Глава 24. Саламандры и прошлое

В который раз я порадовалась вновь обретенным способностям. Не смотря на то, что ночное зрение позволяло видеть во тьме ближайшие кусты и деревья, от неприятных ощущений это не спасало. Вдруг захотелось прижаться к боку Верена, почувствовать его силу и уверенность, избавится от липкого страха, который ледяным ужом полз по позвоночнику.

- Ты знаешь, куда идти? В этой темноте?

- Пока нет, - задумчиво отозвался мужчина. - Дракон знает… В некотором роде мы с саламандрами родственники. Я чувствую примерное направление. Часа за два доберемся.

Мужчина щелкнул пальцами, подвешивая в воздухе магические огоньки. Первый, второй, пятый - они разлетались вокруг нас, приглушенным свечением создавали иллюзию уюта. Третий и четвертый с тихим хлопком исчезли почти сразу после того, как появились.

Негромкое ругательство внесло ясность в произошедшее и я поинтересовалась:

- Заклинание стало нестабильным?

- Да. Сказать по правде, когда мы вернулись на Ойкумену, я не сразу поверил, что магия правда стала такой… странной. Но, сама видишь, чем дальше, тем хуже заклинания срабатывают. Не представляю, как остальные мирятся с этим столько лет. А главное, что с этим делать?..

Я прикусила язык, заталкивая уже готовое вырваться: “Надо всего лишь вернуть меня домой”. Тем более сейчас это уж точно не было самым актуальным вопросом.

- Хочешь сама попробовать? - вдруг спросил Веррен, глядя, с каким восторгом я рассматриваю живые огоньки. - Попробуй представить, что ты зачерпываешь магию, а после рисуешь вот такую звезду.

В воздухе повисло горящее синеватым пламенем изображение самой обычной октябрятской звездочки, разве что без бородатой физиономии внутри.

- Звезду? Но ты же ничего не рисуешь.

- Опытные маги проделывают такие вещи мысленно, но новичкам-адептам действительно приходится рисовать это все руками.

На пояснения дракона я лишь кивнула и честно попыталась повторить рисунок. Со стороны, пожалуй, это смотрелось нелепо, но к чести Веррена, насмехаться он не стал, молча наблюдая за моими попытками что-то изобразить.

- Нет, - покачала я головой после пятой попытки. - Ничего не вижу и не чувствую.

- Ладно. Тогда идем, не будем терять время, - покачал головой Веррен, одновременно вытаскивая из ножен меч, сверкнувший сталью в свете полной луны. - Идти будешь за мной след в след. Не отвлекайся и никуда не сворачивай. Поняла?

Идти пришлось долго.

И если первые полчаса я вздрагивала от каждой тени, сдерживая желание вцепится в камзол идущего впереди мужчины. То после… начала ощущать что-то странное.

Лес - был живой и явно хотел познакомиться.

Он трогал меня лапками елей, окутывал прохладой и ароматами иглицы, грибов и незнакомых цветов. Давал концерт, в которой сольную партию исполняли сверчки, а на басах срывали аплодисменты совы. Звон лесного ручья справа так и манил, обещая вкусную кристально прозрачную воду, от которой обязательно сведет зубы, но зато она утолит жажду на несколько часов.

Я шла завороженная этим ночным представлением, почти машинально ступая след вслед за драконам по незнакомым тропкам. Десять шагов вперед, подождать, еще двадцать шагов.

Вот тропка вильнула направо…

Перелезть через поваленное дерево и еще тридцать шагов. Обойти огромный валун, похожий на уснувшего тролля. Еще двадцать шагов.

И вдруг, в одно мгновение все затихло. Все еще шумел ветер в вершинах деревьев, но умолкли сверчки, пропали совы. Даже скрип деревьев стал какой-то мрачный и гулкий.

- Стой… - прошептала я, хватая мужчину его за пояс.

- Что случилось?

- Там впереди… Кто-то… что-то есть. Слева у тропы. И… над головой в ветвях.

Не знаю как, но я точно знала, что впереди притаилось что-то большое, опасное и… голодное.

Чувствовала его так же хорошо, как полчаса назад “видела” семейство зайцев, которые лакомились ветками сосны.

