Глава 6. Ты его дочь?

— Привет! — улыбается Кирилл, встречая меня у подъезда.

— Привет!

Я надела свои любимые джинсы-бойфренд, белую майку, сверху рубашку, небрежно заправленную в джинсы, кожаную куртку и белые кроссовки. Лёгкий дневной макияж и волосы, заплетённые французской косой, дополняют мой «спортивный» наряд. Кирилл смотрит на меня, сложив руки на груди, и улыбается.

— Что? Со мной что-то не так? — смеюсь я. — Сам сказал спортивный вид.

— Отлично всё! Просто любуюсь!

— Поехали, — машу я рукой.

Едем в его машине за город.

— Оля сказала, что ты хорошо стреляешь.

— Да, было дело. КМС по спортивной пулевой стрельбе. Вступила в Федерацию по практической стрельбе, но дальше не сложилось, — грустно говорю я.

Снова воспоминания, которые я давно уже засунула в дальний угол своей памяти, о том, как Андрей меня впервые привел на занятие по практической стрельбе. Когда я впервые взяла в руки огнестрельный пистолет и испытала непередаваемые ощущения, которые даже нельзя сравнить с теми, что испытываешь от стрельбы из спортивного и пневматического оружия. Андрей… всё прошло давно. Остались только слабые отблески тех сильных чувств и ни капли гнева или злости. Наверное, мы оба виноваты в том, что не сложилось. Я была слишком взбалмошной и упрямой, а у него не хватило терпения. Значит не судьба.

— Круто! Винтовка или пистолет?

— И то и другое, но предпочитаю пистолет, — улыбаюсь я.

— Значит, тебе понравится наше сегодняшнее развлечение, — смеётся он. — И в нашей команде будет профессиональный стрелок.

— Дай угадаю. Пейнтбол.

Кирилл кивает головой. «Как красиво искрятся его глаза», — проносится в моей голове.

— Класс! Последний раз лет пять назад играла, ещё с однокурсниками, — настроение у меня ещё больше улучшается.

Приезжаем в стрелковый клуб, который находится за городом. Лес горит яркой весенней зеленью. Пахнет землёй, травой и весной. Кирилл знакомит меня со своими друзьями, среди которых ещё одна девушка, Алина. Мы все в одной команде синих.

— Полина у нас стрелок, ребята, — весело говорит Кирилл, а я смущённо улыбаюсь.

Все издают одобрительные возгласы.

— Но я давно не играла, так что не преувеличивай. ****

Я стою за толстым дубом и показываю рукой Кириллу знак, чтобы он пробирался к лестнице.

— Тех двоих на вышке я беру на себя. Видишь, я отсюда обоих достану. — Улыбаюсь я. — Давай.

Кирилл показывает знак другу, и они двигаются к вышке. Началась стрельба по ним. Я и ещё парень из нашей команды отвлекаем огонь на себя и ребята достигают цели без потерь, а мы снимаем почти всех «красных». Кирилл победно поднимает флаг над головой, и все дружно вопят от радости. Красный флаг — наш, «Синие» празднуют победу.

— Полина, ну ты ас! У тебя всего одно «ранение» на плече, — восхищённо радуется Алексей.

— Царапина, — смеюсь я.

— Молодец! — кладёт мне руку на плечо Кирилл.

— В следующий раз в городской локации играем. Полина, ты с нами? — спрашивает Алексей.

— Замётано! — смеюсь я. — Давно я так не веселилась.

— Тут есть тир. Хочешь пострелять? — спрашивает Кирилл.

— Пойдём.

Мы переодеваемся и идём в тир. Нас встречает мужчина среднего возраста, крепкого телосложения.

— «Викинг» есть? — спрашиваю я.

Он утвердительно кивает и спрашивает:

— Пневматический или огнестрельный?

У меня глаза загораются, и я смотрю на Кирилла.

— Огнестрельный, — отвечает он.

— Тогда два магазина, — говорю я улыбаясь.

Мы даём свои паспорта, и инструктор проверяет нас на алкотестере. Заходим внутрь и я кладу на стол один магазин, а второй заряжаю. Инструктор делает короткий инструктаж, потому что так положено и стоит рядом. Опускается мишень для практической стрельбы.

— Очень давно не стреляла, — улыбаясь, надеваю наушники.

