Глава 20. Кейт

Семь лет назад

— Я спрашиваю, что это такое, Чарльз!

Крики разбудили мое любопытство. Я еще не слышала, чтобы мама кричала так громко.

Проскользнув из спальни на лестницу, я опустилась на верхнюю ступень, оставаясь скрытой полумраком второго этажа. Брат стоял ко мне спиной, мама лицом к нему на диване. Перед ней на низком кофейном столике лежали два каких-то прозрачных, как для чая, пакетика. И свернутые трубочкой доллары. Мама плакала и одновременно с этим злилась на брата.

— Говори, во что ты ввязался, Чарльз Энтони Эммерсон! Я не допущу, чтобы все это хранилось в моем доме! Так и знала, что нельзя было впускать твоих друзей. Это ведь все они, верно? Они мне сразу не понравились, проклятье! И я принимала их в доме, как гостей?

— Они здесь не причем, — проворчал Чарльз.

— Конечно, а что еще ты скажешь? Кто дал тебе это? Говори! Разве не они?

Чарльз молчал.

— Ты принимал что-то из этого?

Чарльз молчал. Мама издала тихий всхлип, и я поняла, что плачу сама. Звук ее плача резал меня по живому. Хотелось сбежать вниз и навешать брату за то, что так расстроил маму, но я понимала, что будет только хуже, если я вмешаюсь.

— Ничего из этого больше не будет в моем доме! Ты под арестом, Чарльз! Под нескончаемым домашним арестом до возвращения в колледж!

Одним движением мама сгребла пакетики вместе с деньгами, и Чарльз едва ли не к потолку взмыл, когда понял, что она задумала.

— Мама, нет! Не смей!

— Стой, где стоишь, Чарльз, — холодно отозвалась мама и потянулась к коробку, всегда припасенному на каминной полке. Доллары полетели в камин первым.

— Не надо, мама! — взвыл Чарльз. — Они ведь придут за мной, если я вот так исчезну! Они придут за всеми нами! Подумай, что ты делаешь!

— Это тебе нужно было думать о том, что ты делаешь. Ты подставил под удар нашу семью ради легких денег! Твой отец не гордился бы тобой, Чарльз. И я тоже разочарована.

Мама чиркнула спичкой.

— НЕТ!

Чарльз бросился к камину, грубо оттолкнув маму в сторону. Спичка отлетела в сторону. Как одержимый, Чарльз выгреб пакетики из золы, пока мама топтала носком домашних туфель упавшую на ковер спичку.

— Не трогай их, Чарльз! Я тебе приказываю!

— В последний раз, мама. В последний, — повторял Чарльз. — Я тебе сказал, что уеду сегодня в последний раз. Я завяжу, мама. Но мне нужны эти деньги, а еще мне нужно отдать товар, иначе будет только хуже. Для всех нас!

— Ты никуда сегодня не поедешь!

— Еще как поеду, — жестко проговорил Чарльз, выпрямляясь.

Я не видела, что он достал из-за пазухи, но хорошо увидела, как побелела и отшатнулась мама.

— В кого ты превратился, мальчик мой, — прошептала она одними губами. — Скажешь, что и сейчас твои друзья не причем?

— Нет, теперь ты права. Как раз его мне дал Эдвард. Для этого они и приезжали. А теперь меня ждут… Я должен идти.

— Чарльз… — мама выдохнула его имя из последних сил.

— Не вынуждай меня, мама. Я сам в это ввязался. И мне самому нужно с этим покончить. Это была ошибка, но только мне отвечать за нее.

Он стал пятиться к дверям, прижимая к груди испачканные в золе пакеты. Только на миг, когда он развернулся, чтобы распахнуть входную дверь, я увидела, как блеснул черный метал, но уже в следующий момент Чарльз спрятал пистолет под одежду. В карманы отправились злополучные пакеты и деньги.

Оглушительно хлопнула дверь.

Мама покачнулась и рухнула на колени, закрывая лицо. В ту же секунду я слетела с лестницы к ней, задыхаясь и сама от рыданий. Я гладила ее по волосам, плечам и обнимала, а ее только трясло от ярости, жалости и страха.

Во дворе завелся байк Чарльза.

— Я должна остановить его. Я не позволю… — повторяла она.

Невидящими глазами, она осмотрела гостиную и не сразу заметила ключи от машины, которые, как и всегда, лежали возле ее сумочки под зеркалом.

— Мама, куда ты? Мама? — я бросилась к ней.

— Оставайся, дома, Кейт! — она крепче перехватила связку ключей. — Я должна поехать за твоим братом.

— Нет, мама! Нет! Не оставляй меня одну! Нет! — я зарыдала сильнее, хватаясь за ее одежду.

Надеялась, что может быть ради меня она вообще откажется от этой погони и останется дома, или что брат наконец-то уедет и мама не сможет его догнать. Но, судя по звукам, мотор байка барахлил и кашлял во дворе.

— Эдвард и Уильям не причинят вреда Чарльзу, мама, я не верю в это! Останься дома!

— Ты не знаешь, кто они такие, Кейт!.. Ты слишком молода, чтобы осознавать горькую правду.

Мама вздрогнула и посмотрела в окно, когда мотор байка чихнул и завелся.

— Я должна идти.

— Тогда возьми меня с собой, мама! Одна я сойду здесь с ума!

У нее не было времени. Решение мама приняла молниеносно:

— Живо в машину, Кейт!

Я влетела в машину, а мама завела мотор, пристегнулась сама и пристегнула меня и, вглядываясь в темную точку на дороге, сорвалась с места.

В ее глазах появился жесткий отблеск, которого я никогда раньше не видела, а еще она никогда при мне не ругалась.

— Будь проклят этот день, когда эти два ублюдка появились на пороге нашего дома. Мой Чарльз никогда таким не был. Но сейчас, видит Бог, они у меня поплатятся…

Она заговорила, не глядя на меня, резко выворачивая руль на повороте:

— Чтобы ни случилось, Кейт, ты должна оставаться в машине, поняла меня? Что бы ни случилось. Повтори!

Я вцепилась в пересекающий грудь ремень безопасности и громко сказала:

— Я поняла, мама! Я останусь в машине!

— Умница, — кивнула мама.

Жить ей оставалось около часа.