Глава 41

Истан сам встретил меня и сразу, не торопясь, как обычно, пригласить сестру за стол с горячими порожками и наваристой похлебкой, повел к новым домам. Люди устанавливали в оконные проемы наши «стекла» из ткани, пропитанной воском, над трубами вился дым. Это значило, что приехала я как нельзя ко времени.

— Истан, я горжусь тобой, - не отрывая глаз от открывшейся мне картины, прошептала я. Морозное звездное небо и яркая луна, освещавшая весь наш комплекс, будто были за нас. Первый дом, стоящий по центру, совсем по чуть скрывал два других. Из-за того, что углы задних домов были не видны, казалось, это одно большое здание.

— К этому ты приложила свою руку, Алисия. Когда люди из деревни начали приезжать, я опешил, а когда узнал, что нужно еще отправить подводы, мое сердце сжалось от гордости за тебя.

— Гордиться нужно именно этими людьми, брат.

— Но они пошли за тобой, а не за мной.

— Теперь ты знаешь, что все лето я трудилась не зря. Все их семьи остались здоровы и живы, потому что мы были вместе. Эти мужчины просто отплатили нам тем же.

Разместили меня на этот раз в хорошем «номере» с видом на лес, потому что комнаты с видом на площадь, как оказалось, разбирались сразу. Не скоро еще эти люди, окруженные лесами, начнут ценить вид на лес.

Мариса кормила меня и, не умолкая, рассказывала, как прошло это время после моего последнего приезда. И мое сердце все больше согревала радость оттого, что не просто получилось задуманное, но и люди оказались втянуты в наше дело. Мы обсудили наши швейные дела на завтра. Я выяснила, что кровати строят даже ночами, чтобы скорее открыть пока второй дом, а через неделю-две и третий.

Фонари поставили строго по моему рисунку, и теперь вокруг домов, сама площадь, дорожки между отелем и хозяйственными домами освещались достаточно хорошо. Истан назначил сторожами людей, пришедших с ним из деревни. Мы даже обсудили некую систему охраны, начальником которой поставили сына Бирка. Чтобы навредить нам теперь, надо было постараться.

Вся наша инфраструктура была нужна к открытию сезона. И если сложится так, как мы задумали, этот «Край земель» будем основной торговой точкой между королевствами.

Через пять дней, убедившись, что все идет как по маслу, я отбыла домой. По дороге я думала о том, что вот теперь-то все мои братья пристроены, все люди, которые мне на этот момент дороги, уже заняты своим любимым делом. И только я мечусь между их жизнями, улучшая, настраивая их еще точнее, словно настройщик музыкального инструмента. Наверно, настройщикам, когда все работает четко и ровно, грустно от своей ненужности, как и мне. Но радоваться новым проблемам я точно не планировала.

Вот тогда-то я и подумала об Амире. Вспоминая наши встречи в столице, разговор с Лидией, которая жизнь воспринимала проще, не стараясь, как я, успеть все и сразу, охватить как можно больше, раз уж судьба предоставила новый шанс. Но я не чувствовала какой-то огромной, всепоглощающей любви, о которой читала в книгах. Снова, как и с мужем, я просто понимала, что замуж выходить придется, так и пускай это будет человек честный, добрый и с хорошим образованием. Здесь снова все сходилось.

Я поймала себя на мысли, что пытаюсь говорить с герцогом. Просила Амира не упустить Грегори, если вдруг все зайдет далеко. Тревога за брата и жениха никак не отпускала, а мой молчаливый монолог с ним помогал укрепиться в том, что Бог, мой привычный Бог услышит эти мысли и позаботится о них.

Дороги развезло через месяц, когда нам с Варисом и Марией полагалось прибыть ко двору. Грегори ни за что не простил бы нам нашего отсутствия на его главном дне – открытии Магистратуры. В эту неделю полагалось ежедневно выслушивать выступающих, которые удостоились звания магистра за особенно яркие достижения, а после были «танцы». Я никак иначе не могла назвать это мероприятие.

В первый день в огромном зале выступали трое молодых людей, представляя народу свои изобретения. Я надеялась только на то, что выражение моего лица не видит никто, потому что нам представили такую ахинею, о которой я постеснялась бы рассказать даже своей бабуле, не то что в главном зале. Это как в прошлом мире стоять в Георгиевском зале с мясорубкой, которая уже существует, но с желтой ручкой вместо привычной белой.

— Алисия, прошу тебя, не смотри так, - прошипел сквозь зубы Варис.

— Думаю, эта непроливаемая бочка есть в каждом доме, но для этого не стоит мучать бондаря, а просто притереть крышку и закупорить ее более тщательно. Да и кто смотрит на меня, коли перед нами просто до невозможного прекрасное изделие, - пробурчала я в ответ.

