Глава 4. Пир

Столы в зале для пиршеств располагались буквой П. Хотела бы я сказать, что они ломились от яств, но это было не так. Огненное княжество в плачевное состояние, если даже верхушку общества урезают в продуктах.

Пирующие поднялись при нашем появлении в зале. У мужчин был разбойничий вид: колкие взгляды, лица со шрамами. Они пришли с мечами на светский пир, это о многом говорит. Женщины чуть сглаживали впечатление, но и они были далеки от подлинной знати. Я осматривала зал и подмечала детали, будет что потом рассказать отцу. В том, что я вернусь к нему, не сомневалась.

Люди с почтением склоняли головы перед Драконом, прожигая меня любопытными взорами. Я же не смотрела ни на кого и вместе с тем на всех сразу. Этому особому взгляду научил меня отец. Он называл его «взгляд правителя».

Трон Дракона украшал верхушку буквы П как вишенка торт. Мое место было рядом с ним — по правую руку, а сбоку от меня сидели Иридия и княгиня. Они были живы и здоровы. Увидев их, я испытала небывалое облегчение, словно цепи, сковывающие меня по рукам и ногам, спали.

Не терпелось подойти к ним, потрогать, убедиться, что они настоящие, но Дракон не торопился садиться сам и предлагать сесть мне. Он демонстрировал меня своим людям. Я — главный трофей пира, все должны меня видеть. Словно кубок за первое место в состязаниях меня выставили в витрине.

Сам Дракон расположился за моей спиной. Я затылком ощущала его горячее дыхание. Казалось, позади меня вулкан, такой сильный жар шел от мужчины. Какая же у него температура тела? Я вспомнила обжигающее прикосновение. Должно быть, после его ласк остаются ожоги.

Дракон качнулся вперед, сокращая дистанцию между нами, и меня окатило волной раскаленного воздуха, будто сзади разверзлась доменная печь. Интересно, он извергает огонь? Наверняка, да.

— У меня деловое предложение, милантэ, — произнес Дракон.

— Я слушаю, — кивнула.

Это был странный разговор. Мужчина стоял за мной, я смотрела в зал, а не на него. Но так даже лучше. Не видя лица Дракона, я чувствовала себя уверенней и была готова к переговорам. По крайней мере, мне так казалось.

— Ни отец, ни жених тебе не помогут. Им не добраться до Морабатура. Ты пробудешь здесь столько, сколько я пожелаю. Смирись с этим.

— Я все еще слушаю, но пока слышу исключительно угрозы. Где же предложение?

Судя по смешку, мои слова развлекли Дракона. Моя бравада забавляет его? Что ж, пусть веселится, но знает — я так просто не сдамся.

— Раз уж ты задержишься здесь, милантэ. Возможно, навсегда. Выбирай, кем хочешь быть: любовницей или женой? Меня устроят оба варианта.

Произнося это, мужчина пробежал пальцами по моей шее, поправляя непослушные пряди. От его прикосновения меня передернуло, словно до кожи дотронулись не пальцы, а паучьи лапки.

— Я могу быть добрым и ласковым хозяином, — прошептал мужчина мне на ухо. — Все зависит от тебя.

У меня дыхание перехватило от его наглости. Так он меня представляет — в его постели? Размечтался. Не бывать этому!

Резко крутанувшись на пятках, я размахнулась, собираясь влепить Дракону пощечину. В тот момент мне было плевать, что за нами наблюдает весь зал. Пусть и не надеется, что я буду безропотно подчиняться его желаниям.

Но рука не достигла цели — ее перехватил Дракон. Его пальцы сжались вокруг моего запястья раскаленными тисками.

— Не стыдно, милантэ, бить незрячего? Или на это и был расчет? Думала, я не смогу за себя постоять? — в голосе мужчины сквозила издевка. — Так я тебя разочарую, даже в повязке я вижу лучше многих людей.

— Пустите меня, господин Дракон! — я вырвала руку и потерла запястье. Оно горело после прикосновения чудовища, но синяков не наблюдалось. Мужчина держал меня осторожно, чтобы не навредить. Это странная забота лишь сильнее злила. Как будто я игрушка, которую он раньше времени боится сломать.

— У меня уже есть жених, я дала ему слово. И пусть мы никогда не увидимся, я все равно буду хранить ему верность, потому что люблю его. Так что вашей женой я стать не могу, а любовницей быть не желаю. Я не собака, чтобы у меня был хозяин, — ответила на его предложение.

— Я могу заставить, — произнес он будничным тоном.

