Глава 7 - Заключение

Стража помогла мне добраться до замка без приключений, чему я была безумно рада. Уж больно сильно на мне сказалось потрясение! Настоящий дракон — это чудовище, о котором судачила каждая девушка в замке! И именно с ним я столкнулась в заброшенных коридорах. Именно от него сбежала, сверкая пятками.

Всё это правда! Не выдумки и не сплетни!

Я чуть не попалась разъяренному животному, готовому с радостью обглодать мои косточки!

Волшебный мир, куда я угодила, по-прежнему подкидывал мне неожиданности, а магия Алисии оставалась зудящей загадкой.

Чем я заслужила это проклятие?

Лучше бы и дальше лазила по стройкам и запиралась в кабинете с кучей документации, игнорируя отдых, а порой и приемы пищи, нежели ощущала себя под постоянным прицелом всех и вся. Мне уже казалось, что каждый здесь норовил узнать обо мне правду, скрытую внутри тела Алисии Лонгрейдс — иномирянка попала в ее тело!

Может, мы с ней слишком разные в поведении?

Но тогда бы Мэнди, ее служанка и единственная девушка здесь, которая знала настоящую Алисию, догадалась бы первой. Она наверняка предприняла бы попытки докопаться до истины, однако служанка вела себя расслабленной и понимающей.

Возможно, Алисия была слишком подавлена расторжением помолвки и предательством Джека, ее жениха? А с моим появлением воспряла духом, что подействовало для окружающих, словно успокаивающий бальзам?

Но что больше меня поражало — охранники по-прежнему не обмолвились и словом о присутствии чудовища. Они никак не отреагировали на звуки. Казалось, даже не заметили, как огромные крылья с шумом разрезали небеса, как гортанный рык содрогнул землю.

Верно ли, что только обладатели магии могли видеть дракона? Все-таки о нем шептались лишь дворянки и служанки — все женского пола. А магия в этом мире благословила лишь женщин. Я вдруг вспомнила о мужчинах в темно-синих балахонах, проводивших первый отбор, но то, скорее, походило на управление магическим шаром, а не рождение новых чудес. Значит, магией действительно могли управлять только женщины? И чем могущественнее род, тем сильнее способности? Голубая кровь, как же.

Я зло хмыкнула собственным мыслям, когда один из стражников отворил передо мной дверь, а другой, деликатно поддержавший за плечи, помог войти в комнату. Мужчины опасливо переглянулись — видимо, моя реакция поражала. Или же они приняли всё на свой счёт.

— Прошу прощения, — начал один из них, — если мы были неосторожны в словах или действиях. — Оба при этом синхронно склонили головы. — Мы сию же секунду вызовем лекаря и доложим принцу о случившемся инциденте.

Я лишь мотнула головой, в очередной раз отказавшись от медицинской помощи. Охранники снова настойчиво предлагали привести лекаря, но от присутствия здешнего врача мало что изменилось бы, поскольку недомогание, вызванное страхом, так просто не вытравить, а медицина далекого прошлого и в могилу свести способна. Чего только стоила вода, которую употребляли местные! Грязная, с песком, а про микроорганизмы вообще страшно было вспоминать.

Пусть даже если лекарь обладал магией исцеления, всех волшебством невозможно спасти.

— Я прекрасно себя чувствую, просто свежий воздух и аромат цветов вскружили голову, — повторила я, понимая, что стражу не так-то просто убедить. Видимо, они вбили себе в голову, что мне стало плохо и необходима помощь, иначе Фридрих накажет их. Вздохнув от навалившейся усталости, я решила уточнить: — И принцу не стоит говорить, потому что у него важная встреча. Я правда в порядке. Правда-правда!

Пришлось в довесок выделить последнюю фразу интонационно, чтобы до мужчин, наконец, дошла информация. Надоело уже оправдываться — я же не хрустальная ваза какая-нибудь, чтобы меня следовало так настойчиво опекать.