Становлюсь в стойку, двойным хватом делаю подряд три выстрела, один из них в «D», два в «С». Отдача от выстрелов приятно расходится по телу. Опускаю руки и выдыхаю. Собираюсь с мыслями и восстанавливаю дыхание после всплеска адреналина, потому что очень давно не стреляла. Делаю ещё два захода по три выстрела. Уже лучше, два в «С», остальные в «А». Загорается красная лампочка и звучит сигнал, которые предупреждают о готовности к «муверу». Я делаю шесть одиночных выстрелов подряд, четыре из которых попадают в «А».

— Полина, ты просто огонь! — восторженно говорит Кирилл. — А говоришь, давно не стреляла.

— Правда, давно. Почти три года, — смущённо улыбаюсь я.

Появляется новая мишень. Кирилл становится в стойку с двойным хватом и делает три выстрела. Я подхожу чуть ближе.

— Неплохо. Можно дам совет?

— Давай.

— Корпус в пояснице слегка согни, колени тоже совсем чуть-чуть, чтобы опора больше на носки была, — рукой нажимаю на его поясницу. — Но не сильно. Плечи ещё опусти, и они должны быть перпендикулярны линии огня, — становлюсь сзади него и ладонями нажимаю слегка на плечи. — Локти ещё немного разведи в стороны и правую руку можно согнуть чуть сильнее. Зафиксируй локти, — руками поправляю его руки и слегка касаюсь грудью его спины, чувствую волнение и как напряглись его мышцы на спине, и тут же отстраняюсь.

— Это называется агрессивная стойка, — улыбаюсь я. — При ней отдача меньше и точность выше. Только голову не наклоняй к ведущей руке, когда прицеливаешься. Она должна смотреть прямо, — смеюсь я. — И не прищуривай один глаз.

Кирилл делает ещё три выстрела.

— Уже лучше. Смотри два в «С», — улыбаюсь я и опять поправляю его плечи. — Давай. Отхожу, он стреляет три раза подряд и один попадает в край «А». Кирилл поворачивается ко мне и улыбается.

— Теперь «мувер». Готовься. Двигайся только корпусом и ногами, а руки и локти зафиксированы должны быть. Из шести два попали в сектор «А».

— Первый раз стрелял из огнестрельного?

— Нет. Но до этого хуже получалось.

Кирилл замирает, пристально глядя на меня, и я немного смущаюсь. Снимаю наушники и поправляю локон, выбившийся из причёски.

— Пойдём.

Остаток дня мы проводим на турбазе стрелкового клуба, ребята жарят мясо на решётке. Они не пьют алкоголь, потому что все за рулём. А когда темнеет, долго сидим у костра и пьём чай из кружек. Боря хорошо играет на гитаре, а те, кто знает его песни, подпевают. Кирилл накидывает на нас двоих плед и прижимает меня к своему плечу. «Господи, как же давно я так не отдыхала!» — думаю я и вспоминаю, что последний раз аж на пятом курсе.

Уже за полночь возвращаемся в город. Подъезжаем к моему дому, выходим из машины и Кирилл, подойдя ближе, обнимает меня одной рукой за талию.

— Только не доводи меня до подъезда, пожалуйста, — смущённо отвожу глаза.

— Что соседки слишком любопытные? — улыбается он.

— О, да! — смеюсь я.

Возникает неловкая пауза и я, снова смутившись, опускаю ресницы. Кирилл слегка наклоняется к моему лицу и смотрит на меня, словно спрашивая разрешения. Я поднимаю взгляд, взмахнув ресницами, и он осторожно прикасается к моим губам. Волнение охватывает меня. Он очень нежно целует, будто не осмеливаясь зайти дальше, и я отвечаю на поцелуй. Получается приятный, нежный и, в тоже время, в меру страстный поцелуй. Я кладу свою руку ему на грудь и ладонью останавливаю его. Кирилл отрывается от моих губ, и обеими руками держит меня за талию.

— Спасибо большое за приятный день! Мне очень понравилось, — улыбаюсь я.

— Мне тоже. Обязательно нужно повторить.

— Да, — грустно вздыхаю я. — А мне завтра на работу нужно.

— В воскресенье? — удивляется Кирилл. Я киваю:

— Новый начальник дал задание до вторника подготовить отчёт по проекту, а я в понедельник точно не успею его сделать.

— Что тиран и самодур? — смеётся он и опять накланяется для поцелуя.