Мужчина обжег меня острым взглядом и замер, скользя взглядом по пространству вокруг. Легкое, почти незаметное движение рукой и с губ мужчины сорвалось беззвучное, но изощренное ругательство.

В следующее мгновение вокруг нас вспыхнул зеленовато-желтый купол. Ах, нет - только вокруг меня.

Искрящаяся фиолетовым магическая стрела молнией разорвала нависающие над головой ветви. Раздался дикий нечеловеческий вой, дерево затрещало и на дорогу перед нами рухнула… черная двухметровая тень.

Странная бесформенная тень очертаниями напоминала огромного дикобраза и кошки. Фосфоресцирующие во тьме глаза мигнули красным. Хвост, на конце которого я с замиранием сердца увидела нечто похожее на скорпионье жало, зло хлестнул по кустам, срезая тонкие ветви как серпом. Дракон тут же развернулся в сторону упавших листьев, перехватывая рукоять меча.

Тварь замерла, осторожно пошла вправо, прижалась к земле, приготовившись к прыжку. А я поняла, что Веррен ее не видит.

- Бей! Справа! Живот! - мой крик разорвал лесную тишину.

Тонкий свист клинка, прочертившего воздух… Камзол, окрасившийся кровью.

Тень зашипела и отпрыгнула, едва не напоровшись на серебристое лезвие меча. Но все же достала мужчину кончиком хвоста.

Кусты слева дрогнули и оттуда рванула на волю еще один противник. Острые кривые когти метили точно в незащищенный бок мужчины.

- У них хвост с лезвием! Слева бок!

Взмах меча. Уворот. Еще одно заклинание и уже знакомый щит вспыхнул зеленцой, отбивая удар хвоста. Тварь отпружинила и отскочила обратно на обочину. Но и щит судорожно мигнул и рассыпался искрами.

Как и мой защитный купол. Черт, снова это нестабильное заклинание!

- Справа ноги!

Удар, рывок, поворот…

Я судорожно схватила первую попавшуюся под руку палку. Хотя прекрасно понимала, что от когтей и скорпионьего хвоста меня это вряд ли убережет.

Что ж, внимание я на себя точно обратила. Лесные зверюшки явно были не прочь отужинать девичьими косточками, но меня вновь заслонило сильное мужское тело.

- Где они?

- Прямо на тропе три метра, второй слева - два, - прошептала я. - Готовятся. Прямо - голова! Слева - бок.

На этот раз лезвие меча вошло точно между глаз твари, убивая ее одним мощным ударом.

Вторая тень вцепилась в рукав куртки, я видела как из-под клыков начала капать темно-красная кровь. Веррен бросил рукоять меча, намертво застрявшую в черепе противника. На его пальцах вспыхнула магия. Сине-зеленая молния вспыхнула разрядом, проходя через тело второго противника. Ночная тварь взвыла и… сдохла.

Вновь наступила тишина. После схватки она оглушала, давила на барабанные перепонки.

- Ох… - ноги почему-то ослабели, но я удержалась, облокачиваясь на ствол ближайшей сосны.

- Спасибо, - мужские руки крепко прижали меня к груди, с такой силой, что я даже не сразу смогла вдохнуть. - Ты молодец.

После смерти тени потеряли всю свою невидимость и загадочность, превратившись в залитые кровью серые туши. Веррен с усилием сапогом спихнул их на обочину, листьями папоротника обтер меч и поскорее открыл сумку, вытаскивая бутылочку с исцеляющим зельем и какими-то настойками.

- Нас… не накажут? - я сглотнула подступивший к горлу комок. - За то, что мы их убили?

- Нет. Этот Лес не против естественного отбора, амазонка. А еще, кажется, ты ему нравишься.

- Кому, лесу? - фыркнула я насмешливо.

- Миру, - серьезно отозвался дракон.

Я смутилась и замолчала, вновь пристраиваясь след в след за красноволосым драконом. Следующие полчаса ходьбы по ночным дорожкам Леса показались детской прогулкой, пока я вдруг не уткнулась в спину неожиданно остановившегося мужчины.

- Пришли, - объявил Веррен

- И что теперь? - я с недоумением выглянула из-за его спины, осматривая странный вид.