Ну, подкосились колени от испуга и шока. Современный человек не каждый день встречает огромных драконов, к тому же совсем недавно избежавший с ним встречи во время его обеда…

Мужчины переглянулись, но, к моему счастью, не стали больше ничего говорить. Под любопытные взгляды благородных девиц, стражник помог мне устроиться на диване, а другой следом вновь справился о моем самочувствии, из-за чего я едва сдержалась, чтобы не накричать — лишь с тяжестью выдохнула весь воздух, скопившийся в легких. Мне пришлось натянуть улыбку, пообещать, что если хоть чуточку станет хуже, я вызову лекаря. В завершение, чтобы наверняка убедить стражников, я напомнила, что главные ворота по-прежнему оставались без присмотра — только тогда мужчины заторопились уходить, хотя обеспокоенность так и не сошла с их лиц. Никогда не думала, что забота может быть настолько утомительной, хотя очевидно, что это принц надоумил своих слуг обходиться с девушками, как с посланницами Божьими в ужаснейшие времена.

Напоследок один из них пожелал приятного времяпрепровождения, и у меня сразу же отлегло от сердца. Наверное, наказание обещали суровым, если с потенциальными невестами принца что-то случится, вот они и проверяли всё досконально.

— Неужто охмелела от близости Его Высочества? — Раздалось сбоку, как только мужчины покинули гостиную.

Эти противные, хитрые нотки голоса вызывали неконтролируемое раздражение. Как будто когтями прошлись по стеклу, а скрежет моментально достиг слуха!

Оказавшись в гостиной, где обычно проводили время невесты, сплетничая обо всех и обо всём, я почувствовала себя загнанной в грязную металлическую клетку. Снова это липкое лицемерие и попытки выслужиться ради собственной выгоды. А самый удачный расклад — околдовать кронпринца. Даже если для этого необходимо идти по головам, уничтожая соперниц.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Как еще в ход не пошла магия? Удивительно!

— Красота и поцелуи принца, конечно, способны любую вознести к небесам блаженства, — ответила я с мечтательной улыбкой. — Вам не понять этой томительной слабости!

Уверена, мне удалось поддеть оппонента. Уж не знаю, кто это выдавил, но ни одна из них не видела, что происходило в беседке. Крыша и колонны очень вовремя скрывали нас от чужих глаз. Сейчас я была рада тому, что принц всё продумал заранее. Можно было с удовольствием поиграть на нервах таких, как Амалия. По-моему, полезно иногда понервничать для «лечения» от самовлюбленности.

Любопытные девушки тотчас окружили меня и начали щебетать без умолку, засыпали вопросами, как прошло свидание. Большинство из невест смотрели на меня с завистью, когда я говорила, что принц был вежлив, учтив и донёс меня до беседки на руках, что, собственно, они и видели. Как я и ожидала, Амалия всё-таки вспылила. Она негромко хмыкнула и принялась хвастать тем, что у неё свидание прошло куда романтичнее, я бы даже сказала «горячее», от чего внимание остальных невест быстро переключилось на неё.

— … и вообще прошлой ночью принц посетил меня! — Амалия прикусила губу и на секунду замолчала, выдерживая драматическую паузу.

Девушки охнули и завалили её различными вопросами.

— Было ли у вас то самое? Ну… То, что происходит между супругами?.. — спросила блондинка кукольной внешности, заливаясь румянцем.

— Было! — кивнула Амалия и вздёрнула подбородок.

Она положила правую руку на подлокотник кресла, на котором сидела, и стала рассказывать, каким нежным и внимательным оказался принц в постели.

— Вы же понимаете, что он уже выбрал меня? Просто не может опустить все эти формальности с отбором… По этой причине без страха и стеснения я отдала ему свою невинность. То, что было между нами, не сравнить с простыми поцелуями, — это нечто сокровенное, наполненное страстью и заботой, разливающееся пожаром внутри. Это в тысячи раз лучше поцелуя. — Амалия ахнула, словно вновь пережила события своей ночи с принцем.

