Глава двадцать восьмая

— Я могу объяснить все… я тогда выпил… сильно перебрал и…

Руслан замолк, когда заметил, как отхлынула с ее лица вся краска.

— Оливия, я тогда не знал тебя и…

— Идите оба к черту, — со злостью выговорила Оливия и на непослушных ногах вернулась к автомобилю.

Руслан догадался, что она собралась уехать вместе с ребенком на его машине, причем оставив его здесь, и не стал догонять ее. Он это заслужил вместе с хорошим ударом по лицу.

Вика перестала смеяться и посмотрела вслед удаляющемуся на высокой скорости автомобилю.

— Что? Бросила тебя моя сестренка? Оливия с детства была с непростым характером.

Руслан почувствовал усталость и отрешенность от всего происходящего с ним. Он притронулся к спиртному лишь однажды, и то в ночном клубе, проиграв другу в глупом и бессмысленном споре. Вика тогда сама подсела к нему. Дальше произошло то, что обычно бывает, когда теряешь контроль над своими действиями. Хорошо хоть ему тогда хватило ума использовать презерватив. Теперь ему придется расхлебывать свою ошибку, совершенную по дурости. Подцепить в клубе девчонку и переспать с ней, было не такой уж и редкостью среди современной молодежи. Но откуда он тогда мог знать, что спустя несколько лет, полюбит ее сестру?! Все это не укладывалось в голове! Он стал всматриваться во внешность Вики, пытаясь вспомнить еще что-нибудь. Вспомнил только то, что она была брюнеткой с короткой стрижкой. Ее лицо полностью стерлось из памяти.

«Лови очередной сюрприз, Руслан», — выдал ему мозг.

— Нет, придурок, Алиса дочь Савичева, а не твоя, — произнесла она. — Даже не думай об этом. Я не забеременела после того случая.

— Я знаю.

— Ну и кто из нас двоих хороша в занятии любовью?

Ее голос с издевательскими нотками заставил посмотреть на нее по-другому. Вика хмыкнула, окинула его с ног до головы оценивающим взглядом и ждала ответа.

— Вика, позволь тебе напомнить, что я не занимался с тобой никакой любовью, — покачал он головой. — Я был пьян. Пьян в хлам. Ты открыто предложила мне закрыться в туалете клуба. Что мы и сделали. Будь на твоем месте другая девушка, я бы тоже согласился. Все.

— И ты занялся со мной любовью, — настаивала она.

— Нет, — снова покачал он головой и засунул руки в карманы. — Это обычный тр*х, а не занятие любовью. Я точно помню, как ты обхватила бочок унитаза и нагнулась, — произнес он с горечью в голосе и нервно провел рукой по своей голове. Он бы сейчас отдал все, если бы была возможность вернуться обратно и исправить эту ошибку. — Это грязный унитазный секс, а не то, что ты себе представила.

— Ты тогда очень быстро к*нчил! — нашлась она с ответом, пытаясь его уколоть словом.

— Потому что мне было на тебя наплевать. Я был пьян. Я думал только о себе. С таким же успехом я бы и подр*чить смог. Никакой разницы, — твердо произнес он, всмотревшись вдаль, — Повторюсь, я был пьян, но и не оправдываю свой поступок. Я знаю, что мои слова могут ранить тебя и меня это не особо волнует, но я хотя бы говорю все как есть. Если я и виноват, то только перед Оливией, которую я, кстати, тогда и не знал.

Он замолчал и вздохнул, почувствовав себя практически убитым.

— Не жди, что она тебя простит, — произнесла Вика уже безрадостным голосом.

— Я буду ждать столько, сколько нужно. Я люблю ее, — сказал Руслан отрешенно, все еще погруженный в свои мысли и стал удаляться от нее.

Солнце уже садилось, и температура воздуха опустилась на несколько градусов. Он стал идти в том же направлении, что и уехала Оливия. Руслан намеревался поймать попутную машину и доехать до дома.

— Подожди! А мне что делать?!

Голос Вики заставил его остановиться и обернуться. Между ними было примерно десять-пятнадцать метров.

— У меня в машине закончился бензин.

— Потому что ее слила Оливия. Вызови эвакуатор, — пожал он плечами, развернулся и продолжил путь.

Он знал, что такая девушка, как Вика никогда не пропадет и придумает что-нибудь. Она была из тех, которые могли с легкостью повернуть любую ситуацию в свою пользу и извлечь из этого максимум выгоды. А ему нужно было о многом подумать и долгая дорога домой поможет проветрить и без того кипящие от всего этого мозги.

***

— Мам? — услышала Оливия с заднего сиденья голос дочери. — Почему ты плачешь?