Здесь лес расступался, открывая красновато-коричневые скалы, которые вырастали каскадами природных пирамид и плато, и казались диковинными пирогами на зеленой скатерти листвы.

- Подождем, - пожал плечами Веррен.

Ждать оказалось скучно. Но зато мы, наконец, смогли поесть. Припасенная в сумке еда быстро закончилась, а после такой экскурсии, надо сказать, есть хотелось зверски. И теперь я просто сидела, прижавшись к теплому мужскому боку, а рука дракона по-хозяйски обнимала меня за талию.

- Почему ты не превратился в дракона? Ну, когда сражалась с этими игольчатыми кошками? Ты бы их одной лапой завалил.

- Не было времени. В момент полной трансформации мы очень уязвимы. Я бы просто не успел. Уж лучше сражаться магией и мечом, чем так подставиться.

- О-о, ясно… Почему ты думаешь, что будешь лучшим королем, чем Наминор? - этот вопрос меня давно терзал, но учитывая наши отношения с красноволосым драконом, поговорить по душам ранее явно было невозможно. - Что он вообще тебе сделал?

- Я хотя бы перестану отправлять наш и без того немногочисленный народ на убой во славу короны, - хмыкнул Веррен, к моей досаде убирая руку с моей талии и по привычке взъерошивая волосы.

А я поймала себя на мысли, что тоже хочу запустить пальцы в его огненную шевелюру, прижаться носом к щеке, вдыхая аромат можжевельника. Мотнула головой, отгоняя навязчивое желание, и спросила:

- Разве это делают не все короли?

- Возможно эти “все” хотя бы побеждают?.. Наминор правит больше тысячи лет. О да, король давно немолод, хотя выглядит неплохо. Он девятый король в истории драконов и правит дольше, чем кто либо. И именно в его правление мы утонули в болоте бессмысленных войн. С людьми, феями, эльфами… И полностью уничтожили единорогов.

- Звучит ужасно…

- А на самом деле еще хуже.

- А еще для меня все эти ваши столетия и тысячелетия что-то из области фантастики. На Земле две тысячи лет назад, наверное, только-только изобрели колесо... Веррен, сколько тебе лет?

- Когда я попал на Землю мне было восемьдесят шесть. Учитывая, что где-то в пятьдесят происходит первое обращение в дракона - я был совсем молод. На Ойкумене люди тоже живут дольше благодаря магии нашего мира. Обычные люди могут прожить лет пятьсот, а человеческие маги и до тысячи доживают. Как думаешь, откуда в старинных земных рукописях появились все те старцы со времен Ноя, которые “по рождении Фалека Евер жил четыреста тридцать лет и родил сынов и дочерей?”

- Никогда об этом не задумывалась, честно говоря… Значит, тебе триста восемьдесят девять, - подсчитала я. - И триста три года из них ты провел в качестве статуи? Однако… Но по драконьим меркам ты молод?

- Ну, главой рода я успел стать при этом. К сожалению…

- А что произошло с твоим отцом?

- Это… довольно странная история.

- Странная? - удивилась я. - Я так поняла, что он… погиб?

- Да, война… Очередная война с людьми. Вот только незадолго до этого отец присутствовал на ритуальном поединке между королем и… очередным самоубийцей, как любит говорить моя матушка. Лорд Замар приходился отцу троюродным племянником. Он был сильным драконом, а его Наами Дею за красоту называли Белой Лилией. Но Замар проиграл битву и погиб, а Наминор отдал его девушку… лорду Крассу.

- Крассу? - я вскинулась, вспоминая неприятного “жабоносца”.

- Да, - мужчина тоже скривил красивые губы. - Не знаю, что он с ней делал, но через два месяца прошел слух, что девушка повесилась.

Я промолчала, сглатывая подступивший к горлу комок. Мне было жаль и молодого дракона и эту неизвестную девушку. И одновременно стало невероятно жутко. Ведь мы с Верреном все еще можем повторить их судьбу.

