Эпилог

Прошло двадцать лет.

– Мам, ну, куда ты накладываешь?! – возмущался высокий накачанный парень, стоя перед стройной русоволосой женщиной.

– Не пищи! – ответила Настя, продолжая паковать сумку-холодильник. – Знаю я вас с отцом: вам не положишь, так и будете жевать сухой хлеб с колбасой и водой припивать. И, вообще, ты первый раз идёшь с отцом в экспедицию, так, будь добр, слушай опытных товарищей.

– Ой, ой! Опытная! А сама-то была в рейде всего три раза.

– Мне хватило, – отрезала Настя.

– Мам, мы тоже хотим, – дёрнул её за рукав Киря.

– А вы, мои дорогие, должны вначале школу закончить, а потом уж о рейде мечтать. Сколько уже об этом говорено! – пристрожилась Настя на младших. Вам с Тоськой всего по двенадцать, успеете ещё.

– Вот всегда так, – отошёл к сестре Кирилл. – Слышала: – «Успеете», – передразнил он мать.

– Да, ладно тебе, Киря, – успокоила его двойняшка. – Зато мы нынче полетим в Москву с мамой. Представляешь! Через пролом! Говорят, там дикари живут.

– Ага, – хмуро ответил недовольный брат. – Ты ещё НЛО приплети.

Они замолчали и продолжили с завистью наблюдать за сборами старшего брата. Тимур впервые ехал в экспедицию. Он тоже хотел стать сталкером, как отец. Но тот поставил условие: вначале закончить подходящий вуз. Тимур выбрал военку с инженерной специализацией и уже отучился два курса. В поощрение отец взял его в эту последнюю экспедицию. Отцу было уже пятьдесят девять, и он хотел отойти от личного участия в рейдах.

Эта экспедиция предполагалась на север Сибири. Только вот теперь земли на севере Сибири заканчивались на широте Нижневартовска, а океан начинался от бывшего Уренгоя. Между океаном и землёй теперь расстилались болота и топи. И только ближе к Томску начинались земли пригодные для проживания. Вот на этот север сейчас и выезжала экспедиция Сергея.

– Ну, кажется всё! – Настя хлопнула рукой по сумке, окинула взглядом пару рюкзаков с личными вещами своих мужчин и посмотрела на улицу.

Обе машины были готовы к рейду, оборудование и вещи запакованы, уложены и утрамбованы. Палатки, походная кухня, спальники, столики, стулья, газовые плиты и утварь, всё вместе с личными вещами уместилось в армейском УРАЛе. В уазике командира должны были ехать только люди: Сергей, Георгий, Василий, Тимур и представитель армейского штаба – майор Чижов.

– Иди, Тимка, тебя только ждут, – отпустила Настя сына.

Тот, подхватив оба рюкзака (здоровый лось вымахал) и сумку с продуктами, которую так тщательно готовила Настя, помчался к машинам. Ждали действительно только его. Настя приложила руку к глазам, закрываясь от раннего солнца, и помахала рукой. От уазика в ответ взметнулась рука мужа, и у Насти потеплело на сердце. Каждый раз, провожая Сергея в рейд, она тревожилась и с напряжением ожидала его возвращения. Её отпускало только тогда, когда машина Сергея показывалась на повороте к дому.

Стоя сейчас на большой открытой террасе их нового дома, она следила взглядом за машинами, пока те не скрылись за поворотом. Отсюда был виден и их первый дом, который они поставили после переселения. Сейчас в нём жил только дед Матвей, который категорически отказался переселяться вместе с молодыми в большой дом.

– Нечего мешаться друг другу, – отвечал он на Настины уговоры. – Сами живите. У вас свои порядки, у меня свои.

Матвею было уже восемьдесят пять, но он оставался ещё крепким и бодрым стариком. Проблемы с сердцем, слава богу, перестали его мучить. То ли горный воздух, то ли горный мёд помогли, но здоровье Матвея заметно улучшилось.