Или слишком красочно представила свои эротические фантазии.

Я не смогла сдержать улыбку.

Ну-ну… Выбрал он её… Скорее принц просто-напросто получил то, что хотел, если между ними на самом деле что-то произошло. Мне вспомнились знакомые, которые плакались, что их поматросили и бросили… Некоторых даже с детьми. Подобной судьбы я не желала бы ни себе, ни Алисии… Чем этот надутый павлин лучше них? Да я не сомневалась даже, что после свадьбы он будет продолжать зажимать в углах знатных дам, чтобы повеселиться с ними… Он ведь тот ещё ловелас. Да и огромный замок способствовал уединению — масса мест, где можно спрятаться ото всех.

— Извините, но я устала и слишком переволновалась, поэтому пойду к себе! — попрощалась я с девушками, внимание которых до сих пор оставалось на мне, хотя краем уха они с интересом прислушивались к рассказам Амалии о бурной ночи, проведенной с кронпринцем Фридрихом. Со мной девушки находились скорее просто из вежливости.

7.2

Я вышла из гостиной под описания обнаженной мужской груди и тяжело вздохнула. Сплетницы в любом мире одинаково утомительные. Как только сил хватало круглыми сутками перемывать косточки друг другу?

Желая смахнуть с себя словесную грязь, я направилась к спальне. Пора проверить, как Мэнди справилась с моим поручением, но не наткнуться бы снова на чудовище… В груди вдруг стало поднывать, а животный страх, который я пережила, увидев громадный хвост, нахлынул на меня с новой силой.

От мыслей о чудовище я вовремя отказалась, потому что так и беду на себя навлечь можно. «Слова имеют силу», — кажется, именно так говорили в нашем мире? Хотя богатое воображение тоже неслабо порой подводило.

На этот раз я была уверена, что доберусь до места назначения без приключений, потому что путь от комнаты до гостиной и обратно, а также до столовой приходилось совершать слишком часто. Хоть что-то отложилось в голове об этом замке и его лабиринтах.

Мэнди наверняка знала больше, поскольку, как прислуга, часто посещала различные места, да и крыло для слуг находилось где-то в другом месте, наверное, там же, где и жила Сара. Я вдруг шокировано вытаращилась и замерла. Неужто Мэнди жила в столь же ужасных условиях? Перед глазами снова промелькнули теснота и сырость маленькой комнатушки, в которой я побывала совсем недолго. Далеко не лучшие условия для молодой, бездетной девушки и так подвергающей себя ежедневными изнурительными работами. Я решила, что просто обязана расспросить Мэнди о ее комнате, а лучше попросить показать ее. И пусть только попробует отнекиваться или увильнуть каким-либо образом от разговора… Она очень добра ко мне, как никто другой, и мне бы не хотелось, чтобы она жила в таких страшных условиях.

Я медленно брела по коридору, проводя подушечками пальцев по стене, а когда приблизилась к лестнице, то услышала приглушенные голоса. Любопытство сгубило кошку, и ведь я уже попадала в неприятности благодаря своему интересу, но всё-таки замерла, вслушиваясь в слова говоривших.

Разобрать удалось только фамилию Лонгрейдс… Они говорили об Алисии, то есть… обо мне. Стараясь не шуметь, я поднималась вверх, осторожно ступая по ковровому настилу. Высоко запрокинув голову, я заметила макушки двух говоривших. Они были одеты в мантии с капюшонами, поэтому их лица разглядеть не удалось. Одеяние говоривших показалось мне знакомым, и я постаралась вспомнить, где видела его. Быть может, это воспоминания Алисии? Но затем перед глазами промелькнул день отбора в тронном зале… Один из говоривших тогда требовал, чтобы мы показали свою магию перед шаром.

Сердце готово было вырваться наружу. Его бешеные стуки отдавались в ушах, били по барабанным перепонкам. Сомнений не оставалось — один из мужчин точно был на испытании, которое устроили с целью вычислить иномирянку. Но я ведь показала им свою магию… Неужели меня всё-таки подозревали? Или не меня? Я напрягла слух и затаила дыхание.