— Тогда зачем спрашиваете мое мнение?

Дракон поджал губы. Он ведь не рассчитывал, что я с радостью соглашусь? Я еще не выжила из ума.

— Присядем, — он жестом пригласил меня за стол.

Я снова повернулась к залу и заметила любопытную вещь: пирующие смотрели куда угодно, только не в нашу сторону. Они нарочно избегали нас взглядами, таким образом оставляя нас наедине. Неплохо Дракон выдрессировал свою свиту. Со мной он планирует проделать то же самое?

Мужчина лично подвинул мой стул. Я села и спрятала руки под столом, чтобы никто не видел, как они дрожат. Очень сложно изображать спокойствие, которого нет и в помине.

Я сосредоточилась на Иридии и княгине Оквинии. Поговорить в присутствии Дракона мы не могли, но обменялись многозначительными взглядами. Видеть их живыми и невредимыми — подлинное счастье. Но где же телохранители? Их не позвали на пир?

— Кого-то ищешь? — догадался Дракон по моему мечущемуся взору. — Посмотри туда.

Он указал на стену в противоположном конце зала. Я посмотрела туда и не сдержала возмущенный возглас. Агварес и его люди стояли прикованные цепями к стене. Пока гости и мы вместе с ними пировали, мои верные телохранители терпели унижение и страдания.

— За что вы так с моими людьми? — повернулась я к Дракону. — Чем они заслужили подобное обращение? Тем, что выполняли свой долг, защищая меня?

— Это не месть, — качнул он головой. — Всего лишь традиция. Поверженный враг присутствует на пиру в качестве доказательства победы.

До чего ужасный, варварский обычай! Хотя чего еще ожидать от подобного сброда. Эти люди не просто выглядят дикими, они такие и есть. В огненные земли ссылают воров, убийц и прочие отбросы со всех княжеств. Здесь понятия не имеют о чести и сострадании.

— Снимите их немедленно! — потребовала я.

— Или что? — поинтересовался Дракон.

Я кусала губы, не зная, что ответить. Какие у меня козыри? Да никаких. У меня и карт-то нет. Дракон побил меня еще до начала игры.

— Угрожать ты мне не можешь, — заметил мужчина. — Нечем. Но я готов поторговаться. Предложи что-нибудь взамен.

Дракон откинулся на спинку трона, насмешливо глядя на меня. Повязка на его лице совсем не мешала считывать эмоции. Не видя глаз, я откуда-то точно знала, какое у них выражение.

— Но что? — от шока я растеряла всю браваду. Отчаянно хотелось помочь мужчинам, которые сражались и гибли за меня. Агваресу, потерявшему сына. Разве он мало мучался? Но что у меня есть такого, что заинтересует Дракона? Ведь я и так в его полной власти!

Видя мое замешательство, мужчина сжалился:

— Как насчет танца? Сущий пустяк. Потанцуй со мной, милантэ, и я прикажу отвести твоих людей обратно в темницу. Иначе они будут висеть на стене всю ночь.

Подумаешь, танец. Это ведь не страшно. Верно? Я представила, как Дракон снова коснется меня. Возможно, обнимет. Мы будем близко-близко. Что если я сгорю в его объятиях, и от меня останется лишь пепел?

Я сглотнула ком в горле и кивнула. Танец так танец. Не съест же он меня.

— Смело, — похвалил Дракон. — Я думал, откажешься.

— Давайте уже покончим с этим, господин Дракон.

— Позже. Сперва поешь.

Мужчина отвернулся от меня. Вот чего он добивается? Хотел, чтобы я уступила ему хоть в малости, а как добился желаемого, потерял интерес? Я повела плечами. Если он продолжит прогибать меня вот так по капле, вскоре от моей хваленой независимости ничего не останется. Я буду выполнять команды еще до того, как он их озвучит. У меня действительно появится хозяин. Нельзя этого допустить!

Когда Дракон снова заговорил, я уже была настроена на сопротивление.

— Между прочим, у меня есть имя, — произнес он. — Не обязательно звать меня «господин Дракон».

— Охотно верю, — перебила я, пока он не представился. Не хочу знать, как его зовут. Он ведь и сам отказался называть меня по имени, я всего лишь отвечаю любезностью на любезность. — Но имя чудовища мне не интересно.

Дракон хмыкнул. Понял намек. Понравились ему мои слова или нет, а настаивать он не стал.

