стресса кожа, стала нежнее. Слюна дракона действительно исцелила все царапины и синяки — не только опухшее колено, и потому ванна не приносила мучений.
Теплое чувство благодарности заполнило сердце. Мне показалось, что даже щеки запылали, но, скорее всего, это горячая вода влияла на ход моих мыслей.
Другие служанки закончили раскладывать на моей кровати подарки от принца — в щедрости его, конечно, не упрекнуть, — а затем приблизились ко мне.
— Его Высочество сделал так много подарков для вас, сколько делают короли для своих дражайших супруг! — восхищённо произнесла одна из девушек, а я нахмурилась.
Мужья частенько делают подарки своим жёнам, когда хотят загладить какую-то вину… Скорее всего, тут сработал такой же принцип скрытого подхалимства.
— Позвольте, мы поможем вам расслабиться и скорее закончить с водными процедурами.
Если честно предложение служанок прозвучало как-то… пошло?.. Мне вообще было не по себе от того, что они находились в комнате, когда я принимала ванну, но они облепили меня со всех сторон. Достав мои руки из воды, они стали массировать их, втирая какие-то благоухающие масла. Несмотря на то, что массаж помогал расслабиться и доставлял удовольствие, мне всё равно было не по себе, ведь принятие ванны — это что-то довольно интимное, личное.
— Великая Госпожа должна покорить каждого своей красотой, и мы хотим помочь вам в этом. Принц обязал следовать вашим указаниям и помогать во всём, о чём бы вы ни попросили. У вас есть какие-либо пожелания? — наперебой щебетали девушки, словно борясь за мое внимание.
8.2
Сейчас как никогда я желала появления Мэнди, которая, умело подобрав слова и не обидев, выпроводила бы всех.
Одна из служанок вдруг стала втирать в мои волосы какую-то смесь, пахнущую мелиссой и лимоном, и во рту обильно образовывалась слюна. Я бы с удовольствием попила чаёк с лимоном и кокосовыми пирожными из своего времени.
Я тяжело вздохнула — ностальгия нагоняла тоску.
— Великая Госпожа, от этих трав ваши волосы будут сиять ярче солнечного света!.. А какой приятный запах они начнут источать…
Мне отчего-то показалось, что это был камень в мой огород, потому что после ночи в башне пахло от меня, мягко говоря, не очень, всё-таки от дракона, под крылом которого я спала, исходил довольно своеобразный аромат… Вряд ли он когда-либо чистил свое брюшко. И когти. А пасть…
— Вы очень красивая, Великая Госпожа! У вас восхитительный цвет волос и их длина!
— У вас прекрасная белоснежная и очень нежная кожа…
— А какой у вас прелестный голос!
— Королевству очень повезёт, если вы станете нашей королевой!
Я даже слово вставить не успевала в их льстивые речи, льющиеся самым настоящим потоком из уст девушек. Тихонько хихикнув, когда коснулись стоп, я подумала, что пора заканчивать с водными процедурами. Мне хотелось избавиться от столь повышенного внимания к моей персоне и хотя бы ненадолго остаться наедине с собой. Вот только следовало вылезти из ванны, как меня тут же облепили другие девушки и принялись обтирать полотенцем, щупая во всех возможных местах. Богиня Далиния, за что мне такое наказание? Щёки уже горели от смущения, как и кончики ушей, в которые уходил весь жар. Я начинала злиться и негромко процедила:
— Я могла бы позаботиться о себе сама!
Мне не хотелось, чтобы едва знакомые девицы, да и вообще девицы, вот так трогали меня всюду. Даже в СПА наверняка не позволяли подобного. Или даже высококачественный массаж! Я, правда, ни разу не ходила, но была уверена, что в реальности всё обстояло именно так.
— Это приказ принца, Великая Госпожа, мы обязаны позаботиться о вас.
Я решила, что чем меньше буду сопротивляться, тем быстрее всё это закончится, поэтому сдалась и позволила им закончить начатое. Облачив меня в платье, подаренное принцем, девушки просушили и завили мои волосы, оставив их струиться по спине кудряшками.
— Что это за ткань такая? — поинтересовалась я, удивляясь тому, каким лёгким и едва ощутимым оказалось это платье.