Я слегка отворачиваю лицо, и Кирилл целует меня в скулу возле ушка. Я закрываю глаза от волнения. Он ещё раз нежно касается губами моего уха и его поцелуй щекочет меня, поднимая волну «мурашек» по коже. «Приятно, но нужно остановиться», — говорю себе, отстраняюсь и тихо говорю:

— Мне пора. Спокойной ночи.

Кирилл меня отпускает, я ухожу и улыбаясь машу ему рукой.

— Спокойной ночи, — улыбается Кирилл.

Подойдя к двери подъезда, я оборачиваюсь и на секунду мне кажется, что недалеко от Кирилла стоит знакомый тёмно-серый седан. «Да ну, нет. Не может быть, чтобы он следил за мной. У меня уже паранойя, блин!» — усмехаюсь я и захожу в подъезд. Через десять минут приходит сообщение от Даниила: привет, Золушка! Как отчёт?

«Пошёл, ты!» — думаю про себя.

Я: работаю в поте лица + замыленный смайлик.

Даниил: приятное времяпрепровождение для трудоголика, не так ли?

Я: О, да! Просто балдею + смайлик с довольным лицом.

Даниил: обращайся. Всегда рад доставить удовольствие.

«Вот же, твою…! Ещё и издевается».

Я: смайлик с воздушным поцелуем

Даниил: Пока!

— Ну и как этот Даниил Сергеевич? — любопытствует Олька.

— Зверюга! Нагрузил меня работой на выходные, — говорю я по телефону, сидя за своим рабочим компьютером.

— Я звонила этому адвокату, — в воздухе повисает пауза.

— И? — спрашиваю я в ожидании продолжения.

— Договорились о встрече на понедельник, — спокойно говорит Оля.

— Хорошо, — так же спокойно отвечаю я. — Только меня в это не впутывай. Они не знают про моё существование и не нужно.

— Но они наверняка уже знают, что у меня есть младшая сестра. Будут задавать вопросы, — возражает Оля.

Я тяжело вздыхаю и задумываюсь.

— Скажи, что не знаешь кто мой отец.

— А если маму будут напрягать?

— Вряд ли, — успокаиваю её. До этого же её не беспокоили, — я задумалась и образовалась пауза. — Ладно расскажешь потом. Денису привет передавай. Пока!

— Хорошо. Пока! Я делаю сброс и продолжаю работать.

Весь понедельник проходит в авральном режиме. Подбиваю смету к отчёту вместе с отделом снабжения. Звонит заказчик на кондитерскую линию целый час обсуждаем правки в проекте. Потом звонит поставщик по импортной фурнитуре. Этот китаец и по-английски так плохо говорит, что приходится по нескольку раз переспрашивать. «Правда по-русски ещё хуже он говорит», — улыбаюсь я. К концу разговора уже голова от него опухла. В общем целый день от компьютера и телефона почти не отхожу. Домой возвращаюсь как выжатый лимон и заваливаюсь спать. ***

Вторник. Сижу у кабинета в приёмной с папкой и флешкой, на которой слайды с 3Д моделями. Смотрю на часы уже 10.15. Сегодня я в узкой чёрной юбке ниже колен и бежевой шёлковой блузке с треугольным вырезом. Наконец-то из кабинета выходит главбух и вызывают меня.

— Добрый день! — захожу я.

Даниил Сергеевич подписывает какие-то документы и, не поднимая головы, кидает:

— Добрый день, Полина Сергеевна. Присаживайтесь. Я не сажусь, а стою напротив, потому что хочу остаться в доминирующем положении, и жду.

— Вы будете смотреть слайды с 3Д моделями?

— Зачем они мне? Меня интересует финансовая и производственная сторона вопроса, — поднимает взгляд, потом откидывается на спинку кресла и долго рассматривает меня, с лёгкой улыбкой, пальцами перебирая ручку «Parker».

Я кладу папку с отчётом перед ним и отхожу на шаг назад.

— Тогда изучайте, Даниил Сергеевич, а я пойду, — иронично говорю я и уже хочу развернуться на своих шпильках, как слышу голос.

— Подождите! — он обходит стол, подходит ко мне вплотную и смотрит мне в глаза. — Давайте ваши слайды и сделайте краткую презентацию. Цифры я сам посмотрю.

Подхожу к стене и опускаю экран для проектора, затем вставляю флешку в компьютер. Даниил берёт стул разворачивает его и садится лицом к экрану, закинув ногу на ногу и поправляя борта своего дорогого тёмно-серого костюма. Я беру папку с его стола со своим отчётом и сую ему в руки.

