8. Красный закат

Когда Аринн очнулась от принудительного сна, то сразу узнала потолок выделенной ей комнаты. Балконная дверь была слегка приоткрыта, чтобы свежий воздух с побережья попадал в комнату, но не забирал тепло. Она пару раз открыла и закрыла глаза, сжала пальцы в кулак на раненной руке, напрягая ее со всей мочи, и расслабилась, когда поняла, что никакой боли нет — рука работала как и раньше. Совершенно не хотелось вставать. Эмоциональная усталость от всех пережитых волнений вдруг навалилась тяжелым одеялом, и Аринн непроизвольно поерзала на кровати, желая скинуть этот фантомный груз.

— Как самочувствие? — вдруг донеслось со стороны входа, и Аринн повернулась на голос.

В кресле около ее кровати сидел Росс.

— Вашими молитвами, — съязвила она, за что и получила прищуренный недобрый взгляд.

— Аринн, скажите мне честно, какую магию вы используете? Я не собираюсь предпринимать в отношении вас никакого зла. Я просто хочу понять.

Голос у Росса был уставший, если у вампиров Мауш вообще может быть это чувство обычного человека, но сейчас он не выглядел таким высокомерным небожителем — почти обычный мужчина с ворохом семейных проблем.

Аринн прикрыла глаза и ответила:

— Во мне нет магии, сиятельный. Сколько раз мне нужно повторить вам одну и ту же фразу, чтобы вы мне наконец-то поверили?!

Росс поднялся с кресла с животной грацией, и Аринн в который раз укорила себя за излишнюю жалость к вампиру. Усталый Мауш… Как же! Тем временем Росс подошел к ней и склонился к лицу, заглядывая в глаза. Он ничего не говорил, лишь смотрел пристально, нервируя еще больше. Аринн хотела отвести взгляд, но не могла — красные искры, что вспыхивали и гасли, словно древние звезды, в глазах Росса завораживали.

Росс медленно наклонялся все ближе, и в какой-то момент это движение показалось Аринн нестерпимо медленным. Она двинулась навстречу и коснулась сухих губ Росса, поцеловала, погружаясь все больше в привычный дурман рядом с ним, но пальцами вцепившись в покрывало. Этому странному притяжению было невозможно сопротивляться, как морской волне, которая тащит и тащит тебя, крутит внутри себя и нет никаких шансов спастись, кроме одного — подстроиться под стихию, принять ее.

Росс жарко выдохнул и с силой прижал Аринн, целуя глубже, на грани грубости. С той самой страстью, которую всегда высмеивал, считая, что он, Росс фой Мауш, никогда не станет зависим от женщины. Ему было смешно видеть, как знакомые по бизнесу вампиры и маги превращались в глупых мальчишек, готовых отдать все ради теплого взгляда. Готовых на все…

Он низко зарычал и навис над Аринн, сдернул платье с плеч и стал целовать шею, неосознанно прикусывая тонкую кожу. Он чувствовал ускорившийся пульс, легкий собственный аромат Аринн, ее бархатную кожу, которую хотелось гладить пальцами. Невесомо, почти не дотрагиваясь, возбуждая этой легкостью.

Росс дернул платье ниже, обнажая кружево бюстье. Аринн задышала быстрее, запуская пальцы в его волосы, и другого приглашения ему было не нужно. Россу фой Мауш было уже все равно, чем вызвано такое желание обладать — он видел, как откликается на его прикосновения Аринн, и ради этого стоило поддаться чарам. Он прошелся поцелуями от шеи до ложбинки между грудей, аккуратно сдернул вниз зубами кружевной верх белья и сразу же прикусил правый сосок. Аринн громко выдохнула, выгнулась и… притяжение усилилось в несколько раз. Росс чувствовал, что еще чуть-чуть и он отключиться, потеряет последние остатки разума.

Такого никогда не было!

Он даже не подозревал, что сексуальная игра может быть настолько одуряюще прекрасной, когда в твоем теле вибрирует жаркое желание.

Росс прикрыл глаза и приподнялся над Аринн, пытаясь сопротивляться взбесившимся разуму и сердцу.

Теперь стало понятно, что эта жажда отнюдь не односторонняя, и Аринн горит вожделением не меньше него.

«Что это за колдовство, Аспид укуси!» — рыкнул про себя Росс и открыл глаза. Аринн лежала под ним еще с закрытыми глазами, в дурмане желания, из которого отпускать ее совершенно не хотелось, но Росс неимоверным усилием воли сел и накинул на нее покрывало, припечатывая его руками с двух сторон. Аринн сразу же распахнула глаза и с ужасом уставилась на него.

— Ничего не спрашивай, — опередил ее вопрос вампир. — Я сам ничего не понимаю.

— Вы порвали мне платье, сиятельный.

— Аринн, по-моему, пора переходить на «ты». Если не после драки с Эрго, то хотя бы после этого. — Росс ухмыльнулся и подмигнул.

— Бегу и спотыкаюсь, — язвительно парировала Аринн, злорадно улыбнувшись. — Даже совместная ночь не заставит перейти с вами на «ты». Нас ничего не связывает, Росс фой Мауш. А теперь, пожалуйста, дайте мне переодеться к ужину.

Росс резко поднялся, будто в него плеснули кипятком и, ничего не сказав, вышел, хлопнув дверью.

«Обиделся», — подумала Аринн и устало поднялась с кровати, придерживая разорванный ворот платья. Почему-то ей было весело, хотя это вполне могла оказаться и обычная нервная истерика. Их встречи с Россом всегда превращались в какое-то противоборство. И будь у Аринн талисман, она назвала бы это магическим резонансом, но… что это, Аспид укуси! Хотя укусов с нее достаточно: Росс метил ее своими клыками каждый сумасшедший раз их странной агонии.

