Глава 30

Максим. Год назад

Максим накинул рубашку на голое тело, а пуговицы застегивать не стал: с левой руки сняли повязку, но прежняя ловкость еще не вернулась. А вот со спиной дела обстояли хуже. На нем был специальный корсет, который раздражал его. Даже боль не досаждала ему так сильно, ведь с болью он по-мужски понимал, что надо делать – терпеть и все.

– Глеб! – позвал он охранника.

Макс развернулся и ухватился за поручень на стене. В доме многое переделали, чтобы ему было удобнее: вынесли несколько дверей, раскидали повсюду пульты, чтобы можно было опустить шторы или вызвать персонал, подогнали медицинское оборудование. Правда, Макс приказал все убрать подальше с глаз. Реабилитация затягивалась, и он больше не мог жить в комнатах, которые напоминали больничные палаты. Это невыносимо, когда тебе двадцать с небольшим: начинаешь чувствовать себя дряхлым стариком, который и мочиться должен под присмотром доктора. По этой же причине он выкинул в окно инвалидное кресло, которое поставили в его комнату.

– Босс… – Охранник появился, когда Максим уже сам вышел в гостиную.

Она была огромной и переливалась итальянской роскошью. Макс выбрал самый дорогой дом, который предлагал новый город. Вадим уговорил его уехать из Нижнего, давя на то, что место надо постоянно менять. Максим согласился и подумал о том, какая веселая жизнь ждет его в ближайший год. Переезды да уколы.

И месть.

В его голове что-то щелкнуло. Если раньше он не желал крови своего отца, то теперь думал только о том, как его уничтожить. Он не собирался всю жизнь прятаться, оглядываясь по сторонам и придумывая всякие небылицы для матери, чтобы она не переживала. Нет, так дальше не будет. Лимит оказался исчерпан. Он уже ловил пули от людей отца, он уже провел из-за него детство в детдоме, а теперь еще и взрыв… Максим решил с этим покончить.

– Она здесь? – спросил он у охранника. – Приведи сюда.

Охранник кивнул и ушел исполнять указание. Максим же еще раз оглядел гостиную, в которой провёл первые ночи в этом доме. В спальне не мог: стены давили. Но потом прошло. Вернее, он понял, что это не стены, а чертов корсет и собственная слабость, от которой не убежать. Вот и сейчас боль все равно доставала, не давая сделать нормальный шаг и вынуждая повсюду высматривать предметы, за которые можно ухватиться.

Максим дошел до окна с широким подоконником. На него были брошены подушки и пара пледов.

– Слава Богу, ты в порядке! – услышал он звонкий голос Ксении, а потом стук её тонких каблуков. – Господи, Максим!

Каблуки застучали в его направлении. Он развернулся, когда по звукам стало ясно, что она вот-вот дотронется до него. Он перехватил ее и не дал себя обнять. Вместо этого сжал ее руку выше локтя и перенаправил на подоконник. Ксюша с удивленным выдохом упала на подушки, но довольно быстро нашлась и выпрямилась. Тогда Макс сделал еще шаг, продавив ее и заставив развести ноги. Он встал между ее бедер и положил ладони на ее худые плечи.

– Не надо там громко разговаривать, Ксюша.

Она заморгала, почуяв холод в его голосе. В прошлый раз он был с ней мягче. Она впорхнула в его палату, в которой он только-только пришел в себя и еще ничего толком не понимал. Он едва помнил, что говорил ей тогда, да и была она перед его глазами всего несколько минут.

– Хорошо. – Она послушно закивала. – Я просто перенервничала: ты уехал, а твои люди отказались говорить мне, куда и почему. Меня оставили в том отеле и лишь сказали, что надо ждать. Я почувствовала себя использованной…

Она сделала обиженное лицо, но вскоре отвернулась, не выдержав взгляда Макса.

– Ведь я рассказала твоим людям все, что знала о твоем отце: как его люди вышли на меня, какие вопросы задавали… Я помогла от чистого сердца.

– Ты не помогла. – Максим сощурился. – Но ты еще можешь помочь.