— Так будет понятнее, — ухмыляюсь я.

Он с улыбкой смотрит на меня, берёт папку в руки и открывает. Сказал кратко, значит кратко. Я укладываюсь в десять минут. Всё это время он сверлит меня взглядом, только краем глаза несколько раз посмотрев в папку. «Интересно, о чём он думает о проекте или о сестре? Может, после вчерашней Олиной встречи он уже в курсе, кто я?» — почему-то неприятно покалывает под ложечкой, но вида я не подаю. Стою в ожидании, пока он изучает цифры в отчёте. Через несколько минут Даниил, не поднимая глаз, говорит:

— Хорошо.

Закрывает папку и, посмотрев на меня, продолжает:

— Сколько вам нужно времени, чтобы подготовить презентацию, которую можно показать заказчику? Презентацию такую, чтобы они не смогли отказаться, — улыбается он.

— Три недели, — отвечаю я.

— Это долго, — строго говорит Даниил Сергеевич. — Неделя.

Я молчу, переминаясь с ноги на ногу, и думаю. Он встаёт и подходит близко ко мне. Засовывает руку в карман, а второй протягивает мне папку. В уверенной позе смотрит мне в глаза.

— Не готовы работать в усиленном режиме, Полина Сергеевна?

— Готова, но не в таком же каторжном, — слегка улыбаюсь я.

— Что боитесь, на свидания времени не хватит? — ухмыляется он, чуть наклонив голову вперёд и ещё пристальнее заглядывая мне в глаза.

Гордо вскидываю подбородок и строго смотрю на него. «Вот же засранец, опять издевается! Как быть? Принять вызов или побороться за свою свободу?» — мысленно усмехаюсь я.

— Две, — жёстко отчеканиваю, глядя прямо в его пронзительные глаза.

— Хорошо, — легкая улыбка трогает его губы, — но с условием.

«Твою ж…! Какое ещё условие?!» — возмущаюсь я.

— Одна встреча со мной в неформальной обстановке, — спокойным голосом говорит он, пока я пытаюсь справится с удивлением. — И выбор места и времени за мной.

Даниил молчит, не отрывая взгляд от меня. Я закрываю на секунду глаза и тихо отвечаю:

— Согласна. Но у меня есть встречная просьба.

Он удовлетворённо улыбается и отходит к своему столу.

— Какая же?

— Освободите меня от закупок импорта. У нас давно не хватает специалиста по ВЭД[2] со знанием английского. Я больше не могу заниматься и проектами, и импортом.

— Вы занимаетесь импортом? — удивляется Даниил. — Мне сказали, что отдел снабжения….

— Странно, что вы не знаете об этом. Переговоры с поставщиками и переписку веду я, потому что у нас больше нет человека со знанием английского, а это для меня дополнительная нагрузка.

— Согласен. Я решу этот вопрос. Можете возвращаться к работе, Полина Сергеевна, — садится в кресло и поправляет галстук.

— Спасибо, Даниил Сергеевич.

— Полина Сергеевна, Горская — это фамилия вашего отца? — неожиданно спрашивает он, когда я уже нажимаю на ручку двери.

Я останавливаюсь и пытаюсь успокоить бешеный стук сердца.

— Какое это отношение имеет к работе?

— Просто стало интересно у вас с сестрой один отец? — ошарашивает он меня вопросом.

Я бросаю дверную ручку и подхожу к его столу.

— Моя личная жизнь вас не касается, Даниил Сергеевич, — холодно говорю я.

— К сожалению, она меня коснулась независимо от моего желания, — говорит так же холодно, вставая с кресла и подходя ко мне ближе. — Отец попросил разыскать свою дочь Ольгу, а обнаружилось что у неё есть младшая сестра.

Даниил пристально смотрит мне в глаза, играя желваками. Я не знаю, что ответить. Молчу.

— Какие совпадения? Это просто уму не постижимо! Никогда бы не поверил в такое! Случайная встреча, на следующий день вторая случайная встреча, потом здесь, а вчера я узнаю, что твоя фамилия Горская и что Ольга твоя сестра, — он с изумлением смотрит на меня.

— Согласна с вами, — тихо говорю я.

— Ну так что? — продолжает сверлить меня взглядом.