- После поединка отец вернулся взбудораженный и без конца что-то говорил о том, что король врет, что битва была бесчестная. Хотел что-то доказать… Но через месяц Наминор развязал войну с правителем Северного Аэда, всех лордов призвали сражаться. И почему-то именно ту фалангу, которой командовал отец, отправили в ущелье, где вдруг оказалось несколько десятков вражеских магов. Выбраться оттуда никто не сумел… И я очень сомневаюсь, что это совпадение.

- Мне жаль, Веррен… - я положила ладонь на его руку. - А Маори, почему она согласилась помочь? Они тоже с королем что-то не поделили?

- Они не поделили Лес. Этот лес тянется отсюда далеко на Юг, почти до Зеленого моря. Вообще феи живут сами по себе, у них есть Владычица. Но на политических картах всех королевств эти земли входят в состав драконьего королевства, так как феи не поддерживают связь с миром. Королевские маги Наминора обнаружили под этим лесом залежи серебряной руды. Сейчас в тех местах почти двести миль вместо векового леса шахтерские города. После пожара, который длился почти неделю.

- Хочешь сказать, если станешь королем, то вернешь ей Лес и закроешь шахты?

- Пока что я пообещал ей убрать прежнего короля. И она тоже это понимает.

- О, понятно, - кивнула я. - Обычная месть. Не слишком ли это по-человечески для волшебного существа?

- Думаешь, другие расы так сильно отличаются от людей?.. Чш-ш-шшш, тихо, - вдруг едва слышно прошипел мужчина, поднял голову, словно хотел увидеть что-то в чернильно-синем небе, прислушался, и вдруг проказливо улыбнулся. - Кстати о волшебных существах. Готова к охоте на саламандру, амазонка?..

еррен встал, потянулся, разминая мышцы, и невольно привлекая взгляд своей хищной грацией и атлетическим сложением. Кажется, я сама не заметила, как затаила дыхание. Не первый раз один вид этого красноволосого мужчины будил во мне что-то такое из глубины древних веков, пещер и саблезубых тигров. Ту женщину, которая вслух говорит “Нет”, а про себя довольно соглашается: “Сильный. Выносливый… Будет много еды, много детей. Хочу”.

Ох… Не в ту степь тебя несет, Диана. Совсем, не в ту.

Я поднялась следом и тоже подошла к каменной гряде. Она возвышалась среди леса как стол огромного великана и тянулась на запад, исчезая в густом сосняке справа.

- Теперь наверх, - сказал дракон и первым уцепился за край каменного выступа, легко подтягиваясь на руках, и бросил, уже глядя сверху: - Справишься?

- Так вот зачем на ваших Ритуалах эти странные испытания с отвесными стенами, - проворчала я, цепляясь за скальную кромку, - чтобы ящериц ловить?

- Не совсем, - отозвался мужчина. - Скорее это проверка того, начала ли действовать магия Ритуала и девушка стала более выносливой, ловкой и сильной. А значит, станет достойной парой дракону и… сможет выносить будущих наследников.

Ох, надеюсь, в темноте не слишком заметно, как я покраснела?..

Но звучало все довольно логично. В любом из миров мужчинам нужна здоровая жена и сильное потомство.

И да, что и говорить, я правда стала намного выносливей, почти на равных поднимаясь с драконом по стене каменной гряды. Не приходилось даже особенно искать следующий выступ, пальцы сами находили нужные выемки, а руки с легкостью подтягивали тело.

Чтобы добраться до верха гряды потребовалось всего минут десять. К тому же эта лесная “скала” была испещрена удобными выступами, выемками. Словно специальный природный тренажер для начинающих альпинистов.

Добрались мы почти одновременно. Дракон первым шагнул на верхушку и протянул мне руку, легко подтягивая к себе. Я с благодарностью вцепилась в сильную горячую руку. Рывок! И вот я уже наверху.

- Спасибо… Ох, как красиво!

Вид сверху действительно заставлял забыть обо всем.

Вокруг каменного плато шумел вековой лес. Над головой в темно-синем небе светили крупные звезды. Теплый ночной ветер приносил ароматы грибов и смолы, вперемешку с неизвестными цветами.

- А теперь смотри туда.

Проследив за пальцем мужчины, я увидела, как на плато каменной гряды выползают черные ящерки с оранжевыми пятнами на шкуре.

