Глава 7

Корабли отплывали из порта Копенгагена буднично, без пышных проводов и шумихи. Я специально не известил журналистов и тех, кто интересовался нашим походом о дате выхода в море. Нефиг! Они конечно скоро очухаются, когда не обнаружат меня в гостинице и когда увидят, что экспедиционных кораблей нет в порту, но мне на это плевать. Я не хочу, чтобы лишняя информация уходила в массы. У нас перед американцами будет фора, однако совсем не большая, и даже несколько выигранных дней пойдут нам на пользу.

«Единорог» пыхтел паровым двигателем, преодолевая встречную волну, а я стоял на капитанском мостике и провожал взглядом цивилизованный берег. Теперь мне его не скоро доведется увидеть снова, если вообще я вернусь живым из этой авантюры…

Именно авантюры, по-другому нашу экспедицию нельзя и назвать. Готовы мы из рук вон плохо! Для «Единорога» это скорее всего вообще путь в один конец. Не готов корабль к зимовке и вымораживанию в лед. Мои моряки мне популярно объяснили, и показали чуть ли не на пальцах, что несмотря на прочную конструкцию, сжатие льдов зверолову вряд ли удастся пережить. Основные элементы силового набора, включая шпангоуты, стрингера, киль, бимсы и другие детали, обеспечивающие прочность и форму корпуса, у кораблика в порядке, а вот обшивка… Доска тонковата, обшивка изготовлена внакрой, однослойная, нагели, которыми она крепится к шпангоутам деревянные, расстояние между шпангоутами слишком большое… Сильного давления обшивка не выдержит. В тех фьордах где мы собираемся зимовать, в прошлом году торосы размером с многоэтажный дом были, так что давление льдов там о-го-го! А ведь мы собираемся идти на «Единороге» до тех пор, пока его льдами не затрет на севере! И какое-то время жить на нем придется, пока мы зимовье не поставим… одним словом засада!

Ну ладно, с потерей корабля я смерился, тем более, что я оформил на него страховку. Дороговато это вышло, учитывая риски, но не за свой же счет… Короче пофиг на «Единорог», меня беспокоило другое. Гребанный Келер подсунул нам не качественные продукты! В муке завелись мучные жуки, а бекон мало пригоден для употребления в пищу! Более того, пеммикан, хоть и не испорчен, но его состав… Там вообще нет витаминной составляющей! Ни сухофруктами, ни сушенными овощами там даже не пахло. В качестве наполнителя использована овсяная мука, при этом в плохо перемолотом сушеном мясе то и дело попадаются сухожилия и даже кости! Наш собачий пеммикан, что остался на «Единороге» с того года, и то лучше!

Всё это обнаружилось только при погрузке кораблей, когда мы убрали верхние мешки и ящики с продуктами, добравшись до средних и нижних слоев штабелей, и исправить уже ничего не получалось.

Я рвал и метал, и тут же направился с разборками к гребанному меценату. Выслушав мои претензии, Келер даже не извинился, а с наглой и ехидной улыбкой на лице предложил брать, что дают и не выпендриваться. Иначе и эти продуктов я могу легко лишится, так как склад арендован Келером, а выдает он нам с него продукты только по доброте душевной и из жалости к убогим… Подумаешь мука! Просеете, не развалитесь, бекон можно из бочек вытащить и досушить, или рассол ему поменять, как уже делали пару раз до этого… а пеммикан ваш вполне съедобен, и нехрен морду кривить!

— Арсений, это что за дела⁈ — Я помню, что после разговора с Келером в бешенстве ворвался в посольство, и бросил на стол капитана кусок пеммикана, который от удара рассыпался по всей столешнице, пачкая собой бумаги и зеленое сукно, которым был покрыт стол.

— Это кто-то оборзел не в меру! — Капитан вскочил с кресла, отряхивая с галифе жирные кусочки сушенного мяса и мучного наполнителя — Ты чего Сидор, по роже давно не получал⁈

— Я-то последний год частенько по морде получал, а вот твой Келер точно забыл, когда его пиз… били в последний раз! Ты мне обещал, что проблем не будет, а эта сволочь подсунула нам это дерьмо, и с наглой рожей говорит, что я зря возмущаюсь!

— А что с ним не так⁈ — Арсений подобрал со стола кусок разлетевшейся еды и отправил его себе в рот — Не фуа-гра конечно, но жрать вполне можно!