— С чего ты взяла? — нервно улыбнулась она, управляя автомобилем Руслана, и вытерла плечом щеку. — Я не плачу. Мы скоро доберемся до дома.

Оливия заметила, как поднялся ветер, и вдалеке показались тяжелые грозовые тучи. Этого стоило ожидать, особенно после стольких дней пекла.

— А почему ты оставила дядю Руслана?

— Он сам об этом попросил.

— Зачем? — раздался сзади детский голос.

— Он хочет пройтись пешком, — ответила Оливия. — Ему это только пойдет на пользу, — добавила она сердитым голосом, сжимая руль рукой.

Вопросов больше не последовало. Оливия свернула на повороте и въехала в родной городок. Через две минуты она плавно затормозила около забора Руслана и заглушила двигатель. Зевс тут же подбежал к ним и, не увидев своего хозяина, стал осматривать салон машины, когда Алиса открыла дверь и спрыгнула на землю.

— Зевс, твой хозяин скоро придет, — сообщила она больше дочери, которая стала гладить собаку, чем Зевсу.

Оливия приказала себе не думать о Руслане. Она переживет этот момент и забудет о нем раз и навсегда. У нее есть дочь. Это самое главное. Нужно вести себя дальше так, будто ничего и не произошло, а Руслан может катиться ко всем чертям. Подумав о нем, она снова чуть не заплакала, но сила воли помогла ей сдержать рвущиеся слезы.

На крыльцо вышла Нина Евгеньевна и собралась задать вопрос, но Оливия опередила ее.

— Мама, пожалуйста, никаких вопросов. Алиса пошли домой, вымой руки и садись за стол. Пора ужинать.

— А где Вика? — спросила женщина, следуя за ними на кухню.

— Не знаю. Надеюсь, у нее хватит ума, чтобы вернуться обратно в Москву! Мама, пожалуйста, — она остановила ее очередной вопрос, подняв руку. — Я больше ничего не хочу слышать о Руслане и об этой бестолковой стерве!

— Бабушка, можно мне конфету?

— После ужина, — ответила вместо нее Оливия и повела дочку в ванную.

Через несколько минут Алиса уже сидела за столом и ела куриный суп. Нина Евгеньевна следила за нервными движениями дочери на кухне. Она бесцельно открывала шкафчики, пытаясь найти что-то, и с громким стуком закрывала их обратно.

— Оливия, не хочешь поговорить? — спросила Нина Евгеньевна.

Оливия больше не смогла вынести звенящего напряжения внутри. Слишком сильной и невыносимой была душевная боль. Слезы одна за другой стали капать ей на руки. Она со стуком поставила ненужную чашку на столешницу и выбежала из кухни. Нина Евгеньевна посмотрела вслед дочери и услышала, как захлопнулась дверь ее комнаты. Женщина перевела взгляд на внучку, которая с аппетитом ела суп.

— Маме нравится дядя Руслан, а он обидел ее, — произнесла Алиса, перед тем, как отправить ложку супа в рот.

Слова внучки не удивили ее. Дети видят намного больше, чем взрослые. Она и так догадывалась о том, что Оливии нравится сосед. С самого начала появления здесь младшая дочь не отлипала от окна, когда Руслан появлялся во дворе, и думала, что она этого не замечает.

— Я так и знала, что между ними кошка пробежала, — сказала женщина.

— Это тетя Вика, — улыбнулась девочка, до конца не понимая, что попала в точку.

Женщина поцеловала ее в макушку и погладила по голове. Она услышала раскат грома и повернула голову к окну. На улице потемнело из-за надвинувшихся грозовых туч.

— Где вы были?

Алиса подробно рассказала бабушке о ее приключениях и доела суп.

— Мама порвала тете Вике платье, и дядя Руслан попросил маму оставить его на дороге, потому что он захотел пройтись пешком, — закончила свой рассказ девочка и слезла со стула.

— Вот значит как, — пробормотала женщина и дала ребенку несколько конфет.

***

Когда Руслан попросил водителя остановиться возле дороги, уже стемнело и первые капли дождя ударили по лобовому стеклу легкового автомобиля. Попутную машину он поймал только спустя полчаса ходьбы пешком. До его дома надо было пройти еще пять минут. Он, несмотря на протест мужчины, положил пару денежных купюр возле переключателя скоростей и вышел из автомобиля.

Усилившийся дождь тут же намочил его, облепив футболку к телу. Руслан, погруженный в свои мысли, засунул руки в карманы и двинулся в сторону дома. Он услышал громкий раскат грома. Молния на мгновение осветила землю яркой вспышкой и потухла, погрузив все обратно в темноту. На земле тут же образовались пузырящиеся лужи и маленькие ручейки, стекающие кривой дорожкой вниз.

