33

— Вот, это она! — торжественно изрекает Шапка, указывая рукой на пышную сосну, ростом выше меня.

— Ты под ней потеряться можешь, — хмыкаю, подзывая продавца рукой.

— Почему это? Думаешь я от тебя прятаться буду?

Улыбается она во все свои два ряда белых ровных зубов. На миг повернув голову в сторону Ксени, зависаю.

Счастливая такая, аж светится. Это же надо — банальная покупка ёлки, а у неё радости, будто я ей квартиру купил.

Чувствую, как за ребрами словно бочка с медом разлилась. Сердечная мышца в нем полностью погрязла, став липкой и приторно сладкой, пока я смотрю на сияющую Шапочку.

Так в последнее время происходит все чаще и чаще.

— Может и придётся, — подмигиваю ей, намекая на то, что как только нерешенный вопрос останется позади, я её из постели не выпущу как минимум сутки.

Тут же покраснев, она стыдливо опускает глаза как раз в тот момент, когда к нам подходит продавец.

— Дайте нам эту, — указываю ему на выбранную Ксеней лесную красавицу.

— Отличный выбор. Сейчас замотаю вам её.

Пока несу сосну по улице и заношу в подъезд, Ксеня то и дело переспрашивает не тяжело ли мне и пытается ухватиться за ствол, чтобы помочь.

Смешная такая она. Поверить не могу, что такие, как она, до сих пор существуют. Чтобы девушка пыталась помочь справиться с тяжестями — это впервые на моем веку.

И искренне ведь старается. Пыхтит сзади, возмущается на то, что я её отгоняю и не даю взяться за ствол, покрытый хвойным клеем.

Как только заходим в лифт, и я наконец ставлю сосну на пол, Шапка выдыхает с облегчением.

— Зря ты мне не даёшь помочь. Спину сорвешь, будет потом хуже.

— А ты мазью её натирать будешь. Глядишь и пройдёт, — притягиваю её к себе за неизменный красный шарф и присасываюсь к искусанным на морозе губам.

— Так вот какой у тебя план, — смеётся она, вызывая своим смехом мощный приток тепла к моей груди.

Чёрт, кажется я попал по полной программе. Надо же так, чтобы прилетело в сорокет. Кому скажи, не поверят.

— Ещё бы. Думаешь, я за просто так это дерево тащу?

Дотянув сосну в итоге кое как до квартиры, только дома понимаю, что мне её некуда ставить.

С Кариной мы всегда ставили искусственную, которую купили ещё в начале нашего брака. Там делов-то было, раз два и готово.

А Ксеньке живую подавай. И обязательно с чипом, чтобы не дай Бог не незаконно срубленную.

— Так.. Ну, похоже придётся ехать второй раз, — выдаю вердикт, положив увесистое дерево на пол.

— Зачем? — не понимает Шапка, уже успев снять с себя шарф и расстегнуться.

— За триногой. И… игрушками.

— У тебя и игрушек нет? — удивлённо округляет обрамленные пушистым ресницами глаза.

— Нет.

— Как так?

— Я их Карине отдал, когда она переезжала.

— Ааа… — на красивом личике появляется задумчивое выражение, которое вскоре сменяется довольной улыбкой, — Ну так даже лучше. Купим сейчас абсолютно новые.

Это мы и делаем. Под чутким руководством Шапочки скупаем половину магазина игрушек. Тут и домики, и шарики, и сосульки. Шишки, снеговики, хлопушки. С десяток гирлянд и тонкого дождика, которым она собралась кажется обвесить всю мою квартиру.

— Надо, чтобы дома был праздник, — оправдывает такое количество украшений.

— Главное, чтобы ты была в этом доме, Ксения, и тогда у меня будет праздник.

Стремительно покраснев, она опускает свои глазки и дожидается пока я рассчитываюсь.

То, что происходит потом в моей квартире не иначе, как апокалипсисом не назовёшь. Гирлянды теперь обвиты не только вокруг ёлки, а также обрамляют телевизор, книжную полку и окно в зале. Ксене абсолютно все равно, что все эти украшения давно не в приоритете современных дизайнеров.

Карина каждый новый год смотрела видео от тех или иных “знатоков”, черпая оттуда новомодные идеи для украшения ёлки. Квартиру мы в принципе особо никогда и не украшали. Разве что гномами, которые последние годы заполонили прилавки магазинов, и светящимися фигурками.

