Глава 11

Демид Когда уезжаю из отделения с ребенком на руках, там все бурлит. Словно чайник, который кипит уже пару минут, но снимать с огня его никто не собирается. Еще бы. Понаехало высокое начальство, на которое я надавил. Теперь оно в бешенстве и вставляет пистоны всем невиновным и воздет причастным. А у виновных участь совсем незавидная. Но стоит отметить, совесть у многих тут имеется. Понял по глазам и выражению лиц, когда лично заявился, показал ребенка и доходчиво объяснил, кто они все такие. Возражать мне никто не решился. Знают меня. Некто Совихин, по приказу которого оформление Ксении затормозилось, что-то невнятно бурчал себе под нос. Иногда виновато, иногда оправдываясь. Вообще, нервный он какой-то. Проблемы в семье? Может жену удовлетворить не может? Я так и не понял. Да, и нет мне до этого никакого дела. Жаль, дело по придуркам, что воруют и рисуют граффити, под присмотром особого отдела и высокопоставленных лиц. Любыми подозреваемыми занимаются очень плотно. То, что с Ксенией еще никто не беседовал, заслуга как раз нервного Совихина. Если бы он не тормознул оформление, сейчас бы Ксении уже ментально «препарировали» мозг. Вывернули бы сознание на изнанку. Так что Алексею можно сказать спасибо. Такие допросы, что не все матерые и хладнокровные зеки выдерживают, точно не для молодой девочки. Но теперь ей это не грозит. Мой юрист уже подъехал. Он беседует с Ксенией. И только с его участием специальный следователь будет общаться с девушкой. Что окажется теперь просто беседой. Можно было бы посильнее надавить на нужных людей и сразу вытащить девушку. Но могут возникнуть ненужные ко мне вопросы и разбирательства. А конкуренты и злопыхатели только того и ждут. Ну, ничего страшного. Ксению переведут в специальную комнату. Там и телек есть и остальные удобства. Почти санаторий. Пусть отдохнет от бытовухи. День или два бумажной волокиты – и выйдет. Правда, еле оторвал от нее ребенка. Ни та ни другой отцепляться друг от друга не хотели. И, если первая понимала и приняла мое предложение, то второй чуть в истерику не впал. Чудом удалось отвлечь и успокоить. Я умею быть убедительным. Вот и Ксения мне доверилась. Позволила позаботиться о малыше. А мне… Мне почему-то понравилось общество этого карапуза. Не могу пока понять почему. Для самого неожиданность. – Так, стоп, – пытаюсь остановить кроху. – Перестань грызть мой галстук. Опять есть хочешь? Приедем, любые деликатесы выбирай. Лобстеров ешь? Они вот такие забавные… И изображаю второй рукой нечто непонятное, возможно отдаленно, но совсем не уверен, похожее на краба. – Уяга-гу-га-га… – пытаюсь скрюченными пальцами пощекотать животик малыша. Плевать, что выгляжу со стороны глупо. Пусть кто попробует мне об этом сказать. Мелкий заливается смехом. Отчего, против воли, уголки моих губ дергаются, немного расширяясь и показывая мои зубы. Думаю, проблем с малышом быть не должно. Плюс, мама поможет. Она у меня сердобольная. Только помани, покажи того, кого можно пожалеть, сразу прибежит и окружит заботой. А если это еще и ребенок… В общем, по приезду ее ждет сюрприз. К тому же, отчасти преследую корыстную цель. Завтра в Башне будет комиссия во главе с Анфисой Альбертовной. И будет к месту, если она вновь увидит меня с малышом в руках. То есть, совмещу приятное время препровождение с полезным. Все в плюсе. Пока едем в Башню, а Данила пытается оторвать части декора дорогого салона авто, мыслями возвращаюсь к Ксении. Кто бы мог подумать, что эту нежную девочку встречу при таких обстоятельствах. Удивила, так удивила. И ведь не в первый раз. Сначала приметил ее в большой университетской аудитории, где будущим архитекторам объявлял о конкурсе. Смотрела на меня во все свои чудесные распахнутые глаза. А когда поворачивался к ней, резко отворачивалась, сильно краснела. Позже, на банкете, девушка скромно стояла в уголке и провожала меня взглядом. Видно, что ни за чтобы сама не пошла бы, в отличие от других студенток. Те, что только не предпринимали, чтобы обратить на себя внимание. А Ксении духу и смелости не хватило бы. И, скорее всего, уверенности в себе. С чего бы? Она ведь красивая. Сам к ней подошел. Малышка не то, что не бросалась на меня, пытаясь соблазнить. Наоборот. В моем присутствии девушка боялась даже пошевелиться. Краснела от смущения. Но от танца не отказалась. Пришлось ее растормошить немного, разговорить, придать уверенности. Но, черт возьми, более нежного, скромного и невинного существа я еще не видел. И это не высококлассное притворство, не игра. Все по-настоящему. И это так меня захватило, возбудило… Я не смог устоять. Захотелось во что бы то ни стало обладать. Уже в спальне, готов был наброситься, словно неудержимый голодный зверь. Но я себя сдерживал. Боялся поломать эту хрупкую принцессу. Она пусть была и неумелой, сразу стало понятно, что я у нее первый, но компенсировала неуемной и безграничной нежностью. Эти прикосновения ее тонких и мягких, почти воздушных пальчиков, бархатистых губ… Это распаляло еще сильнее. Сложнее было себя сдерживать. Такого кайфа и наслаждения никогда больше не испытывал. И какое же было мое удивление, когда утром девушки и след простыл. Она от меня сбежала? От МЕНЯ? Серьезно?! Мне хотелось броситься на ее поиски. Во что бы то ни стало найти. Сделать своей, и только своей. Но немного остыв, понял, вряд ли просто так от меня убежит девушка. Скорее всего, в порыве страсти, мог ее ранить. Слишком крупный, тяжелый, сильный. Ведь она такая хрупкая. Я ее дико напугал, возможно как-то поранил, вот и сбежала. Дикий, блин, зверь. А видеть в таких прекрасных и невинных глазах страх никак не хотелось. Понимать, что она тебя боится. Это было бы невыносимо. И как бы ни хотелось вернуть Ксению, решил больше ее не мучить. Пришлось отпустить, и попытаться забыть. А как забудешь тот сказочный и волшебный момент? Да, и глупо взрослому мужику так об этом думать. Тем более, такому, как я. Но поделать с этим ничего не могу. А, увидев ее сегодня на мониторе… – Демидушка?! Столько удивления в глазах и голосе мамы еще никогда не видел. Не, ну а что? Подумаешь, выхожу из авто с ребенком на руках. Ты же в последнее время просила подарить внуков?