Руслан свернул на повороте возле аптеки и увидел свою припаркованную машину. Молния снова осветила землю, разделив небо на две части и потухла. Он вошел в свой двор и подозвал к себе Зевса. Собака посмотрел на него из-за своего сухого укрытия и Руслан улыбнулся, когда понял, что он не собирался оттуда выходить. Он сам бы тоже не вышел под дождь.

Руслан взял из прихожей собачий корм и насыпал ему полную миску. Зевса не пришлось уговаривать дважды. Он стал с жадностью поглощать пищу. Руслан погладил его по голове, вошел в дом и закрыл за собой дверь, оставив шум дождя на улице.

Он снял промокшую одежду и направился в душ. Стоя под теплыми струями воды, Руслан стал думать с чего начать разговор с Оливией. В голову ничего не приходило, а внутри образовалась пустота. Он решил, что обязан в лепешку расшибиться, но дать ей поменять о себе мнение. Оливия сейчас ненавидит его, а себя он ненавидел еще больше. Недоразумение с Викой в туалете не стоило того, чтобы разрушить только-только зародившиеся, но достаточно крепкие отношения. Ему нужно было все вернуть. Во что бы то ни стало и прямо сейчас. Зачем терять время?

Руслан вытерся полотенцем и вошел в спальню. Он по привычке приблизился к окну и уставился на дом Оливии. Свет в ее окне не горел, хотя обычно в это время она не ложилась спать. Он быстро надел чистые штаны, футболку и снова оказался под дождем. При других обстоятельствах Зевс побежал бы за ним, но скорее всего, почувствовал подавленное состояние хозяина и остался в укрытии.

Руслан знал, что Нина Евгеньевна в такое позднее время запирает дверь ворот изнутри и поэтому он прошел по своему огороду, перепрыгнул через забор и оказался в их дворе. В одном окне свет горел. Он подошел к крыльцу и негромко, чтобы не напугать их, постучал в дверь. Та неожиданно быстро открылась. Нина Евгеньевна стояла в своем неизменном халате и посмотрела на него с ног до головы. В ее взгляде не было презрения или осуждения. Она отошла в сторону, и Руслан неуверенно шагнул в дом.

— Я пришел поговорить с ней, — произнес он, мысленно обрадовавшись тому, что женщина не прогнала его.

— Я знаю. Только она закрылась у себя в комнате и не выходит. Может, она заснула.

— Где Вика? — спросил Руслан, хотя он не хотел знать, где она находится.

— Вернулась домой полуголой, переоделась и сказала, что не знает, когда вернется.

— Они точно родные сестры? — спросил он, не подумав, и смутился из-за своего вопроса. — Простите. Это я ляпнул зря.

— Иногда я сама задаюсь этим вопросом. Они родные, но разные, — ответила женщина. — Руслан, может, ты утром придешь? Оливия устала, да и ты тоже. Алиса заснула…

— Нет, я не смогу ждать до утра, — ответил Руслан и приблизился к ее комнате.

Он постучал в ее дверь и посмотрел на Нину Евгеньевну. Она устало опустилась на диван и сложила руки на коленях. Оливия открыла дверь, увидела его и тут же закрыла обратно. Последовал щелчок замка.

— Оливия, я уйду, как только поговорю с тобой.

Ее приглушенный и злой ответ не заставил себя долго ждать:

— Руслан, не заставляй меня материться при матери! Возвращайся к себе и забудь обо мне!

Нина Евгеньевна услышала ее ответ и, поднимаясь с дивана, пожала плечами, словно говоря «Я же говорила».

— Руслан, давай завтра, когда вы оба отдохнете? — попросила женщина.

Он задумался и кивнул, направляясь к выходу.

— Пожалуйста, не оставляйте Алису без присмотра, — попросил он полушепотом.

Женщина улыбнулась ему в ответ и с пониманием ситуации кивнула. Дверь закрылась, и Руслан снова оказался под проливным дождем. Он завернул за угол, и увидел приоткрытое окно комнаты Оливии. Решение его проблемы пришло мгновенно. Руслан быстро распахнул окно и одним прыжком залез на подоконник.

В темноте спальни он увидел силуэт Оливии. Она, заметив его, вскочила с кровати и подбежала к двери, чтобы выйти в гостиную. Руслан понял ее намерения, спрыгнул с подоконника на деревянный пол, схватил ее за локоть и притянул к себе. Она врезалась спиной в его грудь. Он быстро закрыл ей рот ладонью, чтобы она не закричала, и чуть стиснул в объятиях, чтобы ослабить ее сопротивление. Оливия, шумно втягивая носом воздух, притихла. Руслан рукой ощущал ее скачущее сердце.

— Неужели ты думала, что я из тех, кто так быстро сдается? — прошептал он ей на ухо. — Ты выслушаешь меня и все поймешь.