— Да мы сдохнем все от цинги во время похода! — Я ткнул пальцем в пеммикан — Там кроме муки и мяса нет ничего, а должны быть сушенные фрукты или овощи!

— Да? — Арсений покрутил в руках еще один кусок пеммикана, внимательно его разглядывая — Действительно нет. Точно должны быть?

— Бляяя… — Я рухнул на кресло возле стола — Как же с вами трудно! Вся надежда у нас была на пеммикан! Мы не смогли найти концентрированных соков, а из витаминов у нас только хрен! И то, у каждого по одному в штанах! Мы все передохнем!

— Ну ладно, не истери, проблему понял. — Арсений задумчиво почесал щеку — Значит так, на кухне посольства сухофрукты есть точно, компоты мы пьем постоянно, там всё что есть заберешь, и ещё поищем.

— Сухофрукты? — Я не весело засмеялся — И ты мне предлагаешь их отдельно тащить? Помимо пеммикана ещё и сухофрукты в нарты грузить? Ну давай ещё что ни будь придумаем, чтобы нам идти было «легче». Можно конечно пеммикан перетопить и смешать по новой… Этих самых сухофруктов нам пару тонн понадобится, не меньше, а возни со всем этим делом не несколько недель, ведь у нас этого дерьма, что гребанный Келер нам подсунул, ровно тринадцать тонн! И найти сухофрукты или на худой конец сушенные овощи надо срочно! Мы отплываем через два дня!

— Сколько надо⁈ Две тонны⁈– Арсений схватился за голову — Черт! Ладно, я решу этот вопрос!

Решил… полторы тонны сушенной моркови, сто килограмм сухофруктов и четыреста килограмм сушеной клюквы! Всё это нам привез приказчик Келера перед отправлением. Мы едва успели всё это невиданное «богатство» распихать по трюмам и найти для него сухое и проветриваемое место, так как погрузка была уже закончена.

Муку и бекон мы решили пока не трогать, а по прибытию на место попросту заморозить, чтобы избавится от паразитов, ибо заменить их уже не успевали. Муку потом и правда придётся просеивать, а бекон в случае чего пойдет на дополнительный корм собакам. Я всё же надеялся на то, что охотой нам удастся восполнить недостаток жиров и свежего мяса. Оружия и патронов, благодаря всё тому же аваизо «Стрела» у нас было в избытке.

Хреново мы готовы, чего уж там. Помимо основных проблем с кораблём и едой, всяких не решенных до конца мелочей накапливалось ещё под сотню. У нас элементарно даже хирургических инструментов был всего один полевой набор. И это означало, что в случае необходимости хирургическую помощь можно будет оказать пострадавшим только по месту его (набора) нахождения. Либо на зимовье, где медициной будет заведовать Галицкий, либо в походе, если я его с собой заберу… Хоть разорвись! И там, и там он нужен. Этот набор тоже со «Стрелы», финансирования для покупки ещё одного нам не выделили, а на авизо лазарет был оборудован хуже некуда.

Перед самым отходом, на борт «Единорога» поднялся новый участник экспедиции, на участие которого я совсем не рассчитывал. И если других не званных претендентов, которые периодически осаждали мою гостиницу в Копенгагене на протяжении всей подготовке к выходу, я мог легко «отшить», не прилагая к этому ни каких усилий, то с этим товарищем такой номер никак бы не сработал.

— Доброе утро! Принимай пополнение командир! — Знакомая бесячая улыбка…

Арсений собственной персоной, явился не запылился! В дорогом походном костюме, с револьвером на боку и охотничьим ружьем за спиной, на плече висит объемный походный рюкзак. Не спрашивая разрешения, капитан-разведчик поднялся на палубу моего корабля.

— Ты тут какого хрена забыл⁈ — От неожиданности я даже не поздоровался.

— Иду с тобой, не понятно, что ли? — Арсений скинул рюкзак на палубу — До полного комплекта команду ты так и не набрал, а я вроде бы уже говорил тебе, что я картограф. Вот, решил оказать тебе посильную помощь! Цени!

— Да уже оценил! Невероятно польщен вашим присутствием, хер капитан! Извините, что я немного на немецком… — Я уже прекрасно понимал, что, если представитель «спонсоров» моего похода хочет идти с нами, отказать ему невозможно. — Отойдём ка!

Схватив капитана под локоть, я отволок его на бак корабля, где нас никто не мог подслушать. Сейчас на «Единороге» было людно, а мне требовалось кое-что прояснить для себя, и желательно сделать это конфиденциально.