Когда у Насти с Сергеем родились двойняшки – Кирилл и Антонина (Киря и Тося по-домашнему), решено было поставить большой дом немного в стороне от первого, почти на границе с бором. Выстроились за год, но вот обустройство территории вокруг двухэтажного деревянного коттеджа продолжалось и поныне: то газоны, то цветники, то бассейн, то всё поменять местами, то вернуть обратно…

Настина голова никому покоя не давала. Но, странное дело, суровый и непреклонный на работе комендант, дома превращался в спокойного, послушного исполнителя воли своей жены. Перенести в этом году теплицу? – Не проблема! Перенесём.

Привезти рябины из леса и высадить вдоль забора, так как она охраняет от зла? – Привезём и высадим! Делов-то.

Сделать возле бани декоративную укладку из дров (картинку из интернета подсунули для наглядности). – Да, не вопрос! И вместе с ребятишками Сергей эту укладку делает для любимой жены.

Но и любимая жена не сидит без дела. Все свои хотелки она воплощает вместе с мужем. Так и живут.

Однако, кое-что в их жизни изменилось кардинально. Сергей уволился из рядов армии и занялся сталкерством. Вернее, организацией и проведением экспедиций на брошенные земли. Запросов на такую информацию было множество и от разных структур. Так что он получил максимальную поддержку и одобрение.

Сергей заключал договоры на исследование определённых территорий, на поиск конкретных данных, вещей, изучение процессов, взятие проб воды, грунта, растений, отлова животных из разных мест.

Для организации официальных таких экспедиций не было денег, так что инициатива Сергея случилась очень вовремя. Особую помощь ему оказывали военные. В каждой его экспедиции обязательно был армейский картограф, который составлял описание местности, делал абрисы и подробные съёмки исследуемых мест. Это имело огромное значение для властей.

За десять лет таких рейдов были составлены карты почти всех участков Западной Сибири. Сейчас ничего экстремального уже не происходило, но изменение климата продолжалось и поэтому каждый рейд приходилось уточнять карты: где-то образовалось озеро, где-то болото, где-то река изменила русло или ещё что-то. В общем, дела не заканчивались никогда.

Нынешняя экспедиция для Сергея была последней. Настя давно просила его лично не участвовать в рейдах. Всё же пятьдесят девять лет – не шутка. Но Сергей выглядел и чувствовал себя вполне здоровым и прекращать полностью поисковую деятельность не хотел. На следующий год его приглашали в Восточную Сибирь для создания подобной группы. И он уже дал предварительное согласие. Но у них эта служба сразу организовывалась как государственная, а не частная, как у Сергея.

Так что Настя, провожая сейчас своих мужчин волновалась умеренно. Опыт у Сергея, Георгия и Василия был огромный. Тимке повезло, что в свой первый рейд он идёт с такими «учителями». Проводив взглядом машины, Настя с двойняшками вернулась в дом. У них была своя работа: продолжался учебный год. Время – всего лишь апрель, а ещё впереди май и только потом – лето и каникулы.

Настя работала директором лицея в Красногорске. Лицей был составной частью местного универа и готовил студентов для физмата. Киря и Тося учились в пятом классе и сейчас с нетерпением ждали каникулы. Учились они хорошо и с удовольствием, но к концу года всё же уставали.

Мысли Насти невольно перекинулись на семьи друзей. Она отпустила двойняшек в комнату, а сама присела в гостиной. Воспоминания не хотели покидать её, и Настя решила дать себе время для ностальгии.

У Василия и Лены родился общий ребёнок – девочка. Она была ровесницей Тимура. Но особой дружбы между ребятами не возникло. Иринка выросла немного высокомерной и изнеженной. Какое-то время она назад она вдруг начала преследовать Тима и на правах детской дружбы ставить себя его девушкой. Настя не знала, что там ей наговорил Тимка, но с некоторых пор они перестали общаться совсем. Настя не вмешивалась. Взрослые люди – разберутся. Но всё же предупредила сына, чтобы вёл себя осторожно с этой девушкой. Ссориться с друзьями не хотелось.

