30

Ксеня

Чертов Present Perfect Continuous!

Вот для чего было придумывать столько времен в английском? Ну, я понимаю три – прошлое, настоящее и будущее. Но вот эти вот – Настоящее простое, Настоящее длительное, настоящее законченное, и теперь еще – настоящее длительное законченное… Мой мозг напрочь отказывается понимать все эти выверты иностранного языка.

Едва не хныкая на экзамене, откладываю задания с Present Perfect Continuous, Past Perfect Continuous, и Future Perfect Continuous, и делаю то, что могу. Вот только того, что я в состоянии перевести меньше в процентном соотношении, и если я не сделаю задания с этими ужасными временами, то моя оценка будет удовлетворительно. А меня это не устраивает. От слова совсем. Я так стараюсь удержаться на стипендии, что просто не могу себе позволить так опуститься. Я прошлые два дня убила на изучение этих времен, старалась вызубрить правила. Вызубрить – вызубрила, но тут так построены предложения, что в каждом есть подковырка. И я банально не могу логически понять куда какое время поставить.

Оборачиваюсь на одногруппников. Пара ребят также, как и я, сидят с нахмуренными лицами, уткнувшись в свои листки, а некоторые строчат как из пулемета. Завидую им! Как же полезно иметь способности к языкам! Сейчас мне моё умение щелкать задачи как орешки ну никак не помогает.

Справившись с относительно легкими заданиями, перечитываю уже в энный раз предложения на перевод. Пытаюсь подставить в правильной форме слова, чтобы хотя бы по звучанию понять какие звучат лучше, но в итоге ни один вариант меня не устраивает.

Боже, я готова на стену лезть от отчаяния! От волнения начинает подташнивать. Перебираю в памяти зазубренные правила, стараясь вспомнить исключения и примеры, которые я видела в учебнике, но как на зло, ничего не выходит. Хочется наорать на саму себя за тупость. За то, что вместо того, чтобы еще больше времени потратить на разбор английского, я проводила время с Вадимом.

Вчера Волчара повел меня на каток. Оказывается, несмотря на его внушительный рост и сбитое телосложение, он прекрасно держится на льду. Потом в очень уютном, празднично украшенном кафе, мы пили обещанный им кофе с ирландским виски, который надо признать, действительно оказался очень вкусным, а после этого он отвез меня в общежитие.

Чтобы не дать ему себя поцеловать, я сбежала из машины практически в прямом смысле слова. Только от кого сбежала – от него или себя, толком не поняла. Потому что – с одной стороны я его поняла и не злюсь. Но с другой… он все еще женат и если так окажется, что у него будет ребенок, я не смогу позволить себе быть с ним.

Я уверена, что если его Карина все еще ищет встреч, то она на что-то надеется. Общий ребенок так или иначе вынудит их проводить больше времени вместе и как ни крути, в какой-то момент они снова окажутся в одной постели. И возможно даже решат дать себе второй шанс. И если к этому моменту я уже влюблюсь в него по уши, мне будет очень больно.

Поэтому я не могу позволить себе сейчас расслабиться рядом с ним. Очень хочу. До дрожи в кончиках пальцев… но не могу…

Экран на лежащем рядом телефоне загорается и на нем всплывает сообщение.

«Жду тебя внизу»

Спешно смотрю в окно и замечаю припаркованный на парковке черный автомобиль. Губы сами разъезжаются в улыбке, а сердце несмотря на все мои установки, стучит часто-часто.

Я сказала Волкову сегодня утром, что у меня в четыре часа экзамен и вряд ли получится увидеться. Сейчас на часах половина пятого, а он тут как тут.

Заметив, что Шумко, наш преподаватель, подозрительно на меня косится, прячу улыбку в губах и утыкаюсь обратно в лист.

Сконцентрируйся, Ксеня! Ты сможешь. Но ни через пять минут, ни через десять, я не могу родить правильных ответов. Пару удалось, но я очень сомневаюсь в том, что перевела корректно.

В какой-то момент Игоря Петровича отвлекает вошедшая секретарь. И пока он к ней направляется, мне в голову приходит идея. Схватив телефон, фотографирую задания и отправляю их Вадиму с подписью «Если хочешь, чтобы я освободилась быстрее, помоги пожалуйста».

Карандашик начинает бегать, знаменуя о том, что он отвечает. И когда я уже собираюсь заблокировать телефон, приходит ответ:

«Ничего, я подожду, не торопись».

Что? Едва не надуваясь от негодования, снова печатаю:

«Если не поможешь ты, придется отправить кому-то другому. Руслан оставлял мне свой номер, как думаешь, он быстрее переведет?»

Отправить.

Чёрт… зря, наверное, ляпнула про Руслана. Тут же жалею, и собираюсь нажать «редактировать», чтобы просто попросить о помощи, но замечаю, как рядом с одной галочкой появляется вторая.

