# 24

В университетском коридоре шумно и людно. Иду оглядываясь, уже хорошо выученным маршрутом, прилипая к стенам.

Вот что он за мной ходит? Нет, ладно, не за мной, он просто случайно постоянно оказывается поблизости. «Мы ведь в одном универе учимся. Чему ты удивляешься?» — всё-таки высказала всё, что думаю об этих «случайностях». Глаза бы мои не видели…  Но глаза видели. И видели явно больше, чем мне бы хотелось: Ветров в столовой, салютующий мне банкой колы; за сеткой баскетбольной площадки, в тени деревьев, не сводящий с меня взгляда; подозрительно напоминающий мажора силуэт в окне. Я видела его везде — и давилась обедом, позорно промахиваясь в дверные проемы, забывала на полуслове, что хотела сказать… А, впрочем, никаких нервов у меня уже и так не осталось.

Прошло три дня после нашего разговора во дворе. Мы с Ветровым больше словом не перекинулись, но пересекаемся слишком часто. Иногда он смотрит на меня в открытую, чаще просто держит в поле зрения, но не подходит. Вот совсем. Это успокаивает и нервирует одновременно, постоянно напоминая, что нас что-то связывает и что Алексу все еще грозит опасность.

А может все? Может его нездоровый интерес ко мне иссяк и эти встречи и взгляды лишь игра моего воображения?

Мне хочется расправить крылья, отстраниться от всего, что меня так волнует, вернуться к привычному ритму, но не получается. Я словно чего-то жду и чувствую, что это абсолютно точно ворвется в мою жизнь, как бы меня это не пугало. Но обезопасить себя — моя стратегия на эту неделю. Я стараюсь больше времени проводить с Алексеевой. Сижу рядом на парах, еду в одном транспорте домой. Она что -то вроде щита, которым я собираюсь прикрыться в случае экстренной ситуации.

Я сидела в этот момент в медитации, думая о чём-то своём, успокаивая нервы, что часто помогало настроиться на учебу.

— София?!

— Да, что? — Поворачиваюсь к Алексеевой и смотрю на ее рот. Теперь если она что-то скажет я услышу и пойму.

— Я спросила, что ты оденешь на бал?

К этому вопросу я не готова, поэтому отвечаю без задней мысли:

— Я не иду..

— Что?!

На ее эмоциональную реакцию обернулись с передних рядов. Даже мой брат. И тут понеслось...

— Может, хватит читать мне нотации?! — Закатывая глаза, поинтересовалась я, откинувшись на спинку стула.. Лекция еще не началась, а я уже устала слушать нравоучения Ольги, которую мой ответ на счет бала вывел из себя.

— Я сама решу, когда хватит! Неужели ты думала, я буду молчать в тряпочку, когда узнаю, что ты снова пытаешься избежать развлечений? — Ее лицо закипало словно чайник, а ноздри раздувались от нетерпения.

— Мне не нужны развлечения...

— Сказала моя подруга, которая записалась в старые девы. Ты парня собираешься искать?

Я прикрываю глаза ладонью. Эх.. нужно было соврать, что у меня кто-то есть. Как теперь отвязаться?

— Ты, кстати, обещала в эту пятницу пойти со мной в клуб, а поскольку бал в субботу в клуб мы не пойдем, но на бал обязательно!

— Почему я должна идти?

— Потому что мне необходима поддержка.

— И что там делать?

— Клеить парней!

— Вот еще!

— Ты мне ещё спасибо скажешь, — шипит Ольга, и ударяет кончиком кроссовка о ножку стула по до мной.

Мимо нас вдоль рядов семенит Лебедева и я просто слежу за ней до самых дверей в лекционный зал. Влипаю взглядом в Тимура, которого каким -то ветром надуло в дверной проем нашей аудитории. И не смотреть на него никак не получается. Он монохромный, словно вылез из старого кино: белая кожа, серые тени под глазами, чёрный свитер накинут поверх белой футболки, за чёрными ресницами глаза темнеют — буря, шторм, смерч… В нем все идеально. Идеальные руки, идеальная рожа и идеальные белые кроссы. Все настолько, сука, идеально, что даже не в чем эти самые кроссы пачкать. Легко улыбнувшись, он что-то бросает Даниэль и они оба исчезают с поля моего зрения в коридоре. Я теперь всегда буду смотреть на Ветрова. …Ветров всегда будет смотреть в другую сторону. Вздох вырывается из лёгких против моей воли, громкий и полный из последних сил сдерживаемого раздражения. Просто не обращай на него внимания.. Нет, решение это, конечно, хорошее. Жаль, есть одна проблема: оберегание собственных нервов стоит нервов.

