Глава 18. Боль и ярость

Даниил сидит на полу, облокотившись спиной о кровать, и сжимает в руках чёрный шёлк. Он вдыхает ЕЁ еле уловимый запах, который успел впитаться в нежную ткань. Сжимает кулаки так, что кожа, на слегка затянувшихся ранках, лопается. Всё кипит внутри от злости и отчаяния. Страх потерять ЕЁ пронзает болью грудь. «Что же я наделал? Нужно было всё сразу ей рассказать», — в отчаянии думает он. Но всё так быстро закрутилось. Ему так было хорошо с тех пор, как он вернулся в родной город. А с того дня, как встретил свою Золушку вообще забыл про прошлую жизнь. Он снова почувствовал себя свободным и счастливым, как в юности и даже сам забыл о том, что ещё женат.

«Хелен, сука! Она всё время всё портит и жизнь мне испортила. Стерва! Ведь не нужен был ей. Два года про меня не вспоминала. В Майами тусовалась на вечеринках», — возмущается Даниил. Он стал вспоминать, как вообще так получилось, что они поженились. По глупости какой-то. Даже не мог вспомнить любил ли он её. Встретились почти четыре года назад. Он был управляющим директором отцовской компании, вёл активную светскую жизнь: вечеринки, тусовки, светские мероприятия. Она модель, красивая, яркая, обложки, много внимания. Клюнул на красивую обёртку. На одной из вечеринок и закрутилось. Страстный секс, потом случайная встреча в отеле в Лондоне и вскоре встречи участились. Даже не заметил, как стал мужем. «Блядь! Как юнец попался в паутину этой расчётливой суки! Высасывала из меня бабки, делал, что хотела. Через полгода уже стали чужими, она трахалась с кем хотела. Позорила меня, стерва!» — со злостью вспоминает Даня. Да у него тоже были женщины, но он никогда не изменял с ними в открытую, не появлялся в публичных местах, не приходил ни с кем на светские мероприятия. Это были лёгкие связи без обязательств. Она же трахалась с известными и публичными людьми в открытую. Год назад улетела в Майями по контракту, там закрутила с каким-то продюсером. Даниил сказал ей, чтобы не возвращалась. Послал документы на развод, чтобы подписала. Но эта стерва отказалась. Потом он узнал, что этот продюсер её вышвырнул и она решила синицу в руках сохранить. А когда узнала о трагедии, произошедшей с его родителями, то поняла, что он наследник, что всё переходит к нему, то сразу прилетела в Берлин. В последнюю поездку в Берлин он как раз встречался с ней, просил опять подписать развод, а она отказалась. «Суд назначен на 30 мая. Нужно будет лететь в Берлин. Die Schickse! (нем. шлюха). Не поленилась же. Примчалась сюда, в Россию. Хотя не любит её», — поражается Даня. Хелен тоже с русскими корнями, поэтому русский знает. Но родилась в Берлине. Её родители из ГДР эмигрировали, ещё до падения стены. Она не любит Россию, и всегда говорила, что в жизни сюда не приедет.

Он сжимает нежный шёлк и снова прислонят к лицу. «Хотел же рассказать Полине, но всё откладывал. Боялся потерять её. Знал, что она гордая. Хотел признаться, хотел от неё услышать «люблю» и потом открыться. Тянул время. И вот, что получилось…» — Даниил взъерошивает пальцами волосы на голове.

Весь день он пытался дозвониться, весь вечер. Звонил Оле, а она маме, та сказала, что дома её нет, пошла гулять с друзьями, а на звонки не отвечает. Эта неопределённость сжигает его изнутри. «Хочется объясниться. Нужно ехать. Поеду к дому и буду ждать её пока не выслушает меня», — решается он, когда телефон издаёт звуки вызова.

— Да, — сдавленным голосом говорит Даниил.

— Она домой не приедет, — говорит Оля и его сердце пропускает удар. — Сказала, что у Ирины переночует. Утром вернётся.

— Хорошо. Спасибо, — тихо отвечает он и делает сброс.

«Хочу увидеть её лицо», — Даня открывает приложение в телефоне. Он давно ещё нашёл её в «Инсте». Но она почти три года не пользовалась аккаунтом. Ни одного фото и поста. А потом посмотрел кто на неё подписан, кто на её фото, нашёл этих парней, подписался на них. Сам не понимал зачем это делает. Ревность? Ведь видно, что она давно с ними не общается. Но любопытство и противный червячок ревности к прошлой жизни, к прошлым отношениям сверлил его. Он смотрел её старые фото, пытался узнать, как и чем она жила. На фото трёхлетней давности она с друзьями в стрелковом клубе, на мотоцикле с каким-то парнем. Даня проводит пальцем по любимым чертам лица и сжимает челюсти от подступившей горечи, за боль, которую он ей причинил. Очень много фото с каким-то шатеном. Видимо, парень её был. Стрелок, мастер спорта. «Вот он на фото на чемпионате России в обнимку с моей Золушкой, но это было давно», — думает он и расслабляется немного.