— Я тебя прошу, - процедил Варис, и я, посмотрев на него, кивнула.

— А мне очень нравится, Алисия, - наклонившись ко мне сказала подруга.

— Такие бочки не доедут до места. Потому что дерево, таким образом выгнутое, не имеет жесткости, - пыталась я объяснить своим спутникам, но на меня шикнули снова, и я затихла.

Амир прибыл только на бал. Я не сразу узнала молодого мужчину со впалыми щеками. Его глаза провалились, словно он не спал неделю и не ел пару месяцев.

— Что с вами случилось, герцог. Вы не больны? – не испытывая неудобства за то, что не дала поздороваться в первую очередь мужчинам, спросила я и принялась рассматривать его лицо.

— А вы еще прекраснее, графиня, - глаза его смеялись, но мне хотелось услышать ответ.

— Герцог… Амир. Прошу, ответьте мне.

— Боитесь, что останетесь без жениха? – я знала, что он шутит и ни в коем разе не пытается меня уколоть.

— Боюсь, - я натянуто улыбнулась и почувствовала, как уголок моего рта дрогнул.

— Давайте покинем бал. Граф с супругой скоро присоединятся к нам, а пока мы сможем поговорить по дороге к вашему дому, - он красивым движением подставил свой правый локоть, и я, уложив на него ладонь, двинулась к выходу. Мне нужно было найти Лидию, потому что без нее отправляться в дом с мужчиной я не могла.

Если бы не такое изменение с герцогом, я бы обязательно посмотрела свысока на Люсию, ведь к этому дню я подготовилась с особой тщательностью: Жанэт уложила волосы, которые после ее масел стали блестящими и тяжелыми; выбрала из новой тройки платьев изумрудное, с рукавом - фонариком до локтя, но закрытым воротничком и корсетом, повторяющим каждый изгиб молодого и крепкого тела. Думаю, на пользу мне пошла именно ежедневная разминка с дровами, да и тренажеров Вариса я не гнушалась.

Когда мы сели в карету герцога, он наклонился вперед и, не обращая внимания на Лидию, взял мои ладони в свои.

— Сейчас все позади, моя дорогая графиня, моя невеста и моя спасительница, - мягко и как-то особенно тепло произнес он.

— Спасительница?

— Именно. Мне пришлось навестить брата, чтобы в последний раз предложить ему переговоры, но он повел себя не по чести. Мне пришлось бежать. Долгий месяц я добирался до столицы, скрываясь от преследовавших меня людей. Вернулся я только пару дней назад. Когда однажды заснул в лесу, именно ваш голос, графиня, разбудил меня. Я замерзал возле погасшего костра.

— Мой голос? – не найдя, что ответить, я продолжала рассматривать его черты, ставшие более острыми, дикими.

— Да, вы словно будили меня у вас в замке. Вы звали меня на помощь, кричали, что я нужен Грегори, и если не я, вам никто не поможет.

— Это ужасно, Амир, - по моим рукам и спине прокатились мурашки.

Карета тронулась, и мы выехали в сторону дома.

*** *

Когда я узнала все о своем будущем муже и его брате – нынешнем короле Асталии, мне стало немного стыдно за свое поведение и свои мысли. В нашем мире тоже были времена, когда женщины шли за мужьями и строили быт там, куда приведёт их судьба и долг. Те же, кто избегал этого, обрекал и себя, и свою семью на постоянный побег от жизненных перипетий.

— Я хочу извиниться, Амир, - ответила я, как только карета остановилась возле крыльца нашего поместья и Лидия вышла из нее.

— Вот вам, моя дорогая, точно не за что извиняться, - снова взяв мою ладонь в свою, ответил Амир. Выходить ни он, ни я не торопились.

— За то, что заставила вас беспокоиться в и без того сложное время. Я поеду с вами тогда, когда это будет необходимо, герцог, только…

— Я даю вам слово, Алисия, что у вас будет не меньше года после нашей свадьбы. Даже если мы сможем освободить престол раньше, я не против. Я дождусь, когда вы сами будете готовы поехать со мной, чтобы стать королевой.

— Звучит очень красиво, но я знаю, что это тяжелый труд для обоих.

— Если этот труд будет проходить в любви, то трудности эти мы и не заметим, а я точно могу сказать, Алисия… у меня было время подумать в пути сюда. Я не знаю, любовь ли это, но я вижу свою жизнь только с тобой, - он не поднимал глаз, пока говорил, но в самый последний момент поднял голову и посмотрел в мои глаза.

— Я тоже, не могу сказать точно, но то время, когда ты жил в нашем замке… оно было самым …

— Самым радостным? Я боюсь сказать «счастливым», потому что все еще лелею надежду на более счастливые времена.