— Вы так и не нашли её? Если Алисия Лонгрейдс здесь, одна из претенденток на трон, то где другая?

— Мы пытались отыскать ее, но наши поисковые ищейки не справляются. Возможно ли, что девушка все-таки внутри замка? Либо прибыла с настоящей Алисией, либо… она внутри нее, как и планировалось, но каким-то образом шар узнал истинную наследницу магии.

— И как обычная девчонка из другого мира могла бы научиться управлению магии менее чем за сутки? Ты понимаешь, что несешь? — с напором в голосе и нескрываемым раздражением спросил тот, кто был на испытании. По его интонации можно было понять, что он выше по чину, чем его собеседник, так как в голосе другого мужчины сквозили нотки страха и обеспокоенности.

Стараясь не сдвинуться с места, чтобы не издать какой-нибудь звук и не привлечь к себе внимание, я прокрутила услышанное в голове ещё раз.

«Как и планировалось»…

Неужели кто-то из них призвал меня? И если так, то был ли способ вернуться домой? А может быть, я попала не в чужое тело, а в своё? Именно по этой причине ничего не знала об этом мире? То, что у меня появилась магия, могло быть просто действием броши… Возможно, шар ощутил именно её влияние, потому и отреагировал? Или у всех женщин в этом мире была магия? Даже у тех, кто попал сюда? Скорее всего, я не умерла, а если так, то у меня есть шанс вернуться… И я должна отыскать его.

Кровь застучала в висках, словно молоток о каменное творение. Я тяжело вздохнула и не смогла сдержаться, чтобы не улыбнуться. Я боялась, что всё потеряно, но теперь будто бы ожила…

Затаив дыхание, я навострила уши.

— Избавьтесь от обеих. Если их действительно двое, — прозвучал властный голос, будто свист топора над плахой.

Внутренности заледенели.

— Но как?

— Киньте к нашей голодной зверушке. А глупому принцу скажем, что девушка отбывает наказание за фамильярное поведение с королевскими особами. Даже он не посмеет в данных вопросах идти против совета, созданного его отцом. Пока король жив, даже престолонаследник нам не ровня.

— Но это не объяснит труп! — возмутился мужчина, который, как я поняла, был рангом ниже.

— Главное — разобраться с ней, а что наплести влюбленному мальчишке — придумаем потом. Будто бы смерть одной девчонки его раздосадует. В его спальне и так побывало ползамка…

Их голоса стихли, сменившись шепотом, а я поняла, что нужно бежать и не в свою спальню, а дальше… Быть может, найти принца и рассказать ему? Но поверит ли он мне? Кто я, а кто они? Советники. Сдвинуться с места не получилось, будто бы тело в мгновение отказалось подчиняться мне. Голова закружилась, а в ушах поднялся гул… Вспышка боли — совсем такая же, как в саду, — накрыла меня, и я потеряла счёт времени, пытаясь справиться с телом. Задыхаясь и видя перед глазами плотную пелену тумана, я неожиданно смогла расслышать:

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— А ты что здесь делаешь?

Сильная вспышка мигрени накрыла меня, и за ней последовала пустота, словно я провалилась в какую-то бездну…

«Они совершили задуманное, и я умерла?», — пронеслось последним в голове.

7.3

Однако я пришла в себя, хотя и не могла догадаться, сколько времени пробыла без сознания… Голова гудела пуще прежнего, словно меня приложили чем-то тяжелым по затылку. Кожу шеи царапнула жесткая ткань, похожая на бечевку, а следом перед глазами появились оттенки синего. Мне вернули обзор, стянув с головы льняную, неприятную на ощупь ткань, и я смогла разглядеть мрачные силуэты в темноте. Не успела я разобрать, где нахожусь, как в спину пришелся пинок. Меня толкнули на холодные плиты, выстилающие пол. Мелкие камни врезались в кожу ладоней, заставив зашипеть от боли. Я обернулась и, потрясенная, смотрела на слугу, находившегося за спиной. В голове не укладывалось, что меня вырубили, связали, а затем бросили куда-то… в мрачное, пахнущее сыростью место…

— Что происходит? — спросила я перепуганным, охрипшим голосом, толком не осознающая, что творилось кругом.