Пять, десять, двадцать… Вскоре я сбилась со счета, выхватывая взглядом то тут то там разноцветные пятна.

А после из-за тучи вышла луна.

Оранжевые пятна на шкурках саламандр вспыхнули огнями, то ли впитывая лунный свет, то ли, наоборот, отдавая свой жар.

- Они такие красивые!.. - мое невольное восклицание среди тишины древнего леса прозвучало как выстрел. - Я их напугала?..

Кажется, мое разочарование было слишком сильным, потому что Веррен усмехнулся и бросил:

- Сейчас вернутся.

Мужская рука нежно скользнула по моему запястью и через секунду на моей коже вновь расцвели те огненные татуировки. Запястья, ладони, шея - все горело магическими огнями. А судя по блеску перед глазами, на лице тоже нашлось место для парочки завитушек.

Саламандры вновь выглянули из своих убежищ между камнями, уставились в нашу сторону любопытными бусинами глаз и стали уверенно стягивать вокруг нас кольцо.

- А вот теперь это уже выглядит не так красиво и безобидно, - шепнула я дракону, наблюдая, как сотни маленьких лапок тихо шуршат по камням.

- Не бойся, - мужчина первым присел на плато, показывая мне пример.

На его пальцах вспыхнули магические огоньки, приманивая саламандр. Две самые храбрые ящерки тут же прильнули к его рукам, потираясь спинками и хвостами о трепещущие язычки пламени.

Осторожно опустилась рядом с мужчиной

Первой до меня добралась толстенькая коротколапая ящерка с узором, похожим на две перевернутые четверки. Ящерка ловко, для своих габаритов, забралась мне на колени и грозно зашипела беззубым ртом на товарок, которым тоже вздумалось подойти ближе.

Застолбила территорию.

Я осторожно опустила ладонь на голову саламандры и пробежалась пальцами по теплому тельцу, потрогала длинный хвостик и осторожно коснулась горящих оранжевых пятен.

- Я думала, что они будут обжигать как огонь, но они просто горят, как светлячки.

Ящерка разомлела от ласки и, вцепившись лапками в мой палец, издавала что-то вроде курлыканья.

- Это пока не чувствуют опасности, - усмехнулся мужчина. - Проверять вариант, когда им что-то не понравится, не советую. А вообще они сейчас думают, что ты тоже большая саламандра.

- Эй, но мы же не будем из них варить какой-нибудь декокт или поджаривать на сковороде?

- Нет, - рассмеялся Веррен. - Ничего такого. Поверь, этой красотке ничего не угрожает.

Свет магических зверюшек оранжевыми отблесками ложился на лицо мужчины, его волосы. Я обняла руками колени и неожиданно сама для себя спросила:

- И все же, ты одновременно и мужчина и ящер?..

- Я не знаю, что тебе сказать, - хмыкнул Веррен. - Для меня это нормально.

- Но ты больше дракон или человек?

- Легенды гласят, что изначально драконы получили от богов способность превращаться в людей за то, что один из драконов согрел своим пламенем умирающего от холода единорога.

- Единорога? - я вновь вспомнила ту встречу в лесу с мифической лошадью. - Одного из тех, кого Наминор потом… уничтожил?

- Да. все так. Драконы же…Сейчас мы больше люди. Наши женщины рожают младенцев, так же как и человеческие жены. Первое обращение в дракона редко когда бывает раньше шестидесяти лет. Но со временем, когда дракон стареет, ему все сложнее превращаться в человека. И, в конце концов, он навсегда остается в этой форме. Пламя остывает, магия все медленнее бежит в крови и постепенно мы засыпаем.

- Как Беренгар?

- Да. Хранитель очень-очень стар, ему больше трех тысяч лет.

- Значит, вы начинаете жизнь в виде обычного ребенка и заканчиваете ее в виде уснувшей каменной статуи?

- Если доживаем. Вот только от этого сна уже не разбудит поцелуй красавицы…

Последние слова он уже прошептал мне на ухо. Его губы вдруг скользнули по мочке уха, а зубы чуть прикусили чувствительную часть. Он зарылся носом в мои волосы и хрипло сказал:

- Ты хотела знать, в чем во мне разница между человеком и драконом. В инстинктах. Веррен-человек помнит о манерах и воспитании, о том, что он лорд. Дракон во мне хочет одного: отнести тебя в какую-нибудь темную пещеру и не выпускать, пока ты еще сможешь шевелиться. И, надо сказать, мне стоит усилий сдерживать зверя.