Он заставил свои руки вспомнить нежность. Перенес ладони на тонкую шею Ксюши, а потом обхватил ее лицо. Ксюша встрепенулась, и ее напряжение приобрело совсем другой подтекст: взгляд стал не затравленным, а предвкушающим. В ее зеленых глазах тут же блеснули озорные огоньки, которым хватило малейшей искры.

– Да? – Она улыбнулась и потянулась к нему навстречу. – И как я могу помочь тебе?

– Мне нужно, чтобы ты снова вышла на моего отца. Мои люди все устроят, они закинут удочку и скажут тебе, что ты должна говорить.

– Но в прошлый раз я не встречалась с ним лично.

– А в этот раз ты потребуешь личную встречу. За ценную информацию обо мне.

Ксюша замялась.

– То есть, я должна выманить его?

Максим кивнул. Он не хотел с ней разговаривать, приходилось делать над собой усилие. И дело было не в ее услужливости, которая буквально кричала о том, насколько Ксюша падка на большие деньги. Максу было плевать, если в нем видели всего лишь набитый доверху кошелек, он тоже в большинстве девушек видел то, что они не хотели бы о себе услышать. Но Ксюша напоминала об Арине. Поэтому каждое соприкосновение с ней отдавалось чем-то едким и отравляющим, как промывка для катетера. От этого раствора во рту появлялся странный неприятный привкус.

Вот и сейчас было хреново. Он трогал ее и отдавал себе отчет в том, что может использовать ее во всех смыслах: не только для мести отцу, но и для того, чтобы получить разрядку. Можно было разложить ее прямо здесь. Она посопротивляется для приличия, но позволит ему делать с нею все, что он захочет. Ксюша слишком долго лезла в его постель, чтобы упустить свой шанс.

– Я должен знать, что могу доверять тебе, – добавил Макс. – Что ты на моей стороне.

– Это так, Максим. Это ты отталкивал меня, а я всегда хотела быть рядом.

Она повернула голову и дотронулась губами до его большого пальца. Потом потянулась вперед еще сильнее, вставая с подоконника, и приблизилась к его лицу на расстояние поцелуя.

– Слышишь? – повторила она уже более уверенно. – Я сейчас здесь, хотя твой отец обещал заплатить мне хорошие деньги. Мне нужно было всего лишь пригласить тебя на встречу, а потом отправить сообщение на номер, что ты на месте.

Она не могла этого сделать, потому что Макс бы не поехал к ней на встречу. Но он не стал спорить, позволяя ей говорить дальше.

– Я не согласилась, поэтому я здесь. Я рядом с тобой. – Она закусила нижнюю губу. – А где твоя Арина?

Она неожиданно произнесла ее имя, и Макса невольно передернуло. Он схватил ее за руку и больно сжал, чтобы она сейчас же прекратила. Он сам не знал, что здесь, оказывается, проходит красная черта. Ксюша вдруг нащупала ее и заставила ощутить прилив чистой злости. Но она не отступила, лишь протяжно выдохнула, после чего то ли усмехнулась, то ли фыркнула.

– Она маленькая капризная девочка, которая не умеет доверять…

– Довольно! – отрезал Максим.

Он обхватил талию Ксюши обеими ладонями.

– Но это правда, – произнесла она с вызовом и вырвалась из захвата.

Максим покачнулся, ощутив, как болезненные иголки впились в поясницу. Ксюша не заметила этого, она завелась и прошлась быстрым шагом в центр комнаты.

– А может, проверим? – Она бросила вопрос куда-то в сторону. – Арина?!

Ее гневный выкрик разлился по гостиной.

– Арина?! – повторила Ксюша, после чего скрипнула каблуками, резко развернувшись обратно к Максиму. – Ее здесь нет. Она исчезла, как только ты попал в беду.

Самое противное было то, что эти мысли и так приходили к нему. Максим злился, по старой привычке отмахивался от своих чувств, но невозможно было отрицать, что Арина крепко зацепила его. И то, что она действительно исчезла из его жизни, когда ему помогло бы простое прикосновение, изводило.

– Ты закончила? – поинтересовался Максим, когда Ксюша замолкла. – Ксения, я говорю в последний раз: больше ни слова о ней.