40

Ксеня

— Бабуля!

Глазами, размером с ёлочные шары, я впиваюсь в бабушку, активно замешивающую тесто на кухне.

— Ксеня? — Переводит на меня такой же обалдевший взгляд. — Ты чего здесь?

— Так баба Аня позвонила. Перепугала меня, сказала, что ты того…

— Чего того?

— Плохо стало тебе.

— Тьфу ты. Вот язык помело у неё, — приложившись тестом к поверхности стола, бабушка довольно резво для своего состояния, поворачивается к крану и смывает с рук прилипшие комочки. — Прилечь уже человек не может.

На меня накатывает такое облегчение, что я начинаю истерически смеяться. Разуваясь и раздеваясь, вхожу в небольших размеров кухню, и прилипаю к роднульке.

— Слава Богу, — выдыхаю, пропуская в лёгкие аромат моего детства: бергамот, тесто, наваристый борщ и сушеный укропчик. Мммм.

— Ну ты чего, Ксенька, — кряхтит бабуля, похлопав меня по спине. Она у меня не привычная к “телячьим нежностям”. Любит как умеет. А я и не против. Она меня не бросила, когда отвернулись собственные родители. На ноги поставила. Принципы и морали в голову вложила. Да и вкусняшками балует так, как обычно балуют любимых внуков. Поэтому в её любви я не сомневаюсь. — Аньку что ли не знаешь? Она же кипишь на ровном месте поднимает.

— До этого когда поднимала всегда было по делу.

Отстраняюсь и вымыв руки в мойке, присаживаюсь на стул.

— Скорая приезжала? — спрашиваю, оторвав кусочек теста и закинув его в рот.

— Кишки слипнутся — тут же выдаёт свою короночку бабушка, и убирает тесто в миску.

Что примечательно, за двадцать один год они так и не слиплись.

Накрывает его полотенцем и отправляет ближе к печи.

— Приезжала. Сказали, что с моим давлением хоть в космос.

— Так, а чего ты тогда улеглась? — журю в шутку.

— Ночью не спалось мне. Вот и прилегла днем перекимарить часик — другой. А эта дура все село на ноги подняла.

С щемящей нежностью наблюдаю за тем, как бабуля сокрушается. Родная моя. Как же я перенервничала пока ехала. А она тут весёлая и ворчливая, как и всегда.

— Тебя вон дёрнула только зря. Ты зачем вообще приехала?

— Как зачем? Что я за внучка была бы, если бы ты тут того… А я черти где.

— Того, того, — закатывает глаза бабушка, — не дождёшься. Есть будешь? Голодная небось? Вон исхудала как, одни кости.

— Конечно, голодная. Я всегда голодная, бабуль.

— Оно и видно. Экономишь там на всем?

— Не на всем, ба. Не переживай.

— Иссохнешься вся и что я делать буду с тобой?

— Откармливать, — хихикнув, встаю. — Я пока переоденусь, а ты мне тут нафеячь своих вкусняшек.

— Иди-иди. И теплее одевайся. Дров у меня немного. В этом году и просить некого нарубить. А у меня все сени большими поленьями забиты.

— Так давай я.

— Чтобы ты мне тут дом развалила? Спасибо, мне хватило одного раза.

Я как-то пыталась помочь бабушке с дровами. Так замахнулась, что топор улетел назад и стекло разбил, при этом чуть не зацепив опешившую бабулю.

Больше она мне это дело не доверяет.

— Ой ладно. Я может научилась уже.

— Где? В городе твоём? Иди уже, бредовая ты моя.

Улыбаясь, отправляюсь в свою комнату, в которой провела все детство.

Домик у бабушки небольшой. Старенький, одноэтажный, но очень уютный и родной.

Бабуля за ним придирчиво следит, поэтому даже если запустить поисковых собак, то ни одного паука и ни одной мышки не найти.

Мышам ведет счет Капитан Стеша, сейчас мирно спящий на моей кровати.

— Привет, Стешок, — присев, чешу его за ухом.

Кот лениво поднимает голову, оценивая кто посмел нарушить его уединение. Но увидев меня, коротко мяукает и возвращается к своему лежачему занятию.

Я же переодеваюсь в вещи, найденные в шкафу. Надеваю тёплую вязаную кофту, отчего-то вспоминая, как меня наряжал в вязанные вещи Волчара, когда мы остановились у него дома в первый вечер знакомства.

Чёрт… Волчара. Осеняет меня вдруг.

Достаю из сумки выключившийся телефон и обречённо хнычу. Парни из группы говорили, что намокший гаджет можно спасти только, если не включать его сразу, а хорошенько просушить. День, а лучше два.

Вздохнув над моим утопленником, на всякий случай достаю симку и кладу его на батарею.

Интересно, как там мой Волков? Я даже объяснить толком не успела зачем поехала.

Помнила бы я хотя бы его номер, так с бабушкиного бы позвонила. Вот почему я не выучила его наизусть, а?

Поставив галочку, что нужно выписать важные номера в блокнотик, отправляюсь на кухню.

— Вот, Ксенька, борщик тебе. Сейчас слеплю пирожки с капустой и будет нам к вечеру ужин.

Бабушка по-хозяйски выставила передо мной большую миску с ароматным борщом, сметанку, зеленый лучок. Все же не зря я приехала!

Хотя я все равно планировала к Новому Году к ней в гости на пару дней заявиться с сюрпризом, но вышло чуточку раньше.

— Ну, рассказывай, как там твоя жизнь студенческая? Всё на пятёрки сдала?

— На пятёрки не всё, — откусываю кусочек свежеиспеченного хлеба и жмурюсь от удовольствия. Что там бабушка говорила про кости да кожу? С такой выпечкой я за пару дней вырасту как на дрожжах, — Но я у тебя умничка, и стипендия мне все еще полагается.

— Это хорошо, — хвалит бабуля. – Учись, внучка. Мозги – они знаешь, лишними не бывают. Смотрю я вот на девок тут наших некоторых и так и хочется их в хвост и гриву гнать в город. Пусть бы ума разума набрались, а то только по пацанам скачут. Секс им подавай, — выделяя в своей манере букву «е», заставляет меня закашляться. – Ты там сама не нашла себе никого?

— Бабуль, да когда мне? Я же вся в учёбе.

Вру и краснею. Но благо над миской парящего борща моих свекольных щек не так заметно.

— Ну-ну. Это хорошо. Успеешь ещё.

— Ага… Ты сама как? Дед Витя больше букетов не носит?

— Да какие букеты, Ксеня? Зима на дворе, — отмахивается бабушка.

Её ухажер, дед Витя, первый дед на село. За его внимание соседки тут разве что не дерутся. А ему мою неприступную крепость Александру Ивановну подавай.

— И что? Для настоящего мужчины — это не преграда.

— Ну да. Для настоящего может и нет.

Но моя крепость, как видите, не рушима.

Доев борщ, я помогаю бабушке с пирожками. Узнаю все новости села из первых уст, так сказать, а потом мы с ней вместе смотрим её любимый сериал, где все плачут, а потом признаются друг другу в любви.

Засыпаю я с мыслью о Вадиме. Надо же… Это расстояние между нами сейчас кажется очень ощутимым. А еще я страшно скучаю по нему. По его голосу с хрипотцой, хитрому взгляду и вездесущих руках.

Погощу у бабули пару дней, а когда буду точно уверена, что с ней всё в порядке, поеду обратно. И плевать что там тот тест покажет. Я хочу быть с ним. И точка.