Я почувствовала, как моя кожа вспыхнула от его слов. Кажется, я покраснела даже под волосами, но вслух как можно небрежнее бросила:

- Похоже на некро и зоофилию одновременно.

- Ты невыносимая дикая амазонка, - насмешливо фыркнул мне в ухо Веррен, но даже не подумал убрать руки, его голос стал внезапно серьезным. - Что с тобой произошло, Диана? Там, на Земле? Почему страстная, нежная женщина прячется в холодной льдине? Я вижу, как иногда она прорывается сквозь твою броню, когда ты забываешь о том, что надо защищаться.

- С чего ты взял, - как обычно в минуту слабости, пальцы нащупали цепочку медальона под вырезом толстовки, пропуская холодные звенья между подушечек. - Ничего…

- Не хочешь говорить?

- Я…

- И как у тебя появился тот шрам?..

Вопросы… столько вопросов! Отвечать на которые я была совсем не готова. Не помню, говорила ли я хоть с одним посторонним человеком на эту тему.

Вот только этот мужчина как-то неожиданно перестал им быть. Не знаю, как так получилось, но я поняла, что он тот единственный кому я правда могу доверять. И он не осудит. Правда, не факт, что поймет…

Привычным жестом я вцепилась в звенья медальона, пытаясь собрать мысли в кучу, и все же заговорила, торопясь выплеснуть все, что осталось в памяти.

Рассказывала, как приехала покорять столицу сразу после школы. И даже - о, чудо! - поступила в престижный университет. Правда учится в нем оказалось не так-то просто. Особенно, когда днем ты сидишь на лекциях, а по ночам подрабатываешь по шесть часов подряд. О том, как мизерной стипендии не хватает даже на основное. Рассказывала о том, как болит желудок, когда ты не ела три дня… Хотя, что об этом может знать мужчина-аристократ из другого мира, который может зажигать огненные шары щелчком пальцев?..

И все равно говорила. Рассказывала о том, как было трудно добиться своего места. Но.. я смогла. Все и даже немного больше. Устроилась на первую работу - в крупную строительную фирму. Там же познакомилась с Виталиком… сынком нашего генерального. На первый взгляд он даже казался нормальным парнем, хоть и мажором. Мы стали встречаться.

Обычно я на каждый Новый год ездила домой, к родителям. Но Виталик с друзьями собрался в горы, кататься на лыжах. И вот не хотела же ехать, и работы было много. Компания улетела в Сочи без меня.

Спустя два дня я все же прилетела к ним. Не предупредила, хотела сделать сюрприз. Осюрпризилась, конечно. Как раз в этот момент Виталик целовался с Ритой, нашей общей подругой. Нужно было уйти в номер, не знаю, порыдать, напиться или просто заснуть. Но я решила проветрить голову и съехать со склона….

- И это было плохой идеей? - вопрос Веррена прозвучал в паузе, пока я собиралась с мыслями.

- На горнолыжных курортах хватает травм. Переломы, растяжения и всякое разное. Но самые опасные травы при столкновениях. Я правда не заметила того лыжника… Оказалось, благодаря металлическому канту, лыжи легко разрезают даже куртку. И не только куртку. Так я попала в реанимацию.

- И поэтому ты перестала пускать людей в свою жизнь?

- Нет. Виталик, конечно, тот еще урод, но не из-за этого, - я покачала головой, понимая, что этот разговор будит во мне слишком много воспоминаний. - Когда я попала в больницу после травмы, мне нужно было переливание крови. Много, очень много крови. А у меня редкая группа четвертая отрицательная. И мне искали донора. Хотя у меня пять сестер и братьев и родители, у которых… первая группа. Их кровь мне не подошла.

Ох, кажется, я сейчас кого-то серьезно удивила. Недоуменно сведенные брови, озадаченный взгляд, словно Веррен пытается разгадать одну из тайн мироздания.