А вот Захарка – старший сын Лены был всеобщим любимцем. Ему исполнилось уже двадцать пять. Вслед за отцом он выбрал машины и стал его правой рукой в сети мастерских. И увлечение себе выбрал подходящее – гонки на автомобилях. Это стало его личным бизнесом: нашёл подходящую большую площадку за Красными воротами, то есть за пределами долины, оформил её в собственность. Построил оборудованный трек и это место стало самым популярным среди молодёжи Алтая. А потом подтянулись туда рестораторы, аниматоры и возник городок развлечений.

Сам Василий за качественный и быстрый ремонт машин снискал славу честного бизнесмена и пользовался большим уважением. Лена по-прежнему работала в местной больнице медсестрой, ни к какому карьерному росту не стремилась. Но зато вошла в круг жён известных бизнесменов и стала слегка заносчивой дамой.

У Георгия семья была совсем молодая. Ему, как и Насте, было уже пятьдесят, но женился он всего пять лет назад на молодой женщине, которая была младше него на двадцать лет. Она работала врачом и родила Жорке дочку, которой сейчас было только три годика. Но, на удивление, Семья у связиста оказалась дружной и весёлой. И про их разницу в возрасте вскоре все забыли.

Жорка тоже уволился из армии вместе с Сергеем. И вместе с ним не пропустил ни одной экспедиции, как и Василий. У Георгия был свой лучший на Алтае магазин «Охота, рыбалка, спорт», а в магазине – лучший отдел – «средства связи». Здесь было всё: от самых простых телефонов до самых сложных радиостанций.

Про представителя штаба – майора Чижова – Настя ничего не знала, но надеялась, что кого попало в такие рейды не пошлют.

***

Сергей тоже в этот момент вспоминал прошлое, но не такое прошлое, которое вспоминала Настя. Сергей думал о ракетной точке, которую им предстояло «проведать» и о месте сожжения зимовья, где погибли его ребята. Он хотел установить там небольшой памятник с указанием имён и наград. За их подвиг ребят наградили «Знаками за отличия» ракетных войск. Всё необходимое для этого Сергей взял с собой. Несмотря на давность событий, он никогда не забывал тех ребят, которые остановили смерть на себе и не допустили гибели всей группы.

Из техники в этом рейде у него был уазик последней модификации, полностью укомплектованный всеми возможными средствами связи, и армейский УРАЛ, который вёз на себе болотный вездеход.

Двадцать человек – участников рейда – разместились в кузове машины и в вездеходе. Тесновато, но лишнего с собой брать не стоит: теряется маневренность. А остановиться, перекусить и переночевать теперь можно и на брошенных землях.

Сергей прикрыл глаза, решив немного подремать. До первой остановки в «Рассвете» ещё несколько часов езды. Но вздремнуть не получилось: вначале мысли о Тимуре одолели. Жаль, что сын ещё молод, он бы ему всё своё дело передал. Поздно женился, дети поздние. Тимке всего двадцатый год, во главе экспедиции не поставишь. Ладно, пусть пока набирается опыта.

Потом вспомнился последний разговор с военкомом и сон совсем пропал. Военком осторожно предупредил, что среди населения муссируются слухи о, якобы, грядущем отделении Сибири от России. Сергей и сам уже удивлялся, как долго Москва терпит самостоятельность регионов. Вынужденную, конечно, но всё же.

Однако, военком его успокоил. Представители Москвы и центрального правительства уже регулярно посещают Западную и Восточную Сибирь и имеют представление о положении дел. А скоро связь с центром восстановится полностью.

Во-первых, уже восстановлено воздушное сообщение. В Сибири построились новые порты, способные принимать большие самолёты.