Чем я заслужила подобное обращение?

Но молодой парень молчал.

Слуга выглядел измученным: он весь дрожал, даже можно было расслышать клацанье его зубов. Он путался в верёвках, и я заметила в его руках мешок, наверное, именно тот был надет на мою голову…

До нас донеслось шумное сопение, заставившее слугу взвизгнуть от испуга и выронить ключи, со звоном ударившиеся о пол, а меня затаить дыхание.

Что-то огромное и живое находилось в центре помещения!..

Парень окаменел, вглядываясь в темноту, и принялся искать ключи взглядом. Найдя связку, слуга неожиданно ловко подхватил ее, а затем ринулся за решетчатые двери, запер замок и начал озираться по сторонам.

Я попробовала встать, но сильная боль в ноге не позволила. Даже пошевелиться было тяжело.

Прошло всего лишь несколько минут с момента, как я очнулась, но чем больше проходило времени, тем сильнее болело тело. У меня ныли мышцы, кружилась голова.

Я вспомнила разговор советников, и мозаика воспоминаний сразу восстановилась. Нити ужаса оплели сердце, по спине пробежала дрожь. Я не хотела верить, что мои предположения могли оказаться истиной.

Меня поймали и кинули к «голодной зверушке»? А после удара могла ли я скатиться кубарем по лестнице, чем получила ранения?

— Это тюрьма? За что меня посадили за решётку? Что я сделала не так? — спросила я с отчаянием в голосе, хотя и догадывалась.

Однако надежда по-прежнему держала в тисках.

Как я и предполагала, ответа не последовало: снова завизжав, словно поросёнок, парень убежал, оставляя меня одну с множеством вопросов в голове. Каждый из них так или иначе связывался с заточением и возможностью не дожить до утра…

Услышав шумный зевок и увидев перед собой разинутую зубастую пасть, я не испугалась… Скорее просто впала в ступор, а потом вспомнила всё, что услышала в деталях. Советники хотели избавиться от меня, поэтому забросили к дракону, как неугодную невесту.

Он и был той самой «голодной зверушкой»?

Он сожрёт меня, и я так и не смогу вернуться домой… Всё было зря… Все эти нелепые попытки выжить… Всё зря. Страх начал потихонечку принимать в свои объятия, но я понимала, что на этот раз уже не смогу спастись от него.

Это даже не человек, чтобы можно было найти лазейку к спасению…

— Опять какую-то девчонку забросили? Кожа да кости — непитательная. Будто бы такую хотелось бы съесть. Сами себе поросят и телят откармливают, как следует, а меня решили костями угостить? — услышала я голос дракона и вздрогнула.

Он говорил, совсем как мы, словно был человеком. Или мне почудилось? Если же нет, возможно, до него можно было достучаться… Возможно…

Сердце стало трепыхаться, словно птица, пойманная в силки, а надежда только сильнее замаячила, вынуждая думать о спасении.

— На надо меня есть, пожалуйста! — умоляла я жалобным голоском. Горло нещадно саднило, мне хотелось глотнуть воды, чтобы хоть немножко смягчить его. — Вы правы: я ничуть не питательная и не вкусная! Я три дня почти ничего не ела, потому что готовят здесь ужасно! На теле нет ни мяска, ни уж тем более жирка… Одни кости, обтянутые кожей!