— Это органза, Великая Госпожа. Очень дорогая и ценная ткань, — ответила одна из служанок.
Мне стало интересно, есть ли в нашем мире органза, а если есть, то такая же она красивая и лёгкая как здесь, или нет?
Следовало признать, что это платье не шло ни в какое сравнение с остальными нарядами Алисии, которые мне приходилось таскать на себе всё это время. В таком платье и дышалось легче, да и ноги не путались в юбках. Обувь тоже оказалась идеально подогнанной под размер моей ноги и ничуть не сдавливала пальцы. Почему до этого у меня не было хотя бы похожей на эту божественную одежду? Этот мир решил для начала провести меня через все круги ада, чтобы привыкла к местным «прелестям»?
Служанки постарались надеть мне на шею тяжёлое ожерелье из разноцветных драгоценных камней, которые буквально кричали о своей великой цене, но я отказалась.
— Я хочу надеть только свою брошь, — заявила я.
Оставаться без этого волшебного цветочка, наделявшего меня магией Алисии, я боялась. Ну, а вдруг решат провести какое-то очередное испытание магии, чтобы убедить принца, что я «та самая иномирянка»? Ну уж нет… Лучше обойти всё это…
Или сумасшедшие из совета придумают новую уловку, дабы избавиться от меня?
Когда брошь прицепили к моему платью, я заметила, что цветок распустился ещё сильнее, а я смогла почувствовать магию, которая тут же начала разливаться по венам. Вот только как высвободить и использовать её, я не знала, не имела и малейшего представления, и оставалось надеяться, что цветок поможет мне в трудную минуту.
Я стала строго отчитывать служанок, что они навязывали мне украшения, которые я и в своём-то мире особо не любила, а здесь тем более не желала выряжаться, как самая настоящая кукла… Как Амалия… Однако девушки ничуть не расстраивались моей строгости, наоборот, настаивая, что только так я подчеркну природную красоту. Им бы в нашем мире стать консультантами — точно подняли бы любой марке высокие продажи.
Наверное, руководительские повадки из меня не выветрились даже в этом мире. Я стала распоряжаться слугами и указывать, что и как они должны делать. Не хватало мне никогда мягкости. Видимо, я должна была родиться мужиком, но что-то пошло не так. Даже бабушка частенько причитала и твердила, что я больно твердолобая, но постоянно попадающая в неприятности. Вообще, она много чего мне говорила и чаще указывала именно на мои недостатки, чем на достоинства, но вот таким способом она воспитывала меня, показывала сравнения и помогала добиться золотой середины.
Когда служанки уже закончили наряжать меня и принялись суетиться, убирая ванну, в комнату влетела Мэнди. Она была вся в слезах, с краснющими глазами и, когда увидела меня, сразу же рухнула мне в ноги.
— Госпожа, мне никогда не было так страшно, как этой ночью! — заикаясь и содрогаясь рыданиями, лепетала Мэнди. — Ведь без вас мне и свет не мил. Если бы с вами что-то случилось, если бы Богиня Далиния не проявила свою великую благодать к вам, не знаю, куда бы я подалась…
Мысленно я хихикнула признаниям Мэнди: своя шкура всегда важнее… Однако я ничуть не злилась на неё, ведь это нормально для человека: игра на выживание, так сказать. Я заметила, что девушка действительно переживала, и заставила её подняться на ноги.
— Госпожа, довольны ли вы уходом, который мы вам оказали? — спросили служанки, переводя всё моё внимание на себя.
— Если вам что-то не понравилось, то нам не сдобровать, потому что принц приказал выполнить все ваши поручения. Если вы хотите чего-то особенного…
— Нет-нет! Всё хорошо! Спасибо большое. — Я выдавила из себя вымученную улыбку.
Большего ухода я наверняка не переживу и мысленно дополнила: «Было бы ещё лучше, если бы вы все ушли».
— Можем ли мы сделать для вас что-то ещё? Чтобы ужасная, непростительная ошибка, больше не омрачала ваше прекрасное лицо?
— Я благодарна вам за оказанный уход, но я чувствую себя превосходно и стану ещё счастливее, если вы позволите мне поговорить с Мэнди наедине.