Во-вторых, вместо разрушенного разломом транссибирского пути, проложили новый, минуя Урал. Через степи Поволжья и Казахстана, через Нур-Султан и Павлодар на Барнаул. С этого момента попасть из Центрально России в Сибирь можно было беспрепятственно. Визы и разрешения Казахстан не спрашивал, но в обмен запросил помощь в строительстве канала от Иртыша до Нур-Султана. И проект, который в прежние годы никто в серьёз не принимал, теперь стал вполне осуществим. Так как засуха в северных районах Казахстана достигла размеров бедствия.

В-третьих, деньги и в центре, и в Сибири оставались общими – рубли. А это означало единство экономики. И, понятно, что Москва совсем не хотела терять по-прежнему богатые сибирские регионы, но всё же снизила свои аппетиты, и налоги в центр пока не уходили. Иначе невозможно было восстановить сами сибирские территории. Зато появились вновь представители президента во всех округах.

В-четвёртых, военное командование находилось в Москве, а главкомы сибирских округов находились под присягой и подчинением.

Так что ни о каком отделении Сибири от России речи не шло. Тем более теперь, когда самый острый момент уже пережили.

Но выявилась другая проблема: Китай. Из дружественного он как-то резко превратился в неудобного соседа. До вооружённых конфликтов дело не доходило, но попытки китайцев проникнуть на плодородные земли степного Алтая и Восточного Казахстана происходили всё чаще. Китайцы просто толпой пересекали границу и их бамбуковые фанзы моментально возникали в самых отдалённых местах, обязательно по берегам рек.

Кроме того, участились их попытки проникнуть на оставленные и законсервированные военные объекты. На это военком обратил особое внимание Сергея. И с этим было связано задание: проверить консервацию их ракетной точки и отследить попытки проникновения на неё, если таковые были.

– Командир (между собой, ребята по-прежнему звали его командиром, но уже без звания), – отвлёк его от размышлений Василий. – Первая остановка – «Рассвет».

– Спасибо, давай сразу к коменданту, – распорядился Сергей.

Уже лет десять как былая вольница изоляторщиков была прекращена. Во всех таких поселениях появились комендатуры. Мародёрство, грабёж и насильственное удержание людей было прекращено. Задачей Сергея, в том числе, было: заезжать по пути следования в такие комендатуры. Для этого с ним и ехал представитель армии – майор Чижов.

Вот и сейчас, высадив Чижова у комендатуры, Сергей попросил Василия подъехать к ближайшему кафе. Команда должна была перекусить, а потом он хотел созвониться с местными сталкерами. У него теперь были знакомые среди них по всей Сибири. Они делились пройденными маршрутами, результатами, находками, но о новых планах никогда не говорили. Секрет, однако.

Закусочная «Огонёк» встретилась им в квартале от комендатуры. Вполне себе удобное заведение: небольшое, чистое, аккуратное, с приятными запахами.

– Хозяйка! – позвал Сергей, не увидев никого на раздаче.

– Иду! – откликнулась женщина и вышла к ним. – О! – приостановилась она в изумлении, вытирая руки о фартук. – Сергей?! Ты почти не изменился. Заматерел только, виски седые, – в голосе женщины появились ласка и сочувствие. –Выглядишь хорошо, молодец.

– Наталья? – тоже узнал женщину Сергей, но не стал реагировать на её слова, а сразу спросил по делу: – Ты здесь работаешь?

– Да, это моя закусочная. Я здесь хозяйка и повар, когда надо, и вообще мастер на все руки. Что вы хотели? – тоже перешла на деловой тон женщина.

– Нам обед на двадцать пять человек. Сможешь организовать?

– Если подождёте минут двадцать, смогу. Борщ готов и его хватит на всех, а вот котлеты надо будет дожарить. Сразу много мы заранее не готовим.

– Хорошо, подождём, – ответил Сергей, отходя от неё.

Тут в дверь вместе с другими участниками вошли Георгий и Василий и тоже увидели старую знакомую.

– О, Наталья! – удивились оба.

– Как она жизнь? – спросил Георгий, который когда-то сам лично прихватил Наталью на горячем.