Я зашлась кашлем и попробовала отползти подальше к стене в надежде, что чудище не достанет меня из-за узкого проема, где находились решетчатые двери, но нога болела так сильно, что я просто не смогла пересилить себя. Покосившись на ногу, я заметила, что колено уже сильно распухло и посинело. Влипла я по полной программе… И что теперь делать? Как бы использовать магию, которая есть в брошке? Быть может, именно она могла бы помочь мне спастись от чудовища…

Мне показалось, что дракона тоже шокировало происходящее: он открывал пасть, то визжа, то рыча, но вместе с рыком я смогла разобрать следующие слова:

— Ты меня слышишь? Понимаешь меня?

Негромко всхлипнув то ли от боли, то ли от облегчения, я принялась кивать. Стало немного спокойнее, ведь если он слышал и понимал меня, то, получается, я могла бы договориться с ним. Чуть склонив голову, я стала разглядывать дракона: он лежал, мотая хвостом, совсем как кот, которого что-то злило.

Я посмотрела чуть в сторону и заметила огромное полуразрушенное окно. Вот откуда дул ветер, пробирающий до самых костей… Если меня не съест дракон, то я обязательно умру от пневмонии… И что из двух зол лучше? Быть съеденной заживо? Или долго-долго мучиться от постепенно надвигающейся смерти?

Не хочу знать!

Я мотнула головой и попыталась сосредоточиться. В последний раз я видела дракона у полуразрушенной круглой башни. Темница, в которую меня закинули, была круглой, точь-в-точь, как та башня, и я постаралась вспомнить фасад замка… Впервые я встретилась с драконом совсем в другой части дворца.

Как дракон выбирался наружу? Через окно? Как перемещался? Или драконов было несколько? Вроде бы именно его хвост я видела — зеленый, с острыми пластинками вдоль позвоночника.

— Как такое возможно? — спросил дракон, и я поняла, что его пасть была закрыта — он ничего не сказал.

Тогда я слышала его мысли? Еще более невероятно.

— Если бы я знала… Я многого не знаю даже о самой себе, — отрицательно помотала я головой и начала потирать продрогшие плечи. Тупая боль от колена разливалась по всему телу, от чего приходилось держать ногу в единственном положении.

Боже! Даже поверить сложно: я, раненная, заперта с драконом и читаю его мысли! Точно сумасшедшая!

Ну… хоть не сожрёт… Да?

— Ты знаешь, кто и зачем забросил тебя сюда? — Дракон внимательно посмотрел на меня, — его желтые глаза с вертикальными зрачками всё ещё вселяли ужас, — а затем изрыгнул на камень пламя.

Помещение тотчас осветилось, а воздух прогрелся. Алые языки привлекали внимание своей игрой и успокаивающим потрескиванием.

— Спасибо!

Я готова была даже прослезиться, ведь тот, кого называли чудовищем, позаботился обо мне и не позволил замёрзнуть. Хотя первой мыслью, когда пламя вылетело из его пасти, возникло, что он хочет поджарить меня, и я даже зажмурилась от испуга.

Слава Богу, что я не заинтересовала его, как еда… Так и до инсульта недалеко. Даже в моем возрасте, а Алисия и того моложе…

— Я оказалась неподходящей невестой для принца, поэтому…

Вкратце я рассказала дракону об отборе, на который меня с превеликим удовольствием отправила мачеха. Конечно же, про себя-иномирянку я рассказывать не стала, но поделилась своими знаниями о происках совета, о том, что стала неугодной невестой, и от меня решили избавиться.

— Наверное, принц даже не узнает, что его советники сделали со мной, — тяжело вздохнула я, вспомнив слова, что лишиться одной девчонки на отборе нестрашно. Может быть, кронпринц на самом деле выбрал для себя Амалию, а отбор — это просто часть ритуала, или как это называется у них?

Случайно дёрнув ногу, я едва удержалась, чтобы не взвыть от боли. Уж не знаю, что они со мной сделали, но если это перелом, а судя по реакции организма, так и есть, то мне необходимо срочно оказаться у лекаря… в своем времени!

— Как тебя зовут? — поинтересовался дракон, снова изрыгнув пламя на камни, потому что оно быстро угасало.