Мне вдруг стало смешно. Я сейчас сижу где-то посредине волшебного леса и рассказываю мужчине, который умеет превращаться в дракона и живет в мире фей и единорогов, почему я такая фригидная дура.

Истеричный смешок пробился сквозь текущие слезы. Я торопливо вытерла тыльной стороной ладони соленую влагу со щек и пояснила:

- У родителей с первой группой крови никогда не родится ребенок с четвертой. Никогда. Они мне чужие. Все чужие. И даже мама, которая пекла мне пирожки с корицей. Никто в семье кроме меня не любил корицу, а она все равно пекла, хоть пять штучек. И братья, которые учили меня плавать и носили землянику из леса, сестры… А я им никто! Знаешь, это в четырнадцать забавно думать о том, как у таких дураков-родителей могла родиться такая умница-дочка, а когда тебе двадцать пять - это совсем не весело.

- Значит, ты приемная?

- Да…

- Ты поговорила с родителями?

- Нет, - я покачала головой, вновь вытирая слезы. - Не хватило духу. Я даже на Новый год не ездила уже два года. Но я нашла… настоящую мать. Знаешь, деньги творят чудеса. И та самая акушерка, которая когда-то принимала роды в роддоме Иркутска, оказывается, так любит вспоминать прошлое, особенно за пару сотен шуршащих купюр…

Веррен оказался отличным слушателем. Тем самым, который не пытается вставить свои ценные замечания, не перебивает и не лезет с замечаниями, а просто слушает.

И он слушал, пока я захлебываясь от мыслей и воспоминаний, перескакивая с одного на другое, рассказывала, как в том далеком году, когда некогда великой страны вот-вот не станет, жаркой июльской ночью в одном старинном городе на берегу Ангары родились две девочки.

Им обоим не повезло.

Одна родилась уже мертвой. Не зря ее мать из маленькой сибирской станции отправили в Иркутск “на сохранение”. Но это не помогло.

Вторая оказалась недоношенной семимесячной, слабенькой и маловесной. Впрочем, ее матери, девятнадцатилетней студентке местного института, нежданная дочь была и здоровой не нужна. Она кричала ошалевшей акушерке: “Она будет инвалидом! Зачем мне ребенок?! Я замуж хочу!” А после написала отказную в Дом малютки и ушла. Залетный ребенок от такого же студента второго курса ей был не нужен. Она собиралась выйти замуж за профессора геологии.

Отказная не пригодилась.

- Они поменяли детей? - спросил Веррен, молчавший все это время.

- Да. Акушерка оказалась удивительно понятливым и сговорчивым человеком. А я после детской реанимации уехала жить совсем в другую семью в один маленький сибирский городок у железнодорожной станции.

- Что ж, по крайней мере твоя мать своей гиперзаботой не превратила тебя на триста лет в камень, - невесело хмыкнул мужчина. - А ты все же выросла в семье. А что в медальоне? Ты постоянно так цепляешься за него.

Я помедлила и все же вытянула из-за шиворота кругляшок медальона. Створки привычно сухо щелкнули, открывая застежку.

- Это… камень? - удивленно спросил Веррен, . - Забавный сувенир. Я уж думал там как минимум алмаз на сто карат.

- Нет, просто кусок гальки, который я два года назад подобрала на дороге возле дома моей… настоящей родительницы. Я нашла ее еще тогда. Она и правда благополучно выскочила замуж за своего профессора. Живет все там же в Иркутске. Я хотела поговорить, спросить… как ей живется? Не мучает ли ее совесть? Не искала ли она меня когда-нибудь?.. Даже подошла к дому. Она как раз подметала дорожки. Детей у нее больше нет. Так и живут вдвоем с мужем. И каждое утро она встает в пять утра, месит тесто и печет своему профессору свежие пирожки. Наверное, счастлива…

- Но ты сказала, кто ты?

- Нет. Спросила какую-то ерунду, вроде как пройти в парикмахерскую, и ушла.

- Жалеешь?