— Вот, бери пример с Лебедевой. Уж эта своего счастья из рук не выпустит, а ты лучшие моменты жизни упускаешь.

Я молчу из желания не касаться этой скользкой темы. Появление Ветрова опять нервирует и заставляет сердце биться чаще. Избалованный засранец. Со всем в жизни подфартило — деньги, мордашка смазливая, рост, опять же, под стать его впечатляющему своими размерами высокомерию…

— Ты серьезно собираешься найти партнера на своем курсе?

— А что такого?

Вслед за этим я думаю, что Алекс скорее всего решит пойти на эту университетскую движуху и если там окажется Ветров и не окажется меня, то дело дрянь..

Лебедева возвращается на свое место, а за ней преподаватель. Шум в аудитории стихает и я беру ручку.

— Ну да, умно, пока все будут кадрить Ветрова, ты сможешь этим воспользоваться и кружить вокруг остальных парней, — неожиданно для самой себя бросаю я.

В ответ на это заявление Ольга фыркает и отворачивается. А я ругаю себя за свой дурацкий язык, открываю тетрадь и собираюсь записывать лекцию.

А потом со стороны Алексеевой кое-что прилетает. Шепотом. Не то чтобы мне совсем эта новость не нравилась, вот прям до зубной боли. Она мне не нравилась настолько, что я в прямом смысле не двигаюсь — застываю, как от столбняка, с глазами, как будто в них чумы подсыпали.

— Что ты сказала? — спрашиваю я, продолжая смотреть на Алексееву.

— Мне Нестеров нравится, только не разболтай никому…

— Не говори, что ты серьезно, — глядя широкими глазами, пытаюсь осознать смысл сказанного.

— Что значит «несерьезно»? — Не понимает меня Ольга. — Он красивый и ни с кем не встречается...

— И это все? — спрашиваю я, на что-то надеясь.

— Ну.. мы с ним одного роста.. А что еще?

Меня начинает бесить: ее миленькая мордашка, заурядность в словах и тот факт, что теперь я окончательно не знаю что сказать. Прошло несколько долгих минут, а может часов, а может... К черту, мозг отказывался хоть как-то осмысливать сказанное, упорно подсовывая только один кадр - танцующий с Ольгой Алекс, целующий Ольгу Алекс, улыбающийся Алекс..

Тимур Ветров

— Эй, ну ты серьезно? — Семен недоуменно-недоверчиво смотрит на меня, — ты послушай себя - хочешь бросить баскет из-за этой фигни? Чем тебе этот перец насолил?

Этот перец... Он сейчас о том баклане, которого тренер ввел в нашу команду? Семен ошибается. Дело не в нем. Дело во мне. У меня есть некие подозрения, что парень слегка неравнодушен к Даньке. Когда я говорю о неких подозрениях это значит, что я не сильно доверяю предчувствиям и конкретных данных слишком мало, чтобы я хотел реагировать. Пока Нестеров не преследует ее, не зажимает по углам, не строчит романтические смски мне его душевные симпатии до лампочки, а вот играть на одном поле, ловить пасс, налетать в запале игры на его локти -- категоричное нет. Тренер отказался занять в этом вопросе мою сторону, а на компромисс я в таких вопросах "не хожу".

Слуцкому этот каламбур ни вдоль ни поперек не зайдет, поэтому слушать его нытье я сейчас вообще не собираюсь:

— Тебя это не должно волновать..

— Ты пятую тренировку пропускаешь! Без тебя от этого Алекса никакого толку и тренер уже не рад.

— Привыкай.

— Да мне скучно без тебя! Хочешь я с Палычем перетру? Все улажу.. Он отходчивый..