– Нормально, – пожала та плечами. – Закусочная вот моя. – с вызовом заметила она, типа, тоже не лыком шита.

– Семья, дети? – продолжал бесцеремонно допытываться Жора.

– Нет ни того, ни другого, – снисходительно повела плечом женщина. – Да и зачем в наше время такая обуза. А у вас? – спросила она у всех, но смотрела при этом только на Сергея.

– Мы с Леной поженились, – ответил за всех Василий. – Детей двое: Захар и Иринка. Жора тоже женат, дочке три года. А командир женился на Насте и у них уже трое! – сжалился он над Натальей и рассказал о том, чего она ждала больше всего. – Вон их старший сидит, – кивнул Вася на Тимура.

Женщина с болезненным любопытством оглянулась на парня. Он был почти копией Сергея в молодости. Только цвет волос достался от матери. Тимка тоже внимательно присмотрелся к женщине. Он не совсем понял, кто она такая, но её интерес к отцу заметил совершенно точно и это ему не понравилось.

А Наталья с сожалением посмотрела на командира. Когда-то этот мужчина сильно поразил её воображение. Она даже попыталась завоевать его, правда, безуспешно. Кто знает, как сложилась бы её судьба, если бы двадцать лет назад ей удалось занять место рядом с ним. Кто знает…

Женщина отвела взгляд от Сергея, увидела всех вошедших мужчин и заторопилась на кухню подгонять поваров. Работу никто не отменял. А воспоминания… Что ж, они всегда с ней.

Сергей же больше не проявлял никакого интереса к бывшей попутчице. Она для него перестала существовать как личность ещё тогда. И сейчас ничего не изменилось. Эта женщина и любые другие, которые добивались его внимания, вызывали у Сергея только брезгливость. У него есть жена. И точка!

Ночевать в «Рассвете» не стали. Дождались майора, сменились водители за рулём и машины двинулись дальше. Благо в водителях дефицита не было. Все мужчины имели права и опыт вождения. Иных Сергей в рейды не брал.

Шли на хорошей скорости. Дороги даже в зоне отселения давно были вычищены от хлама и отремонтированы. Сергей проложил маршрут так, чтобы миновать большой город и сразу выйти на северную трассу. Проезжая знакомые места, он невольно вспомнил события того страшного перехода: мародёры, бандиты, встреча с Настей и Матвеем, Максимом и Петькой.

Хотя, какие это теперь Максим и Петька. Максим Павлович Дорин – генеральный директор завода по ремонту легкомоторных самолётов. Женат, есть сын.

Пётр Степанович Летошин стал известным скотоводом и мясоделом. Давно выкупил два участка рядом с Настей и Сергеем и ударился в разведение мясных пород крупнорогатого скота. Имеет свой мясокомбинат и производит деликатесы и колбасы. Всё же крестьянская жилка в нём победила. Наверное, благодаря Матвею. Женат, имеет дочь.

«Да, – подумал Сергей. – Летит время…»

До Томска добрались к утру. Оно и раньше так было: из Новосибирска, например, до Горного Алтая можно было доехать за шесть-восемь часов. Из того же Новосибирска до Томска или Кемерово за три-четыре час. Триста – пятьсот километров для Сибири не расстояние. Рядом.

Команде надо было отдохнуть и в одной из комендатур решено было задержаться. Дальше жилых посёлков не было, кроме Назарово и Берёзового.

Назарово было головной болью и гражданских, и военных властей. Они не хотели принимать главенство комендатуры. Несмотря на запрет мародёрства, продолжали шерстить брошенные посёлки и деревни, игнорировали приказы коменданта, устраивали драки и стрельбу прямо в посёлке.

Сергей считал, что здесь давно пора разместить армейский гарнизон и отдать управление посёлком военным. Тогда и порядок будет. По поводу Назарова у него тоже было поручение: посмотреть, опросить, проанализировать, доложить выводы совместно с майором.