Ксеня же сама себе дизайнер. Сказать, что моя квартира сейчас выглядит стильно? Нет… но при этом в ней вдруг стало так уютно, что моё нежелание отпускать сегодня Шапку домой выросло до гигантских размеров.

Она так органично смотрится в моем доме. С этой легкой болтовней, музыкой, от которой у меня радуга уже не только из ушей льётся, а из всех возможных отверстий. С улыбкой своей счастливой, вызывающей у меня мощные импульсы в грудной клетке.

Чёрт возьми, мне нужна эта особенная девочка…

Она должна быть только моей!

— Что скажешь? — выключив свет и оставив только теплое мерцание множества огоньков, с затаенным ожиданием спрашивает Ксеня.

Сидя на диване, обвожу взглядом комнату, и тяну девочку к себе на колени.

— Я в восторге, Шапочка.

— Не ври, — улыбается она, доверчиво кладя ладошки мне на плечи.

— Даже не думал, — отвечаю честно и серьёзно, чтобы не решила, что мои слова банальная лесть, — мне правда нравится.

Давлю ей на спину, подталкивая к себе и мягко целую губы.

Последние дни мы часто бываем у меня. Её сессия закончилась, экзамены сданы, поэтому каждую свободную минуту мы проводим вместе.

Английский, надо признать, действительно даётся ей тяжело, но думаю, мы справимся. Желание у Ксени понять материал есть, а с теорией я ей помогу.

Единственное, что все еще стоит между нами, — это то, что она не пускает меня слишком далеко. Мы целуемся порой по часу, я довожу её до оргазма, а дальше она как ракушка захлопывается.

Понимаю с чем это связано, поэтому не давлю. Через несколько дней сдача анализов, и потом все встанет на свои места.

Пока что мы эту тему не трогаем.

Ей так легче.

Втягиваю в рот сладкие губки, глажу своим языком её — маленький и дерзкий.

Так она обалденно выглядит в этой разноцветной иллюминации. Магическая девочка моя.

— Вадим, — шепчет, пробегаясь пальчиками по моему затылку и прижимаясь ко мне всем телом.

Не могу не стиснуть и вжать её сильнее. Знаю, что вжимаюсь в горячую промежность членом, но остановить себя не могу.

— М?

— Ты домой меня отвезёшь?

— Может, все же останешься? Хотя бы сегодня.

— Нет, — тут же мотает головой и порывается встать, но я удерживаю её и ловлю губами мочку ушка. Втягиваю её себе в рот, — Вадииим…

— Отвезу-отвезу, дай покайфовать чуток, обломщица.

Тихо хихикнув, она отводит голову в сторону, открывая мне доступ к своей длинной соблазнительной шее. Поднимаю руку и провожу по ней пальцами, не сильно сжимая.

Судорожный выдох вылетает сквозь припухлые губы Шапочки. Нравится ей. А мне как нравится. В голове столько фантазий с ней в главной роли, а осуществить пока все не представляется возможным.

— Когда-нибудь я сожму её крепче, когда буду трахать тебя, Ксенька… — хриплю, чувствуя как кровь закипает.

— Убить меня хочешь? — рваный шёпот касается моего виска.

— Неееет. Заставить кончить так сильно, как никогда раньше.

Притягиваю её к себе за горло и наваливаюсь на её горячий рот. Мммм… Мой личный сорт героина…

Целовал бы и целовал, слушая ее тихие стоны, если бы не зазвонил чёртов телефон.

В слепую нашариваю его рукой и принимаю вызов, даже не отрываясь от моей малышки.

— Да?

— Вадь, привет, ты дома?

Голос бывшей как ушат холодной воды. Резко отрываюсь от Ксени, и отстраняюсь.

— Да. Но я занят.

— Я не займу много времени. Буквально на минутку.

Машинально встречаюсь глазами с Ксеней. Её возбужденное личико в секунду меняет оттенок, а сама она будто на километр ментально отдаляется.

Удерживаю её за руку, давая понять, чтобы даже не пыталась себе что-то придумать.

— Что ты хотела?

— Завести тебе кое-что. Я как раз в твоём районе.

— Я занят, Карина.

— Я услышала. Но я уже здесь. Открывай.

На последнем её слове в квартиру раздаётся звонок.

Твою ж мать…