— А ваш отец не сказал, что Горская — это фамилия нашей матери, его бывшей жены? — ехидно отвечаю ему.

— Я в курсе! — в нетерпении чуть повышает он голос. — Мне просто нужно было как-то вывести тебя на разговор.

— Передайте ему, чтобы не беспокоил меня. Я к нему не имею никакого отношения, — сжав зубы говорю я. — Он искал Ольгу, пусть с ней и общается. Хотя, зачем нужно было искать, если мы никогда не переезжали. В чём вообще проблема была, чтобы написать или увидеться за столько лет? Смешно даже.

Он молчит, опустив взгляд, и я торжествую.

— А меня оставьте в покое!

— Я не смогу передать, — резко говорит Даниил.

Я останавливаюсь и замираю в ожидании продолжения.

— Он в коме уже больше четырёх месяцев, — тихо говорит он. — А выйти на связь с Ольгой было моё решение. Вернее, я узнал перед аварией, что он давно собирался это сделать, но… — он отворачивается и подходит к окну, став спиной ко мне. — Моя мать не давала ему это сделать много лет.

У меня ком к горлу подступает и сдавливает дыхание. Я смотрю в его спину, а потом подкашивающимися ногами подхожу к стулу и сажусь. Он стоит, а я сижу, спинами друг к другу.

— У него не было нигде в записях ни адреса, ни телефона. Только фото с вашей матерью и маленькой Олей, где написан был год. Фамилию вашу я уже выбил от своей матери, — он отошёл от окна и сел в кресло, чтобы видеть моё лицо.

— Что с ним случилось? — опустив голову, тихо спрашиваю я.

— Авария. Врачи говорят, что он может долго в таком состоянии пробыть, а может уже и не выйдет, — сдавленным голосом говорит Даниил. — Прости, но про то, что у него есть дочь я узнал только недавно. Родители никогда не говорили со мной об этом.

Я поднимаю на него взгляд, а он смотрит куда-то вперёд в пустоту. Потом, очнувшись, спрашивает:

— Так ты его дочь? — упирает руки в стол, слегка наклонившись ко мне, — Я думаю да. Потому что сегодня я понял, что ты очень похожа на него, — улыбается Даниил.

На глаза мне наворачиваются слёзы. Сама не знаю почему, так как я не чувствовала к отцу любви. Я его никогда не видела и не знала. С чего бы мне плакать? И тут я осознаю от чего плачу. От обиды, от боли, что у меня его отняли. Отняли годы, которые мы могли бы провести вместе, за которые он подарил бы мне свою отцовскую любовь и заботу. Никогда не думала об этом. Всегда считала, что я живу полной жизнью, но из детства нахлынули воспоминания, когда я чувствовала, что чего-то не хватает, и теперь понимаю, чего.

Я вытираю пальцами слезинки с лица и прикрыв рот ладонью, шумно выдыхаю, пытаясь успокоиться. «Нет, я не должна плакать. Я сильная», — успокаиваю себя.

— А что это изменит? Я его никогда не видела и не знала. Никаких чувств к нему не испытываю. Да и он уже тоже не сможет этого осознать! Верно? — смотрю на мужчину с ненавистью. — Так что оставим всё как есть, — резко разворачиваюсь и выхожу из кабинета.

Возвращаюсь к работе. Как не пытались коллеги меня разговорить, безуспешно. К разговорам я сегодня не расположена. Перед обедом приходит главный конструктор и делает объявление:

— Всем, у кого есть перспективные заказы, которые можно в конкурсе «вырвать» у конкурентов, подготовить презентации. Срок две недели, — Николай Алексеевич окидывает весь отдел взглядом. — Жду от каждого по презентации. Работаем!

Все сразу начинают обсуждать проекты, шептаться. Лена начинает паниковать, потому что у неё пока не было ничего перспективного, только один проект уже в работе.

— Лен, я могу тебе отдать конкурс на проект по оборудованию хлебопекарного комбината. Вчера поступил запрос,

— Лена смотрит на меня с надеждой. — У меня и так работы полно и презентацию есть на что делать.

— Полин, ты чудо! Спасибо, — радуется она.

— Брось, — улыбаюсь я. — Зачем мне столько работы, если я с ней не могу справиться.

Это было так, тем более с каждого полученного заказа мы получаем премию, а Ленке деньги нужны, потому что ей двоих пацанов поднимать нужно, которые уже в школу ходят.