- Ну, сейчас я вообще в другом мире, так что о чем жалеть…

Вновь наступила тишина. Где-то запела ночную песню какая-то птица

- Даже самый сильный архимаг не может изменить прошлое, - тихо сказал Веррен, возвращая мне камень, который он крутил в пальцах. - Но наше будущее только в наших руках. А еще благодаря Ритуалу и магии, я очень хорошо чувствует твои эмоции. Ты ведь боишься? Это страх, что тебя вновь бросят? Или это ты кого-то бросишь? Станешь… как твоя мать?..

Я не ответила, только ниже опустила голову, сдерживая рвущиеся наружу слезы.

- Знаешь, я видел твой мир, Диана. Огромные города, освещенные огнями даже ночью, миллионы людей, невероятные технологии. Можно сказать, что это тоже почти волшебство. Но… позволь мне показать тебе мой мир. Дай мне шанс показать тебе долину эльфов и бескрайние пески царства джинов, холодный край каменных великанов и шумные праздники в человеческих городах. Я не хочу, чтобы ты забыла свой мир, я надеюсь, что ты узнаешь и полюбишь этот. Попробуй увидеть его моими глазами.

В следующую секунду меня просто нагло вздернули в воздух и пересадили, прижимая спиной к мужскому животу. Сразу стало тепло и уютно, волосы обдало чужим дыханием, а руки мужчины обхватили мои запястья.

Боковым зрением я увидела, как недовольно зашипела саламандра, которую сбросили с моих коленей. Но мне было не до нее. Вокруг нас вспыхнула магия. А после что-то затрещало и перед глазами взорвались белые мушки.

Ойкнула от неожиданности и неприятных ощущений, поскорее прикрыла ресницы, сберегая глаза.

- Прости, - недовольно проворчал дракон. - Заклинание сорвалось. Еще раз.

В этом раз все получилось. По крайней мере пространство вокруг словно стало нереальным, объемным, будто стереокартинка. И в этом пространстве вспыхнули те самые лей-линии, которые я уже неделю безуспешно пыталась увидеть.

Магические потоки были похожи на рисунок Млечного пути. В воздухе будто неторопливо плыли мелкие, как сахарная пудра звездочки. Они слабо светились уплывая куда-то по одному им известному маршруту, водили хороводы, танцевали под волшебную музыку.

А Веррен моими руками будто зачерпнул этот свет из воздуха, моими пальцами в своей руке нарисовал ту самую звезду.

И линии в воздухе вспыхнули, засветились все ярче и ярче. Хлопок. И на месте рисунка завис белый светящийся шарик.

- Видишь, все получается, - похвалил меня мужчина с такой довольной улыбкой, будто это я сама только что зажгла эту звезду.

- Невероятно, - мой восторженный шепот кажется ему забавным.

- Я рад, амазонка, - мужские губы прижались к моему уху, оставляя легкий поцелуй и он прошептал. - Давай я тебе покажу еще одно заклинание.

- Может на сегодня хватит? - испугалась я.

- Оно совсем простое. Смотри.

Веррен изобразил круг, внутри появилась жирная запятая, а после круг замкнулся в обратную сторону. Заклинание замерцало серебром и вспыхнуло искрами, активируясь.

- Видишь, еще проще, чем рисовать звезды, - усмехнулся мужчина.

- И что это?

Странная пауза повисла в воздухе. Мои руки вновь оказались на воле. Уже привычным жестом дракон взъерошил волосы и сказал:

- Это заклинание для пар, которые не хотят иметь детей. Действует около суток. Но, как видишь, оно совсем простое и легко обновляется за пару секунд.

- О… - замешкалась я, не зная, чем заполнить неловкий момент. - Но ты же не думаешь, что...

- Нет. Хотя не скрою, что мне бы этого хотелось. Просто хочу, чтобы ты знала, что у тебя всегда есть выбор. Даже если ты думаешь, что нет.

Щеки залил предательский румянец, я прикрыла глаза, пытаясь справится с эмоциями и подступившим к горлу комком.

Неосознанно прижалась к мужчине, потянулась ближе в попытке безмолвно сказать спасибо за то, что понял меня. Понял со всеми моими страхами и тараканами в голове.

И в этот момент раздался взрыв. Земля ощутимо качнулась под ногами. Казалось, даже каменная гряда заходила ходуном. Где-то на Востоке загорелся лес.