Утром выехали в Назарово. Военпред переговорил по связи с командующим и было принято решение установить в городе военную власть и прекратить, наконец, эту махновщину. Для этого из ближнего крупного гарнизона была вызвана полурота солдат, которая должна была появиться в Назарово часа через два. На подъезде к посёлку их остановил местный патруль.

– Кто, куда, откуда? – копируя известного героя спросил старший.

– Центральная комендатура, – сурово ответил военпред и предъявил документы.

Старший назаровец небрежно сплюнул сквозь зубы с видом: «много тут вас ходит, да не задерживаются», бросил взгляд на корочки, которые майор даже не выпустил из рук, и злобно заметил:

– Ну-ну…

Машины въехали в посёлок, но видя такую встречу, все сразу поднапряглись. Возле комендатуры никого не было, даже дежурного на входе.

– Чёрт знает что! – не выдержал военпред. – Бардак!

Они с Сергеем прошли до кабинета коменданта и именно там обнаружили двух офицеров и гражданского мужика, которые совершенно мирно и никого не стесняясь, обсуждали планы совместного рейда.

Бросив взгляд на карту, Сергей понял, что группа намылилась на север. Видимо, здесь в округе уже всё подчистили. И военпреду, и Сергею всё было ясно. Комендант продался и сговорился с местными. Надо было действовать немедленно, пока никто ничего не понял.

– Оружие на стол! Отойти к стене! – скомандовал военпред, вынимая пистолет и сразу взводя курок.

Сергей повторил его действие. Щелчки оружия привели сидящих мужчин в чувство. Медленно под дулами пистолетом они положили на стол своё оружие и отошли к стене. Военпред, не спуская с них глаз, два раза выстрелил в воздух, преследуя две цели: показать серьёзность намерений и вызвать подмогу. Обе удались. Арестованные не дёргались пока, а по коридору уже грохотали берцами ребята из отряда.

Первым в кабинет влетел Тимур, за ним Георгий и Василий.

– Отец! – не сдержался Тимка и шагнул вперёд, оказавшись на линии огня.

Это было ошибкой. Гражданский и не подумал сдать оружие, а просто отошёл к стене. Теперь он внезапно напал на Тимура, сковав его в удушающем захвате за шею. Видно было, что мужчина – опытный боец. Удерживая парня, он приставил к его голове пистолет. Все на секунду онемели, а незнакомец вдруг начал совершать беспорядочные выстрелы в воздух. Затем хладнокровно заявил:

– Сейчас здесь соберётся весь наш отряд. А нас немало. Выход такой: либо вы уёбы-те отсюда все немедленно. Либо вас здесь всех похерим. Выбор за вами.

– Выбор за тобой, сучонок, – белея от ярости ответил Сергей. – Либо ты сейчас отпускаешь заложника и сдаёшь оружие, либо ты и твоя шобла будет похоронена здесь навсегда, – и взвёл курок.

Тимур учился в военном, понимал, как надо вести себя в случае захвата. Но он-то мнил себя крутым воякой. Он подмигнул отцу, начиная действие. Резко дёрнулся, уходя из захвата, локтем саданул мужику под рёбра. У того дёрнулась рука, пальцы нажали на курок, и пуля, пропоров у Тимура кожу на затылке, разорвала ему мочку уха.

Этой секунды короткой борьбы Сергею хватило, чтобы оказаться рядом и просто вырубить бандита рукояткой пистолета по голове. Он уже понял, что перед ними был командир назаровцев. Жора и Василий быстро надели наручники на всех троих.

Сергей тяжело отдышался. Всё же почти шестьдесят, это тебе даже не сорок, тем более не двадцать. Но на короткий бой его хватило.

В отряде Сергея был свой врач, он сразу оказал помощь Тимуру, пошутив про особую примету теперь – разорванное ухо.

– Ну, ничего, – успокаивал он парня. – Вернёшься в Красногорск, наши девочки так тебя заштопают, что и следа не останется.