Даниил листает ленту новостей и попадается очень интригующее видео: «Как сексуально красотка слизывает соль, а потом целует!» Он приглядывается: «Это же моя Золушка! Охренеть!» Даниил смотрит на дату под видео и в ненависти кидает телефон об стену со всей силы, что тот разбивается. Кровь вскипает в его венах и бьёт в голову. От её шума уже ничего не слышит. Он руками взъерошивает волосы. Подскакивает и рвёт тонкий шёлк пополам. «Сука!» Даниил уходит быстрым шагом в соседнюю комнату, оборудованную спорт инвентарём и тренажёрами, и начинает остервенело бить грушу без перчаток и бинтов. Рычит и бьёт, бьёт…руками, ногами. Как же он зол. Как же давно он не был в такой ярости. Он остервенело бьёт грушу пока совсем не выдыхается, а кулаки не начинают ныть от боли. Обессиленный он садится на пол, облокотившись о стену и закрывает глаза. Эта боль и усталость немного притупляют злость и боль в душе.

***

Утром Даниил просыпается полный решимости всё исправить и вернуть Полину. Сейчас, после того как он осознал, что может потерять её, он ещё твёрже уверяется, что Полина именно та женщина, которая ему нужна, с которой он хочет быть всегда. Ни с кем ещё не было ему так хорошо, как с ней. И он готов идти до конца, сделать всё что сможет, чтобы вернуть её доверие.

Первым делом он отправляется за новым смартфоном в салон, восстанавливает все приложения, всю информацию и синхронизирует контакты. Садится на байк и мчится к ЕЁ дому. 10.00. «Может уже дома и не застану её на пороге», — сомневается он. Караулит почти два часа. Подъезжает такси и, наконец-то он видит, как выходит Полина: «Вот она, моя горячая принцесса. Да, в этой же одежде, что на вчерашнем видео», — снова кровь закипает в его венах при воспоминании страстного поцелуя на видео.

Полина, увидев его, останавливается, а Даниил торопится к ней, чтобы не дать ей ускользнуть в подъезд.

***

Выйдя из такси, вижу Даню, подпирающего свой байк у моего подъезда, и сердце гулко бьёт в грудь, в ногах чувствую слабость. Выдыхаю и беру себя в руки. Увидев меня, он быстрым шагом направляется ко мне. Взгляд его меня пугает. Никогда не видела таким. Нет. Вчера видела его в ненависти. И сейчас знакомые искорки в глазах. Я успокаиваю первое волнение от эмоций и гордо вскидываю подбородок, сложив руки на груди.

— Привет! — тихо говорю я.

— Нужно поговорить, — сухо отвечает Даня вместо приветствия.

— О чём? О твоей жене?

— Может, лучше о твоей вчерашней вечеринке?

Я закрываю глаза и сглатываю от волнения. «Откуда он узнал?»

— Что ты хочешь?

— Я хочу, чтобы ты объяснила, что это вчера в баре было?

— Помутнение. Перебрала текилы. Игра, азарт, проигрыш, — натянуто улыбаюсь я, раскинула руки и пиджак распахнулся, показав моё соблазнительное декольте в топе.

Вижу, что Данин взгляд прикован к нему. Он сглатывает и сердито говорит:

— Ты всегда при любой ссоре будешь бежать в бар к своим друзьям и вытворять подобное?

— Что значит «будешь», Даня? Слово «будешь» разве к нам применимо? — с вызовом смотрю в его глаза. — Я доверилась тебе. А ты скрыл от меня такую важную деталь как жена. Наверное, по-твоему, это очень маленькая и незначительная деталь? — вспыхиваю я.

— Мы с ней давно не живём вместе, — он стал приближаться ко мне. — Она была ошибкой! Мы…

— Хватит! — Я выставляю руки с клатчем вперёд, чтобы он не смог меня обнять, потому что я знала, что быстро потеряю уверенность в своих силах и решимость. — Я не хочу больше, Даня. Не хочу быть просто развлечением. То, что было между нами — это ошибка. Давай закончим на этом.

— Нет! Нет, нет, нет, — он продолжает пытаться меня обнять. — Полина, я люблю тебя. Поверь мне, пожалуйста.

В его глазах столько отчаяния и боли, что я отвожу глаза, потому что не в силах выдержать этот взгляд. Как же мне хочется его обнять и поцеловать, прижаться к нему всем телом и ощутить его сильные, тёплые объятия. Я уже хотела сдаться, когда нас отвлёк звук байка.

Новенькая чёрно-белая «Honda» останавливается недалеко от нас. Мотоциклист встаёт и, сняв шлем смотрит на меня. «Артём. Чёрт!» — мысленно восклицаю я, перекинув взгляд на Даню. В его глазах опять эти искры. «О Боже! Он же где-то видел это видео с поцелуем!» Артём направляется ко мне, и я напрягаюсь вся в ожидании чего-то нехорошего.