— Да, наверно я соглашусь, - в этот момент дверь кареты открылась. Видимо, это было максимально допустимое время, когда мы с герцогом могли побыть вдвоем в закрытом от глаз помещении.

— Теперь мы можем погулять, - выпрыгнув первым, Амир подал мне руку и, ступив на землю, я почувствовала тонкий, мало ощутимый еще запах весны.

— Мне кажется, скоро наступит весна.

— Она уже идет, Алисия, - ответил герцог и засмеялся. – Посмотрите, морозов днем уже нет. Снег больше не идет. Ночные заморозки только на пользу: дороги не развозит, а растаявшее за день вымерзает. Прекрасная нынче весна.

— Нет, я о другом. О том, что начало пахнуть землей, почками на ветвях, хотя их еще нет. Значит, скоро весна полностью вступит в свои права.

— Тебя это не очень радует, мне кажется, - он предложил свою руку, и я положила ладонь на его локоть.

— Радует, но боюсь, что мы не сможем быстро вернуться домой. Там теперь только Истан, и он готовится к ярмарке.

— И ты обязательно должна быть рядом… - продолжил герцог.

— Конечно, ведь…

— Ведь ты не веришь, что кто-то может сделать так, как сделаешь ты? – договорил он за меня то, что я собиралась сказать завуалированно.

— Именно. Ты меня раскусил, Амир.

— Вероятно, мне придется отдать тебе какую-то часть королевства, чтобы ты не решила командовать всем королевством вместо меня, - засмеялся он.

— Ты знаешь, а это хорошая идея, потому что я уже придумала небольшой свод законов, который тебе поможет править, - засмеялась я, соврав ему, но тут же подумала, что я ведь и правда не смогла бы сидеть без дела. И его шутку можно будет обратить в тему для беседы. Но уже потом, когда на моей голове будет корона или что там у них вместо нее?

— Ого! Значит, я не ошибся, и мне не понадобится советник?

— Даже не думай его искать, а пока у нас есть время, я попробую тебя откормить. Иначе, люди удивятся, что король выглядит столь болезненно. Когда же приедут эти любопытные? Грегори выступает лишь завтра, вот тогда и я буду сидеть там до посинения. Пора бы пообедать. Думаю, слуги именно это хотят нам сказать? – сделав круг вокруг поместья с Лидией, что шла метрах в пяти от нас, мы вернулись к крыльцу, где оказалось как-то слишком много народа.

В этот же момент во двор въехала карета Вариса. Дверь открылась изнутри, как только лошади встали. Мария выпрыгнула как профессиональный каскадер и на ходу закричала:

— Асталия пошла войной на нашего короля. И на герцога. За его голову объявлена очень большая сумма.

— Амир, только не говори, что ты поедешь туда. Наши земли на дальней границе лучшее место, чтобы вам с Грегори спрятаться, - выпалила я, не подумав, что Варис и Мария слышат меня.

— Я никогда не прятался, Алисия, и не собираюсь этого делать впредь. Варис, если ты не против, мы должны вместе доехать до дворца. Я должен и тебе рассказать все, - он запрыгнул в карету на место Марии, и возница, не дожидаясь приказа, тронулся. Я стояла как вкопанная.

Только что, секунду назад было тихо и радостно. Наконец я приняла свою судьбу. И даже обрадовалась, что Амир почти признался в любви. Но теперь все это было бессмысленно. Потому что было неизвестно, когда все закончится и кто выиграет. Для кого-то, возможно, жизнь не изменится вовсе, а вот для нас изменится сильно. Сейчас Варис узнает о Грегори. И его жизнь тоже перестанет быть радужной.

— Алисия, что нам делать? – голос Марии разорвал мои мысли, и я даже порадовалась этому.

— Пока ничего, Мария. Нужно готовиться выехать из столицы еще до ночи. Я надеюсь, они привезут Грегори.

— В столице безопаснее, Алисия.

— Мальчика мы переоденем в крестьянскую одежду. В отеле его никогда не видели чужаки, а деревенские не выдадут. Он же вырос с их детьми. Мы убережем его, потому что вся эта война из-за него.

— Что ты говоришь, дорогая? – Мария поднесла руку к моему лбу и внимательно посмотрела в глаза. – Мне кажется, ты заговариваешься, идем в дом. Нужно выпить чего-то горячего. Вы давно гуляете, - она старалась говорить медленно и по-доброму, как с умалишенной, но я вывернулась из ее объятий и, повернувшись к ней лицом, выпалила:

— Грегори тот самый принц, которого ищет король Асталии.

— Амир его дядя? – выпучив глаза, спросила Мария.

— Да, а король Асталии – его отец. Как думаешь, нужно нам прятать Грегори?

— Да, надо собираться. И без багажа, без всего, что помешает в пути, отправляться как можно быстрее, - ответила Мария, прикрыв рот ладошкой.