Девушки поклонились и радостно заулыбались друг другу. До меня донеслось, как одна из них шепнула другой, что теперь им точно будет житься лучше, чем в прошлые времена. Почему именно, я так и не поняла, но расспрашивать не посчитала нужным.
Когда мы с Мэнди остались в комнате одни, она кружила вокруг меня, с восхищением разглядывая мой наряд и твердя, как чудесно я выглядела.
— Сегодня вы прекраснее самой Богини Далинии! — воодушевилась Мэнди. — Да простит и не покарает она меня за такие слова!
Мэнди не спрашивала о проведённой в башне ночи, учтиво решив не напоминать мне об этом кошмаре. Она что-то отыскала в сундуке и поспешила ко мне.
— Госпожа, я выполнила ваше поручение и сшила лоскутки ткани так, как вы просили! — произнесла она и посмотрела на меня, широко улыбнувшись. — Вот, взгляните, какие чудесные стежки получились.
Я негромко прыснула от смеха, так как никогда раньше не видела столь милого недоумения. Мэнди всё ещё не понимала, зачем мне это нужно. Она показывала получившиеся экземпляры нижнего белья, что-то надевая на руки и растягивая немного, чтобы были заметно стежки. Не всё получилось так, как нужно, но большая часть трусов вышла просто идеальной.
— Вот эти ты сшила не так, но мы непременно исправим это, — улыбнулась я. — Достаточно будет распороть и собрать комплекты заново.
Мэнди чуть выпятила нижнюю губу и посмотрела на трусы, где сшила два переда вместе. Вряд ли в них было бы удобно передвигаться, ведь нет ничего комфортнее классики, а надевать подобие стрингов мне уже не хотелось, в конце концов, здесь я вряд ли когда-то надену облегающие брюки или юбку-карандаш…
В дверь комнаты постучали, и Мэнди быстро собрала результаты своих трудов, пряча их в сундук.
8.3
— Войдите, — негромко произнесла, надеясь, что это служанки, но в комнату вошёл кронпринц со своими советниками, и я окаменела, увидев того самого, который приказал выбросить меня на съедение дракону. Пусть я и увидела его лишь мельком, но лицо насмерть отпечаталось в сознании. Я его даже в кромешной темноте теперь узнаю!
Мэнди тотчас мягко выпроводили из комнаты, а я не могла даже пошевелиться, чувствуя на себе пристальный взгляд того самого советника. Озноб пробирал всё тело, но я пыталась вытеснить страх и ничуть не проявить его. Он разглядывал меня своим едким змеиным взглядом и при этом пускал пыль в глаза принцу.
— Великая Госпожа, мы крайне обеспокоены тем, что слуги допустили столь ужаснейшую ошибку. Вы пострадали незаслуженно, и мы постараемся исправить ситуацию, сделаем всё, чтобы виноватые понесли наказания. Слуга, бросивший вас в темницу, будет вскоре казнён. Нам очень жаль, что один из священнослужителей отрёкся от Бога и совершил непростительное.
Я широко распахнула глаза, но тут же постаралась подавить все эмоции в себе. Вспомнив того обеспокоенного бедолагу с трясущимися руками, который бормотал себе под нос извинения, я ощутила страх. Для всех этих высоких людей чужая жизнь не имела высокого значения и, чтобы оправдать себя, они могли убить невиновного… Вот так легко и просто. Мне стало жаль его, но я понимала, что если бы и попыталась вступить за слугу, то снова накликала бы на себя беду. Здесь нужно действовать иначе — осторожно. Если бы можно было как-то осторожно подсказать принцу, что это его приближенный решил забросить меня в темницу… А вдруг и сам принц знал правду? Да и поверит ли он мне? Бедной сиротке? Скорее всего, он больше доверится своим советникам…
Принц приблизился ко мне и взял за руки. Гладя большими пальцами рук мою кожу, он с заботой смотрел прямо в глаза, и внутри дрогнуло что-то. В это мгновение мне казалось, что я вижу другого человека, совсем не того напыщенного павлина, коим принц представлялся раньше. Он смотрел на меня с нескрываемым обожанием, а его мягкий голос обволакивал, помогал успокоиться и согревал, совсем как крыло дракона.
