Глава 3

Демид И что же ответить? – Анфиса Альбертовна, я не могу без разрешения выдавать имя этого славного героя, что путешествует по таинственной Башне инкогнито, – решаю отшутиться. Далее шепотом проговариваю: – О нем почти никто не знает. Не распространяюсь. Пусть сама себе придумает что, почему и как. У женщин фантазия работает будь здоров. Видя заинтересованность и удивление в глазах собеседницы добавляю: – Если только он сам не скажет. Ну, малыш, представишься доброй тете? – Си-и… – протягивает кроха. – А-ам-ам! Ха! – Ну, когда он голоден, то в скверном настроении, – пожимаю плечами. – Какой же он милый, – отсмеявшись умиляется Анфиса Альбертовна. – Надеюсь, красавчик, позже, когда будешь сыт, скажешь как тебя зовут? Не получив ответа, прощается с нами и выходит на этаже с кабинетами для СПА и салонами красоты. А мы поднимаемся дальше. Тут же звоню одному из замов, рассказываю о важном госте и с какой целью тот гуляет по Башне. Дальше он сам свяжется с нужными сотрудниками, чтобы те организовали все, что необходимо. Лучше мне Анфисе Альбертовне на глаза не попадаться. Это финиш! У меня среди сотрудниц одни молодые специалисты и нерожавшие карьеристки. Ни одной мамаши. Хотя, есть парочка. Но обе в декрете. Я понимаю, что моя компания участник движения «Дорогу молодым специалистам», но почему все настолько запущено? Мне на помощь конечно бросился сразу десяток девиц, пытающихся за счет ребенка привлечь к себе мое внимание. Но дельных советов от них не услышал. Гомонят все. Да, и малыш на руки никому из них не дается. Только на «си-и» смотрит. Инстинкты у крохи уж очень рано проявляются. Настоящий мужик растет. Что тут еще скажешь?! Сам же карапуз начинает «ругаться» на женщин, окруживших его и тянущих к нему руки. Того и гляди, разревется. А это не по-мужски. Поэтому, решаю спасти его от позора. В общем, ухожу с ним к себе в кабинет. Снова звонок. Мама. Опять сбросить – будет полное свинство. – Привет, мама, – принимаю вызов. – Давай позже перезвоню, немного занят. – Ма-а? – жалобно на меня глядя спрашивает кроха. Мама, начавшая было упрекать, что я всегда занят, резко подбирается и спрашивает: – А это кто там у тебя? И чем именно ты сейчас занят? Так и представляю, как она приняла стойку, готовая сорваться. Она же мне все уши про внучков прожужжала. А тут… – Мам, а ты подгузники менять умеешь? Черт! На рефлексе спросил. Интуитивно же понимаю, что мама в этом вопросе разбирается намного лучше. Вот и вырвалось. Малыш же продолжает внимательно всматриваться в телефон. Даже руку к нему тянет. В распахнутых глазах надежда. Блин! Тяжело на это смотреть. – А? – слышу очень удивленный голос мамы. – Умею, конечно. У тебя там ребенок?! – Сложно объяснить… – тяжело вздыхаю и глажу малыша по головке. И тихо шепчу ему, прикрывая динамик: – Обязательно найдем твою маму. Не сомневайся. – Твой?! А сколько волнения в голосе. – Мам? Ну откуда у меня ребенок возьмется, мой? – И вот я все время удивляюсь, почему его еще нет? И девки на тебя постоянно всякие прыгают. Какая-нибудь могла и принести тебе своего малыша, обрадовать, что ты теперь папа. Конечно, это плохо, что так, но лучше, чем вообще без детей. Снова вздыхаю. – Нет. Этот малыш потерялся. Маму найти никак не можем. А малой, почему-то, ни к кому на руки не идет. И я… – и я понимаю, как все нелепо звучит со стороны. Потому перестаю объяснять. – В общем, пока маму ищут, малыш у меня. – Интересно… Может, подбросили? – Выясним, – уверяю ее. – Ну, если маму быстро не найдете, ты пока ребеночка у себя придержи, а я помогу, если что… – В смысле, у себя придержи? Как поможешь? Это она о чем? – Если за ребенком родители сами не придут, значит подбросили. И таким родителям его не вернут. Ну и не отдавать же малыша в детский дом?! А помогу, потому, что у меня отпуск начался. Приеду, посмотрю, как ты живешь. За малышом могу помочь поухаживать. Пил бы кофе – поперхнулся. После поясняю маме: – В любом случае, не могу ребенка оставить. О пропаже нужно сразу в органы заявлять. Я и так оттягиваю этот момент. Надеюсь, что все разрешится. – Ну, ты же можешь еще оттянуть с заявлением. У тебя есть нужные ниточки. Пожалей ребеночка. Решаю не развивать эту тему и отключаюсь, сославшись на то, что ребеночек этот давно с полным подгузником гуляет. Приедет, поможет, ага. Я ей, конечно, очень рад. Но мой мозг будет пилить, по поводу внучков, с новой силой. И что значит, пожалей ребеночка? Может, чтобы пожалеть, его нужно, наоборот, поскорее отдать? Не уверен, что смогу все сделать правильно и не навредить крохе. Звоню начальнику службы безопасности. Он меня расстраивает. Ни мамы, ни следов, ведущих к ней или раскрывающих ее личность, нет. Пока нет. Поиски продолжаются. Печаль-беда. Главное, чтобы теперь ко мне в гости не заявилась Марго. Я, конечно, объясняться перед ней не обязан. Но знаю, что девушка имеет на меня далеко идущие планы. Правда, мне эти планы и роль в них ни к чему. Меня устраивает все так, как идет. Тут, наконец, вбегает посланная за всем-всем необходимым сотрудница. Сгружает несколько крупных полностью забитых чем-то пакетов на пол. Что там на бейджике написано? Светлана? – Света, вы подгузник менять умеете?