Глава 22. Кто ты? II

   Княжич крепко держал меня за предплечье, когда шел по коридору. Ничего не оставалось, как идти следом. В противном случае он бы вырвал мне руку.

  Он притащил меня в покои Дракона и развернул лицом к себе.

  — Говори!

  От его рыка волоски на руках встали дыбом.

   — Что ты хочешь услышать?

  — Где обсидиан? Как усмирить вулкан? Я ведь вижу, как ты убиваешься по Дракону. Все это видят. Он что-то значит для тебя. Наверняка и ты ему небезразлична. Уверен, он поделился с тобой знаниями. Хоть чем-то.

  — Хочешь узнать, как он усмирял вулкан? Я скажу. Своей магией. Той, что есть только у драконов. Ни тебе, ни другим она неподвластна. Так что лучше прикажи собирать вещи, потому что Морабатур обречен, а вместе с ним все, кто здесь останется.

  — Ложь! Ты – лживая дрянь!

   Рассвирепев, Дариус толкнул меня. Его ладони ударили по моим плечам со всей силы. Я потеряла равновесие и начала заваливаться назад. За моей спиной находился небольшой бассейн с лавой. Дракон организовал его как проводник к сердцу скалы и окружил магическим куполом, который сдерживал жар лавы. Бассейн помогал ему контролировать вулкан, но для меня он стал роковым.

    Я сделала шаг назад, неловко взмахнула руками в попытке удержать равновесие. Тщетно. Наткнувшись на бортик, полетела назад, прямиком в лаву. Увы, купол был непроницаем только для температуры и испарений вулкана.

    Я плюхнулась в бассейн, разбрызгивая вокруг огненную жидкость и визжа от ужаса. Дариус стоял напротив, смотрел на меня огромными испуганными глазами. Подобное не входило в его планы. Упади я где-то на лестнице и сломай шею, он бы объяснил мою гибель несчастным случаем. Но смерть от ожогов попахивала убийством. Отец это так просто не оставит.

    Я барахталась в бассейне, пытаясь выбраться. Платье загорелось, волосы тоже наверняка пылают, а кожа обезображена. Странно, что я до сих пор не лишилась сознания и не чувствую боли. Должно быть, это шок. Я слышала, из-за него боль появляется не сразу. Но уж когда придет, на стену будешь лезть.

  — Давай руку, — Дариус схватил меня за пальцы, чистые от лавы, и выдернул из бассейна.

  Он помог мне скинуть горящую одежду, а потом набросил на меня покрывало, чтобы потушить языки пламени. Ведь я горела в прямом смысле этого слова. Как бумага, брошенная в камин.

    Огонь потух. В комнате витал стойкий запах горелого. Пепел на полу – все, что осталось от моей одежды. Как же я выгляжу? Мне было страшно взглянуть на себя. Дариус тоже отворачивался, делая вид, что занят ковром, на который попало немного лавы. Он затаптывал тлеющие очаги сапогом.  

    Повернувшись к княжичу спиной, я нашла взглядом зеркало в паре шагов от себя, но сделать их было как никогда сложно. Что я увижу в отражении? Обезображенное чудовище?

   Боль все еще не пришла. Шок был слишком силен. Наверное, только посмотрев на раны, я их почувствую. Решив начать с малого, я вытянула перед собой правую руку. Кажется, именно она побывала в лаве. Кожа, вопреки ожиданиям, была чиста. Должно быть, я спутала руки. Правая – та, за которую меня вытащил Дариус, а левая была в лаве.

     Я выпутала из покрывала левую руку и осмотрела ее. Снова ничего. Ни следа ожогов. Я погладила кожу, желая убедиться – мне не привиделось. Рука и на ощупь была гладкой.

    Я кинулась к зеркалу и вплотную приблизила к нему лицо. Все цело. Губы, нос, волосы – идеально. Словно не было никакой лавы. Но ведь это невозможно! Я скинула покрывало, оставшись в чем мать родила, и крутилась около зеркала, рассматривая себя.

   В этот момент не думала о Дариусе, напрочь забыв о его присутствии в комнате. Меня волновало одно: как такое возможно? Упасть в лаву и уцелеть. Что это за магия и откуда она у меня? Или что-то не так с лавой? Быть может, она не настоящая?

     Дариус подумал о том же. Я услышала его вскрик и обернулась. Княжич опустил палец в лаву и получил серьезный ожог. Кожу буквально разъело. Меня замутило от вида крови и запаха паленого мяса.

  Подхватив с пола покрывало, я закуталась в него. Нечего провоцировать Дариуса, стоя перед ним обнаженной.

  — Как любопытно, — пробормотал он, обматывая обезображенный палец платком и морщась от боли. — Я получил ожог, а ты цела и невредима.

  Он осмотрелся вокруг, что-то выискивая. Взгляд княжича зацепился за графин с широким горлышком. Тот был из особого сплава, известного лишь в огненных землях, стойкого к самым высоким температурам.

    Схватив графин со стола, Дариус вылил его содержимое на пол. Между прочим, это было дорогое вино. Затем княжич подошел к бассейну и зачерпнул в графин лаву. Сплав выдержал.

   Следом Дариус стремительно повернулся ко мне. Я не успела отреагировать и прикрыться, как он выплеснул лаву прямо мне в лицо.

  Я вскрикнула и отскочила, но поздно. Лава попала на подбородок и шею. Я чувствовала, как она стекает в ложбинку между грудей. Щекотно, но не больно.

  — Поразительно, — отбросив графин, Дариус шагнул ко мне. — Ни следа.

  Вырвав у меня из рук край покрывала, он распахнул его. Расширенные от возбуждения зрачки мужчины следили за каплей лавы, бегущей по моему животу.

  — Кто ты, Касильда? — хрипло спросил Дариус, заглянув мне в глаза.

  — Княжна и твоя жена.

  — Чушь. Ты прекрасно знаешь, я не о том спрашиваю. Человек не в состоянии выдержать соприкосновение с лавой. Твое тело должно быть покрыто ожогами. Лава спалила бы твое мясо до костей. Но вот ты стоишь передо мной – все так же свежа и красива. И я спрашиваю: кто ты?

   Я сглотнула вязкую слюну. Разумеется, я уже догадалась, почему лава меня не берет. Все дело в драконьей крови. Она делает меня невосприимчивой к огненной стихии. Наверное, я способна войти в открытое пламя и не обгореть.

  — Он ведь не просто так на тебе женился, — вкрадчивый голос Дариуса ворвался в мои мысли. — Ты что-то для него значишь. Как много?

   — О чем ты? — я запахнула покрывало и завязала его на груди, чтобы не спадало.

   — Я спрашиваю: как много ты для него значишь? Что он готов сделать ради тебя?

   — Ты хотел сказать: готов был сделать.

   — Я сказал то, что хотел. Ни к чему меня поправлять.