— Моя милая Алисия, не в моих силах вычеркнуть из вашей памяти эту ужасную ночь, которую вы провели в сырой тюремной камере с промозглым ветром наедине…
Принц положил ладонь мне на правую щеку и принялся поглаживать её, виновато улыбаясь и продолжая смотреть на меня особенно. Краем глаза я заметила, с какой брезгливостью советник наблюдал за нами, но сделала вид, что не обратила на это никакого внимания. Я не стала отталкивать от себя принца, потому что его близость была единственным спасением и успокоением в эту секунду. Возможно, всё это могло сыграть мне на руку, возможно, теперь принц будет куда внимательнее ко мне, и советники не рискнут повторить то, что уже пытались сотворить со мной…
— В камере даже почти нет света. Не представляю, что вы пережили, находясь в кромешной тьме. Но я постараюсь сделать всё, чтобы вы вспоминали эту ночь как можно реже. У нас будет так много ночей, которые затмят прошлую, заставят вычеркнуть из памяти…
Последние слова принца пролетели как-то мимо ушей, а я зацепилась за слова, что принц говорил о кромешной тьме. Всё это шло вразрез с правдой, ведь я находилась в башне с большим полуразрушенным окном, и света через него проходило предостаточно. По крайней мере, в центре башни. Возможно, принц не знал всей правды… Было ли ему известно, что в замке обитает чудовище?
Я раскрыла рот, чтобы рассказать ему про окно, но услышала нервное покашливание советника, который будто бы предупреждал меня, что следует молчать, а затем поспешно вставил:
— Ваше Высочество, вы планировали показать своей фаворитке ваши щедрые подарки.
Принц отпустил мои руки и принялся без умолку рассказывать, из каких тканей те или иные наряды, в каких редчайших местах были добыты камни для тех или иных украшений. Я стояла рядом, выдавливала из себя улыбку, глядя на тряпки и драгоценности, но не спешила прикасаться к ним.
— Что бы вам ещё хотелось? Вы можете попросить у меня всё, что угодно…
— Вы и без того подарили мне больше, чем я могла ожидать, — скромно произнесла я, опасливо покосившись на советника. — И раз мой гардероб полностью обновлён, я с огромной благодарностью и радостью приму ваши дары, но у меня есть небольшая просьба… Позвольте раздать весь мой старый гардероб слугам. Я бы хотела, чтобы они распорядились этим подарком так, как пожелают, даже если решат продать вещи, чтобы выручить для себя монетку, которая, как известно, не будет лишней…
Принц негромко посмеялся, а затем с искренней теплотой посмотрел на меня и улыбнулся.
— Алисия, вы невероятная девушка! Однако, я хотел бы сделать для вас подарок лично от себя! То, о чём вы мечтаете?
Принц подошёл ко мне вплотную, провёл руками вдоль моих плеч и остановился на локтях, чуть сжав их. Я не стала отталкивать его от себя, оставаясь непроницаемой.
— Есть кое-что ещё… Я хотела бы попросить вас, если уж вы сами предложили мне озвучить просьбу, чтобы вы выделили мне небольшую зону на кухне и посуду. Я хотела бы готовить для себя сама. Не обессудьте, я очень люблю это занятие, и теперь мало кому могу доверять!..
Принц широко распахнул глаза от удивления, а затем повернулся в сторону советника. Он несколько секунд смотрел на мужчину, после чего кивнул. Я же мысленно проклинала себя, что ненароком использовала слово, явно незнакомое здешним особам. Мне ведь нельзя выдавать в Алисии Лонгрейдс иномирянку.
— Выполните просьбу моей дрожайшей невесты, поговорите с управляющими, и пусть ей сделают самую лучшую кухню, о которой она только может мечтать.
Принц положил руку мне на талию, притягивая к себе, и произнёс властным голосом, глядя на советника:
— Я принял решение. Властью, вверенной мне, как следующему королю, престолонаследнику Фридриху Бернандскому Великолепному, приказываю начать приготовления к свадьбе! Алисия Лонгрейдс, дочь почивших лорда Рейнера Лонгрейдс и Первой магической леди Эллисон Лонгрейдс, избрана стать следующей королевой. Моей королевой!
Он повернулся ко мне и посмотрел с нежностью, а я едва удержалась на ногах, чувствуя, как мороз побежал по коже.
Королевой? Он выбрал меня своей королевой?