Глава 39

Джо не возвращался.

Возможно, прошло ещё не так много времени, но Энни казалось, что мужа нет уже целую вечность. Время не просто тянулось, оно словно вовсе остановилось.

И только сердце в груди выстукивало тревожно и гулко, будто старинные часы. В приюте такие висели в комнате для занятий. Когда все умолкали, старательно выполняя какое-нибудь задание наставниц, их тиканье казалось оглушительным, устрашающим, невольно заставляло торопиться.

Вот и сейчас у Энни в груди будто такой же пугающий скрипучий механизм назойливо отсчитывал каждый миг, лишённый покоя.

Она пыталась отвлечь себя на домашние дела, но всё валилось из рук. А думать о чём-то ещё не получалось.

Энни сама не понимала, отчего так беспокоилась о Джонатане. Ведь он всего лишь отправился поискать потерявшегося барана. И прежде муж иногда в лес уходил или по округе ездил, и ведь ничего плохого не случалось – обычное дело. Но сегодня душа была не на месте.

Крошка вслушивалась в звенящую тишину, надеясь расслышать топот копыт или лай Брата. Металась от одного окна к другому, прижавшись любом к стеклу, всматривалась, выискивая среди буйной зелени силуэт мужа. Но тщетно. Джо ни разу не промелькнул даже на горизонте.

Он велел ей сидеть дома и ждать, но Энни почти готова была сорваться следом – теперь уже на его поиски. Она вряд ли чем-то могла помочь мужу, скорее, только добавить хлопот. Это её пока и сдерживало – не хотелось подвести Джо.

Но терпение Энни было уже на исходе. Ещё немного, и она всё-таки отправиться туда, на равнину, к холму, несмотря на его запрет.

В очередной раз уже без особой надежды, выглянув в окно, Энни вдруг уловила какое-то движение у самой кромки леса. Она тут же метнулась к другому окну, откуда можно было лучше рассмотреть это место.

Там точно кто-то был…

Но не Джо. Густые высокие заросли не давали разглядеть ничего толком, но мужа Энни узнала бы и издалека. Она видела, как время от времени шевелились травы на опушке, и волновал их определённо не ветер. На миг даже показалось, что в траве мелькнуло что-то тёмное.

Энни подтащила к окну табурет, взобралась на него, теперь ей всё было видно гораздо лучше. Ещё несколько мгновений она всматривалась вдаль.

А потом едва не свалилась с табурета – так дёрнулась от неожиданности.

– Задира!

Это точно был чёрный потеряшка. Как он сюда забрёл, так далеко от стада, Энни не представляла, но, кажется, это был их баран.

Можно было подумать, что в кустах бродит какой-то лесной зверь, но они редко выходили к людям, предпочитали прятаться в чаще.

Энни заметалась по комнате, не зная, как быть, теперь её охватило ещё большее смятение – нужно было заманить Задиру домой, пока он не отправился гулять дальше и вовсе не потерялся в лесу, но из дома Джо выходить запретил. Что же делать?

Наконец Энни решилась – чуть-чуть приоткрыла дверь, выглянула в щель, убеждаясь, что поблизости никого нет, и только после этого выскользнула на крыльцо. Но сойти по ступеням так и не решилась – замерла у входа. С опаской огляделась по сторонам – но всё было тихо и спокойно. Мужа она по-прежнему не видела, однако, и ничего опасного тоже.

А вот Задиру теперь видела отлично. Энни даже несколько раз позвала его, надеясь, что глупый барашек сам явится на её зов, и Крошке не придётся выходить за ограду фермы.

Куда там! Вредная скотина возилась в кустах, очевидно, набивая пузо сочной травой, и не обращала внимания на хозяйку.

Похоже, придётся всё-таки пойти туда и привести Задиру. Энни ещё раз с тоской осмотрелась – вот бы Джо вернулся прямо сейчас! Но, увы, мужа поблизости не наблюдалось.

Что ж, значит, придётся самой разбираться. В конце концов, она теперь на ферме тоже хозяйка и отвечает за всю живность точно так же, как и Джо.

На миг Энни вернулась в дом – прихватила на кухне пару яблок, сунула в карман передника. Туда же осторожно положила револьвер. У двери приостановилась ещё на миг, борясь с охватившей её робостью и, наконец, решительно двинулась на улицу.

Больше Энни не останавливалась. Выскользнула за ворота, прошла немного по дороге и без колебаний свернула к лесу. Шла она торопливо, но при этом внимательно глядела по сторонам, была начеку, готовая при первой же опасности сорваться обратно к дому.

Приблизившись к Задире, снова позвала упрямца. В этот раз барашек откликнулся: вскинул голову и протяжно заблеял – как показалось Энни, довольно жалобно. Однако к ней так и не подошёл, лишь как-то неловко и нервно задёргался.

Да он зацепился за что-то!

Энни наконец поняла, отчего Задира так упрямо не сходил с этого места. Гуляка случайно угодил в лесную ловушку. Видно, запутался шерстью в колючих ветвях, и сил или ума не хватило вырваться.

Правда, это не объясняло, как он умудрился убрести так далеко от стада, да ещё и незаметно для Джонатана и Брата. Но с этим пусть потом разбирается муж. А Энни сейчас нужно освободить беглеца и отвести домой.

– Ох, Задира, всыпать бы тебе хорошенько! Вот же учудил… – ласково журила она, продираясь сквозь заросли трав, что здесь доходили ей до пояса. – Ну, потерпи, мой хороший! Сейчас я помогу.

Задира заблеял ещё громче, заметался, и Энни испугалась, как бы он себе не навредил, пытаясь освободиться.

– Тише, тише, глупый, успокойся! Сейчас мы тебя… – она тотчас оказалась рядом, погладила чёрную голову, сунула под нос беглецу яблоко.

Барашек мигом присмирел и громко захрустел сочным плодом. А Энни принялась осторожно выпутывать его из колючей западни.

На самом деле за шерсть зацепилось лишь несколько веток, и Задира наверняка мог бы вырваться из их хватких лап без всяких потерь. Ну, может, лишился бы клочка шерсти. Однако он этого не сделал. Потому что удерживало его кое-что ещё.

Энни с изумлением обнаружила, что шею и задние ноги барашка оплетала верёвка. И вот это уже было очень странно...

Где Задира мог её найти да ещё и так запутаться? Вывод напрашивался сам собой – кто-то ему помог.

Энни внезапно стало не по себе, по спине пробежал холодок, несмотря на то, что солнце ещё светило вовсю. Мелькнула мысль, что сейчас, пожалуй, самое время для выстрела – пора срочно звать сюда Джо.

Крошка даже успела сунуть руку в карман передника за револьвером…

А вот достать оружие уже не успела, потому что в этот самый миг прямо перед ней, как по волшебству, из высоких трав вдруг вырос Даки Эймс.

***