Я мрачно ковыряла вилкой в тарелке, когда Иридия осторожно потянула меня за рукав. Видя, что я занята беседой с Драконом, подруга опасалась заговаривать со мной, но едва мы умолкли, она рискнула.

— Выпейте, княжна, — Иридия подвинула ко мне кубок. — Вино придаст вам сил.

— Ты слышала про танец? — уточнила я.

Иридия опустила взгляд. Значит, слышала. И не только про танец, но и все остальное.

— Вы очень храбрая, — прошептала она.

Я горько усмехнулась. Была бы храброй, спрыгнула бы с балкона, положив конец издевательствам и освободив отца. Он бы оплакал меня и успокоился. Я всего лишь младшая дочь, а вовсе не опора и надежда княжества.

Я взяла предложенный Иридией кубок и сделала несколько глотков. Вино теплом разлилось по желудку. Последние дни я ела крайне мало, а потому хмель сразу ударил в голову. Зал закружился, мышцы расслабились. Как же я, оказывается, была скована, словно на мне броня.

Я снова потянулась к кубку.

— Не стоит налегать на вино, милантэ, — рука Дракона мягко опустилась поверх кубка. — Тебе еще танцевать.

Я едва не зарычала. Мало того, что одержал верх, так постоянно тыкает носом в свою победу. Невыносимый!

Больше я к вину не притронулась. Зато немного поела. Мясо было сочным и нежным, но чье оно я не поняла. Должно быть, какое-то местное животное. Оставалось гадать, кто способен выжить в этой жаре и дефиците воды. Разве что ящерицы.

Пир шел своим чередом. Менестреля в центре зала сменил сказитель. В руках у него была теобра — струнный щипковый инструмент. Полилась мелодия, а потом и рассказ. Я вслушивалась в его слова. Впрочем, не я одна. Разговоры в зале стихли, все заинтересовались.

Это было сказание о великой битве при Орулле. Всем знакомая история о том, как люди победили драконов. На моей родине ее тоже часто исполняют. Драконы пришли из княжества огня и напали на княжество воздуха. Они истребили всех еще до того, как к воздушным подоспела подмога.

Уже после гибели воздушных объединенные силы княжеств земли и воды встретились с драконами под Оруллом и сошлись в битве. Людей вел праведный гнев, и они победили — убили большую часть драконов, а тех, кто выжил, навсегда изгнали обратно в огненные земли, где им самое место. С тех пор минуло более семидесяти лет. Драконы практически вымерли. В живых остался один — тот, что сидел по левую руку от меня. Пусть он одинок, но все еще силен. Людям до сих пор не удается уничтожить его.

Но здесь предание звучало иначе. Местный сказитель нагло переврал историю. Он выставил злодеями не драконов, а людей. Его послушать, так драконы и были теми самыми воздушными. Княжества земли и воды объединились, чтобы захватить их земли. Жестоко обманув драконов, они убили практически всех, а тех, кто остался в живых, изгнали в огненные земли, где прежде никто не жил.

Это ж надо так сочинять! Слушая историю, я фыркала от негодования и в итоге не выдержала:

— Все было не так, — возмутилась я вслух.

Дракон повернулся ко мне:

— Откуда такая уверенность, милантэ? Ты там была?

— Нет, но у нас эта история звучит по-другому.

— И что? Разве это означает, что верен ваш вариант, а не наш?

Я открыла рот, да так его и закрыла, ничего не сказав. Доказательств у меня нет. Но зачем нашим сказителям передавать небылицы? Чужое предание зародило неприятные сомнения. Не может быть, чтобы мне и всему народу врали с самого детства. Дракон сам придумал эту историю, желая обелить своих предков, которые были такими же чудовищами, как и он.

Наклонившись вперед, я посмотрела на княгиню и, поймав ее взгляд, глазами попросила развеять мои опасения. Ее светлость криво усмехнулась и качнула головой. Весь ее вид говорил: не верь тому, что слышишь, это наглая ложь. Княгиня выглядела убедительно, и я мгновенно ей поверила. Конечно, это ложь. Я глупа, если сомневаюсь в этом.

Окончания баллады слушала вполуха. Это не сказитель, а обманщик. Он не достоин моего внимания.

Закончив повествование, сказитель ушел. Заиграли музыканты, и Дракон протянул мне руку.

— Пора, — сказал он.

Я застыла, не понимая, о чем он.

— Забыла о сделке? Танец в обмен на спокойствие твоих людей. Или ты передумала?

Нет, конечно, не передумала. Просто не готова. Но все же вложила дрожащие пальцы в ладонь Дракона.