6. Анна

– Котёнок, ты не знаешь, чем занимается дядя Лёша? – спросила я Лизу, пытаясь хоть немного её разговорить. Мне не нравилось её настроение и состояние, но я никак не могла выяснить, в чём причина. Думала, на весёлой прогулке с Баксом, девочка нагуляет аппетит, но она даже половины порции не осилила за ужином и к полднику почти не притронулась. Если дело пойдёт так и дальше, придётся обращаться к психологу. В саду у Лизы никогда проблем с аппетитом не было, она росла упитанной, крепкой и энергичной. У меня были все причины для беспокойства. – Дядя Лёша бизнесмен, – ответила девочка. – Как мой папа. Они с самого детства дружат. – Здорово! – ответила я, помогая Лизе выбраться из ванны. Я завернула малышку в пушистое полотенце и отвела в её спальню. – Значит, говоришь, твой папа и дядя Лёша друзья детства? – Они выросли в одном детском доме, – продолжила девочка. – Дядя Лёша влюбился в мою маму, а она в моего папу, поэтому поженилась на нём. – Как интересно! – протянула я, надевая на девочку ношеные трусики и маечку, надеясь, что завтра мы всё же разживёмся чистой одеждой. – А потом родилась ты, и он стал твоим крёстным? – Ага! И молиться боженьке научил! Хотите, покажу? – Очень! Мне правда было интересно. Я укрыла Лизу одеялом, выключила верхний свет, оставив неяркий ночник, и приготовилась слушать её вечернюю молитву. Лиза зажала крестик, висевший на её шее, между сложенными руками, закрыла глаза и начала звонко и достаточно громко, немного нараспев: – О, господь всемогущий, смилуйся над нами! Пусть все наши враги сдохнут, и их сожрут червяки! Пусть Максима прохватит понос, а у Кати поскорее вырастет новый зуб, чтобы она снова стала красивой. Сбереги, пожалуйста, лёлю, Анну Ивановну, Баксика, Барсика и меня. Пусть у дяди Лёши будет много денег, до неба, чтобы он покупал мне новые игрушки бесконечно! И пусть мама с папой поскорее за мной приедут. Аминь! Лиза перекрестилась для пущего эффекта и открыла глаза. Теперь понятно, откуда у дяди Лёши столько денег! Надо же… Я, признаться, слегка обалдела. В принципе, всё понятно, но вопросики к молитве всё же имелись, и даже не по поводу врагов и червяков – тут всё логично и так похоже на Алексея. – За что ты желаешь Максиму такой страшной участи? – удивилась я. – Понос – это серьёзное дело! – Потому что он дурак! А, ну тогда и этот вопрос отпадает. По крайней мере, все пожелания честные. Лукавым тут и не пахнет. – Отличная молитва, солнышко. Рассказать тебе сказку? – Угу. Засыпала она довольно долго. Ворочалась, то и дело открывая глаза, но всё же сон её сморил. Я тихонько вышла из её комнаты, решив тоже лечь пораньше. День был насыщенным событиями, отчего казался бесконечным. Я так вымоталась, что из душа вылезла уже без сил. Набросив на себя рубашку Алексея, отчего-то разволновалась так, что сонливость пропала. Это не рубашка меня растревожила, а её хозяин. Было что-то интимное в том, что я надела мужскую вещь на голое тело. Я пока не могла понять, нравится мне мой новый босс или я просто его боюсь. У меня от одного его взгляда мурашки. А как прижал меня на крыльце, думала в обморок упаду! Значит, он детдомовский? Жалко отчего-то его стало. Вроде неплохой он мужчина, добрый такой, ласковый. По словам Лизы, Алексей был влюблён в её маму. Интересно, он до сих пор любит эту женщину? Юлия была очень красивой, хрупкой, утончённой. На фоне неё я себя почувствовала безразмерной бабищей. Куда мне до неё? Тяжело вздохнув, я вышла на балкон. Свежий ночной воздух приятно меня взбодрил, шум листьев на деревьях успокаивал. Я постояла немного, принюхиваясь к запаху зелени и цветов, а потом увидела Алексея. Сначала метнулась было в дом, побоявшись, что он увидит меня с голыми ляжками, но потом притаилась за перилами и наблюдала, как он, присев на корточки, задумчиво гладил собаку. Я не видела его лица, потому что он сидел спиной ко мне, но видела, как его мощные плечи сотрясаются от беззвучных рыданий. Это зрелище меня настолько поразило, что я шевельнуться не могла, даже дышать перестала, чувствуя, как меня саму придушили слёзы. Алексей только с виду такой крутой, невозмутимый весельчак, а внутри, оказывается, ранимый. Я, слава богу, друзей не хоронила и любимых мужчин тоже, поэтому смутно представляла, что творилось в душе у Алексея. Он сразу двоих близких людей потерял. Мне захотелось его поддержать, но я не знала, чем ему помочь. Алексей шмыгнул носом, резко выпрямился, постоял так пару секунд, а потом со всей дури пнул пустую мусорницу, стоявшую рядом. Та с грохотом отлетела в кусты, и он быстро зашагал к дому. В моей душе теперь совсем был полный раздрай. Грустно было за Алексея, но в то же время радостно, что даже у такого бандита и здоровяка есть душа и сердце. Я увидела то, что видеть было не положено, то, что Алексей никому не показывал и показывать не собирался. Теперь, узнав этот секрет своего босса, я прониклась им ещё сильнее. Он, сам того не ведая, открыл мне дверцу в свой мир.