На ужин Аринн пришла раньше всех. Стол уже был накрыт, благоухал цветами и манил ароматами расставленных пиал с салатами. Она медленно обошла его по кругу, разглядывая дорогой сервис, и села на отодвинутый служанкой стул. Не то, чтобы Аринн не помнила столовый этикет, но дома накрывала для себя стол намного проще и не могла представить, как можно наслаждаться едой, находясь в таких строгих рамках сервировки.

— Мальчиков еще нет? — удивленно спросила вошедшая Эмилия. Она тепло улыбнулась Аринн и села напротив нее. — Тогда мы можем начать с розового вина.

— Ничего не имею против, — с ответной улыбкой ответила Аринн. Она и правда не видела никаких преград, чтобы наладить отношения с семьей Гессе, в конце концов, они не являлись Мауш по крови, и общаться с ними было намного легче.

Они пригубили вино, когда слуга подал его на подносе, и Эмилия не стала скрывать свое любопытство:

— Так как вы все-таки познакомились?

— Росс вынул меня из лап барона Лаэт в прямом смысле слова, а потом довез до полицейского участка. — Аринн усмехнулась, но добавила ответу правдивости: — Попытался, но в итоге набросился на меня и укусил. Потом его человек выкрал меня с похорон и привез в офис, где я услышала в свой адрес все те проклятия в ведьмовстве. Почему-то сиятельный отказывается признавать тот факт, что магии во мне нет.

— Даже так! — Эмилия подняла бокал и чокнулась в воздухе с поднятым бокалом Аринн. — Тогда надо выпить за баланс. В отношениях он очень важен.

— О, боюсь вы неправильно расцениваете интерес пасынка, сиятельная. Он…

— Просто Эмилия, — поправила ее баронесса Каут и снова улыбнулась. Аринн определенно вызывала в ней большой интерес.

— Эмилия, по какой-то причине между нами происходит магический резонанс, но скоро все вернется на круги своя.

— Поверьте моему опыту, на круги своя уже не вернется, но я этому очень рада.

Аринн лишь сделала третий глоток вина, потому что глубоко сомневалась, что вся эта эпопея не закончится в тот же день, когда они найдут и помогут Риашу с Керрин.

Риаш фой Мауш… Младший и любимый сын Эмилии.

Заходящее солнце окрасило гостиную в разбавленный алый, оставляя красные блики на прозрачной посуде. Золотая кайма сервиза вспыхнула рубиновым оттенком, превращая всю сервировку в изысканный кровавый пир. Только сейчас Аринн подумала, что из них четверых Россу совершенно необязательно ужинать, и эта гостиная скорее всего служила для Мауш местом сбора семьи, нежели чем уютной столовой. Особенно на закате дня, напоминая каждой деталью, что они — высшее звено среди всех магических и человеческих рас.

Но даже в такой влиятельней семье могло случится горе — потеря сына и брата. И Аринн не могла больше молчать, делая вид, что совершенно ничего не знает.

— Эмилия… Я не могу сказать вам, где Риаш, потому что это слишком опасно, но я хочу вас заверить, что он жив и даже счастлив.

Эмилия замерла, уставившись на Аринн взглядом полным надежды.

— Счастлив?

— Да. Я сама не знаю всей истории, но то, что я узнала, дает мне основание считать, что с Риашом все хорошо. И я надеюсь, что скоро он вернется домой.

— Но почему же он не вернулся сразу? — испуганно спросила Эмилия.

Аринн уже собиралась ответить, но по старой традиции в разговор влез Росс: 152e1bc

— Да, уважаемая мадам Касе, почему же наш Риаш не вернулся домой сразу? Может быть, потому, что его опоила и заколдовала ваша сестра?! А вы ей помогли?!

— Вы прекрасно знаете, сиятельный, что Керрин не могла такое сотворить! У нее талисман Огня, и такой дар у лживого и злого человека не проявляется никогда! А может быть, это вы устранили своего брата, чтобы не делить наследство? Заодно впутали сюда оборотней Лаэт, чтобы все выглядело правдоподобнее? — Аринн не могла остановить мысль, которая так легко срывалась с языка, но ведь и правда, почему только ее подозревают в исчезновении Риаша — Росс фой Мауш имел мотивы куда весомее, чем наговор на сестер Касе.

Вампир переменился в лице и зло оскалился, готовый вот-вот напасть и перегрызть горло. Аринн хорошо видела алый огонек ярости в его глазах. Но вдруг Росс прикрыл глаза и выдохнул.

— Что ж, в этих словах есть доля правды. Мотив у меня был. Значит, чтобы развеять все подозрения, нам остается только одно — найти наших родных вдвоем, Аринн. Я предлагаю вам сделку. — Росс протянул свою ладонь. — Вы помогаете мне найти Риаша, а я помогаю вам найти вашу сестру. И обещаю, что после завершения данной миссии вы меня больше не увидите.

Аринн перевела взгляд на протянутую руку и подумала о том, что это Росс фой Мауш ее больше не увидит, когда узнает о том, что станет дядей. Пусть Керрин разбирается с этим напыщенным чистокровным вампиром сама, а с нее уже достаточно. Доедут до Красной комнаты, уберут все свидетельства, и она сообщит местоположение его брата.

Все!

— По рукам.

Эрго смотрел на их рукопожатие с опаской, а Эмилия с хитрой улыбкой. Солнце за огромными французскими окнами почти село, оставив лишь тонкую красную полосу на горизонте, как черту, которую сегодня своим уговором перешли Аринн Касе и Росс фой Мауш.