— Поль, привет! — приблизившись говорит Артём.

— Что он здесь делает?! — гневно выпаливает Даниил.

— Даня, не заводись, пожалуйста, — спокойно говорю я, положив руку на его плечо.

— Это он тебя обидел вчера? — кивает Артём на Даниила, сжав челюсти, а тот уже напирает на него с таким взглядом, что я уже не сомневаюсь, что сейчас будет драка.

— Так, ребята, всем нужно успокоиться, — развожу их руками, видя, как они оба напряжены.

«Ну петушки, хвостики распушили», — усмехаюсь я, но в глубине души чувствую, что скоро будет не до шуток.

— Это он, да? Это тот хрен с видео? Да?! Я узнал его! — кричит Даня, отталкивает меня и наносит удар в челюсть Артёму.

— Даня, нет! — кидаюсь я между ними. — Он ни причём!

Он хотел ещё раз ударить его, и Артём подскочил к нему тоже, не собираясь уступать, но я сдерживаю их руками, стоя между ними. Даня смотрит на меня с болью и ненавистью, сильно сжав кулаки.

— Ребята, пожалуйста! Я вас прошу, перестаньте! — строго выкрикиваю я.

— Что он здесь делает? — сжав зубы спрашивает Даня.

— Разве не понятно?! — выкрикивает Артём. — Я люблю её. И теперь не упущу своего шанса.

— Артём, что ты говоришь? — удивлённо смотрю я на него.

— Да, Поль, а ты вчера не поняла?

Даниил рычит, как раненый зверь и хочет схватить Артёма за грудки, но я останавливаю его, положив руки ему на грудь и закрыв Артёма. Я вглядываюсь в его глаза с тоской и болью, пытаясь вернуть взгляд, которым он на меня всегда смотрел. Дотрагиваюсь ладонью до его щеки, и он закрывает глаза, расслабляя челюсти.

— Даня, я устала. Я не хочу сейчас говорить. Дай мне время, пожалуйста.

Он берёт мою руку и прислоняет ладонь к губам. Я медленно вытаскиваю её и строго говорю:

— Если ты его ударишь, если вы сейчас подерётесь, я больше никогда ни с кем из вас не буду даже говорить, — сердито смотрю я на них. — А теперь, пожалуйста, уйдите оба!

Я разворачиваюсь и иду к подъезду.

Зайдя в квартиру, слышу урчание мотоциклов. Я подхожу к окну и смотрю во двор. Даниил, бросив последний взгляд на моё окно, надевает шлем, а Артём уже трогается со двора. Даня заводит мотор и слишком быстро рвёт с места следом. «Чёрт! Сейчас ещё гонки устроят петушки! Хоть бы дров не наломали», — с ужасом думаю я. Слышу шаги сзади и поворачиваюсь.

— Ну что сестра? Дождалась счастья? — шутит Оля. — Ещё дуэль из-за тебя устроят. Кирилла ещё здесь не хватало, — смеётся она. — Я в окно наблюдала.

— А мне не смешно, Оля, — грустно говорю я. — Вчера я увидела какой Даня в гневе…

— Он что тебя ударил?!!

— Нет! Нет, конечно! Не меня, а жену свою, — у Оли глаза расширяются от изумления. — И не ударил, но взгляд был такой, что мне стало страшно. Он оказывается вспыльчивый очень как я, но у него лучше получается держать себя в руках.

— А что сейчас было? — Оля рукой показывает в окно. — Это он сдерживается так?

— Ах, Оль, я сама виновата, — даю ей посмотреть видео.

— Блин, ну ты даёшь, сестра! И что это было?

— Помутнение алкогольное. Обида, злость, — пожимаю я плечами. — А самое противное, что мне понравилось. Но Артём, не Даня, — слёзы навернулись мне на глаза. — Блин, какая же я дура!

— Ты что-то сказала про жену? Это правда? Он женат?

— Да. Из-за этого и рассорились. Я ушла и его прогнала.

Я уже не в силах сдерживаться и начинаю рыдать. Олька обнимает меня за плечи и прижимает к себе. Я выговариваюсь сестре, рассказываю, как было и что я чувствую, она меня успокаивает и поддерживает.

— Слушай, но может так и есть? Я думаю, тебе стоит его выслушать, — говорит она.

— А имеет смысл? Он на меня так действует. Я боюсь, что могу в любую ложь поверить.

— Не знаю, Поль, Даниил всё-таки не создаёт впечатление человека, который лжёт.

Я молчу. Больше нечего мне сказать. Весь вечер сама не своя от мыслей о Дане и о том, что произошло между нами. Полночи не могу уснуть, пока не принимаю успокоительное.