Прочитано.

Вся кровь тут же от лица отхлынивает. Машинально поворачиваю голову к окну и не дыша, смотрю на машину.

Он точно уедет сейчас… Ксеня, блин, иногда нужно думать прежде, чем что-то написать или сказать!

От волнения начинает крутить в животе, а ладошки мокреют.

Пожалуйста, только не уезжай! Гипнотизирую телефон, но понимаю, что уже исправляться поздно. Что сказала, то сказала.

Похоже, помощи мне теперь ждать не придется…

Поэтому откладываю его, и на черновик набрасываю варианты перевода. Печатать текст в гугле уже нет возможности, потому что бдительный Шумко вернулся и обводит аудиторию взглядом дементора.

Я пропала… Обессиленно съезжаю по ступу.

У меня по немецкому тоже так себе результат. В итоге на иностранных я и провалюсь. И как жить потом без стипендии? Божееее…

В горле дереть начинает, я уже еле сдерживаю слезы, когда краем глаза замечаю вспыхнувший экран мобильного. Аккуратно, стараясь не делать резких движений, беру телефон, открываю чат и О БОГИ…

Сердце подскакивает к горлу и тарабанит, как в барабан.

Вадим прислал перевод!

Быстро, не вдумываясь, переписываю все задания в листок, перечитываю сравнив с теми предложениями, которые я сама набросала и понимаю, что да… оставь я свой вариант — это был бы провал.

По окончанию экзамена одеваюсь, и спускаюсь вниз. Машина на месте.

Испытывая неописуемую радость, слетаю по ступеням и подхожу к автомобилю. Открыв дверь, ныряю внутрь.

— Привет.

Оторвав взгляд от телефона, Вадим переводит его на меня и сдержанно кивает.

— Привет.

Такой серьезный, с ума сойти. Ни смешинок в глазах, к которым я уже привыкла, ни легкой полуулыбки.

Порыв обнять его и засыпать благодарностями гасится под давлением исходящего от него холода.

Волков заводит двигатель и молча выезжает на дорогу.

Я же вся в комочек сбиваюсь, поглядывая на него искоса.

— Спасибо тебе за помощь, — говорю негромко.

Вадим хмыкает.

— Телефон свой достань, Ксеня, — произносит требовательно.

— Зачем?

— Достань.

Нахмурившись, лезу в сумку и делаю, как он просит. Сейчас как-то не хочется ему противоречить.

— Разблокируй.

Скосив на меня взгляд и увидев, что я сняла блок с экрана, протягивает руку и забирает у меня телефон.

Посматривая на дорогу, открывает телефонную книжку, пролистывает до буквы Р, несколько раз мотает вверх и вниз, а потом переводит на меня вопросительный взгляд.

— Где номер Руслана?

Мне щеки краской заливает.

— У меня нет его, — виновато пищу, — он предлагал обменяться, но я отказалась, — смотрю в серьезные глаза и сквозь землю хочется провалиться, — прости пожалуйста. Мне просто очень нужна была помощь, и я ляпнула про Руслана.

Чувствую, как пятнами покрываюсь, так пристально он на меня смотрит. Возвращает мне телефон, а сам без единого слова продолжает движение.

— Понимаешь, у меня беда с английским. Он мне даётся очень сложно. Если бы не ты сегодня, я бы могла лишиться стипендии, а я позволить себе этого никак не могу. Поэтому и написала то, что первое пришло на ум. Я была в панике, — тараторю без умолку, — прости. Не нужно было этого делать.

Места себе найти не могу. Да, сглупила. Знаю. Тереблю ремешок от сумки, пока мы едем, не зная что еще сказать.

Когда подъезжаем к моему общежитию, Вадим тормозит сбоку от него и глушит двигатель.

— Выходи.

Звучит, как гром среди ясного неба.

От его твердого голоса я вздрагиваю.

— Что?

— Выходи, говорю.

— Вадим… мне правда жаль, — начинаю оправдываться, и вдруг вижу, что он дергает дверную ручку и сам выходит на улицу.

Он что меня сейчас за шкирку доставать будет?

Открыв дверь, самостоятельно выскакиваю на снег. Вадим как раз подходит ко мне, смотрит сверху вниз, а у меня дышать получается через раз. От негодования, непонимания, обиды, и еще множества других разных эмоций.

— Спасибо, что подвез!

Вскидываю подбородок, собираясь, обойти его и уйти, чтобы позорно не расплакаться прямо здесь и сейчас, но не успеваю сделать и шага, когда он берет меня за локоть и открыв заднюю дверь, подталкивает к сиденью.

— Я сказал выходи, а не уходи, Шапка.

Произносит строго и садится рядом.