Тимка морщился: лекарство щипало, кривил губы в улыбке и помалкивал. Понимал, что сам виноват, подставившись по-глупому.

– Сергей, организуй своих ребят на охрану периметра и дождитесь подхода роты.

– Не вопрос, сам вижу, что может быть горячо.

Ребята Сергея успели подогнать машины вплотную к зданию и встать цепью перед входом, когда на площадь перед комендатурой начали стекаться вооружённые люди. Они пока не знали, что случилось, но увидев оцепление, сразу понимали, что дело серьёзное.

На крыльцо вышел военпред. Толпа роптала, но пока не нападала.

– Граждане! Я майор Чижов – представитель командования. Указом генерала армии ваш отряд расформирован. Комендантом поселка становлюсь я, майор Чижов. В Назарове приказом вводится комендантский час и патрулирование улиц. Предлагаю сдать оружие и разойтись.

– Уже бежим, – отозвались из толпы.

– Как хотите, – равнодушно ответил майор. – У меня приказ: в случае неповиновения – стрелять на поражение.

В толпе притихли, а Сергей понял, что командование кое-что от него утаило. Например, то, что судьба Назарова решилась ещё там, на Алтае и даже новый комендант уже был назначен.

Самые дальновидные назаровцы начали потихоньку подходить к крыльцу и бросать на землю оружие. У них записывали фамилии и отпускали. Но таких было мало.

Военпред всё время поглядывал на часы. Рота была на подходе, но прибудет не раньше, чем через тридцать – сорок минут. А эти минуты ещё надо пережить. И опять его выручил Сергей.

– Мужики! Время беспорядков прошло. В чистых землях уже полностью налажена мирная жизнь. Изоляторщикам начали регулярно возить продукты, товары. Со следующего года откроется автобусное сообщение во все живые посёлки и придёт конец изоляции. Дороги от юга до Томска вычищены и отремонтированы. Многие переселенцы хотят вернуться на прежние места. Вирус побеждён и его можно не опасаться. Однако, скажу честно: изменения климата продолжаются. Из-за этого и вопрос возвращения подвис. Стоит ли возвращаться, если неизвестно будущее. Наша экспедиция должна найти ответы на эти вопросы. Поэтому вам нет уже смысла жить набегами. Подумайте, на что вы обрекаете себя и свои семьи, сопротивляясь закону.

Он отошёл в сторону. Его парни стояли плечом к плечу, образуя живую цепь, ощетинившуюся стволами карабинов. К вооружению экспедиции Сергей всегда подходил серьёзно. Так что даже его двадцать ребят против пятидесяти местных были серьёзной силой.

– Где наш командир? – раздалось из толпы.

– Ранен, арестован, – скупо ответил майор.

– А старый комендант? – спросил тот же голос.

– Арестован.

Теперь толпа притихла надолго. Если арестованы их командиры, самая верхушка, то есть ли смысл сопротивляться? До многих начало доходить, что жить в тепле и уюте гораздо лучше, чем скитаться и скрываться по брошенным деревням. И потянулся второй ручеёк сдающихся.

Но не основная масса. Вольница! Желание жить, как жили, никому не подчиняться будоражило сознание людей, толкало к протесту. Напряжение на площади нарастало. Казалось ещё миг и начнётся перестрелка, прольётся кровь, погибнут люди…

Но в это время на площадь перед комендатурой тихо вкатились два БТРа. С их брони посыпались солдаты, окружая вооружённую толпу. Те начали поднимать руки и бросать оружие на землю. Жить-то хочется.

Сергей облегчённо выдохнул. Всё! Его миссия здесь окончена! Он отдал приказ своим грузиться на машины и выезжать. Ну, его это Назарово! Пожрать можно и паёк, а оставаться здесь ему совсем не хотелось.

Попрощавшись с майором, Сергей занял место в машине. Его экспедиция только началась, а уже такие дела! Потом уже, вспоминая и анализируя ситуацию, Сергей поражался насколько им всем повезло. Ведь если бы среди бандитов нашёлся лидер, который призвал бы к сопротивлению, то кровопролитие обязательно случилось. Повезло.