— Ну чего ты напрягся Сидор? — Арсений покорно дошел со мной до укромного места и разговор начал первым — Всё нормально!

— Я тебе говорил, что в экспедиции должен быть только один командир? — Я взял капитана за пуговицу дорогого костюма — Присутствие Корнеева для меня уже проблема, ибо его мои моряки привыкли слушать, а тут ещё и ты! Я могу прямо сейчас сойти на берег и гребитесь сами как хотите! Достали, контролёры! Принимай командование, а меня оставьте в покое!

— Ну не заводись — Капитан вырвал из моих рук свою пуговицу — Никто на твою власть тут не претендует. Командуй! Я же наоборот, помочь тебе хочу. Чтобы так как с Келером больше не получилось. Знай он, что я буду этот пеммикан и муку жрать, никогда бы не посмел поступить так, как он сделал. Он уже пожалел, о том, что случилось, поверь, я такие вещи без ответа не оставляю, этот пеммикан выйдет ему намного дороже, чем он смог сэкономить. И тот же Корнеев бузить не посмеет, если я за твоим плечом стоять буду. Считай меня своим помощником по безопасности. Я обещаю, в твои дела я лезть не буду, приказы игнорировать и даже обсуждать тоже. Да и вообще! Я эту командировку еле выбил, если хочешь знать! Всегда мечтал поучаствовать в настоящей экспедиции, побыть первооткрывателем! Ты думаешь я всю жизнь хотел задницу в кабинете отсиживать и бумагу марать⁈

— Романтики захотелось? — Я на речь капитана не повелся — А ты знаешь, что там на севере, когда в минус сорок ползешь на лыжах сквозь пургу, в обледенелой одежде и от холода зуб на зуб не попадает, эта романтика быстро выветривается? Не верю я тебе капитан!

— И зря, я своё слово держу. — Арсений примеряющее поднял руки — Ну кто кроме тебя сможет сделать то, что мы задумали? Среди членов экспедиции кроме тебя и твоих американцев опытных полярников нет вообще, без тебя ничего не получится. Так что я даю тебе слово, от меня проблем не будет!

И вот мы покидали Данию. Двадцать шесть человек и три собаки, на двух кораблях. И из всей этой разношерстной толпы я сейчас доверял только двум американцами и Маньяку. Как покажут себя остальные одному только богу известно. Вроде пока всё нормально, все горят энтузиазмом, но я-то понимаю, что это просто эйфория перед началом чего-то нового, неизведанного. Скоро это пройдет, начнутся суровые будни, которые быстро избавят всех от лишних иллюзий. Придется пахать и терпеть! Смогут они или нет? Вопрос… А у меня иллюзий давно нет. Я слишком молод, мой авторитет в команде держится пока только на том, что я уже совершил открытие, моё имя известно и я считаюсь опытным полярником. С другой стороны, в моей команде собрался почти в полном составе военный экипаж боевого корабля, со своим командиром, а еще опытный и прожжённый разведчик, которого все члены команды знают и побаиваются… Ситуация хуже не придумать, когда в коллективе есть формальный руководитель и несколько не формальных лидеров.

А ведь конфликт между руководителем и неформальными лидерами возникает неизбежно. Разных представления о власти, цели и методах управления, разные подходы к поддержанию дисциплины… Я сам был неформальным лидером в прошлой экспедиции и вполне успешно задавил авторитет лидера формального, сделав в итоге всё как я хотел, и перетянув на свою сторону почти всю команду. А в этой экспедиции я на месте Соверса, и у меня почти нет «своих» людей. Только Чарли и Ричард, которые сами чужаки среди русских, они даже язык наш не знают. Им тоже будет тяжело влиться в коллектив, хотя бы из-за языкового барьера. Разве что нижних чинов авизо на свою сторону перетянуть? Эти с офицерами не общаются, стараются держать дистанцию и явно им не доверяются полностью. Надо думать.

Куча мыслей у меня в голове, но это не повод расслабляться. Поход в море, это не туристический круиз, а свободное время, которое нужно потратить с толком. Работа для каждого члена команды нашлась быстро.

Чарли, по моему распоряжению собрал всех людей, которых предполагалось использовать для организации научных исследований и составлял план работы научной группы. Мы проверяли приборы, которые были собраны с мира по нитке по всей Дании, и учились составлять журналы и дневники наблюдений. Мне нужно было, что бы все исследования документировались как положено, систематически и регулярно, а не как бог на душу положит. Пусть даже показания и не меняются, запись об этом должна быть сделана обязательно!

