Глава 23. Дэйв

Я кормил Фриду лакомствами, наблюдая за тем, как Твигги ловит пастью крупные снежинки. За пол месяца Город Ветров накрыли уже две снежные бури. В это время года Чикаго больше обычного напоминал огромную гудящую кузницу. Небо мрачнее, чем на картинах Уильяма Тернера, бесконечно дымящие трубы и тошнотворный запах машинного масла, который периодически приходил к нам, в лесную глушь, вместе с ледяным ветром.

После переезда в Штаты мне довелось жить в шести городах, включая этот, и только здесь, в Чикаго, мне захотелось бросить якорь. Воздух в этом городе был пропитан не только вонью грязных вод Мичигана, дымом и тяжелыми дизельными выхлопами… Здесь пахло настоящей жизнью. Если ты спросишь у усталого прохожего который час, он может запросто отправить тебя на хрен.

Здесь никто не притворяется.

— Отличная работа, приятель! — похвалил Эш Халка, когда тот притащил ему летающий диск. — Вчерашняя победа далась нам нелегко. Я полночи не мог уснуть, все проматывал и проматывал в памяти матч…

Я кивнул.

Тело до сих пор гудело так, будто его зарядили электричеством.

— Слышал, что у Малькольма подозрение на перелом ключицы? — поинтересовался я, отправляя очередной кусочек беззернового печенья в пасть лабрадорихи.

— Он занимал первое место в клубном списке снайперов. Серьезная потеря для вашингтонцев.

— Аха, неизвестно каким он вернется на лед через пару месяцев…

— Он же канадец, — фыркнул Вегас, бросая голубой фрисби в сторону расчищенной подъездной дорожки. — На вас все заживает как на собаках.

— Завидуй молча, изнеженная флоридским солнышком задница.

— Кстати, о Флориде… — Эш задумчиво подергал меховые уши своей ярко-лимонной шапки, от которой у меня уже болели глаза. — Когда у нас там пройдет игра? Через десять дней? Я планирую остаться в Джэксонвилле на день Благодарения. Не хочешь присоединиться к семейству Сандерсов? Мамина фирменная индейка — это нечто!

— Нет, — ответил я, и мне в лицо тут же прилетел снежок, размером с шар для боулинга.

— Брось, — Эш уклонился от моего ответного снежка. — Ты не можешь променять стряпню моей матери на то дерьмо, что готовит для нас Микки.

— Я большой фанат ее яичницы. Кстати, где она?

— Чистит перышки. У нее сегодня третье свидание с Вайдманом.

Вегас многозначительно поиграл бровями и медленно повторил:

— Третье.

— И что это, мать твою, значит?

— Старик, мне иногда кажется, что тебя высрал космос. Третье свидание обычно заканчивается сексом, смекаешь?

Я почувствовал противное жжение в груди. Оно с бешеной скоростью разливалось по всему телу, и спустя пару секунд я уже ощущал себя проснувшимся вулканом на грани извержения.

— Она никуда не пойдет.

— О, еще как пойдет, — Вегас поднял Халка на руки, стряхивая с него снег, и посмотрел в сторону дороги. — А вот и Лиам…

Белоснежная «Феррари» дерзко неслась нам на встречу по извилистой тропе, сливаясь с заснеженным лесом. Даже в сгущающихся сумерках ярко блестели ее красные хромированные диски. Автомобиль Бэмби полностью отражал сущность своего хозяина — груда бездушного дерьма, никчемных наворотов и понтов.

— Иди в дом и отвлеки Микки, пока я буду выпроваживать этого педика.

— Да ты спятил, Каллахан! — голубые глаза Вегаса поползли на лоб. — Ты что-нибудь слышал о мобильных телефонах? А если он ей позвонит?

— Спуститесь в бассейн. На цокольном этаже сеть не ловит.

— И за каким хреном я должен это делать?

— Потому что ты тоже не хочешь, чтобы она уезжала с этим мудаком, иначе не вываливал бы на меня всю это херню про третьи свидания.

Вегас стиснул челюсть и молча направился к дому, подтверждая мои слова.

Белая «Феррари» въехала на подъездную дорожку. Из нее лениво выполз Вайдман, сжимая в руке охапку розовых роз. Похожий букет я презентовал своей бабуле на ее прошлый день рождения.

— Каллахан, — нехотя кивнул он в знак приветствия.

Пижон как следует принарядился. Черные потертые джинсы были заправлены в высокие коричневые сапоги от «Fendi», а распахнутая кремовая парка с трупами пушистых белок на капюшоне открывала вид на спортивное мускулистое тело, затянутое в тонкий белый гольф. Он осторожно поправил каштановые волосы, по-модному растрепанные на макушке в духе ванильного вампира из «Сумерек», и вытащил из кармана куртки мобильник.

— Микки нет дома, — как можно безразличнее произнес я, бросая палку Фриде.

— Ага, как же, — усмехнулся говнюк, поднося телефон к уху.

Я напрягся, внимательно наблюдая за Вайдманом.

«Не подведи, Вегас», — мысленно взмолился я.

Лиам выругался, опуская руку, сжимающую телефон, и я едва сдержал победную ухмылку.

— Где она?

— Я ей не нянька.

Лиам закатил глаза и снова набрал номер Микки.

— Твою мать! Я переписывался с ней в «Фейсбуке» всего полчаса назад!

— Чувак, ты же не ждешь от меня сочувственных обнимашек или чего-то в этом духе?

Бэмби вскинул средний палец и упрямо зашагал к воротам. Я нагнал Лиама раньше, чем его клешня дотянулась до звонка, и оттолкнул назад.

— Да в чем твоя проблема, Каллахан?! — зарычал он, поправляя свободной рукой свою куртку.

— Это мой дом, и я запрещаю тебе к нему приближаться.

Льда в моем тоне хватило на то, чтобы Вайдман почувствовал во мне реальную угрозу. Он не был трусом, но был достаточно умен, чтобы не ввязываться в драку, из которой ему вряд ли удастся выйти победителем. Да еще и в самом разгаре хоккейного сезона.

— Это вызов, не так ли? — ослепительно улыбнулся Вайдман. — Черт возьми, Дэйв! Ты и в самом деле втрескался в эту сладкую малышку! Только вот какое дело, приятель, ты немного опоздал. Я нравлюсь ей, и мы уже вроде как вместе.

— Вайдман, захлопни уже свой генератор случайных фраз и проваливай отсюда, пока у меня не лопнуло терпение.

— Завтра снова играем дома, — Бэмби засунул свой убогий веник в щель между железными прутьями забора и потер замершие руки. — И в этот раз Микки придет на игру.

— Только вот какое дело, приятель, — передразнил его я. — Микки разбирается в хоккее примерно так же, как ты в крикете, так что твои фееричные танцы на льду вряд ли ее впечатлят.

— Не беспокойся, Каллахан, — направляясь к машине, громко произнес он. — Веселье начнется после игры. И будь уверен, я найду чем ее впечатлить.