— Алисия, — вскоре ответила я, превозмогая боль. Дракон, казалось, вздрогнул от звучания моего имени и задумался. — Почему я понимаю тебя? Как такое возможно, что дракон обладает человеческим разумом? — прервала я размышления чудовища.

Мы только и делали, что задавали друг другу вопросы, на многие из которых не удавалось отыскать ответы.

— Я уже с десяток лет заключён в теле дракона… Одна ведьма прокляла меня, и теперь я вынужден влачить жалкое существование, пока…

Дракон замолчал, а я задумалась. Вспомнив сказку о «Красавице и Чудовище» я почему-то подумала, что его должен высвободить из этой громадной туши поцелуй любви, но вряд ли всё было так же тошнотворно-сказочно… Скорее всего, требовалось собрать какие-то редкие ингредиенты или убить ведьму, которая заточила его в теле дракона… Озвучивать свои мысли я не стала — зачем, если я всё равно не выберусь из тюрьмы и умру раньше времени? А если выберусь, то чокнутой советник со своей свитой легко доберутся до меня… Будто бы мне врагов в лице завидующих девушек не хватало…

Вспышка боли, появившаяся в колене, с новой силой заставила меня негромко проскулить себе под нос, и дракон приблизился ко мне. Фыркая, словно принюхиваясь, он посмотрел мне в глаза.

— Что с тобой? Ранена? Покажи!..

Я поджала губы и медленно подняла платье, открывая вид на свою травму. Дракон снова фыркнул, внимательно разглядывая моё колено, а затем разинул пасть, и моё сердце сжалось. Неужели, ему понравилось то, что он увидел, поэтому он решил сожрать меня? Сложно не думать о подобном исходе, когда рядом с тобой неизвестный науке зверь…

Капля вязкой слюны упала мне на колено, кожу обожгло, будто раскаленным железом. Вскрикнув, я испугалась и хотела вытереть, но дракон бросил на меня убийственный взгляд, тем самым вынудив оставить все потуги.

— Сейчас тебе станет легче. Слюна драконов обладает огромной силой и раньше её использовали лекари для приготовления различных зелий… Неужели не знала?

«Откуда бы мне знать, — подумалось мне, — если я из другого мира?!».

Я прикусила язык и отвела взгляд в сторону, потому что боялась сболтнуть что-нибудь лишнее. Возможно, узнав, что я — иномирянка, дракон решит…

Да почему моё внимание так сильно заострялось на том, что он сожрёт меня? Пока он не сделал этого, а если учитывать, что он — человек, заточенный в теле дракона, то вряд ли он будет заниматься каннибализмом и есть своих.

Теперь собственные страхи почудились мне сущим бредом, и я хохотнула.

Отёк на самом деле начал спадать, а от боли не осталось и следа. Как только расслабилась, на меня навалилась усталость. Веки потяжелели, наверное, от воздействия слюны дракона на организм. Мне нестерпимо захотелось спать, но уснуть на холодных камнях под сквозняком — это почти то же самое, что подписать себе смертельный приговор. От дракона исходил жар, и меня тянуло к нему, как мотылька к яркому пламени огня, язычки которого взмывали вверх.

Подняв своё кожистое крыло с длинными когтями на конце, зверь кивнул мне, давая знак, чтобы забиралась к нему, и я ухватилась за возможность согреться. Я подползла ближе, прижимаясь к горячему телу. Дракон накрыл меня своим крылом. Теплота и комфорт быстро сказались на моём измученном организме, и я заснула.

А с рассветом проснулась от того, что в камеру влетела куча королевских стражей. Они набросили на меня тёплое покрывало и начали кричать что-то о лекаре, а я пыталась высвободиться из дурмана сна и понять, что случилось. Где дракон?

Я обернулась в сторону окна и услышала свист, похожий на взмахи крыльев. С крыши посыпалась черепица. Они не увидели его, а я не успела поблагодарить спасителя за доброту…

И я решила, что непременно найду его снова, чтобы сказать спасибо. Самое важное, что я чувствовала.