До середины лета экспедиция успела сделать описание побережья, обследовать несколько брошенных городков и сделать выводы об их пригодности для проживания, описать зверьё, насекомых и растительность. И заехать на место гибели ребят. Там, как и планировалось, установили скромный памятник. Но Сергей с сожалением отметил, что болота подошли слишком близко. И, пожалуй, в следующий приезд сюда они будут поминать ребят на воде.

В конце июля экспедиция добралась до нефтяников в Берёзов. Вот где был порядок! Маленький уютный городок стал административным центром для двух месторождений (а, может, и больше, кто его знает) и пары десятка деревень, расположившихся поблизости. К месторождениям и деревням вели хорошие дороги. В городе работали сады, школы и магазины. Население жило спокойно. Единственный минус: нет связи и сообщения с «большой землёй». Только случайными оказиями.

Это и было поручением Сергея. Ему предстояло заключить предварительное соглашение на открытие перелётов Барнаул – Берёзов. А для этого в Берёзовом должны были построить хотя бы вертолётную площадку.

Второе предложение, которое он должен был обсудить с руководством города, касалось трассы Томск – Берёзов. Её предстояло заново отсыпать, оборудовать заправками и стоянками и обеспечить приём почтовых машин.

Теперь, когда Назарово перешло под контроль властей, налёты на бензовозы прекратились и можно подумать о благоустройстве трассы.

Это было последнее официальное поручение Сергея, и он его выполнил. Берёзовцы тоже устали от изоляции и с надеждой заключили все соглашения.

Но неожиданно в Берёзове решил остаться Тимур. Местные сталкеры увлекли его рассказами о проломе, до которого добрались в прошлом году. А нынче хотели повторить рейд с новым оборудованием.

Это шанс Тимур упустить не мог.

– Отец, я останусь и пойду с ребятами. Сам понимаешь, как важно то, что они делают, – он требовательно смотрел на отца и отступать не собирался.

– Ладно, – скрепя сердце, согласился Сергей. – Не забудь о начале занятий и про ухо помни, – только и сказал он, намекая на необходимость вначале думать, а потом делать.

Становиться в позу и требовать абсолютного подчинения, он не стал. Помнил себя молодым. Хочет самостоятельности? Вперёд!

– Спасибо, отец! Я понял и помню! – Тимур подхватил рюкзак и двинулся за новыми товарищами. Их путь лежал на запад. А Сергей двинулся на восток, к границам Восточной Сибири. Насте он сообщил, что всё в порядке. Незачем ей заранее волноваться.

***

Настя с Сергеем стояли на крыльце и вглядывались в полотно дороги. Вот-вот должен был показаться Тимур. Сергей вернулся нынче рано, хотя рейд планировался до октября, а сына до сих пор не было, хотя уже начался сентябрь.

Когда Настя узнала, что Тимка отделился от отца и остался в Берёзове, она места себе не находила и в сердцах выговорила Сергею немало претензий. И вот сын прислал сообщение, что едет. Они и сторожили целый день на крыльце по очереди или вместе с двойняшками.

Они не знали на чём Тимур доберётся до дома, любая машина возле их дома – это всё равно к ним. Но что из-за поворота покажется украшенный лентами и шарами микроавтобус, никто не ожидал.

Отполированный и сверкающий белый фордик подкатил к ограде и из него вывались толпа гостей: Максим с женой и сыном, Пётр с женой и дочкой, Матвей, которого, видимо, подхватили по пути, Лена с Василием и детьми, Георгий с женой и ребёнком – все свои. А впереди этой шумной и радостной компании шёл Тимур, держа за руку маленькую стройную девушку в простеньком платьице с большими серыми глазами на пол-лица.

– Мама, папа, – объявил он растерянным родителям. – Это моя жена Вероника…

КОНЕЦ.

Август-сентябрь, 2021