Сизов и несколько матросов, изучали конструкцию моих старых нарт, и лыж. Мною была поставлена задача, повторить их конструкцию и изготовить новые полностью с ноля. В эскимосском поселке Иита, на который мы возлагали большие надежды, могло не оказаться нарт в нужном нам количестве или нужного нам качества, так что мы должны были подстраховаться.

Ричард и я, в хорошую погоду собирали всех членов команды прямо на палубе «Единорога» и дотошно, вплоть до каждой мелочи рассказывали о том, как организовать лыжный переход, обустроить лагерь, приготовить пищу, обращаться с собаками, да вообще всё! Каждая тонкость была важна! Отморозить себе пальцы и ещё кое-что можно было прямо недалеко от обустроенного лагеря, рядом с иглу, в которой уже жарко от раскочегаренного примуса. Вообще запросто! Ни в одной книге, ни в одном воспоминании полярников не расскажут о таких интимных вещах как, например, поход в туалет во время похода при экстремально низких температурах, о том, как лучше всего сбивать собачье дерьмо с поводов собачей упряжки, о том, как абстрагироваться от храпа, уснувшего первым напарника…

— Если одежда мокрая, не успела просохнуть, то при выходе из иглу или палатки в сильный мороз, нужно тут же принять рабочее положение тела! — Ричард показал лыжную стойку — Если этого не сделать сразу, она схватится льдом и потом принять удобную позу до привала будет вообще невозможно!

— И чего, в мокрой одежде идтити? — недоверчиво спрашивает Фёдор, наш штатный кок — Померзнуть же можно!

— Главное, что бы не мерзли ноги и руки! Рукавицы и обувь сушат в первую очередь! — Отвечаю я, хотя до этого просто переводил то, что говорил лыжник — А обледенелая верхняя одежда, это не так уж и страшно, хотя доставляет сильный дискомфорт. Во время похода вы согреетесь движением, еще и вспотеете! Хочу еще добавить к сказанному господином Ричардом то, что нужно внимательно следить за манжетами рукавов и воротниками! Очень внимательно! Если манжет или воротник не подогнуть вовремя, он успевает заледенеть так, что потом сильно трет запястья или шею, это очень больно и можно получить серьезные раны! В походе вы должны следить за своим телом как никогда! Любая нетёртость, любое раздражение могут привести к гибели всего отряда! Если вы из-за этого не сможете идти с нужной скоростью, то не будете проходить дневной маршрут, соответственно будет больше расходоваться сил и продовольствия как для людей, так и для собак, больше уйдет топлива. Команда вас не бросит, и погибнут все! На севере важно всё, не стесняйтесь говорить товарищам о том, что вас беспокоит, пусть это будет даже чиряк на заднице! Это важно!

— Вы это ужо говорили господин командир! Несколько раз — на лице Авдея, старшего матроса со «Стрелы» появляется легкая улыбка — Мы ужо это знаем, чай не дурни каки!

— А ещё я говорил, не перебивать лектора! — Я говорил, не повышая голоса, но вокруг наступила гробовая тишина, все уже знали, что я не люблю тупые шутки — Если ты и это забыл Авдей, то и, то, что тебе тут в голову вдалбливают уже, как ты говоришь несколько раз, забудешь. Мордобоем я тут заниматься не буду, у нас частная экспедиция, а не военный поход, на губу тебя тоже садить не стану, тем более её у нас нет, а вот копейкой накажу. Минус рубль с жалования Авдей!

— Но как же енто, господин командир! — Авдей аж побледнел — Я же ничего, я ж шуткую!

— Минус два рубля! — Я не мигая смотрел на матроса — Будем продолжать?

— Никак нет, господин командир! — Авдей вытянулся по струнке, поедая начальство в моем лице глазами. Военная школа, её не пропьешь…

— Ну вот хорошо, что ты меня понял. — Я обвел взглядом притихших моряков — Пошутить я тоже люблю, и даже это приветствую, но не во время дела! Уясните все, я могу как наказать, и не только деньгами, но и премировать или поощрить! Но наказывать я буду без жалости, если до вас мои слова не дойдут по-другому! Всем всё ясно? Ну и отлично, продолжаем!

Корабли двигались к первой цели нашего путешествия, а я постепенно старался взять полную власть в нашей команде в свои руки. Да так, чтобы не одна мышь без моего разрешения не пискнула!