7.4

***

Я до сих пор не мог поверить, что она слышала меня, понимала. Именно меня, а не то, чем я стал снаружи. Она разбирала человеческую речь сквозь рыки, рвущиеся из глотки. Даже в молчании! Умела ли она читать мысли? Иначе как объяснить это? Магией?

Но разве есть кто-то, кто наделен возможностью проникать в чужое сознание? Ни один из кланов, помнится, не обладал ментальной магией, только фактической: природной, трансформирующей или манипулирующей пространством. И ни один из священнослужителей, вошедших в орден при дворе отца, не катализировал магию. Эти глупцы, мнящие себя Богами, лишь читают, раскрывают знания древних, заключенные в артефактах. Словом, безделушки — драгоценные камни, стеклянные шары, амулеты и прочую мелочь. Лишь дурманят голову народу, страждущему получить Божье благословение для себя и своих близких.

Девчушка поежилась, и я, ведомый странным чувством, лёг рядом и накрыл ее крылом. Хотя бы это гнусное тело способно согреть. Поджечь было нечего. Кругом лишь голые каменные стены и свистящий, промозглый ветер. Ночью всегда резко холодало. Огонь, который я несколько раз изрыгал на камни, быстро гас, и я понимал, каково находиться человеку в этой башне. Это я не чувствовал холода, прячась за такой мощной бронёй, а вот она… Наверняка страдала…

Уснула девчонка быстро. Хоть она и дрожала, но даже во сне её окружала фиолетовая сияющая дымка — её магическая аура. В месте соприкосновения дымки с моим крылом появилось трепетное тепло, оно не обжигало, а больше напоминало ласковое прикосновение матери. Взгляд переместился к броши на груди девчонки — аметист раскрывался, а лозы с листьями оплетали ткань на платье своей хозяйки. Не опасно ли это было? Быть может, подарок от советников, который должен был убить её? Однако девушка не выглядела напуганной, напротив, она улыбалась, словно видела во сне что-то приятное и радостное.

Она назвалась Алисией, но не сказала фамилии… Могла ли она оказаться той самой Алисией? Я задумался. От девушки исходило совсем такое же тепло, как и от Первой магической леди, ставшей нашей с братьями наставницей. И Алисия очень сильно походила на неё. Может ли она оказаться дочерью Эллисон Лонгрейдс? Единственную дочь Лондгрейсов, прозванную пурпурной розой, пророчили мне в невесты… Внимательно разглядывая лицо девушки, я убедился, что она дочь моей наставницы. Именно с её помощью я мог бы выбраться из магической клетки замка, контролирующей мои перемещения как в облике человека, так и в облике дракона.

Пробудившись с рассветом, мне захотелось исчезнуть, чтобы она не увидела меня при свете дня и не испугалась. Алисия начала ворочаться, и я подумал, чтобы уйти, а звук приближающихся шагов и голосов лишь подтолкнул меня сделать это. По настроению идущих я понимал, что Алисии не угрожает опасность. Они были обеспокоены, но отнюдь не страхом перед драконьей сущностью. Они боялись наказания от своего правителя. Неужели мой брат хоть раз сделал что-то правильное в отношении женщины?

Осторожно, дабы не сотрясать пол, я добрался до окна, оттолкнулся от камней и взлетел. Ветер бил в морду, крылья сводило судорогой от неудобного сна и сопротивления ветра, но я смог вскарабкаться на крышу и прислушаться, пытаясь понять, что происходило внизу, в башне. Я не мог позволить навредить моей нареченной, и если кто-то решит причинить ей боль, то встретится со мной.

— Чертов Руфус, хочешь перебить всех наследников трона и возвести себя на престол, как только постаревший король отойдет в мир иной, но теперь и до магически одаренных женщин королевства решил добраться? — прорычал я, зная, что меня никто не поймёт…

И не услышит…

Никто, кроме неё…