— Послушай, Семя, не принимай меня за идиота, хорошо? — я придвинулся почти вплотную к лицу приятеля и смотрю в глаза так, чтобы он вообще забыл со мной об этом говорить. Плевать мне на Палыча. Я сам отвечаю за свои поступки и сам разруливаю свои дела. И именно в этой ситуации договариваться смысла нет. Он свихнулся, если предлагает мне это.

— Да и ладно! — Парень берет свой рюкзак и чеканит уже без лишнего заискивания, — я пошёл.

Я тоже беру сумку и шагаю в другую сторону. На задний двор покурить.

Лис явно на взводе. Странно, что он вообще притащился в универ, а не сидит возле компа с бутылкой наперевес. Мне иногда кажется, что Лисицкий специально нарывается. Сейчас Семена рядом нет, зато есть два каких-то парня, с которыми Лис ведет явно не дружескую беседу. Стоит ко мне спиной, но судя по позе и выражению лиц собеседников, он активно ищет выход кипящей злости. Меня эта возня успокаивает, наблюдать за этим — это как смотреть хороший фильм с незатейливым сюжетом, когда все указывает на хэппи энд, но трогательных ярких моментов так много, что все равно интересно.

Я отправляю сигарету обратно в пачку и неторопливо направляюсь к ним — норма по несчастным случаям за эту неделю выполнена, достаточно. Но притормаживаю, когда проходящий мимо Алекс Нестеров, упомяни дурака и он посветит, останавливается за спиной Лиса, и с интересом наблюдает за развитием событий. Скольжу по джинсам парня скептическим взглядом и едва сдерживаюсь, чтобы не отвесить пинка.

— Решил вписаться? — насмешливо интересуюсь я. Этот длинный хлыщ на голос выкручивается так, будто его вытяжным тросом дернули. Смотрит исподлобья, окидывает взглядом сверху вниз и отвечает коротко и емко:

— Отвали.

Я только брови приподнимаю и с интересом смотрю в удаляющуюся спину. Это что сейчас вообще было?

К концу третьей пары я забываю о нем начисто, пока мы не сталкиваемся в коридоре буквально нос к носу. Я стою около лестницы в узком переходе, опираясь о перила и разглядываю приближающегося ушлепка. Не просто потому, что разглядывать больше нечего — голые стены, пусто, — у меня на него грандиозные планы. Возникли. Вот только что. Тот, кажется, даже замечает меня не сразу. И идет так, будто шаги отсчитывает, уставившись в пол. А когда подходит совсем близко, я резко вытягиваю ноги, преграждая путь. Просто посмотреть, что будет, чистое любопытство, ничего больше. Наверно, это заложено в природе некоторых людей на генетическом уровне: если видишь что-то необычное, чужеродное — хочется потыкать в него палкой.

— Ноги убрал.

И сразу хочется ткнуть сильнее.

— Обойди.

Парень смотрит, как кипятком ошпаривает и… бьет по ногам. Мне приходится вцепиться в плечо оказавшегося рядом Лиса и поскольку опоры больше никакой, а вес у меня не так чтобы легкий, мы вдвоем почти сползаем к полу.

Нестеров даже не обернувшись топает дальше, как будто нюха нет у этого дятла, а я отчетливо ощущаю как передернуло Влада, не то от злости, не то от предвкушения.

— Эй! А ну вернулся, уебок! — Взрывается Лисицкий и тут же отвлекается на мой судорожный смех.

— Что это было вообще? — Лис оборачивается, изумленно пялится на меня, забыв о причине своего гнева.

Я закидываю руку ему на плечо и смотрю в глаза:

— А он милый, да?

— Что?

— Да-а, — с многозначительной и озорной улыбкой на губах тяну я, — просто душка.

Лис злобно зыркает из-под челки. Для него это Больная тема.

— Тьфу! — Сухо сплевывает Влад и вырывается из под моего захвата,— только не говори, что он..

— Да откуда мне знать..,— деловито пожимаю плечами и, хлопнув Лисицкого по плечу, ухожу.

В холле университета меня ждёт Данька, мы едем покупать ей платье для бала.